Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Город.ОК" или Что стало с городом Глуповым


Сцена из российско-американского спектакля "Город.ОК" по произведениям "История Нью-Йорка" Вашингтона Ирвинга и "История одного города" Михаила Салтыкова-Щедрина в постановке Владимира Панкова на сцене Центра им. Вс. Мейерхольда

Сцена из российско-американского спектакля "Город.ОК" по произведениям "История Нью-Йорка" Вашингтона Ирвинга и "История одного города" Михаила Салтыкова-Щедрина в постановке Владимира Панкова на сцене Центра им. Вс. Мейерхольда

В Москве завершился международный театральный фестиваль имени Чехова. Один из последних спектаклей его программы сделан самим фестивалем в сотрудничестве с американским театром "Шестая студия".

Спектакль называется "Город.ОК". Участие в нем принимают две труппы – российская Soundrama и американская "Шестая студия". Это бывшие выпускники Школы-Студии МХТ имени Чехова, в том числе – актриса Карен Тарараче:

– Мы учились в Школе-Студии, и ее ректор Анатолий Смелянский нам дал разрешение на использование названия "Шестая студия". В 2005 году мы вернулись в Америку и создали театр в Нью-Йорке, в нем работает десять человек с одного курса. Мы ищем русские пьесы, сами их переводим и играем. Мы почти все делаем сами: мы – и актеры, и продюсеры, и так далее. В какой-то момент мы решили, что пора вернуться в Москву с каким-то совместным проектом. Им стал "ГородОК". В Америке такого проекта раньше не было, – отмечает Карен Тарараче.

В спектакле говорят и поют на двух языках (с переводом на электронном табло). Музыки много, и дело не только в том, что поют и играют на разных инструментах, но в том, как звуки речи, шагов, выстрелов перетекают друг в друга и друг в друге отражаются. Лейтмотивом служит песня "The House of The Rising Sun", которая звучит в самых разнообразных аранжировках и манерах (кафешантанной, джазовой, частушечной, в сопровождении балалайки или гармошки).

Режиссер спектакля – руководитель Soundrama Владимир Панков. Он (вместе с автором либретто Ириной Лычагиной) сочинил музыкально-драматическое действо, основанное на двух текстах: "Истории одного города" Салтыкова-Щедрина и "Истории Нью-Йорка" Вашингтона Ирвинга.

– У двух молодых трупп с молодыми артистами появилась прекрасная возможность соединиться в единый организм, – говорит Владимир Панков. – Для меня театр, прежде всего, человеческая история, когда мы не делимся по каким-то признакам. Американец ты, белорус или таджик: порезал палец – будет больно. Текст – отправная точка для полета нашей фантазии. Это история одного города Глупова. Все мы – глупые, если начинаем воевать. Это сплошная, страшная для человека, Навозная слобода…

По одну сторону сцены – зеленый газон, по другую – жидкая грязь. Между ними – вода. Там история Нью-Йорка, здесь – города Глупова. Там – голландцы, первые поселенцы, прекрасно одетые дамы под зонтиками и господа в котелках. Здесь – обитатели среднерусской возвышенности, в калошах на босу ногу, ушанках и овчинных тулупах. Там – три губернатора, здесь – три градоначальника. Там – феминизм с патефоном, здесь – вопль "Запорю!" под гармошку. Там поют "The House of The Rising Sun", здесь – частушки, да еще про Беловежскую пущу (получается очень комично, потому что за спиной девушки, нежным голосом выводящей мелодию, кривляются губернатор с градоначальником, и становится ясно, чему обязана вековой печалью Беловежская пуща).

Тексты Вашингтона Ирвинга и Салтыкова-Щедрина, взятые фрагментарно, друг другу не противоречат. На поверхности жизнь, конечно, разная, а в сути своей одинаково головотяпская, если понимать под этим словом самовредоносную глупость. Тяпнуть при этом норовят все больше головой об голову, да так, чтобы чужая раскололась.

Совершив исторический экскурс в новую Голландию и город Глупов, мы окажемся в недалеком будущем. Нет больше зеленого газона, повсеместно – грязь. Чистый ручеек, который разделял два берега (не то Гудзон, не то гиперборейское море), изгажен, и вода в нем к финалу – цвета ржавчины или крови. И плывут по нему, теперь уже никому не нужные, каски. Одни шли на войну с янки, другие – с соседней деревней, заблудились в тумане и перебили друг друга. За апокалипсическим финалом абсурдной истории наблюдают двое ведущих действия: американский историк и русский летописец. Они же, словами: "Что стало с Вавилоном?" – начинали спектакль. Вот примерно то же самое и стало.

Конечно, российские зрители лучше понимают сатиру Салтыкова-Щедрина, в которой, что ни слово – то алмаз: "Глупов с новым градоначальником приуныл", "Нас, если с четырех сторон запалить, мы и тогда слова не молвим". Или вот – решение очередного правителя "на месте битвы заложить монумент". Точь-в-точь, как построить православный храм и мечеть в память о тех, кто погиб на "Булгарии". Русский народ – счастливый обладатель самой неувядающей, вечнозеленой литературы. Возможно, когда "Город.ОК" поедет в Америку, там отыщутся и иные смыслы. А народный артист России Валерий Гаркалин жалеет, что спектакль не увидят в России:

– Европа и Америка его увидят – таковы планы. А гастроли по России как будто не запланированы. А ведь это спектакль о том, что происходит с нашим народом. И я потрясен тем, как режиссер проникся болью за историю вообще. Человечество развивается по одинаковым законам – это ухвачено в спектакле и отлично подано. Я узнаю себя, свой город, свою страну. Американская актриса рассказывает, как создавался Нью-Йорк, а я вижу, как создавался Глупов. Но в итоге я стал сопереживать миру, человечеству.
XS
SM
MD
LG