Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Самое опасное место на Земле


Книга Фредерика Кэмпа "Берлин 1961: Кеннеди, Хрущев и самое опасное место на Земле"

Книга Фредерика Кэмпа "Берлин 1961: Кеннеди, Хрущев и самое опасное место на Земле"

К 50-летию возникновения Берлинской стены в издательстве Penguin Group опубликована книга "Берлин 1961: Кеннеди, Хрущев и самое опасное место на Земле". Автор – президент Атлантического совета внешнеполитических исследований США, журналист Фредерик Кэмп – оценивает в ней действия первого секретаря ЦК КПСС Никиты Хрущева и президента США Джона Кеннеди, пытавшихся преодолеть Берлинский кризис.

57-летний Фредерик Кэмп до того, как возглавил Атлантический совет, почти 30 лет работал в газете "Уолл-Стрит Джорнал". Им написаны также книги "Отечество: личные поиски в новой Германии" и "Сибирская Одиссея: путешествие в русскую душу". В название своего нового исследования он ввел цитату Хрущева, назвавшего Берлин 1961 года "наиболее опасным местом на Земле":

Большинство историков считают, что самым напряженным моментом в Холодной войне был Кубинский кризис. Но противостояние советских и американских танков у контрольно-пропускного пункта "Чарли" – в ста метрах друг от друга – было не менее опасным. И в том, и в другом случае мир стоял на грани ядерной войны. Из моей книги становятся очевидными две вещи. Первая – американцы совершенно не учитывали роль внутренней политики в СССР. В Белом Доме не поняли, что Хрущев был, возможно, самой реальной фигурой, желавшей улучшения американо-советских отношений. Вспомним, с какой надеждой воспринял Хрущев победу Кеннеди на выборах: в Москве была впервые полностью опубликована инаугурационная речь американского президента, и глушение радиостанции "Голос Америки" было ослаблено.

Но на Хрущева оказывали давление неосталинисты, которые не могли простить ему разоблачения культа личности Сталина. Инцидент с самолетом У-2 в мае 1960-го, когда был сбит американский разведывательный самолет, фактически нанес удар по Хрущеву: соратники обвинили его в наивности надежд на улучшение отношений с США. Наиболее консервативное крыло тогдашнего Политбюро ЦК КПСС подталкивало его к более жестким мерам в отношении Соединенных Штатов. Америка, повторяю, никогда не понимала внутренней ситуации в СССР. В свою очередь советская сторона не понимала особенностей внутренней политики США, не понимала, что молодому президенту, только вступившему в должность, требуется время для самоутверждения, для того, чтобы определиться со своими союзниками и противниками на мировой арене.

Вы часто обвиняете президента Кеннеди в недопонимании, в неопытности, даже в слабости. Напрашивается вывод, что Америка оказывалась в наибольшей опасности тогда, когда президентом США становился человек нерешительный и малоопытный в международных делах.

Я бы сказал, слабый президент, – вернее, кажущийся слабым, даже если он не является таковым, – гораздо чаще подвергается испытаниям со стороны противника. Противник спешит воспользоваться случаем. Так было и во времена существования Советского Союза, так происходит и сегодня. Посмотрите хотя бы на поведение Ирана. Другое отрицательное качество президента – когда в речах он гораздо решительнее, чем в делах. Именно в этом можно упрекнуть Кеннеди. Такая непоследовательность, такое противоречие между словами и делами заставляет нервничать не только противников, но и тех, кто на стороне США. Это затрудняет объединение сил союзников, не знающих, что на самом деле мы хотим предпринять по тому или иному вопросу.

Сегодня Хрущев воспринимается многими больше как комический персонаж истории, тогда как Кеннеди – как героический. В США Кеннеди входит в число наиболее любимых и почитаемых президентов. Но в вашей книге они выглядят иначе.

Мне интересно в этой истории, что оба человека совершенно не понимали друг друга. Один – 43-летний сын мультимиллионера и антикоммуниста, другой – 67-летний сын шахтера, сумевший пережить все сталинские чистки и Вторую мировую войну. Он совсем не такой уж комический персонаж. Хрущев изо всех сил боролся за выживание в самые трудные времена истории своей страны – и победил в этой борьбе. И не будем забывать, что он все же был реформатором. Хотя и стихийным. Он был очень уязвимым, даже легко ранимым человеком, и подозревал, что Запад его не принимает всерьез. Поэтому Хрущев стремился доказать Америке, сначала Эйзенхауэру, а потом Кеннеди, что он – равный им по силе противник. А Кеннеди был по характеру ведомым: не инициировавшим действия, а отвечавшим на них. Он был не импульсивным, как Хрущев, а рассудочным, и не был, я бы сказал, инстинктивным президентом, каким были, скажем, Трумэн или Рейган. В первый год правления нерешительность Кеннеди привела его ко многим ошибкам. Сам он, когда журналист спросил, можно ли написать книгу о его первых 12 месяцах на посту президента, ответил: о какой книге может идти речь, когда весь первый год был полон
провалов в политике его администрации. Он сам считал провалами и высадку в заливе Свиней, и венский саммит, на котором, по словам самого Кеннеди, Хрущев его переиграл, и Берлинский кризис. Все это было до Кубинского кризиса 1962 года, когда Кеннеди проявил, наконец, решимость, и сегодня мы оцениваем его деятельность именно по этому факту. А в 1961-м году, по оценке самого Кеннеди, он выполнял свои обязанности плохо.

На вопрос, будет ли его книга "Берлин 1961: Кеннеди, Хрущев и самое опасное место на Земле" переведена на русский язык, Фредерик Кэмп ответил, что заявки на перевод пока не поступало.

Рецензию на книгу Фредерика Кэмпа "Берлин 1961: Кеннеди, Хрущев и самое опасное место на Земле" читайте в рубрике "Книжное обозрение с Мариной Ефимовой".

Этот и другие материалы читайте на странице информационной программы "Время Свободы"
XS
SM
MD
LG