Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Генерал-майор ФСБ сообщил президенту о фальсификациях в деле "Пассажа"


Митинг в поддержку Григория Чекалина, раскрывшего фальсификации в деле о поджоге "Пассажа"

Митинг в поддержку Григория Чекалина, раскрывшего фальсификации в деле о поджоге "Пассажа"

Марьяна Торочешникова: Президенту России в очередной раз сообщили о фальсификациях при расследовании дела о поджоге торгового центра «Пассаж» в Ухте. На этот раз к Дмитрию Медведеву обратился бывший начальник управления ФСБ по республике Коми, генерал-майор в запасе Николай Пиюков. О том, что он сообщил в письме президенту, какие последствия повлечет за собой это письмо, и главное, почему генерал ФСБ говорит о том, что уголовные дела в России, частности дело о поджоге торгового центра «Пассаж», возбуждаются для того, чтобы отобрать бизнес успешных предпринимателей, мы будем сегодня говорить.
Гости в студии Радио Свобода – адвокат Константин Рыбалов и сопредседатель организации «Самозащита бизнеса», предприниматель Валерий Морозов, который, кстати, тоже пострадал от незаконных действий правоохранительных органов и чиновников.
Зачитаю пару фрагментов из письма Николая Пиюкова:
"С момента возбуждения уголовного дела в июле 2005 года политические деятели, бизнесмены и руководство правоохранительных органов Республики Коми вели целенаправленную работу по фальсификации доказательств, привлечению к уголовной ответственности невиновных граждан, дискредитации лиц, пытающихся установить истину по делу. ...Целенаправленная работа политических деятелей, бизнесменов и правоохранительных органов по незаконному осуждению невиновных лиц имеет одну четко определенную цель - передел собственности. Незаконное осуждение Пулялина А.А. и Корастелева А.А. имеет целью привлечение к уголовной ответственности братьев Махмудовых, якобы заказчиков поджога, с тем, чтобы воспользовавшись ситуацией отобрать у них прибыльный строительный бизнес".
Напомню, что за история с «Пассажем». В 2005 году в Ухте сгорел торговый центр «Пассаж», погибли 25 человек, десятки пострадали. Были заварены решетками железными окна, завалены служебные выходы. Очень скоро следствие нашло первых подозреваемых – Пулялина и Корастелева, однако первый состав суда признал их невиновными и полностью оправдал, поскольку судьи нашли множество фальсификаций в деле, в том числе и благодаря отставному ныне прокурору Чекалину, который явился в суд и дал показания о том, как эти фальсификации производились, и что сфальсифицировано. В адрес генерального прокурора России было направлено представление, чтобы наказать виновных и устранить нарушения, однако этот оправдательный приговор вскоре отменили, и на основании ровно тех же доказательств Корастелева и Пулялина приговорили к пожизненному лишению свободы, сейчас они сидят в колонии «Черный беркут». Заказчиками этого поджога следствие посчитало братьев Асрета и Фахрутдина Махмудовых, у которых, насколько я понимаю, очень прибыльный был строительный бизнес в республике Коми.
И вот Константин Рыбалов, который защищает Фахрутдина Махмудова, я попрошу вас рассказать, действительно ли слова о том, что инициация этого дела состоялась только для того, чтобы отобрать у них строительных бизнес, есть ли какие-то тому свидетельства, подтверждающие эти обстоятельства?

Константин Рыбалов: Данное уголовное дело главной своей целью имело именно показать обществу, что мы нашли преступников. Для .этих целей бросили двух подростков из неблагополучных семей на растерзание – Пулялина и Корастелева. Государство никогда не признает свою вину, что пожарники не проверяли здание общественного пользования. Государство никогда не признает, что «Хромая лошадь» - это отчасти и его вина. Государство у нас никогда не признает, что теплоходы тонут, в том числе, и по вине государства. Для этих целей обязательно нужен виновный. В нашем деле появились Пулялин и Корастелев. Феноменальность этого дела в том, что по одним и тем же документам этих подростков сначала Верховный суд республики Коми, при профессиональных судьи оправдывают. И при этом давайте сопоставим сегодняшнее письмо, которым мы располагаем, от генерала Пиюкова, который как раз в тот период времени возглавлял Управление ФСБ края и уже сообщал в Генеральную прокуратуру о фактах фальсификаций, уже представлял документы о том, что есть след на тех людей, кто действительно мог быть причастен к этому преступлению.

Марьяна Торочешникова: Вот еще пишет генерал-майор Николай Пиюков: «В сентябре 2007 года в ходе оперативно-розыскных мероприятий Управлением ФСБ была получена информация о возможной причастности к поджогу торгового центра «Пассаж» совершенно иных лиц, никак не связанных ни с Корастелевым, ни с Пулялиным. При отработке указанной информации были выявлены и документально подтверждены факты фальсификации доказательств по уголовному делу членами следственно-оперативной группы, информация о фальсификации доказательств по данному уголовному делу поступала в УФСБ и ранее, в том числе от зам.прокурора Ухты Чекалина, что свидетельствовало об ошибочном привлечении к уголовной ответственности Корастелева и Пулялина, а также о том, что их причастность к совершению указанных преступлений искусственно подгонялась в ходе следствия».

Константин Рыбалов: Итак, у нас имеется приговор, который сначала был оправдательный, подростков отпустили, после этого Верховный суд России отменил приговор, вернул на новое рассмотрение. При этом Верховный суд России не дал оценку обстоятельствам, он заставил Верховный суд Республики Коми вновь рассмотреть это дело. И вот тут уже Верховный суд Республик Коми ровно по тем же самым документам выносит не просто диаметрально противоположное решение, а обвинительный приговор с пожизненным лишением свободы этих подростков. Я тут, когда в июне 2009 года Верховный суд Республики Коми приговорил подростков к пожизненному лишению свободы, вот тут, в частности, губернатор Республики Коми Торлопов стал набирать себе политические дивиденды и выступать перед общественностью: мы расследовали это преступление, справедливость восторжествовала.

Марьяна Торочешникова: То есть вы считаете, что власти играли на чувствах родственников погибших в ходе пожара?

Константин Рыбалов: Это ни для кого не секрет. В «Пассаже» 25 человек погибли, сотни людей, убитых горем, остались жить с этим. И для власти важно найти каких-то виновных. Одновременно с этим в Республике Коми ведет успешный бизнес Махмудов Фахрутдин Алибегович, являющийся уроженцем Дагестана, к которому неоднократно подходили представители правоохранительных органов и органов власти республики и настаивали на том, чтобы поделиться. Об этом Махмудов писал соответствующие заявления, в которых называл тех людей, которые требовали передачи бизнеса, как строительного, так и об автовокзале тоже шла речь. Я полагаю, что версия с подростками очень слабенькая – зачем подростки пошли поджигать этот торговый центр? В котором, кстати говоря, в этот день велись газосварочные работы. Если оставить источником возгорания газосварочные работы, о чем люди будут думать? О государстве, которое не обеспечило безопасность. И у нас появились подростки. И привлекают Махмудова к ответственности как якобы заказчика поджога.

Марьяна Торочешникова: На него показали Корастелев с Пулялиным, насколько я понимаю, причем они сначала давали признательные показания, а потом уже в суде полностью от этих признательных показаний отказывались.

Константин Рыбалов: Показания Пулялина и Корастелева меняются с таким невероятным темпом! Я скажу вам одно. Как защитник, участвующий в этом деле, я смогу доказать объективными данными невозможность целого ряда событий, которые инкриминируются Махмудову. Был выдуман конфликт между родственником Махмудова и Пулялиным и Корастелевым, - не было этого конфликта. Придумали, что якобы Махмудов, который является небедным человеком, крупным бизнесменом, приехал и вот этих бедных подростков в духе 90-х годов стал «грузить» на 500 тысяч рублей. Это человек, которому принадлежат заводы. Нелепость обвинения настолько сильна! Возвращаясь к показаниям Пулялина и Корастелева, было установлено, и об этом заявляли и Евсеев, и Чекалин, зам.прокурора города, как из этих детей вили веревки, для того чтобы они давали показания. А в тех условиях, в которых находятся Пулялин и Корастелев, и покойник начнет говорить то, что понадобится следователю. Поэтому ситуация складывается таким образом.

Марьяна Торочешникова: Валерий Морозов, который только создал организацию «Самозащита бизнеса», является ее председателем, стал жертвой противоправных действий чиновников и представителей правоохранительных органов. И именно Валерий Морозов сыграл роль в том, чтобы письмо генерала Пиюкова попало в руки Дмитрия Медведева. Это была первая акция организации вашей. С вашей точки зрения, почему государство так наплевательски относится к своим бизнесменам?

Валерий Морозов: Мне кажется, первое, государство состоит из людей, государственный аппарат, и эти люди преследует свои интересы. То, что у нас государство создало систему коррупционную обогащения чиновников за счет бюджета, это уже давно известно. Но то, что происходит в последние 5-7 лет, а особенно активно последние 3-4 года, это то, что государство, государственные чиновники, я имею в виду не только в аппарате, в Управлении делами президента, но и в правоохранительных органах, в местных органах власти взял курс на уничтожение или рейдерский захват успешного бизнеса. Была приватизация, потом пришли питерские заменили, начали старых олигархов убирать. И теперь пришло время, когда за 10 лет передел собственности состоялся, делить больше нечего, но в России создался большой пласт – независимый бизнес, это люди, которые делали свой бизнес с нуля. Это предприятия экономически эффективные, только так он могут выживать. Скажем, у меня компания была не такая большая, где-то 1,5 миллиарда в год оборот, по 2008 году, но у меня прибыль официально заявленная была – 8 процентов в год. Это очень большая прибыль для строительной компании. И когда мы говорим о Махмудовых и других, Чичваркин, это люди, которые с нуля подняли хороший, эффективный бизнес. И вот теперь чиновники начинают делить то, что им не принадлежит.

Марьяна Торочешникова: Такое ощущение складывается, что чиновники и недобросовестные представители правоохранительных органов просто дожидаются, пока предприятие более-менее окрепнет, встанет на ноги, и как только оно становится самостоятельным, против бизнесмена возбуждают уголовное дело по какой-то надуманной статье и берут его в оборот.

Константин Рыбалов: Смотрите, когда Махмудова заключили под стражу, все имущество, которое ему принадлежало, все предприятия, где он был учредителем, все было арестовано. Я оспаривал и возражал в судебных органах, органах прокуратуры: на каком основании вы арестовываете активы? После моих возражений появились гражданские иски потерпевших, уже такое впечатление, что под названную сумму нужно было убедить граждан подать эти иски, типа в обеспечение исковых требований. Но эти иски должны быть направлены государству, и государство должно возместить те страдания, которые были причинены людям. А имущество арестовано Махмудова, который не признан виновным, находится еще в статусе обвиняемого. Но парализовано все, что столько лет человек создавал своим трудом, своим умом.

Марьяна Торочешникова: Не говоря уже о том, что на предприятия работали люди, которые остались без работы.

Валерий Морозов: За последние годы управление чиновниками и государственного сектора экономики, и управление финансами, управление их собственным бизнесом – их управление очень неэффективно. У нас самая неэффективная экономика. У нас в стоимости любого продукта от 20 до 70 процентов – коррупционная составляющая.

Марьяна Торочешникова: Взятки, окаты за санитарные, пожарные проверки и прочее.

Валерий Морозов: Да. Их экономика, их сектор стал абсолютно неэффективным. И нужно что-то делать! Я знаю, что некоторые люди, имеющие отношение к Кремлю, имеющие собственный бизнес, платят те же откаты – до 40-50 процентов – другим чиновникам.

Марьяна Торочешникова: Все об этом знают, но ничего не меняется.

Валерий Морозов: Мы можем говорить очень много, но ничего не будет, действительно. Нужны конкретные действия. Нужно конкретного чиновника обвинять, конкретных людей, и тогда что-то будет меняться.

Марьяна Торочешникова: Я хочу рассказать историю еще двух человек, которые оказались в деле «Пассажа». Это отставной прокурор Григорий Чекалин и бывший оперуполномоченный уголовного розыска Михаил Евсеев. Григорий Чекалин в то время, как рассматривалось первый раз дело о поджоге «Пассажа», пришел в суд и открыто заявил, дал свидетельские показания, что материалы дела фальсифицировались. Суд первый, основываясь и на его показаниях, вынес оправдательный приговор. Потом эти показания были проигнорированы. Григория Чекалина привлекли к уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, и сейчас он отбывает наказание в колонии-поселении – 1 год и 3 месяца ему дали. Михаил Евсеев тоже сообщил что видел, как фальсифицируются доказательства, и его привлекли к уголовной ответственности за раскрытие государственной тайны. Государственная тайна – это методы оперативной работы. Михаилу Евсееву дали 1 год и 3 месяца колонии-поселения. И эти люди, пытавшие обратить внимание власти, они писали видеообращения, письма в администрацию президента, приводили факты, они сидят в колонии.
Валентин из Рязани, пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте! Я считаю, что дело не в чиновниках, а в коррупционных законах.

Константин Рыбалов: Я как профессиональный юрист хочу возразить, что у нас с законами все в порядке, мы сориентированы на европейские стандарты права. У нас законы принимать – любимое дело законодательных органов. У нас законы не работают!

Марьяна Торочешникова: И мы дозвонились Григорию Чекалину.
Григорий, вас известно о письме Николая Пиюкова?

Григорий Чекалин: Нет, на самом деле, я лишен возможности узнавать новости. Только когда приезжает адвокат, он мне сообщает что-то.

Марьяна Торочешникова: Генерал-майор Николай Пиюков добился того, чтобы лично в руки Дмитрию Медведеву попало его письмо, в котором он приводит факты фальсификации в уголовном деле «Пассажа». Как вы считаете, будет какая-то реакция на это заявление Пиюкова?

Григорий Чекалин: Я очень хочу, чтобы реакция была! Все, что в этом деле происходит, это просто открытый беспредел. И если реакция будет, то я думаю, и мое пребывание здесь не задержится, и еще многие люди, которые пострадали от рук тех, кто прикрывает эти фальсификации, тоже, я думаю, в скором будущем смогут насладиться свободой, тот же Михаил Евсеев.

Константин Рыбалов: Григорий, будем надеяться, что те, кто фальсифицировали, сменят вас.

Валерий Морозов: Я бы хотел вас поддержать и сказать, что в моем случае только то, что я сумел передать письмо президенту в руки, только это сохранило мне свободу. Я два года воюю с Управлением делами президента, и были отстранены все непосредственные участники как Управления делами, за исключением самых высокопоставленных, и в силовых структурах. Последним Хорев был уволен, кто непосредственно отдавал приказ, а до этого были другие сотрудники, причем очень высокопоставленные, Скворцов и так далее, те, кто имел отношение и к моему делу, так и к Магнитскому.

Марьяна Торочешникова: Григорий, как вы считаете, почему до этого власти никак не реагировали на ваше обращение, на обращение Михаила Евсеева, на многочисленные публикации в прессе, касающиеся дела о поджоге торгового центра «Пассаж»? Почему не проводились проверки?

Константин Рыбалов: Проблема в том, что федеральные власти уже отчитались о высокоэффективной проделанной работе, в частности прокуратура, что все раскрыто. А почему президент не реагировал на обращения, потому что просто не доходило до него, президент занят другими вещами.

Валерий Морозов: Вы даже не представляете, насколько до президента ничего не доходит. В «Новой газете» была стать недавно, что во время реконструкции Вечного огня были украдены большие деньги, и я знаю на 100 процентов, что в течение 10-15 дней такая информация в газете до президента не доходила. То есть система защищает чиновников.

Марьяна Торочешникова: А вам не кажется странным, что такими вещами должен заниматься президент?

Валерий Морозов: Система не работает или работает против нас!

Григорий Чекалин: Мое мнение такое, я не могу не согласиться с Константином и вторым гостем, что до президента все это не доходит. Раньше я думал, что если написал письмо президенту или в Управление по делам президента, то если оно затрагивает важную тематику, в частности наше дело, оно дойдет. Но ни мое видеообращение, ни обращение Евсеева… Ну, может быть, Дымовского посмотрел он обращение, и то только чтобы посмеяться вечером на кухне. Очень важно, если Дмитрий Анатольевич прочитает это обращение, тем более что обращается генерал, сотрудник ФСБ. Реакция должна быть.

Марьяна Торочешникова: Будем надеяться, что что-то сдвинется с места и это повлияет на ваше освобождение из мест лишения свободы.

Григорий Чекалин: Я тут уже признан злостным нарушителем режима, поэтому мне вряд ли светит УДО или замена на более мягкое наказание. Звонок у меня – в августе следующего года.

Марьяна Торочешникова: Спасибо за то, что смогли принять участие в нашей программе. Желаем вам выдержки!
Константин, что сейчас происходит в деле о «Пассаже»?

Константин Рыбалов: Нужно понимать, что на сегодняшний день мы выполняем требование статьи 217, то есть знакомимся со всеми материалами дела. И обращаю внимание слушателей, представьте себе, уголовное дело насчитывает 156 толстых томов. Следователь вышел в городской суд с ходатайством об ограничении Махмудова в сроке ознакомления с материалами дела. И судья удовлетворил ходатайство, и теперь Махмудов должен изучать 11 томов в день! Такие темпы нам заданы. По просьбе своего подзащитного я публикую материалы и заметки о том, как проходит это уголовное дело, в своем блоге с размещением процессуальных документов и комментариев, что происходит.

Марьяна Торочешникова: Геннадий из Ленинградской области, пожалуйста.

Слушатель: Добрый день! Позволяют ли наши законы привлекать любого чиновника к ответственности за плохое оказание услуг, вымогательство взяток и так далее?

Марьяна Торочешникова: Законодательство, позволяющее привлекать за взяточничество, за неоказание услуг – все это есть и в Уголовном кодексе Российской Федерации, и в рамках гражданско-правовых отношения можно оспаривать действия или бездействие чиновников.

Константин Рыбалов: У нас с законами все в порядке, они очень активно принимаются, обсуждаются, чиновники красиво выступают, представители власти об этом заявляют. Проблема законности государства в первую очередь заключается в судебной власти. Как только российский суд станет независимым и перестанет угождать действующей политической власти, вот тогда начнет у нас возрождаться правовое государство.

Марьяна Торочешникова: То есть судьи могли бы навести порядок.

Константин Рыбалов: Президент Медведев сказал, что фундаментальная проблема нашего общества – это недоверие к суду. Недоверие к судебной власти обусловлено абсолютной нежизнеспособностью судебного корпуса. П как только суд станет независимым, не будет озираться на звонки из администрации, из других ведомств, вот тогда начнется исполнение законов. Тогда мы сможем искать правду в суде. Вот с этого нужно начинать.

Валерий Морозов: В качестве примера. По моему делу нас давят очень сильно через суд. Как могут быть судьи независимыми, если, допустим, все верховные судьи обеспечиваются Управлением делами президента?

Марьяна Торочешникова: Нет, у них есть Судебный департамент.

Валерий Морозов: Я имею в виду имущественно – отдых и так далее. То есть у нас все перемешано, все в одних руках.

Марьяна Торочешникова: Пришел комментария от Артема из Москвы: «У нас нет правоохранительных органов, есть законные вооруженные бандформирования».
Аркадий из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте! У нас уже средний бизнес разграблен. Но у нас готовится большое государственное рейдерство, совершенно законное. Я имею в виду так называемые налоги, которые вступят в действие с 2012 года, совершенно грабительские! Они торопятся захватить наши квартиры, пока они еще чего-то стоят. И последнее. Пару месяцев назад президент Медведев заметил, что надо существенно повышать пошлины на судебные дела, потому что граждане у нас такие нехорошие, любят заниматься сутяжничеством и осмеливаются выступать даже против налоговых органов. Кто-то еще надеется на справедливость Медведева?

Марьяна Торочешникова: Я так понимаю, речь шла о налоге на имущество с 2012 года. На самом деле, этот вопрос еще не решен, он обсуждается, изменения в закон не внесены. А я хочу вернуться к истории «Пассажа» и письму генерала Пиюкова, который просит президента инициировать проведение проверки по делу о поджоге торгового центра «Пассаж».

Константин Рыбалов: Я хотел обратить внимание, основной тезис письма генерала – это то, что к пожизненному лишению свободы осуждены два невиновных человека. Письмо генерала все-таки не о бизнесе, хотя он там прямом текстом сообщил, как этого дела касаются интересы третьих лиц, но основное в письмо – это тоже, что осуждены двое невиновных людей. Мы знаем множество истории, в различных передачах встречали неоднократно сюжеты о тех несчастных, которые по несколько лет просидели, будучи приговоренными к смертной казни, когда она у нас применялась, как система просто людей съедала, и через какое-то время выяснялось, что они совершенно не виновны. И сейчас мы говорим об этом, о Пулялине и Корастелеве. Мы просим о проведении соответствующей беспристрастной проверки. Так объективно не подтверждается многое из того, о чем вещают нам правоохранители Сыктывкара.

Марьяна Торочешникова: Причем если можно еще как-то пережить, если человека незаконно, что тоже чудовищно и отвратительно, приговорили, как, например, Григория Чекалина, к отбыванию срока в колонии-поселении, то здесь речь идет о пожизненном лишении свободы в колонии особого режима.
Виталий из Московской области, пожалуйста.

Слушатель: Добрый день! Я считаю, что и бизнесмены виноваты в этой ситуации, потому что соглашаются на такие правила игры, не совсем честные.

Константин Рыбалов: Виталий, а можно ли дать взятку или откат, если чиновник ее не берет?

Слушатель: Таких чиновников не бывает.

Константин Рыбалов: Взятки и откаты просто вымогают, государство наживается на бизнесе!

Валерий Морозов: Я хочу в качестве ремарки вспомнить одну историю. Это было в 90-е годы. Однажды я приехал к своему другу, а он был в хороших отношениях с одним вице-премьером московского правительства. И вот он сидит такой злой и говорит: «Да поедем сейчас и ему морду набьем! Представляешь, сволочь, 5 процентов попросил!» Приезжаем, а он говорит: «Ребята, я-то здесь при чем? У меня сверху берут. Я только 5 процентов должен сам отдать». И все!

Марьяна Торочешникова: То есть это заранее простроенная система. Но, с другой стороны, ведь есть отчасти правда в словах слушателя. Я, как обыватель, предполагаю, что если человек не дает взятки…

Валерий Морозов: Бывало разное. Когда мы пришли к одному из руководителей Москвы, стали с ним разговаривать, когда этот чиновник вышел, другой чиновник сказал: «А что вы доказываете, разговариваете? Деньги на стол кладите – и все!» То есть каждый был в разных ситуациях. Но прежде всего была построена система обогащения чиновничества, и эта система развилась. Чиновники поняли, что это легко делается, и это возможно как система. А потом уже пошли не просто откаты, а еще и по графику.

Марьяна Торочешникова: Вспоминается история подмосковного чиновники, которого посадили за взятки, у которого на двери кабинета висели расценки, что и за какую сумму он делает. Курьез ситуации заключался в том, что когда его приговорили, отправили по этапу, люди, которые там работали те же бизнесмены, говорили: «Как жалко. Здесь, по крайней мере, все было понятно, прейскурант был известен».
Константин, возвращаясь к письму Пиюкова, что конкретно в этой ситуации должен сделать президента, как вы считаете?

Константин Рыбалов: Президент должен в первую очередь обратить на это внимание, дать этому какой-то комментарий. Например – «я поручу провести проверку». Это уже будет сильное движение к тому, чтобы засуетились все остальные. Несмотря на выстроенную вертикаль власти, власть сегодня не работает, я говорю о следственных органах, органах прокуратуры. Поэтому мы надеемся на проведение проверки по поручению президента, честной, объективной и всесторонней проверки.

Марьяна Торочешникова: На волнах Радио Свобода прозвучала передача «Человек имеет право». Со мной в студии были адвокат Константин Рыбалов и сопредседатель организации «Самозащита бизнеса», предприниматель Валерий Морозов.

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG