Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Выдержит ли "Справедливая Россия" предвыборные удары власти? Стала ли партия по-настоящему оппозиционной?


Николай Левичев

Николай Левичев

Михаил Соколов: В нашей московской студии – председатель партии «Справедливая Россия» и заместитель руководителя фракции этой партии в Госдуме России Николай Левичев.
Поговорим о предвыборной ситуации в стране. Вот президент России подписал указ о назначении выборов в Государственную Думу на 4 декабря. Правда, этот указ еще не напечатан, так что мы можем беседовать в свободном совершенно режиме. Николай Владимирович, президент сказал такую фразу при подписании указа в присутствии лидеров всех партий, в том числе и представителя «Справедливой России» Сергея Миронова: «Мне бы очень хотелось, чтобы состав нашей будущее Думы максимально отражал политические предпочтения самого широкого круга наших граждан». Как вы трактуете такую фразу Дмитрия Медведева?

Николай Левичев: Собственно говоря, человек, исполняющий миссию гаранта конституции, только такую фразу и должен был сказать. Поэтому нам остается только уповать на то, что эти слова не останутся словами, а будут подкреплены реальным контролем за тем, чтобы выборы проходили по тем законам, нравятся они кому-то или не нравятся, которые на сегодняшний день определяют избирательный процесс. О большем, во всяком случае, нашем оппозиционном партиям, в общем, и мечтать пока не приходится.

Михаил Соколов: Была сказана еще одна фраза Дмитрием Медведевым: «Для нас в равной степени являются неприемлемыми две вещи – и административный произвол чиновников, которые пытаются вкручивать выборы для себя, и бездоказательные обвинения в фальсификации, которые довольно часто звучат со стороны тех, кто проиграл». Вам не кажется, что в равной степени относиться к этим двум вещам довольно странно? Потому что, на мой взгляд, первое – это нарушение закона, административный произвол, а второе – колебание воздуха.

Николай Левичев: Ну, с вами трудно не согласиться, потому что там вот скользкое место в эпитете «бездоказательный». Имея большой опыт представления доказательств в виде исков о нарушении избирательных прав и законов на тех или иных избирательных участках, я хорошо знаю, как трудно эти доказательства, предъявляемые обиженными, превратить в судебные решения. Вот заковыка в этом – что считать доказательством. Вот я вернулся из Чувашии позавчера, там заведено уголовное дело по поводу того, что несколько десятков людей написали заявления, что они не принимали участие в голосовании, хотя подписи вроде как их есть. Из нескольких десятков до судебных исков дошло несколько человек. Вот они считают, что их заявления являются вполне доказательными. Подсчитает ли так суд – ну, мы посмотрим.

Михаил Соколов: Да, обычно суд так не считает. «Удалось повысить качество нашей демократии, но это не означает, что мы сделали абсолютно все. Она просто стала более современной» - я воспользуюсь и третьей цитатой их Дмитрия Анатольевича Медведева.

Николай Левичев: Если вы хотите наш диалог превратить в комментирование всех фраз Дмитрия Анатольевича Медведева…

Михаил Соколов: Это все, что я хочу. (смеются) Вот насчет «удалось повысить качество демократии».

Николай Левичев: Я думаю, поскольку я по первому образованию естествоиспытатель, я все-таки придерживаюсь принципа, что практика – критерий истины. И избирательная кампания и день голосования наглядно покажут всем гражданам страны, удалось или не удалось.

Михаил Соколов: А ваша партия «Справедливая Россия», она вообще продержится до выборов-то? Вот говорят, почитаешь тут – есть определенный набор сайтов и средств массовой информации, и говорят, что она после регистрации, а может, и до регистрации развалится, что бегут там от вас активисты, депутаты. И действительно некоторые бегут. Вот Бабаков –такой был видный деятель партии, а теперь он деятель Общенародного фронта. Как у вас с дезертирством?

Николай Левичев: Вы сказали эту фразу с иронической интонацией, про сайты. Ну, понятно, что это все пропагандистская компания, которая развязана нашими политическими конкурентами, потому что, на самом деле, «Справедливая Россия» - это единственная партия, которую опасаются на сегодняшний день власть предержащие. Я вам могу сказать, что я вот в Чебоксарах выступал на конгрессе депутатов партии «Справедливая Россия» Приволжского федерального округа – это 14 субъектов Федерации. Люди, наши депутаты всех уровне, проехав, может быть, тысячу километров, не спав ночь, но в зале яблоку не было места, там был такой настрой эмоциональный, такой драйв, что я получил заряд энергии. И поскольку я говорил своим соратникам по партии, что глубоко убежден, что выборы выигрываются не административным ресурсом, не деньгами, в конечном счете, а выигрываются человеческой энергетикой. Вот как добиться этой энергетики – это уже политическое искусство. Но никакого раздрая в партии нет. Если вы назвали там некоторых моих коллег поименно…

Михаил Соколов: Я пока одного назвал – Бабаков. Ну, Старыгин еще есть.

Николай Левичев: Ну, он не убежал, мы все знаем, что он в течение недели уползал из партии, если уж мы обмениваемся такими эпитетами. Ну, это естественный процесс флуктуации. У нас даже из фракции, 38 депутатов, если четыре человека куда-то уползли, это гораздо меньший процент, чем тот ущерб, который понесет фракция «Единая Россия». Они уже сегодня объявили, что более трети депутатов будет заменено, а это более 100 уважаемых людей. Поэтому в их рядах, на самом деле, гораздо больше раздрая и различного рода несогласований. Я стараюсь подбирать очень мягкие слова.

Михаил Соколов: А Дмитрия Рогозина, бывшего вождя партии «Родина», вы тоже заманивали, но он как-то к вам не пошел.

Николай Левичев: Мы никого никуда не заманивали.

Михаил Соколов: Но вы вели с ним переговоры.

Николай Левичев: Переговоров я с ним не вел.

Михаил Соколов: Он говорит, что с ним вели переговоры от имени партии «Справедливая Россия».

Николай Левичев: Я не знаю, кто это делал от имени партии. Я, как председатель партии, с ним переговоров не вел. Все эти годы, которые Дмитрий Олегович провел на чужбине, мы поддерживали отношения, когда я бывал в Брюсселе в составе партийной делегации, он всегда со мной встречался, и в резиденции посла, и приватным образом. Все это время я хранил у себя в кабинете в сейфе партийные билеты партии «Справедливая Россия» его, его супруги и сына, он об этом прекрасно знал. На последней нашей встрече, в мае этого года, я ему эти партийные билеты передал. Специфика ситуации заключалась в том, что российское законодательство о политических партиях оставляет белым пятном ситуацию российских граждан, находящихся за рубежом. С одной стороны, они у нас стояли на учете московского регионального отделения, при проверке Минюста было сделано замечание, что, поскольку место преимущественного проживания у них другое, то нельзя их на учете держать.

Михаил Соколов: Брюссельское.

Николай Левичев: Да. Мы писали письма в Министерство юстиции, мы вносили с коллегой Емельяновым поправку в закон о политических партиях в Госдуму, чтобы устранить казус такой юридический, но разрешение эта ситуация до сих пор не получила. Ну, коль скоро Дмитрий Олегович говорит, что он высказал пожелание его из рядов партии исключить, ну, это сделано, это его человеческое право. А дальше, ну, если он уже не имеет к партии никакого формального отношения, вопрос, наверное, ему нужно задавать.

Михаил Соколов: Вот еще вопрос пришел к нам по смс: «Планирует ли «Справедливая Россия» пригласить к себе Навального, Чирикову, Милова, Немцова?»

Николай Левичев: Могу сразу сказать, что мы не планируем никого приглашать. У нас достаточно предложений от членов партии и беспартийных граждан, проявивших себя на ниве общественной деятельности, для того чтобы справиться, дай бог, с этим потоком предложений. Напомню, что если сегодня президент подписал указ о назначении даты выборов, и завтра он будет опубликован, у всех граждан Российской Федерации есть ровно три дня, для того чтобы попытаться реализовать свое пассивное избирательное право.

Михаил Соколов: Каким образом?

Николай Левичев: Подать заявление в любую политическую партию, которая принимает участие в выборах, о том, что он желает баллотироваться в кандидаты в депутаты по спискам этой партии. Если перечисленными вами товарищи в три дня уложатся и выберут именно нашу партию, нам будет что обсуждать.

Михаил Соколов: Но пока не было никаких переговоров? Опять же прямой вопрос.

Николай Левичев: Конечно.

Михаил Соколов: Вообще никаких?

Николай Левичев: Ну, понимаете, я…

Михаил Соколов: До меня дошли, извините, слухи, что с Евгенией Чириковой ваша партия вела переговоры?

Николай Левичев: Партия никаких переговоров не вела. С Евгенией Сергеевной Чириковой я знаком хорошо, Сергей Михайлович Миронов знаком хорошо, Геннадий Владимирович Гудков знаком хорошо, Антон Владимирович Беляков и другие знакомы хорошо. Лично у меня с Евгенией Сергеевной, - ну, раз она по этому поводу высказывалась, я снимаю как бы моральное эмбарго на беседы, - дважды шла речь о ее дальнейшей общественной деятельности. И в режиме вот такого разговора двух людей, озабоченных судьбами страны, велась речь о том, как вообще лучше защищать интересы граждан. И Евгения Сергеевна действительно высказывала такое убеждение, что вот в рамках партии или там в рамках депутатской деятельности она пока плохо представляет себя. Но я, как человек более умудренный жизненным опытом, ей говорил о том, что, может быть, стоит подумать. Вот если она дальше собирается заниматься не только проблемами спасения Химкинского леса, но проблемами спасения Байкала, то те форматы, в которых она сейчас пытается действовать, уже не проходят, и неплохо бы как-то иначе объединять людей вокруг себя. То есть это вот был такой разговор, а ни в коем случае не переговоры от имени партии. Если она при этом до сих пор осталась во мнении, что она, как одиночка в поле воин, большего достигает успеха, чем в рамках партийных структур, ну, жизнь нас рассудит.

Михаил Соколов: На сайте Владимир Кириллов интересуется предвыборным альянсом «Справедливой России» с КПРФ: «Не секрет, что «Справедливая Россия» создавалась Кремлем как альтернатива КПРФ, для того чтобы отбирать у нее голоса избирателей социал-демократической ориентации, склоняющих, но не поддерживающих напрямую политику правящей «Единой России». Судя по вашему последнему высказыванию, предвыборные лозунги «Единой России» совпадают с предвыборными лозунгами КПРФ. Этот уход в оппозицию правящей партии несет в себе угрозу потери колеблющихся между КПРФ и «Единой России» избирателей».

Николай Левичев: Да, такой анализ свидетельствует о том, что мозги нашим гражданам промываются политической пропагандой довольно успешно. Если хронологически просмотреть, и интернет позволяет это сделать, потому что каждое слово, оно вылетает, как воробей, и его уже обратно не вернешь, можно проследить, что, допустим, в риторике представителей КПРФ формулировка «социализм 21 века» появилась после создания партии «Справедливая Россия». Потому что действительно на условном левом фланге эти партии работают. Если взять результаты нашего голосования, допустим, в Государственной Думе, очень часто это голосование идентично. Есть и различия, да, но часто, когда речь идет о защите интересов наиболее обездоленных слоев нашего населения, наши позиции совпадают. Классика – между социал-демократами и коммунистами…

Михаил Соколов: Октябрьская революция?

Николай Левичев: …да, есть Октябрьская революция. Поэтому, если коммунисты предпочитают иногда об этом забывать, что их партия-то не социалистическая даже, я уж не говорю про социал-демократическую, а коммунистическая, когда им это выгодно, ну, мы исходили только из одного: сейчас и нам, и им, и стране выгодно, чтобы результаты волеизъявления граждан 4 декабря были под патронатом президента Дмитрия Анатольевича Медведева зафиксированы отражающими реальность, а не те какие-то пузыри виртуальные, которыми насыщено сегодня информационное пространство. И не те результаты, которые постарается довернуть так называемый административный ресурс. С точки зрения содержательной из 7 тезисов КПРФ, которые они в своей основной листовке предлагают избирателю, по пяти позициям у фракции «Справедливая Россия» есть внесенные в Госдуму законопроекты, не лозунги, а законопроекты, проработанные и внесенные. Поэтому там, где наши взгляды на защиту интересов населения, на развитие социально-экономического, вообще прогрессивного курса страны совпадают, мы не собираемся поливать коммунистов грязью. И надеемся, что и они этого делать не будут. Но мое предложение в основном заключалось в том, чтобы объединить усилия на этапе как раз ведения избирательной кампании и особенно дня голосования. Совместными усилиями, я очень подозреваю, если нам удастся зафиксировать реальное волеизъявление граждан, может оказаться совершенно неожиданная ситуация, что у нас совокупный результат в процентах, у двух партий, окажется выше, чем у «Единой России».

Михаил Соколов: Ну, на региональных выборах, где, в общем, не было подтасовок существенных, там Кировская область…

Николай Левичев: Мы к этой черте уже подошли. А я напомню, что выборы в 20 с лишним субъектах Российской Федерации совпадают с выборами федеральными. И если даже там нам не удастся дотянуться до это планки, допустим, на федеральных выборах, то заняв такую позицию в нескольких субъектах Российской Федерации, мы существенно переформатирует политическое пространство России.

Михаил Соколов: Но Геннадий Андреевич Зюганов выставил ряд условий: поддержка референдума, насколько я помню, отказ от соглашения с «Единой Россией», которые у вас было несколько лет назад. Вы все это принимаете, его условия?

Николай Левичев: Отвечу двояко. Во-первых, хотя я обращался к Геннадию Андреевичу Зюганову, меня услышали не только руководители партии КПРФ, меня услышали все коммунисты страны. Я хорошо знаю, что в большинстве регионов идет нормальный, конструктивный, содержательный диалог о том, как нам получше подготовиться к выборам. Нравится это Геннадию Андреевичу, не нравится, - у каждого бойца наших двух партий будет свой участок фронта, раз нам навязывают такую терминологию.

Михаил Соколов: Фронтом на фронт.

Николай Левичев: Да. И, значит, в этой борьбе каждый не откажется от помощи, если она ему на пользу. Поэтому третье условие… Ну, во-первых, они говорят о том, что жизнь должна показать, Геннадию Андреевичу что важнее – судьбы страны или шесть лишних мандатов Государственной Думы. Ему подсказочку сразу дали кремлевские политтехнологи, что если будет – цитирую – «заключено ситуационное коалиционное соглашение между «Единой Россией», КПРФ и ЛДПР по выдавливанию «Справедливой России» из Государственной Думы», они быстренько посчитали, что это принесет коммунистам аж целых 6 лишних мандатов.

Михаил Соколов: Ну, а «Единой России» не шесть, а гораздо больше, конституционное большинство, правильно?

Николай Левичев: Так вот, если Геннадий Андреевич с учетом этой подсказочки откажется вести с нами диалог хотя бы о каком-то взаимодействии, ну, тем самым он перед своими же партийцами выкажет свои истинные цели и намерения.

Михаил Соколов: Там просто прозвучало еще четвертое условие. Я, правда, не знаю, от Зюганова или от его заместителей, что хорошо бы еще и поддержать единого кандидата на президентских выборах – коммуниста. Такие вопросы вы готовы решать?

Николай Левичев: На это я ответил, что для начала давайте мы хоть как-то посотрудничаем. Если результаты этого сотрудничества на думских выборах приведут к позитивному исходу, тогда… никогда не говори никогда, тогда и будем разговаривать дальше.

Михаил Соколов: «Вопрос Левичеву: как сделать «Справедливую Россию» партией трудящихся, наемных работников из партии лично Миронова и лояльных ему бизнесменов?» - вот смс пришла.

Николай Левичев: Вы знаете, я эти тезисы уже давно говорю публично с трибун. Говорю это, глядя в глаза своим соратникам по партии, что если год назад еще можно было говорить о том, что партия «Справедливая Россия» во много партия Сергея Миронова, также как там ЛДПР – партия Жириновского, то сегодня это не так. Я цитирую сам себя. Отстрели сегодня голову Миронову и Левичеву, партия все равно пойдет на выборы. Вот я приведу потрясающие цифры, потрясшие меня. Я только что вот получил анализ из аппарата, подведены предварительные итоги обсуждения нашего проекта предвыборной программы. У нас был опыт обсуждения программы партии два года назад, и мы тогда получили несколько, к примеру, 15 тысяч замечаний, предложений и считали, что при 20 миллионном тираже программы это большой успех. Я онемел, когда мне посчитали точную цифру. В наш адрес поступил с апреля, когда мы обнародовали вот этот проект программы, 391 480 обращений с предложениями граждан! Ну, а теперь вот сами судите, партии, которая имеет такой общественный резонанс, сильно нужен уже Миронов и Левичев?

Михаил Соколов: Да, вот это ответ Лене, которая интересовалась, не планируете ли вы сменить лидера Сергея Миронова. Я вернусь к встрече лидеров партии с Дмитрием Медведевым. Там все говорили о своем. Скажем, Михаил Прохоров предложил ограничить количество депутатов от партии-победителя половиной состава Думы, кто-то еще что-то просил. Я подозреваю, что вы с Сергеем Мироном уже пообщались, да, собственно, и отрабатывали планы, что сказать на этой встрече. Что он предложил на этой встрече в Сочи?

Николай Левичев: Я пока имел только краткий телефонный разговор, поэтому, наверное мой перечень предложений не будет исчерпывающим. Но самое главное, что он акцентировал внимание на наших предложениях по формированию состава избирательных комиссий всех уровней, мы эту тему последовательно президенту излагаем на всех встречах, ратуя за то, чтобы комиссия формировались на всех уровнях из представителей зарегистрированных партий в равных долях. На наш взгляд, эта простая мера существенно повысила бы доверие избирателей к результатам выборов. И второй момент такой технический носит характер, но, как Сергей Михайлович успел сказать, он весьма живо заинтересовал Дмитрия Анатольевича. Речь идет о пять о давно звучащем предложении снабдить все избирательные участки видеокамерами, которые бы в режиме онлайн были нацелены на урны для голосования. Что позволило бы дистанционно, а не только присутствуя на избирательном участке, следить за тем, чтобы не было фокусов типа Амаяка Акопяна или кто там у нас еще умеет из льва делать тигра или наоборот.

Михаил Соколов: Да, а из одного бюллетеня сто. Было бы неплохо вообще, чтобы эта камера смотрела и за всем избирательным участком, поскольку на выборах в Петербурге, насколько я помню, просто наблюдателей вот сейчас выгоняли под разнообразными предлогами просто, не давали им даже присутствовать на участках. Кстати говоря, в этих выборах в Петербурге ваша партия активно агитировала за то, чтобы люди не голосовали за Валентину Матвиенко, ну, вот муниципальным депутатом с перспективой ухода в Совет Федерации, чтобы она стала председателем Совета Федерации, и получается, что вы проиграли. 95 процентов там, по-моему, проголосовало за то, чтобы госпожа Матвиенко стала этим депутатом и так далее. То есть поражение у вас в Петербурге.

Николай Левичев: Я с искренним прискорбием констатирую, что проиграла страна, проиграли мы все, проиграла лично Валентина Ивановна Матвиенко, потому что это факт политической биографии, который уже ни пером, ни топором не вырубишь. И если несколько тысяч человек в силу разных обстоятельств и мотиваций проголосовали за Валентину Ивановну, то несколько миллионов человек испытали чувство глубокого отвращения. Я обращаю внимание на тот простой факт, что выборы-то были не Валентины Ивановны были выборы в муниципальные советы «Красненькая речка» и «Петровский». И выборы были трехмандатные. В каждом бюллетене каждый избиратель должен был поставить три галочки, избирать из того жалкого перечня, который был им предъявлен, - жалкого, потому что вы знаете, что выборы не были широко анонсированы, - по крайней мере трех человек, чтобы совет функционировал в полном объеме. Так вот, и на том и на другом участках оказалось, что практически каждый третий избиратель ставил только одну галочку – напротив Валентины Ивановны Матвиенко. Потому что им проели мозги, я уж не знаю, разные способы, наверное, в отношении курсантов были одни, в отношении пенсионеров другие, но они шли выбирать Матвиенко, а не депутатов муниципального совета. Вот им сказали, они одну галочку поставили и все. А члены избирательных комиссий либо не успевали, либо не очень сильно акцентировали внимание, раздавая бюллетени, что галочки нужно поставить три. И я так до сих пор и не услышал, меня, как гражданина, очень волнует, а как же будут работать теперь эти муниципальные советы, если там такие были выборы, ну, не совсем полноценные. Вот состоялись ли вообще они, полностью ли избран состав депутатов муниципальных советов. Вот мне это интересно, но как-то об этом ни гу-гу.

Михаил Соколов: Ну, ничего, не сейчас избрали, так потом назначат, выберут точнее.

Николай Левичев: Да, надо – еще раз распустят.

Михаил Соколов: Да, что там… У них и прав-то, у этих муниципальных советов, по-моему, нет.
Давайте подключим слушателей. Николай из Мичуринска, ваш вопрос?

Слушатель: Господин Левичев, вас не возмущает, что кремлевская камарилья манипулирует вот этими всеми псевдопартиями? И этот фарс с выборами не говорит ли вам, что вы являетесь марионетками у Медведева, Путина и прочих?

Николай Левичев: Я очень сожалею о том, что у нас всячески вольно или невольно подвергается обструкции партийная деятельность. Она не в почете. Хотя это очень сложная и нужная для общества деятельность. Поверьте мне, вот псевдопартия, говорят, мы. Но вот я вернулся, еще раз повторю, с очередной моей встречи с однопартийцами, 650 человек, которые ради того, чтобы собраться вместе, проехали некоторые до тысячи километров, люди, которые прошли уже огонь и воду, они прошли либо муниципальные, либо региональные выборы. Они этим своим партийным выбором очень осложнили себе жизнь, потому что в нашей партии ни карамели, ни кренделей не раздают, а они только ставят под сомнение свою жизненную карьеру, подвергаются давлению различному. Но они понимают, что если мы сегодня не сделаем все возможное, чтобы эволюционным путем двигаться в сторону демократизации всех общественных процессов, то нас ждут… ну, по спирали движется история, и нас ждут какие-то гораздо более серьезные катаклизмы. Это люди, которые не хотят уезжать из страны, которые хотят для своих детей и внуков добиться нормальных человеческих условий жизни, чтобы они имели стимулы для жизни, стимулы для карьеры. Ну, какие они марионетки? Они пассионарии, они подвижники. И я глубоко преклоняюсь перед своими однопартийцами, которые часть своего жизненного ресурса в течение последних 4 лет положили, я считаю, на благо страны.

Михаил Соколов: А человек верит, что вы просиживаете в приемной Владислава Суркова часами и ждете инструкций. Так ведь пишут!

Николай Левичев: Ну, пишут недоброжелатели, пишут те, кто хочет сохранить статус-кво в существующей партийной системе, чтобы мы двигались в направлении такого китайского варианта политической системы: одна доминирующая партия и несколько партий, изображающих демократические процедуры. Ну, вот выборы на муниципальном уровне в Красненькой речке и Петровском – это как раз как в капле воды предупреждение о том, что такое возможно.

Михаил Соколов: Так, по-моему, это уже случилось.

Николай Левичев: Если граждане не придут на выборы 4 декабря.

Михаил Соколов: Ну, вот ваш лидер сказал, что нужно, чтобы пришло 80 процентов граждан. Знаете, в республиках Северного Кавказа почти до 100 уже доходит явка, и голосование под 100 – за «Единую Россию». Чего вы добьетесь этим призывом?

Николай Левичев: Я постараюсь сейчас подобрать выражения… Всем хорошо известно, что в некоторых субъектах Российской Федерации зафиксированные результаты имеют мало общего с процедурой прихода граждан к урнам для голосования.

Михаил Соколов: То есть не верите вы в это. А если реальные люди придут, 80 процентов, что, не нарисуют те же самые результаты?

Николай Левичев: А если реальные люди придут, нет, не нарисуют.

Михаил Соколов: Почему? Если нет наблюдения, нет контроля, если раз за разом во многих регионах ухудшается обстановка контроля за избирательными участками, за процессом голосования, когда переписываются безнаказанно протоколы в процессе передачи с участков в окружные комиссии, что это изменит, что пришло 80 процентов избирателей?

Николай Левичев: Это изменит очень многое. Это изменит психологическую атмосферу на избирательных участках. Не надо забывать, что членами избирательных комиссий у нас в день голосовании и накануне работает порядка миллиона граждан нашей страны. И если они чувствуют, что пришли их соседи, пришли люди, которым им дальше по жизни смотреть в глаза, уверяю вас, это на опыте проверено… Административный ресурс, напомню, по моему определению, это предоставление возможности зависимому от тебя человеку нарушить закон. Они не будут нарушать закон.

Михаил Соколов: Вы, конечно, оптимист, ну, ладно.
Яков из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Добрый вечер! Я коммунист по убеждениям, я за социализм и против частной собственности, и за вашу партию, честно говоря, я голосовать не буду. Ваш лидер как-то говорил, что занимая третий пост в государстве, он сделал все для возвращения праздничного календаря, 7 ноября. Тем не менее, это не сделано. Как можно верить партии, лидер которой не выполняет даже таких обещаний?

Николай Левичев: За ваши убеждения, Яков, я вас уважаю, и я уважаю людей с убеждениями, любыми. Я могу сказать, что я, например, лично вносил проект закон об изменении календаря в части разрубания так называемых новогодних каникул…

Михаил Соколов: «Пьяная неделя».

Николай Левичев: …да, и добавления праздничного дня 2 мая. Мне удалось добиться даже рассмотрения там. Полтора года ушло на то, чтобы пройти комитет Госдумы и вынести даже на рассмотрение палаты Госдумы, но закон не прошел. Поэтому желания одного человека, даже находившегося в тот момент в статусе руководителя верхней палаты, далеко недостаточно для того, чтобы провести такое предложение через Государственную Думу и дальше по всей цепочке принятия закона.

Михаил Соколов: Геннадий из Ленинградской области, пожалуйста.

Слушатель: Добрый вечер! Вопрос мой следующий. Все ли соглашения с «Единой Россией», официальные и неофициальные, аннулированы после выдавливания Сергея Михайловича Миронова из Совета Федерации? А если какие-то остались, то какие? А я вашей партии желаю успехов на выборах 4 декабря!

Николай Левичев: Спасибо, уважаемый Геннадий! Любое слово поддержки вдохновляет. Мы постараемся соответствовать вашим надеждам на нас. Дело в том, что с «Единой Россией» формально было подписано одно только соглашение, это было в феврале 2010 года. После очередной попытки такого публичного наезда, как принято говорить, на Сергея Михайловича Миронова, и оно поместилось, вообще говоря, на одной страничке, состояло из четырех пунктов. Для нас самый важный пункт заключался в соглашении обсуждать кадровые вопросы при выборах в законодательные органы власти. «Единая Россия» тем самым как бы позволяла себе объяснить, почему они Миронова не спихнули с поста председателя Совета Федерации, у них тогда это еще не получилось. А мы надеялись, во всяком случае, это обговаривалось при подготовке этого одностраничного документа, что наши депутаты в республиканских, краевых и областных органах законодательной власти смогут, по крайней мере, получать возможность профессионально работать. Я уж не говорю о том, чтобы претендовать на позиции председателей комитетов, различных профильных, или там, упаси господи, заместителя председателя Законодательного собрания. Потому что раз за разом добиваясь, в том числе с помощью депутатом-одномандатников, если по спискам даже не получали большинство, «Единая Россия», которая пока контролирует все законодательные органы, они не давали возможности работать на профессиональной основе, иметь помощников, создавать какой-то аппарат фракции и так далее. Но поскольку ни разу ничего такого не наблюдалось, то, вообще говоря, не вступило в действие ни разу это соглашение. Ну, а де-факто и де-юре оно было, понятно, ликвидировано этим демаршем в отношении Миронова 18 мая в Заксобрании Петербурга.

Михаил Соколов: Скажите, а отставки вашего вице-спикера, вышедшего из партии, вы будете требовать? Сейчас вот начинается думская сессия.

Николай Левичев: Ну, я, как председатель партии, планирую на первом же заседании фракции «Справедливой России» в Государственной Думе внести такое предложение: поскольку Александр Михайлович Бабаков был избран заместителем председателя Государственной Думы в рамках пакетного соглашения между фракциями при распределении постов в декабре 2007 года, и по этому пакетному соглашению было обещано, что три оппозиционные фракции выдвигают кандидатуру, которая не будет дезавуирована единороссовским большинством, а будет проголосована, вот от нас был выдвинут Александр Бабаков. Де-юре все равно процедура переизбрания совершается на пленарном заседании Государственной Думы. Наша политическая обязанность – внести в совет Государственной Думы предложение от фракции о замене нашего кандидата в связи с тем, что он исключен из партии и сам заявил о своем разногласии с партийной позицией. Как отнесется к этому совет Госдумы, вынесет ли он это на пленарное заседание, и как проголосует большинство Госдумы – ну, подождем, поживем – увидим. Я думаю, что коллеги по фракции мое предложение поддержат.

Михаил Соколов: Федор из Петербурга: «Верите ли вы в честность выборов и будете ли требовать отставки Путина?» После победы на выборах. Вы же победить хотите.

Николай Левичев: Понимаете, я все-таки должен работать в правовом поле, и вот эти все фокусы, там комитет «За честные выборы», давайте проведем честные выборы, - я не хочу оперировать этими понятиями. Я хочу, чтобы выборы были законными, в соответствии с законом. Соответственно, если они проводятся с нарушением закона, то это выборы незаконные. А там честные, нечестные – это вот из области морали, а не из правовой области.

Михаил Соколов: А как насчет премьер-министра? Вы за то, чтобы поменять премьер-министра? Ведь имеет же право фракция, скажем, поставить вопрос о вотуме недоверия правительству, например.

Николай Левичев: Ну, я могу что сказать… Когда Дмитрий Медведев предложил в мае 2008 года кандидатуру Путина на должность председателя правительства, я выступал от имени фракции. И я могу напомнить, что я сформулировал четыре позиции, ну, там условия, не условия, которые мы адресовали председателю правительства, рассчитывая на то, что он к нам прислушается. На сегодняшний день я вынужден констатировать, что, по большому счету, эти четыре позиции не реализованы. Если учесть, что мы последовательно голосовали против всех проектов бюджета, вносимого правительством на рассмотрение Госдумы, у нас накопилось довольно много вопросов к правительству, к конкретным министрам, и это все мы публично и открыто высказываем. На последнем отчете председателя правительства в Государственной Думе мое выступление было, наверное, скажем мягко, одним из самых критических.

Михаил Соколов: А какая главная претензия у вас?

Николай Левичев: Ну, если у нас такой КВН, 30-секундный, главная претензия, что я у нас атмосфера в обществе – вместо того, чтобы раскрепощать общественную энергию, ее, наоборот, закрепощают. Вот, если хотите, так.

Михаил Соколов: Виктор из Вологды, пожалуйста.

Слушатель: Если вы думаете войти в коалицию с Зюгановым, не опасаетесь ли вы, что он косолапой пяткой раздавит бесхребетные демократические партии? Ведь Компартия оставила жуткий кровавый след с 1917 года. И второй вопрос. Когда вы встречались с президентом, не возникало ли у вас чувство брезгливости из-за того, что этот президент оккупировал Грузию и изгнал более 50 тысяч детей и стариков из сел, практически стертых с лица земли?

Николай Левичев: По первому вопросу. Я ведь предложил не коалицию коммунистам, я специально выбрал такое расплывчатое понятие, как альянс. Речь идет только о том, чтобы совместно зафиксировать результат реального волеизъявления граждан. Вот по нашим оценкам, ничего страшного для страны не случится. Потому что уж, во всяком случае, коммунисты на сегодняшний день большинства в Государственной Думе не получат. Поэтому вы можете не опасаться за свою жизнь. Что касается второго вопроса, ну, при всем уважении к вам, я не в таких терминах, я и моя партия не в таких терминах описываем трагические события 2008 года.

Михаил Соколов: Вот Владимир Кириллов вам дает такой совет: «Справедливой России» необходимо предложить стране оригинальную плодотворную идею, и такой идеей могла бы стать защита отечественного товаропроизводителя, реиндустриализация страны, восстановление сельского хозяйства, то что не под силу «Единой России», партии торговцев и строителей, основных выгодоприобретателей от роста нефтяных цен. Станьте партией проигравших от роста нефтяных цен, а это вся технократическая часть нашего общества, и у вас появится шанс стать второй правящей партией в нашей стране».

Николай Левичев: Ну, вот я могу сказать, и я вам уже эту цифру называл сегодня, это 391 481-е предложение в нашу программу. Я могу только уважаемому Владимиру сказать, что по результатам вот такого общественного обсуждения у нас появился целый дополнительный раздел в проекте программы, он называется так – «Вернуть оффшорную собственность в российскую экономику». Так что целый ряд конкретных экономических решений мы в своем проекте программы предлагаем.

Михаил Соколов: Владимир, Кемеровская область, пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте! Зачем людям дурить голов? Понятно, что «Справедливая Россия» - прокремлевская партия!

Михаил Соколов: Не верит вам человек.

Николай Левичев: Ну, надо все-таки к первоисточникам пытаться приникнуть. Я могу рассказать, партия «Справедливая Россия» не проходила процедуру регистрации. Де-юре мы нашли тогда, осенью 2006 года, такой вариант, это была сложная политико-организационная, юридическая процедура. В один день, в одном месте, в Академии государственной службы, в трех разных залах начались три съезда трех зарегистрированных на тот момент партий. И в результате такой процедуры мы не выпали из политического процесса, и к вечеру на выходе была партия с названием «Справедливая Россия: Родина, Пенсионеры, Жизнь» с новым составом руководящих органов и с новым председателем партии. Нам не нужна была, так сказать, процедура прохождения регистрации на тот момент.

Михаил Соколов: Понятно, в общем, историческая справка. А как вам рейтинги, которые сейчас публикуются, что у «Единой России» больше 50 процентов избирателей, у Компартии – 18, ЛДПР – 13, а вот «Справедливая Россия» где-то у барьера, там 4, 5, 6? Это я на «Левада-центр» ссылаюсь.

Николай Левичев: Ну, я уже устал объяснять, что, к несчастью, я хорошо в социологии разбираюсь, поэтому хорошо себе представляю, что у нас в общественное поле, в информационное поле вбрасываются какие-то цифры, интерпретацию которых забывают разъяснить. Начнем с того, что даже по Левада-Центру 4 процента – это от числа опрошенных, а от числа намеренных идти на выборы уже 6. С другой стороны, ну, мы обращаем внимание, нас хоронят перед каждым единым днем голосования, но мы почему-то стабильно набираем 14-16 процентов и уже в течение двух лет набираем больше, чем ЛДПР, во всяком случае. И динамика наших результатов выше, чем у других оппозиционных партий. Поэтому у нас есть свои экспертные замеры, свои результаты опросов. Нам также знакомы те результаты опросов, которые не выбрасываются в информационное пространство, а являются закрытыми. И эти результаты нас вдохновляют.

Михаил Соколов: Ну, вот призывают вас отказаться от участия в фарсе, имеют в виду выборы, Валерий из Кургана. Вы что скажете такому человеку?

Николай Левичев: Я Валерию из Кургана могу только сказать. Значит, я призываю вас и всех ваших знакомых принять участие в выборах, и тогда они будут меньше похожи на фарс.

Михаил Соколов: «Почему нет закона о декларации доходов граждан? Выдвигали ли вы такое предложение в Думе?» - спрашивают.

Николай Левичев: На самом деле, надо идти последовательно. После декларации доходов чиновников нужно добиться декларации расходов чиновников. И когда фискальные органы справятся хотя бы с этой задачей, дальше смотреть, стоит ли расширять наблюдение за доходами граждан, три четверти которых находятся ниже черты бедности.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG