Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Это одноэтажное здание до сих пор стоит на перекрестке Vine Street и авеню De Longpre в Восточном Голливуде. Чарльз Буковски жил здесь, киностудия Чарли Чаплина была построена невдалеке в роковом кой-для кого 1917 году. Поль де Лонгпре – был французским художником 19 века, который рисовал цветы (розы всех сортов и ирисы) и, покинув родной Лион, поселился в Восточном Голливуде, оставив после себя вечноцветущий сад картин и имя, подаренное этому району Голливуда.

Но одноэтажное здание не имело ничего общего с художником, который в свое время жил в роскошном особняке с еще более роскошным садом. На перекрестке находился ночной джазовый клуб-ресторан «Billy Berg's». У Билли было еще три клуба (Capri, Trouville и Swing Club), но в историю вошел именно этот, его имени, так как здесь с декабря 45 года и по февраль 46-го играл самый современный квинтет за всю историю джаза: Диззи Гиллеспи – труба; Чарли Паркер – альт саксофон; Бад Пауэл – рояль; Рей Браун – контрабас и Стен Ливи – ударные. Ливи был самым быстрым ударником, особенно, когда он работал щетками. Он так же был единственным белым в квинтете, а «Billy Berg's» - первым клубом Лос-Анджелеса, в котором белые и афроамериканцы сидели и стояли рядом.

Стояли, потому что на концертах квинтета свободных мест не было.


Charlie Parker - Wee – 6:47 (Charlie Parker - Complete Jazz at Massey Hall - The Jazz Factory)

«Wee», «Малышка» - композитора и одного из первых ударников эпохи би-бопа Дензила Беста. Гиллеспи – труба; Паркер – альт; Паул – рояль; Чарльз Мингус – контрабас и Макс Роуч – ударные. Мэсси Холл, Торонто, 15 мая 53 года.

Ну, а теперь назад в «Billy Berg's» и не куда-нибудь, а в мужской туалет, на двери которого висит табличка – «Ремонт».

Внутри, напротив фаянсовых умывальников и отливальников на старом кресле из кабинета дантиста, сидел высокий человек с матово-бледным лицом, вороными, зачесанными назад волосами, в безукоризненном костюме цвета остывающего какао со сливками. На голове у человека были наушники, на коленях - профессиональный магнитофон с застывшими бобинами. Человека звали Дин Бенедетти и он напряженно вслушивался в игру квинтета, поджидая соло своего идола – «Птицы» Паркера.

Обычно Дин записывал соло прямо из зала, с ресторанного столика. Но на этот раз детина из профсоюза музыкантов запретил Дину вести запись. Однако Бенедетти был профессионалом. Переезжая за Птицей из города в город, с побережье на побережье, он всегда возил с собой моток проводов, запасной микрофон, ножницы и шайбу черной изоляционной ленты. Дин слышал в наушниках квинтет, но на саксе, на теноре, гудел Лаки Томпсон, а на рояле вел ритм-секцию Эл Хейг. «Ночь в Тунисе» набирала силу.

Charlie Parker - A Night in Tunisia – 3:04 (Charlie Parker - Now's the Time - Dreyfus Jazz)

«A Night in Tunisia», «Ночь в Тунисе» - Гиллеспи и Папарелли. Септет Чарли Паркера почти что той же эпохи, что и в клубе «Billy Berg's». 28 марта 46 года.
Майлз Дейвис (19 лет!) – труба; Птица – альт-саксофон марки «Selmer E-flat» (ми-бемоль) французского производства; Лаки Томпсон – тенор; Додо Мармароза – рояль (он стоял у стены возле сцены в тот вечер, когда Дин Бенедетти пиратствовал); Арвин Гаррисон – гитара; Вик МакМиллан – контрабас; Рой Портер – ударные. 28 марта 46 года, все тот же Лос-Анджелес.
Контракт с Билли Бергом просуществовал до февраля.


Дин Бенедетти еще совсем недавно был саксофонистом. Он играл на всех четырех и на кларнете. Но ему не повезло: услышав однажды Птицу, он понял, что, не смотря на возможность продолжать играть в клубах, он занимается чепухой. И он стал живой тенью Птицы: пересекал всю страну вслед за его комбо, записывал все его выступления (лишь соло, игнорируя даже Диззи, не говоря уже о всяких Лаки Томпсонах), а на жизнь зарабатывал теперь тем, что умело сворачивал самокрутки «марьиванны», «марихуанетты» и продавал на углах возле клубов или же в самих клубах в «комнатах для джентельменов», то бишь в сортирах. На жизнь этого хватало с лихвой.

Не дождавшись вступления Паркера, Дин оставил маг, заблокировал дверь туалета и по полутемному коридору, заставленному пустыми ящиками из-под пива, отправился к артистическим уборным. Из зала раздавалась, столь популярная городская баллада «Дым попадает тебе в глаза», «Smoke gets in your eyes».

Если вы только что подключились к нашей, разбросанной по всему миру аудитории (привет слушателям с Коморских островов!), напомню, что это еженедельное «Время Джаза». У микрофона в Париже – Дмитрий Савицкий.

Charlie Parker - Smoke Gets In Your Eyes – 3:34 (Charlie Parker - Bird at St. Nick's - FANTASY)

«Smoke Gets In Your Eyes», этот самый «Дым», который отныне запрещен даже в самых-самых клубах, потому что он «Попадает Тебе в Глаза». Стандарт Харбака и Кёрна.

Ред Родни – труба; Чарли Паркер – альт-саксофон; Эл Хейг – рояль; Томми Поттер – контрабас и Рой Хайнз – ударные, Нью-Йорк, 18 февраля, 50 года.

…. Оркестр заканчивал теперь играть «Dizzy Atmosphere», переходя к блюзу в умеренном темпо – «Now’s the Time».

В артистической уборной в конце коридора в углу возвышался каркас запасной ударной установки, а на стенных крючках висели пальто и шубы, которые некоторые умники посоветовали взять с собой из зимнего Нью-Йорка в Калифорнию.

Спиной к полуоткрытой двери сидел крупный крепкий мужчина, сосредоточенный над чем-то серьезным. Он был полностью поглощен работой, как может быть занят сборкой часов швецарский мэтр.

На самом деле человек ел. На подносе перед ним громоздился, тарелками, блюдечками и соусницами заставленный, мексиканский «де люкс» ужин под названием «Comida Conquistador». Цена: 4 бакса 75. Там была пустая тарелка из-под энчилады (тортиьи из кукурузной муки с мясом, сыром и перцем), миски из-под испанского риса, тако (тортиьи, свернутые трубочкой), шкварки в сладком соусе, жареные бобы, домашней кухни сальза-брава и салат из агуакате. На полу стояли три пустых бутылки импортного мексиканского пива «Текате». Человек продолжал есть.

- Птица?

Ответ был мгновенным, но Чарли даже не повернул голову:

- Это ты, Дин? Где там официант? Где мой джин?

За вопросом последовал комментарий Птицы: - Гениальная мексиканская снедь.

Бенедетти вышел из зеркала и уставился на Птицу.

- It don’t kill me! – сказал он.

- «Don’t» вместо «Doesn’t» - было попыткой говорить, как они – черные джазмены. Желание примазаться было жалким…

Charlie Parker - Now's the Time – 3:16 (Charlie Parker - Now's the Time - Dreyfus Jazz)

«Now's the Time», «Вот и настало время …», тема Чарли Паркера.
Майлз – труба; Птица – альт; Диззи (редкий случай!) – рояль; Кёрли Рассел – контрабас и Макс Роуч – ударные. Запись сделана накануне калифорнийских гастролей – 26 ноября 45 года.

Дин Бенедетти терпеть не мог мексиканскую кухню. Но он хорошо знал Птицу и не был удивлен тем, что Чарли сдвинул в сторону поднос и поставил на столик второй, точной с таким же ужином, но дымящийся в ожидании. Птица продолжал есть с серьезностью портового грузчика. Все соответствующие честные звуки сопровождали процесс.

- Дьявол, - бурчал он, - где же выпивка? Я ничего не ел с тех пор, как прикатил с вокзала…

Наконец появился официант с джином и длинным счетом.

- Господин Берг, - просил вас подписать вот это, - почти ласково выдавил он.

Птица был актером. У него в резерве была целая коллекция голосов и интонаций.

- Обычно,- сказал он официанту,- в ночных клубах восточного побережья ужин является джентльменским жестом хозяина…

- Вы подпишите?

- Оставьте счет на столе…

Не успел официант уйти, как Чарли, скомкав счет, швырнул его под стол. Бумажный комок рикошетом отправился в корзину. Птица был занят «Comida Conquistador» номер Два, но теперь в стакане у него плескался чистый неразбавленный джин. Привычным, каким-то третьим ухом, он слушал далекое эхо сцены. Комбо перешло к науке о птичках, орнитологии – «Ornithology»:

Charlie Parker – Ornithology – 3:00 (Charlie Parker - Now's the Time - Dreyfus Jazz)

ДС: «Ornithology», «Орнитология». Будучи все же «Птицей» Паркером, Чарли вместе с Бенни Харрисом написал эту пьеску.
Запись сделана уже после Калифорнии и «Billy Berg's», 28 марта 46 года. Тот же состав, что и в «A Night in Tunisia».

Эй, Дин, - позвал Паркер, продолжая есть, - открой-ка футляр с саксом. Взгляни, что там с мундштуком и с язычком…

Дин Бенедетти со священным восторгом вытащил из целой груды инструментов футляр с «Сельмером».

– Похоже на то, что в мундштуке такой же язычок, который ты использовал, играя в «Трех Двойках»: «Рико», пятый номер. Хочешь, чтобы я поменял?

- Оставь, - буркнул Птица.

Пятый номер «Рико» был самым жёстким из всех язычков. Обычно его использовали в духовой секции, когда нужен был ровный контрапунктный звук, чтобы перекрыть еще более тяжелые инструменты. Номер Пять с трудом поддавался контролю и не прощал ошибок.

Птица закурил:

- Пятый номер класс!

Он почти прикончил весь джин. Он глотал его так, как будто это зельтцеровская.

- Знаешь, Птица, - робко сказал Дин, - я с Пятым не могу даже пискнуть…

ДС:- Прежде, чем Дин Бенедетти надуется как жаба, напомню: вы слушаете «Время Джаза» на частотах «Свободы» и с нашего сайта svobodanews.ru. У микрофона в Лютеции – ваш ДС.

Птица позволил Дину обслюнявить мундштук, но толку было мало. Альт-саксофон с пятым номером «Рико» даже не шипел. Птица вырвал сакс из рук Дина, оттер мундштук, поднес к губам и выдал волшебно легкий вибрирующий звук:

Charlie Parker - Moose The Mooche – 5:05 (Charlie Parker - At Storyville - Blue Note)

ДС: - «Moose The Mooche», пьеса Чарли Паркера. Простейший перевод «Лось-бездельник», «Лось-ворюга», но оба слова пустили корни в жаргоне и это может быть абсолютно всё что угодно…

Чарли Паркер – альт-саксофон; Ред Гарлэнд – рояль; Билли Григгс – контрабас и Рой Хайнз – ударные. Бостонский клуб «Storyville», 22 сентября 53 года.

- Птица,- спросил Бенедетти, - где ты научился так играть на альте?

- В Канзас-Сити, - был ответ.

- Ты слушал Лестера Янга?

- Каждый вечер…

- У тебя тьма поклонников в зале,- грустно выдал Дин. – За столиками мест нет. Народ стоит.

- Именно, - раздался новый голос. – Наш клуб первым в городе отменил сегрегацию.

Это был хозяин клуба, сам Билли Берг:

- Вы собираетесь платить за ужин? К тому же вы опаздываете на целых сорок минут…

- Все верно, ответил Птица одним из своих голосов. То был голос крутого уличного парня.

– Чтобы играть нужно есть. И пить. Да и за такси обычно платит клуб. Я выложил шесть зеленых.

- Сожалею…, сказал Билли. Он знал, что он не может заставить Птицу играть.

– Но вас ждут. Вы знаете, политика смешенной публики не очень популярна в Эл-Эй… И он ушел.

- Дин,- буркнул Чарли, - пойди, скажи Диззи, чтобы они начинали играть «Cherokee»…

- В каком ритме?

- Диз знает…

ДС: - Чарли начал играть «Cherokee» еще в коридоре. Дин бросился назад в «Gentelmen’s room» и врубил маг. Птица шел по проходу между столиками. Вдоль стен и вправду стояли рядами джазмены, которых он знал, с которыми он играл или же будет играть позже. Стен Ливи держал всё комбо в напряжении. Диз, как всегда, готовился к соревнованию на скорость и сложность… В «Cherokee» 64 такта с тьмой аккордных мостов. Лаки Томпсон остался на сцене. Милт Джексон на виброфоне четко выдавал диссонансные линии. Эл Хейг за роялем был похож на банковского клерка, работающего над счетами.

Птица, с двумя обедами «Comida Conquistador» в брюхе, вышел на сцену. Зал затих. Звук альт-саксофона одновременно нежно пульсировал и разрастался…

Charlie Parker – Cherokee – 4:56 (Charlie Parker - Complete Jazz at Massey Hall - The Jazz Factory)


«Cherokee», Рея Нобла. Второе название «Индийская песнь любви». Дико похоже на пиратскую запись Дина Бенедетти. На самом деле домашняя джем-сешен в квартире Чака Копли, в Голливуде, 1 февраля 47 года.

Птица – альт-саксофон; Расс Фриман – фортепьяно; Арнолд Фишкин – контрабас и Джимми Пратт – ударные.

Кто продал эту запись фирме «Dial»? Почему бы, в конце-то концов, не Бенедетти? Ведь именно так он и записывал – лишь соло Птицы…

Чарли Паркер по кличке «Птица» родился 29 августа 1920 года в Канзасе, штат Миссури. Он начал играть на саксофоне в 14 – в школьном оркестре. Он был самоучкой. «Cherokee» была первой пьеской, которую он научился играть.

Charlie Parker - Parker's Mood – 3:03 (Charlie Parker - Bird The Savoy Recordings)

«Parker's Mood», «Настроение Паркера», его же и пьеска. Майлз Дейвис – труба; Птица – альт; Джон Льюис – рояль; Керли Рассел – контрабас; Макс Роуч – ударные. 24 сентября 48 года.

Птица Паркер прожил всего лишь 34 года. Аппетит к жизни да и просто аппетит – не просто к мексиканской или китайской кухне, но к алкоголю, женщинам, а главное к траве, кокаину, героину, любым наркотикам – прикончил его в том возрасте, в котором некоторые только начинают жить.

К музыке у него не было аппетита, музыка не была аппетитом. Он жил внутри музыки и музыка жила внутри него.

Charlie Parker - All the Things You Are – 7:14 (Charlie Parker - Complete Jazz at Massey Hall - The Jazz Factory)

«All the Things You Are», «Все, что является тобою», «Все, что ты есть» - стандарт Хаммерстайна и Кёрна. Диззи Гиллеспи – труба; Чарли Паркер – альт; Бад Паул – рояль; Чарльз Мингус – контрабас и Макс Роуч – ударные. Мэсси Холл, Торонто, 15 мая 53 года.

И на прощанье Птица со скрипками. Я бы сказал «мечта идиота», как это часто бывало в джазе. Но его хриплый альт не теряет своего шарма и сдержанной силы в этом сиропе. Тема Брукса Боумена называется – «К востоку от солнца и к западу от луны». Запись была сделана Нормэном Грэнцем в 50 году.

На этом мой рассказ закончен. Ваш ДС импровизировал на тему первой главы книги Росса Рассела «Птица жив!», «У Билли Берга».

Подкаст «Времени Джаза» вы найдете на сайте svobodanews.ru. Всех благ, чао, бай-бай!

Charlie Parker - East of the Sun – 3:41 (Charlie Parker with Strings - Verve)

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG