Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Как удавалось скрываться лидеру хорватских сербов Горану Хаджичу


Горан Хаджич

Горан Хаджич

Ирина Лагунина: В пятницу из Сербии в Гаагу был отправлен последний обвиняемый Международным трибуналом по военным преступлениям в бывшей Югославии – лидер сербов из Хорватии военных времён Горан Хаджич. Он был арестован в среду 20 июля - тихо, рано утром, в национальном парке Фрушка гора в ста километрах от Белграда. Так человек, который никогда не считался самостоятельным политиком, скорее - марионеткой Слободана Милошевича и его тайных служб, вдруг приобрел значение – и именно тем, что является 161-м, последним обвиняемым, которым будет заниматься гаагский трибунал, и последним, 46 беглецом от международного правосудия, которого арестовала и выдала в Гаагу Сербия. Рассказывает Айя Куге.

Айя Куге: Горан Хаджич, как ни странно, через семь лет после исчезновения был найден в двадцати километрах от своего семейного дома в городе Нови Сад, в области Воеводина в Сербии. Странным показалось и то, что за три дня до этого ареста сербские средства информации сообщали, что Хаджич арестован, кстати, именно в том районе, где его поймали в среду. Позже, уже после ареста, представители сербской прокуратуры объяснили это так: пособники Горана Хаджича, узнавшие о том, что найдены его следы, пытались его об этом предупредить через прессу. Из-за этого предупреждения он отложил на среду встречу с человеком, который должен был принести ему деньги. Адвокат Хаджича Тома Фила утверждает, что его подзащитный лишь в последнее время жил в этом небольшом селе Крушедол, на территории национального парка Фрушка гора. Село известно своим красивейшим монастырем постройки 16 века. Вблизи села расположены военные казармы. Большую часть времени Хаджич, якобы, жил и работал за границей. Сербские газеты утверждают: жил Хаджич в России и занимался там нефтяным бизнесом.
Кто помогал Горану Хаджичу скрываться? С этим вопросом мы обратились к белградскому военно-политическому обозревателю Любодрагу Стоядиновичу.

Любодраг Стоядинович: Я полагаю, что Хаджич имел защиту мощных людей, получающих информацию от отколовшихся элементов государственной и военной безопасности – тех элементов, которые хотели бы законсервировать ситуацию в стране, вернуться в те времена, когда они были созданы. Нет другого объяснения, как ему удавалось столь успешного скрываться. Доказательством этого тезиса может послужить то, что Горан Хаджич был найден вскоре после решения властей арестовать его. Сербские власти, со одной стороны, искали лучший момент для ареста, а с другой, – попытались сложить все кусочки мозаики отношений между государством и её службами безопасности. Они и по сей день в Сербии все ещё не полностью находятся под контролем гражданских властей, есть некоторые их ответвления, которые пытаются контролировать государство, вместо того, чтобы подчиниться контролю со стороны президента страны, парламента и политической общественности.

Айя Куге: 52-летний бывший лидер хорватских сербов Горан Хаджич бесследно исчез из своего дома в Сербии в городе Нови Сад через семь часов после того, как в Министерство иностранных дел Сербии в Белграде поступил обвинительный акт из Гааги. От Хаджича с того тринадцатого июля 2004 (две тысячи четвертого) года остались лишь фотографии Гаагских следователей, которые сфотографировали его с большой сумкой в руках. Он сел в свою служебную автомашину с личным шофёром и уехал. До сих пор неизвестно, кто ему сообщил о том, что против него выдвинуты обвинения в совершении военных преступлений – на тот момент это была строжайшая тайна.
Хаджич, с одной стороны, очень важный обвиняемый для Гааги, а с другой, – фигура совершенно одиозная. До сербско-хорватской войны, которая началась в 1991 году, Хаджич заведовал складом на сельскохозяйственном комбинате ВУПИК на востоке Хорватии. Потом проявил себя как человек, успешно руководящий преступным бизнесом. Следующая ступенька его успеха: положение лидера провозглашённой в одностороннем порядке летом 1991 года в Восточной Славонии на территории Хорватии Сербской автономной области. В феврале 1992 Хаджич, на основании сфальсифицированных результатов выборов, по воле белградского руководства, стал президентом самопровозглашённой сербской республики в Хорватии - Краина.
Наш собеседник – журналист белградского еженедельника “Время” Деян Анастасиевич, более 20 лет занимающийся темами военных преступлений. Кстати, Анастасиевич выступал свидетелем в Гааге на процессе против Слободана Милошевича. Кто такой на самом деле Горан Хаджич? Ведь в сербском обществе его и к героям-патриотам как-то не причисляют и, кажется, он славится лишь своим долгим и успешным нахождением в бегах.

Деян Анастасиевич: Хаджич принимал участие во многих противозаконных делах. Это и контрабанда нефти из нефтяной скважины Джелетовцы в Хорватии, и контрабанда дубовых брусков из Славонии, и контрабанда краденых автомобилей из Западной Европы – технические паспорта этих машин потом фальсифицировались в Сербии. Это было очень прибыльным бизнесом, постоянно текли большие деньги. И все подобные сделки осуществлялись под прикрытием государственной безопасности Сербии, шеф которой Йовица Станишич позже также попал в Гаагу. Станишич и Хаджич были близкими друзьями. Можно предположить, что Горан Хаджич и его военные товарищи, заработавшие огромные состояния, с помощью них были в состоянии организовать сеть поддержки. Все нити исчезновения Хаджича тянутся к службе государственной безопасности – он был их человеком.

Айя Куге: Значит, вы утверждаете, что Горан Хаджич успешно скрылся благодаря тому, что был связан с тайными службами Сербии. Вы были знакомы с Хаджичем. Какое впечатление он на вас произвел?

Деян Анастасиевич: С Хаджичем я встречался несколько раз, во время войны, когда он находился в Восточной Славонии. Он производил впечатление человека относительно скромных интеллектуальных способностей. Он не был лидером по природе – его навязало руководство в Белграде. Хаджич был поставлен для того, чтобы слушаться Белграда, а не для того, чтобы самостоятельно что-либо решать.
Любопытно, что по окончании войны в Хорватии, Горан Хаджич по трудно объяснимым причинам получил пост советника Государственной нефтяной компании НИС, где имел огромную зарплату. А как Хаджич мог стать советником, не имея практически никакого образования?!

Айя Куге: Да, советником нефтяной компании НИС он перестал быть только после того, как уехал в неизвестном направлении. Есть ли предположения о том, где находится Хаджич. Ранее ходили слухи о том, что он толи в России, толи в Беларуси.

Деян Анастасиевич: Он может находиться в любом месте – ведь денег у него много. Его лицо не так узнаваемо, как лица Караджича и Младича. Ему легче скрываться и потому, что он всегда носил бороду и теперь достаточно её сбрить, чтобы изменить внешность.

Айя Куге: В конце минувшего года у близкого приятеля Горана Хаджича была найдена огромная коллекция ценной живописи. Среди них – картина Амедео Модильяни “Портрет мужчины”, стоимость которой специалисты оценивают в 70 миллионов долларов. Власти Сербии утверждали, что деньги от продажи этих картин должны были пойти на финансирование сокрытия Хаджича.
Наша следующая собеседница - Таня Тагирова, журналистка из Хорватии, живущая и работающая в Белграде. Любопытно, что с кем ни поговоришь в Сербии о личности и деле Горана Хаджича, на первом плане его контрабандные сделки, а подозрения в совершении военных преступлений остаются какими-то неконкретными. Кто, по вашему мнению, Горан Хаджич – политик, умелый деловой человек или военный преступник?

Таня Тагирова: Если бы не было совершено столько преступлений, сколько было совершено во время, когда он правил в самопровозглашённом государстве Краина, его личность и его дела были бы даже смешными и карикатурными. Это человек без какого бы то ни было образования, который до войны работал кладовщиком, а потом возвысился на волне национализма. Сначала лидером так называемой Республики сербская Краина стал зубной врач Милан Бабич, но когда Слободан Милошевич перед окончанием войны в Хорватии не был больше в состоянии управлять Бабичем, он вместо него поставил Хаджича, готового подчиниться твёрдому курсу Белграда.
На самом деле ничего хорошего о Горане Хаджиче сказать невозможно. Он является образцом человека, который до войны был никем, во время войны разбогател с помощью криминала и добрался до государственного поста благодаря лишь тому, что Милошевичу в тот момент нужен был лидер хорватских сербов, которым можно было манипулировать.

Айя Куге: А участвовал ли Хаджич лично в совершении военных преступлений, или он несет лишь коллективную ответственность как лидер сербов из Хорватии?

Таня Тагирова: Абсолютно точно, что участвовал! Он, прежде всего, появился себя как человек, представляющий военизированную группировку «Скорпионы». Эта группировка официально считалась добровольческой, а на самом деле она была создана и подчинялась Государственной безопасности Сербии. «Скорпионы» совершили некоторые из наиболее тяжких преступлений в бывшей Краине, а позже - в Боснии. Горан Хаджич с самого начала войны в 1991 году вместе со «Скорпионами», при поддержке белградской Службы госбезопасности, находился на нефтяных полях Джелетовцы в Хорватии, где добывалась нефть для потребностей Сербии и её нарастающей военной машины. Все участники этой сделки разбогатели. На этот счет существуют подробные свидетельства, представленные в ходе процессов в Специальном суде по военным преступлениям в Белграде. Вначале были бесстыдные грабежи и накопление личного богатства, которые чередовались со многими военными походами и многими военными преступлениями. С этой точки зрения ответственность Горана Хаджича огромная. Хаджич в те времена имел постоянные контакты с Белградом и мог бы раскрыть в Гааге многое о связях со Слободаном Милошевичем и государственной верхушкой Сербии тех времён.

Айя Куге: Осенью 1991 года после трёх месяцев осады и ожесточённых боев сербы заняли хорватский город Вуковар. В тот момент сербы в Хорватии контролировали одну треть территории страны. По государственному телевидению Сербии выступил Горан Хаджич – бородатый человек в какой-то камуфляжной куртке – вроде военной, а на самом деле нет, - с чёрным беретом на голове.

Горан Хаджич: Я являюсь представителем сербского народа, и если сербский народ, избравший меня, считает, что эти границы соответствуют нашим интересам, я готов снять военную форму. Однако я считаю, что форму мне еще надо поносить – сербские границы должны быть намного дальше внутрь Хорватии, чем они есть сегодня.

Айя Куге: Вуковар, находящийся на границе с Сербией, для хорватов является символом их страданий. Город с изящной архитектурой в стиле барокко был почти полностью разрушен. Почти все его жители хорватской национальности, которые не успели покинуть свои дома, были выдворены, а многие попали в лагеря для пленных. В окрестностях Вуковара есть поле Овчара – на котором было обнаружено массовое захоронение около двухсот хорватских граждан, убитых сербскими военизированными формированиями.
Давайте, вспомним преступления, за которые, возможно, несёт ответственность Горан Хаджич.

Таня Тагирова: Много было таких преступлений – для начала, действительно, можно вспомнить хотя бы Вуковар. Потом убийства во многих деревнях в Славонии. Находясь на посту президента самопровозглашённой Республики сербская Краина, он нёс ответственность за преступления в районе Книн – от убийств хорватов в тюрьме в Книне, многих отдельных и массовых убийств, до выдворения из домов тысяч граждан несербской национальности, истязаний и убийств в лагерях для пленных. Хаджич за многое несёт если не личную, то хотя бы командную ответственность.

Айя Куге: Мы беседовали с журналисткой из Хорватии Таней Тагировой.
Горан Хаджич был отправлен в Гаагу уже на третий день после ареста. Он отказался от возможности подать жалобу на выдачу Международному трибуналу.
XS
SM
MD
LG