Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Владимир Кара-Мурза - о России, Абхазии и Южной Осетии


Осетинский солдат у подбитого танка в Цхинвали

Осетинский солдат у подбитого танка в Цхинвали

В "Гранях времени": политологи Сергей Маркедонов и Феликс Станевский и журналист Ирина Гордиенко.

В понедельник, 8 августа, в трёхлетнюю годовщину с начала российско-грузинского военного конфликта президент России Дмитрий Медведев внес на ратификацию в Госдуму соглашения с Южной Осетией и Абхазией о регулировании деятельности российских военных баз на территориях самопровозглашенных республик. Как сообщили в пресс-службе Кремля, документы были подписаны в Москве в прошлом году. Ими, в частности, устанавливается порядок применения воинских формирований для защиты суверенитета России, Южной Осетии и Абхазии.



Владимир Кара-Мурза: Президент Дмитрий Медведев внес в Госдуму на ратификацию соглашение по объединенной российской военной базе на территории Южной Осетии. Как сообщает официальный сайт Кремля, соглашение определяет вопросы юрисдикции сторон в отношении этой базы, устанавливает порядок применения воинских формирований базы и их взаимодействия с южноосетинскими вооруженными силами.
"Виновные в агрессии в отношении Южной Осетии в августе 2008-го года должны быть предстать перед международным судом", - заявил председатель Госдумы Борис Грызлов. "Мы помним и скорбим о жертвах агрессии, совершенной три года назад режимом Саакашвили. Считаю, что виновные в этом преступлении, его организаторы, пособники и исполнители, должны сесть на скамью подсудимых и предстать перед международным трибуналом", - подчеркнул лидер "Единой России".
В Грузии в воскресенье началась неделя памяти жертв августовской войны. По официальным данным, с грузинской стороны вследствие боевых действий погибли 412 человек, из них 166 военных, 16 полицейских и 220 гражданских лиц. Ранены были 2 тысячи 234 человека.
События, начавшиеся 8 августа, получили затем закономерное политическое развитие: 26 августа 2008 года Россия признала независимость Абхазии и Южной Осетии. Это решение в своем обращении огласил президент Дмитрий Медведев. 29 августа 2008 года Грузия разорвала дипломатические отношения с Россией. 9 сентября 2008 года Россия официально установила дипломатические отношения с Абхазией и Южной Осетией.
Шаги Кремля по закреплению своего присутствия в Абхазии и Южной Осетии мы обсуждаем с Сергеем Маркедоновым, заведующим отделом международных отношений Института политического и военного анализа, Феликсом Станевским, заведующим отделом Кавказа Института стран СНГ, в 96-2000 годах послом России в Грузии. Насколько устойчивой выглядит, по-вашему, спустя три года ситуация, сложившаяся в регионе?

Сергей Маркедонов: Можно сказать, что и одновременно устойчивая и неустойчивая тоже. Если говорить о военно-политической ситуации, то тот собственно расклад, который в августе 2008 года оформился, сохраняется. Россия признала независимость Абхазии и Южной Осетии,
Если говорить о военно-политической ситуации, то тот собственно расклад, который в августе 2008 года оформился, сохраняется

российское военно-политическое, экономическое присутствие наращивается. И собственно говоря, мы не видим каких-либо ресурсов ни у Грузии, ни у, допустим, тех стран, которые ее в стратегическом плане поддерживают, Соединенных Штатов. Мы не видим этих ресурсов для изменения ситуации не в пользу России. С другой стороны можем говорить о существовании другой параллельной политико-правовой реальности. Мы говорим о том, что есть признанная независимость Абхазии и Южной Осетии, а есть другая так называемая оккупационная реальность. Есть закон в Грузии об оккупации, где территории Абхазии и Южной Осетии рассматриваются как оккупированные Россией территории. И мы видим международный процесс признания факта этой оккупации. Сегодня эту оккупацию признали парламенты Румынии, Литвы, Европейский парламент в январе этого года это сделал, недавняя сенатская резолюция США от 29 июля 2011 года тоже термин "оккупация" использует. То есть вот этот суверенитет Абхазии и Южной Осетии как минимум спустя три года является оспоренным и самой Грузией, и большинством европейского сообщества. Вот, наверное, кратко если говорить, то такая ситуация.

Владимир Кара-Мурза: К нашему разговору подключилась Ирина Гордиенко, обозреватель "Новой газеты", которая только что вернулась из региона. Насколько обманчивым выглядит спокойствие, установившееся за три года в Южной Осетии?

Ирина Гордиенко: Я бы не сказала, что там обманчивое спокойствие. Потому что там в целом вполне мирная жизнь. И с одной стороны идет процесс восстановления, точнее, сейчас уже развития, а с другой стороны идет дальнейшее обустройство российской военной инфраструктуры. И то, и другое успешно в разных ключах. Российская военная инфраструктура там намного успешнее и прекраснее развивается и наращивается, нежели, собственно говоря, восстанавливается во всех смыслах Южная Осетия.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, состоялась ли государственность за эти три года Южной Осетии и Абхазии?

Феликс Станевский: Я думаю, и Южная Осетия, и Абхазия находятся сейчас в процессе становления как государства. Это совершенно нормально. Они прошли через очень сложный период – период военных действий. И должен сказать, что этот период был очень длительным для обоих государств. И сейчас они находятся в том периоде, когда
Я вообще не считаю большой проблемой для Абхазии и Южной Осетии вопрос о международном признании

возможностей для укрепления абхазской, югоосетинской государственности значительно выше, чем они были раньше. Я вообще не считаю большой проблемой для Абхазии и Южной Осетии вопрос о международном признании. Те бесконечные танцы, которые устраиваются особенно в прессе, по поводу того, что незначительное число государств признало, по поводу того, что один парламент, другой парламент говорит об оккупационном режиме, в принципе это мало значащие вещи для становления этих двух государств. Да и для России, признаться, это не очень существенные вещи. В каком-то смысле Запад проигрывает, и даже в очень важном смысле, от того, что он отказывается от признания двух совершенно определенных реальностей, которые, кстати, возникли в результате опять-таки совершенно определенного факта – нападения Грузии на Абхазию, нападения Грузии на Южную Осетию в течение всего периода существования независимого грузинского государства после распада СССР.
Люди упускают из анализа такой исключительно важный факт: в течение всего периода своего существования, то есть менее двух десятилетий, Грузия совершила шесть нападений на Абхазию и Южную Осетию. И тех, и других, абхазов и югоосетин Грузия считала своими этническими меньшинствами и без конца воевала с ними. Если мы вспомним историю признания независимости Косово, мы обязательно должны будем сказать, что у абхазов и югоосетин куда больше прав на признание международным сообществом, чем у албанцев Косово. Потому что единственная военная акция со стороны Сербии по отношению к Косово была достаточным основанием для признания косовской государственности со стороны так называемого международного сообщества.
Я еще раз хочу подчеркнуть: государственность Абхазии и Южной Осетии сейчас развивается положительно, идет, на мой взгляд, процесс по восходящей. И в том числе потому, что по всей логике западные государства не чувствуют себя в порядке. Как это ни странно прозвучит, несмотря на массированное пропагандистское наступление по направлению непризнания независимости этих двух государств, несмотря на это наступление, несмотря на широкую информационную войну, которая идет по этому поводу, возможностей для того, чтобы остановить процесс развития государственности и укрепления, кстати, авторитета этих двух государств среди, например, экспертного сообщества, среди дипломатов, несмотря на все это, существенно лучше сегодня ситуация выглядит, чем некоторое время тому назад.

Владимир Кара-Мурза: Алексей Малашенко, член научного совета московского Центра Карнеги, признает определенный тактический успех Кремля.

Алексей Малашенко: С точки зрения Кремля это, безусловно, успех. Потому что вся суть конфликта состояла в том, с моей точки зрения, что Грузия хотела в НАТО. И Грузия, и все заодно с ней получили полный и ясный ответ, что никакого НАТО не будет любой ценой, даже ценой войны. Это безусловный успех Кремля на тот момент, и я бы даже сказал, что это личный успех Путина. Но каковы последствия? Во-первых, безусловно, это было обострение с американцами, с европейцами. Пусть оно не вылилось ни во что более серьезное, но тем не менее, вот это взаимное раздражение, взаимное недоверие осталось – это минус. Второй, я считаю, минус и провал – это ситуация на постсоветском пространстве, потому что после этого России перестали доверять, ей и раньше не особенно доверяли, а уж теперь тем более, и возник перед ней страх. Может быть кому-то это нравится, но для укрепления позиций России, думаю, что это не самое лучшее – это минус.


Полный текст программы "Грани времени" появится на сайте в ближайшее время.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG