Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дело офицера КГБ Михаила Головатова и литовско-австрийские противоречия


Дмитрий Волчек: Литва обвиняет Австрию в том, что она грубо нарушила европейское право. Произошло это после того, как российский гражданин, отставной полковник КГБ Михаил Головатов, задержанный в венском аэропорту, после недолгого разбирательства был отпущен, несмотря на европейский ордер на его арест. В Генеральной прокуратуре Литвы, которая добивалась выдачи полковника, его подозревают в военных преступлениях. В январе 1991 года в Вильнюсе Головатов командовал советским спецподразделением "Альфа", штурмовавшим вильнюсскую телебашню. 13 января погибли 14 мирных граждан и более 800 человек были ранены. Вильнюсский тележурналист Виталий Каракорский был свидетелем январских событий 1991 года. Как и многие другие литовцы, он ждет, что вся правда станет известна, а виновные понесут наказание. Рассказывает корреспондент Свободы в Вильнюсе Ирина Петерс


Ирина Петерс: В расследовании этого дела, которое литовские прокуроры ведут с 1996 года, 23 подозреваемых: 21 из них – граждане России, двое – Белоруссии. За это время из Вильнюса было направлено 94 ходатайства о правовой помощи и сотрудничестве: в Россию, Белоруссию и Германию. Все полученные ответы – отрицательные.
Михаилу Головатову инкриминируют нападения на граждан, убийства, нанесение серьезного ущерба здоровью людей, незаконные аресты и пытки. В Вильнюсе считают, что Головатов в числе других лиц в январе 1991 – цитата из следственного дела – «осуществлял стремление СССР свергнуть конституционный строй независимой Литвы».
Сам ветеран «Альфы», после освобождения находящийся в Москве, отрицает свою вину, говоря о том, что просто выполнял приказы. Если бы он был выдан Литве, то после суда ему, скорей всего, грозила бы высшая мера наказания в республике – пожизненное заключение.
15 июля в Вене, после краткого задержания, он был отпущен. Австрийские должностные объяснили это тем, что подозрения в адрес Головатова в документах европейского ордера на арест литовской стороной были сформулированы не точно. Прокуратура Литвы, оперативно предоставившая австрийцам дополнительные данные, назвала эти объяснения отговорками и высказала предположения, что дело решило активное вмешательство российского МИДа и ФСБ, а Австрия не пожелала портить отношения с Россией.
Сейчас среди литовских политиков, включая президента страны Далю Грибаускайте, заявившую, что в данном случае оказалось скомпрометированным европейское право, царит глубокое разочарование поступком Австрии, который спикер Сейма Ирена Дегутене назвала «неожиданным и постыдным». В знак протеста Литва отозвала своего посла из Вены. А послам Австрии и России в Вильнюсе были вручены соответствующие ноты.
В свою очередь президент Австрии Хайнс Фишер заверил, что в этом деле у его страны не было дурных намерений, и при всей серьезности ситуации опасности для двусторонних отношений не существует. При этом оппозиционные партии Австрии потребовали от министра иностранных дел принести извинения Литве в этом столь чувствительном для нее деле. Тем временем Федеральный канцлер Австрии Вернер Файманн сказал, что выступать с извинениями не намерен, так как «наше независимое ведомство приняло независимое решение».
Сам Михаил Головатов в интервью агентству РИА-Новости признал: «Из действий российских дипломатов было понятно – меня не сдадут». Российский посол в Вене Сергей Нечаев, комментируя освобождение полковника, заявил: "Австрийское правосудие проявило профессионализм и беспристрастность, не позволив втянуть себя в грязные интриги политиков Литвы, желающих набрать капитал путем сведения счетов с собственным историческим прошлым». В Вильнюсе эти высказывания назвали оскорбительными и несоответствующими действительности.
Кстати, ветераны группы «Альфа» сейчас пытаются апеллировать к российским властям в связи с выдачей европейских ордеров на арест. Но, по словам одного из представителей Генпрокуратуры Литвы, у России нет правовых рычагов, используя которые она могла бы отменить эти ордера в отношении Головатова и других подозреваемых по делу 13 января. Это значит, считают в Вильнюсе, что посещение любой страны шенгенского пространства для этих людей может закончиться арестом.
Сейчас в Литве, удрученной произошедшим и, как написала одна из местных газет, болезненно расстающейся с иллюзиями относительно общеевропейского единства, нет недостатка в эмоциональных комментариях.
О деле Головатова говорит председатель парламентского комитета по международным делам Эмануэлис Зингерис.

Эмануэлис Зингерис: Один из возможных преступников в этой всей истории, глава "Альфы" напал на безоружных людей, которые пытались защищать свободу слова около телевизионной башни. И после этого посадили туда глав коммунистического телевидения, которые вещали у нас полтора года и забивали военным голову пропагандой, пытались возвратить режим. Они, пытаясь занять телевидение, убили мирных людей. Мы не можем сказать, что это несерьезно. Знаем, что человек был в Австрии, и теперь его там нет. Объяснения непонятные. Радикалы, которые говорят, что мы не должны верить в европейские институции, теперь получают от Австрии возможность сказать, что это искусственно. А мы говорим, что это процесс большого строительства Европейского союза, но Австрия должна нам объяснить, каким образом мы будем это делать дальше.

Ирина Петерс: Некоторые литовские политологи предлагают все же сначала прояснить трудные вопросы по делу о 13 января непосредственно с Россией и Белоруссией, а не набрасываться с обвинениями на Австрию, которая стала, по их мнению, заложницей так и не разрешенного в юридической плоскости конфликта. Однако известный российский правозащитник Сергей Ковалев считает, что эта неразрешенность не означает, что в Евросоюзе могут спокойно освобождать граждан, подозреваемых в военных преступлениях.

Сергей Ковалев: Человек объявлен в международный розыск. В соответствии с законом задержать, принудить его участвовать в судебном разбирательстве. Таков порядок независимого правосудия. Все отклонения от этого порядка незаконны, политически мотивированы.

Ирина Петерс: В Литве разочарованы тем, что механизм европейского ордера на арест не работает.

Сергей Ковалев: Это действительно странно, это меня очень удивляет. То ли, что называется, нераспорядительность исполнителей, то ли политическое давление. Отличить эти вещи издали очень трудно, но по опыту я знаю: Россия склонна оказывать давление, вмешиваясь в правосудие.

Ирина Петерс: Чего теперь ждет Литва от дальнейшего выяснения этого дела? Говорит депутат Европарламента Витаутас Ландсбергис.

Витаутас Ландсбергис: Чтобы и Австрия разобралась, и Евросоюз. Много было сказано в минуту обиды и сгоряча, но разочарование очевидно. Сейчас каждый может говорить: какой это союз, когда один союзник предает другого? Но должны смотреть в деловом ключе, кто принял решение. Объяснения путаные, противоречивые в австрийских правительственных кругах. Но это не наша проблема. Мы бы хотели, чтобы Евросоюз стал вследствие этого более солидарен, более внимателен к таким возможным ситуациям.

Дмитрий Волчек: Гость программы "Итоги недели" Радио Свобода
литовский журналист Виталий Каракорский. Виталий, добрый вечер. Я сам был в январе 91 года в Вильнюсе, но приехал чуть позже – 16 января, после штурма телебашни. Вы тогда были в центре событий. Что вам запомнилось в первую очередь?

Виталий Каракорский: В тот вечер я был в гостях у своих приятелей, они живут точно напротив телевидения на улице Конарского. Когда приехали танки, мы выбежали на улицу. На наших глазах танк переехал горбатый "Запорожец" моего приятеля. Мы видели трассирующие пули. Было страшно. Но тогда в обществе господствовала идея не поддаться, не сдаться. Было единство, поэтому Литва и выстояла.

Дмитрий Волчек: Я был в те дни в Вильнюсе, видел, как люди окружили живым щитом парламент. Причем на защиту литовской независимости приезжали со всего Советского Союза, из России тоже. Помню, как рвали советские паспорта и бросали клочки вокруг парламента в знак протеста.

Виталий Каракорский: Да, и паспорта, и военные билеты накалывали на ограду сейма. Как раз в этот день, 13 января должна была выйти в эфир одна из первых независимых радиостанций в Литве "Колокол Вильнюса", я отвечал за вещание на русском языке. Мы решали: идти к Сейму или пытаться выйти в эфир откуда-нибудь из провинции, может быть даже из леса. Мы понимали, насколько важно, чтобы мир и люди Литвы получали независимую информацию. Никто не знал, чем это закончится.

Дмитрий Волчек: Тогда многие понимали, что в Литве решается судьба Советского Союза. Оказалось, что это репетиция августовских событий.

Виталий Каракорский: И перед августовскими событиями была репетиция в Вильнюсе, когда омоновцы заняли литовский Телеком. Так получилось, что наша радиостанция была единственной в эфире в эти минуты. Мы тогда первый раз дали наш телефон в эфир, и было очень много звонков, люди сообщали, что происходит, куда направляются войска. И мы, сидя в кабинах комментаторских, ждали, что вот-вот появится ОМОН.

Дмитрий Волчек: Потом началось долгое, не закончившееся по сей день расследование этих событий. В 1994 году вдохновители из Комитета национального спасения были задержаны в Белоруссии Ермалавичюс и Бурокявичюс и осуждены. Как распутывали клубок событий 1991 года литовские следователи?

Виталий Каракорский: Идейные вдохновители путча Ермалавичюс и Бурокявичюс были вывезены из Белоруссии работником прокуратуры. Я с ним знаком лично, потом этот человек работал в литовской госбезопасности и несколько лет назад вынужден был оттуда уйти, когда там начались процессы избавления от людей Саюдиса. Сам процесс шел долго, нудно. Кто-то был осужден очно, кто-то заочно. Расследуются не только январские события, но и убийство литовских таможенников в Мядининкяй летом 91 года. Я считаю, что генеральная прокуратура далеко не все сделала для того, чтобы провести расследование. Никто не мешает литовской прокуратуре настаивать на допросе того же Михаила Головатова и других подозреваемых в деле 13 января в Москве. Между Литвой и Россией существует договор о правовой помощи. На днях согласно этому договору в Литве состоялся опрос в суде Эгле Кусайте, которую подозревают в намерениях совершить теракт в России в рамках другого дела – дела Магмадова, которое рассматривается в Москве. Значит, это все действует, но почему-то действует в одну сторону. Головатов теперь никогда не сможет поехать в Европу, потому что Финляндия аннулировала его шенгенскую визу. Литовская генеральная прокуратура должна настаивать на его опросе в Москве, но это почему-то не делается. С Австрией, видимо, комфортнее ссориться, чем с Россией.

Дмитрий Волчек: У вас есть догадки – почему? Халатность или злонамеренность?

Виталий Каракорский: Я думаю, что наша правовая система, как бы сказать корректнее, капиллярными сосудами связана с российской правоохраной, с тем же ФСБ. Все эти люди, и прокуроры, и судьи, сейчас может быть в меньшей степени, но до недавнего времени – это все советские прокуроры, это все коллеги, это все одна ментальность. Я думаю, в этом ответ на ваш вопрос.

Дмитрий Волчек: Весной этого года были сообщения о том, что даже Михаила Горбачева хочет литовская прокуратура допросить.

Виталий Каракорский: Литовская генеральная прокуратура – это организация с не очень хорошей репутацией. Известно дело Гатаевых, чеченцев, у которых был детский дом в Каунасе, Финляндия предоставила им политическое убежище. Представляете, из демократической Литвы люди бежали в демократическую Финляндию и там нашли политическое убежище от преследований литовской прокуратуры. Потом было дело Ицхака Арада, известного израильского историка, который был партизаном в годы Второй мировой войны в Литве, против нацистов воевал, были попытки преследовать еще нескольких евреев-антифашистов. А вот теперь шоу: задержим Горбачева. И дело Головатова – такое же шоу. Я думаю, что оно очень выгодно прокуратуре, это попытка исправить свою репутацию.

Дмитрий Волчек: Недавно началась публикации документов КГБ в Литве, несмотря на сопротивление, продолжавшееся много лет. Так что процесс очищения от советского все-таки идет. Или вы скептически на него смотрите?

Виталий Каракорский: Я разделяю точку известной диссидентки, сестры Ниёле Садунайте. Она недавно в интервью по поводу дела Головатова сказала, что, конечно, Австрия повела себя как кремлевские лакеи, но литовской власти неплохо бы посмотреть на себя в зеркало. Мы пытаемся миру сказать, что были оккупированы, а сами в Литве ничего не делаем. Сейчас побежали люди к австрийскому посольству, жгли свечи, был несанкционированный митинг по поводу Головатова. Но у нас в вильнюсском городском совете заседает в правящей коалиции Виктор Балакин, майор КГБ. И почему-то люди не бегут к нашему городскому совету и не жгут там свечи. Процесс и идет, и не идет одновременно.

Дмитрий Волчек: Вернемся к январю 1991 года. Вы знаете, как много различных конспирологических слухов вокруг этого дела, и если вы откроете Википедию, вы тут же найдете там ссылки на то, что это снайперы Саюдиса стреляли по людям, что в руководстве движения за независимость были агенты КГБ, которые всем руководили. Можно ли все эти версии отвергнуть с порога, как бредовые?

Виталий Каракорский: На самом деле история возникновения Саюдиса действительно порождает множество вопросов. Мы знаем, что создание Саюдиса было санкционировано Москвой, приезжал Александр Николаевич Яковлев, очень влиятельный член политбюро. И не только Саюдис, но и другие народные фронты в Эстонии, в Латвии. Официальное название Саюдис – это было движение в поддержку перестройки. То, что там были люди КГБ, нет никакого сомнения. А где их не было? Тотально были везде. То, что Саюдис и народные фронты Латвии и Эстонии вырвались из-под кремлевской опеки, тоже не вызывает сомнений. Конечно, в этом надо разбираться, я думаю, что историки будущего в этом разберутся, и сейчас есть попытки разбираться. Есть такие теории, что и сам развал Советского Союза был инспирирован КГБ в надежде избавиться от партийной опеки, а потом, мол, соберем потихоньку, как это сделали большевики в свое время после развала царской империи. Тут можно говорить о чем угодно, но расследование на самом деле еще предстоит, я думаю. Мы будем возвращаться к теме 13 января. А что касается снайперов Саюдиса – эта утка была запущена сразу же, в те же дни советской пропагандой, никаких подтверждений нет. Сама хронология 13 января поминутно известна. Кстати, сейчас коллеги Головатова из "Альфы" говорят, что мы, мол, не стреляли, а в нас стреляли, был офицер "Альфы" Шацких убит. Но я хочу напомнить, что он был убит выстрелом в спину, так что вряд ли это были снайперы Саюдиса.

Дмитрий Волчек: Вы говорите, что нужно разбираться, нужно расследовать. А в России вам многие вам скажут, что все эти советские дела стоит сдать в архив. Тот же Головатов говорит, что он выполнял приказы, его послало в Вильнюс государство, которого уже не существует сейчас, а теперь сотрудники КГБ стали респектабельными бизнесменами. Вот вопрос: есть ли в самой Литве – не у прокуратуры, а в обществе – готовность и желание разбираться в этом? Рана не затянулась еще?

Виталий Каракорский: Рана не затянулась. Не только события 13 января, а в принципе всех 50 лет советской оккупации. Мы должны оценить собственную историю, чтобы в один прекрасный день снова не потерять так дорого доставшуюся нам независимость. Я уверен, что в каком-нибудь 1937 году в Литве никто не мог представить себе, что через два года этой независимости не станет.

Дмитрий Волчек: Я думаю, что можно сравнить нынешний интерес к событиям конца 80-х – начала 90-х годов с интересом, который в Германии и вообще в Европе возник в 60-е годы к событиям времен нацизма, когда поиски нацистских преступников усилились, и размышления о природе нацизма получили новое развитие у нового поколения.

Виталий Каракорский: Я с вами абсолютно согласен. Видите, и в Старой Европе, в Германии понадобилось какое-то время, чтобы они пришли к тому, что невозможно оставить эти скелеты в шкафу. Я думаю, что не только в Литве, но и на всем постсоветском пространстве настанет такое время, когда этот интерес усилится.

Дмитрий Волчек: Возвращаясь к конкретному делу – к делу Михаила Головатова и других, обвиняемых по событиям января 91 года (их обвиняют, кстати, в преступлениях против человечности), ваш прогноз, как завершится это расследование? Заочным судом?

Виталий Каракорский: Тут трудно прогнозировать, но надеюсь, что все-таки Головатов и другие участники процесса, и подозреваемые, и свидетели будут допрошены в Москве. Ничто этому не мешает. Надо проявлять волю, настойчивость и требовать от российской прокуратуры опроса свидетелей. Я уже говорил, что Финляндия аннулировала шенгенскую визу Головатову, у него бизнес в Европе, фирма "Альфа Би". Я думаю, что он в Европе в ближайшее время не появится. Так что получить его Литве не представляется возможным. А настаивать на его допросе в России, да, я думаю, что это было бы логично.

Дмитрий Волчек: А приговор?

Виталий Каракорский: Я уже цитировал сестру Ниёле Садунайте, она напомнила о судьбе Пятраса Расланаса – это был бывший начальник отдела НКВД и ответственный за убийство 85 человек в лесу Райняй в первые дни войны. Он осужден заочно литовским судом. Осужден пожизненно и прекрасно живет в России. Между прочим, он уехал из Литвы уже при независимой Литве. Так что, видите как. Тоже вопрос, кто разрешил, почему?
XS
SM
MD
LG