Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кто исправит исправительную систему? (Ростов-на-Дону)




В России, по разным подсчетам, около одного миллиона людей находятся в местах лишения свободы. Если вычесть стариков и детей, то можно смело сказать, что в нашей стране «сидит» каждый десятый человек трудоспособного возраста. Когда-то и кем-то названная исправительной, эта система уже давно попала под перекрестный огонь пристального интереса с самых разных фронтов общественной активности: социологи говорят, что никого там исправить невозможно, медики заявляют о вопиющем разгуле опасных инфекций, силовики требуют ужесточения условий нахождения, а правозащитники – их прозрачности.
Об одном из таких неправительственных объединений – Межрегиональном Совете общественных наблюдательных комиссий в системе ГУФСИН – рассказывает его руководитель Федор Дериго.

Федор Дериго: «Первая задача – это, безусловно, оказание содействия общественным наблюдательным комиссиям региональным. Это подготовка новых членов ОНК, потому что, собственно, общественные объединения живут по закону об общественных объединениях, и членство в них не имеет срока, пока человек не изъявит желание выйти. То для общественных наблюдательных комиссий предусмотрена обязательная ротация. В федеральном законе №76 было два года, потом в прошлом году была поправка – на три года. Безусловно, принятие закона семьдесят шестого, оно открыло громаднейшие возможности для гражданского общества по контролю за местами принудительного содержания. Потому что человек, например, живет, здравствует, у него есть семья, работа, ему кажется, что он знает все, и он чувствует себя гражданином. Но, по тем, или иным причинам попав в беду, и оказавшись в местах принудительного содержания, он понимает, что он – даже не ребенок, он – младенец, он не знает ничего.

Олег Бакунин: О том, с какими жалобами обращаются в Совет заключенные и их родственники, рассказал бывший советский политзэк, а ныне – руководитель региональный общественной организации «Путь к праву» Витольд Абанькин.

Витольд Абанькин: Больше всего поступает жалоб – и к нам приходят, и мне звонят зэки из разных лагерей России, и их родители из разных регионов: Приморье, Воркута, Урал. И жалуются на суд и следствие. На содержание уже мало кто жалуется. Потому что сейчас содержание такое, что если бы так сидели, как сейчас зэки сидят, то мы бы, наверное, не стали бы бороться с советской властью. Но это шутка. Вот это беда – неограниченная власть судей и прокуратуры приводит к нарушениям. Я обычно тех людей, которые мне жалуются из разных мест России, направляю в Москву к своим друзьям-правозащитникам. Потому что я не имею никаких прав заниматься их делами, мы – региональная организация, действующая только в Ростовской области.

Олег Бакунин: Недавно со своей бедой к правозащитникам пришла и Марина Банникова, жена бывшего архитектора Железнодорожного района областного центра Михаила Ходоковского. Ее муж содержится в следственном изоляторе уже больше года.

Марина Банникова: Вы просто будете смеяться, когда узнаете суть проблемы, и за что он сидит, и почему так тянут со следствием. Когда адвокаты посчитали количество часов, в течение которых занималась следственная группа, расследуя его преступление, то получилось, что полчаса в день. Полчаса в день занималась делом следственная группа управления МВД по Южному федеральному округу. По версии следствия, мой муж, якобы, взял взятку за бездействие по пресечению незаконного строительства домов на территории района, выразившееся в том, что он – по-русски это сформулировать невозможно, я вам потом дам почитать документы – через главу администрации, через прокуратуру района и другие органы не принял меры для подачи иска в суд о сносе строений.

Олег Бакунин: Продолжает правозащитник Витольд Абанькин:

Витольд Абанькин: Силовые структуры постепенно превращаются в коммерческие структуры. Потому что, если они прикрывают разные незаконные, вот как в этом случае, вопросы строительства, другие незаконные сделки или банковские операции, то ясно, что они уже становятся какими-то полу коммерческими, полу силовыми структурами. И это – настоящая беда. Ну, я думаю, если вот эти силовые структуры, и государство в целом, и президент, фактически, не обращают на это внимание, они обращают внимание, но только на словах, но мер никаких не принимают, то народ, я думаю, в скором времени, возьмется сам решать вот эти все проблемы.

Олег Бакунин: Конечно, Совет общественных наблюдательных комиссий не имеет каких-либо властных полномочий, и может помочь обратившимся людям лишь квалифицированными консультациями, да сообщить представителям прессы о каких-либо чрезвычайных ситуациях в том или ином учреждении системы ГУФСИН. Но и это дорого стоит. А если учесть возможность членов общественных наблюдательных комиссий лично посещать места отбытия наказания, и встречаться там с заключенными, то роль общественного контроля сегодня трудно переоценить. Поэтому, наверное, столько людей и приходят каждый день в Ростовский Совет общественных наблюдательных комиссий в системе ГУФСИН. И каждый из них - с надеждой на помощь.
XS
SM
MD
LG