Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сергей Фомченков – о суде над участниками беспорядков на Манежной


ОМОН на Манежной площади. Москва, 11 января 2011

ОМОН на Манежной площади. Москва, 11 января 2011

7 сентября началось рассмотрение по существу дела о прошлогодних беспорядках на Манежной площади. На скамье подсудимых – активисты "Другой России" Кирилл Унчук и Руслан Хубаев, участник движения "Стратегия 31" гражданин Белоруссии Игорь Березюк, националисты Леонид Панин и Александр Козевин. Адвокаты обвиняемых утверждают, что процесс политически мотивирован и направлен против партии Эдуарда Лимонова. Об этом суде и преследованиях активистов "Другой России" в других городах рассказывает член исполкома незарегистрированной партии Сергей Фомченков.

– Многие заметили, как это странно – в организации возникших стихийно после убийства Егора Свиридова беспорядков, в которых участвовали тысячи футбольных фанатов, обвиняют людей из "Другой России". Какое отношение ваша партия имеет к тому, что происходило на Манежной?

– На самом деле следствие утверждает, что беспорядков на Манежной площади не было вообще. Следствие считает, что благодаря "грамотным действиям сотрудников милиции" беспорядки были пресечены. С точки зрения следствия, двое членов партии "Другая Россия" и поддерживающий идеи "Другой России" Березюк организовали все, что происходило на Манежной площади, призывали людей к массовым беспорядкам и к оказанию сопротивления сотрудникам милиции. И все эти 5 тысяч человек им послушно подчинялись и слушали их команды.
Партию хотят на основании этого уголовного дела запретить, как запретили предыдущую партию, возглавляемую Эдуардом Лимоновым

Лидеров партии на площади не было, они никогда не призывали выходить на площадь, и вдруг "Другую Россию" обвинили в организации беспорядков. Видимо, понимая, что это смешно выглядит, следствие потом добавило еще двух случайных людей, чтобы разбавить эту группу подсудимых и избежать обвинения в предвзятости. Но цель одна – преследовать "Другую Россию". Возможно, это связано с тем, что партию хотят на основании этого уголовного дела просто запретить, как запретили предыдущую партию, возглавляемую Эдуардом Лимоновым.

– Подсудимый Руслан Хубаев сразу заявил отвод трем судьям. Что еще было примечательного в первый день судебного процесса?

– Свое ходатайство Хубаев мотивировал тем, что судья Алексей Криворучко был причастен к делу Сергея Магнитского, он за месяц до смерти Магнитского продлевал ему содержание под стражей. Александра Ковалевская, которая возглавляет эту тройку, судила Сергея Мохнаткина и дала ему два с половиной года лишения свободы ни за что. Третий судья, Игорь Алисов, совершал на предварительных слушаниях действия, которые говорят о его предвзятости в этом процессе. На основании этих фактов был заявлен отвод этим судьям. Судьи посовещались между собой и, естественно, решили себя не отводить.

Потом начали допрашивать потерпевших. В деле 27 потерпевших, и все сотрудники милиции и ОМОНа. Первым допросили омоновца Афанасьева. Он не смог подтвердить, что видел подсудимых на площади, зато заявил, что ему был нанесен моральный ущерб, потому что он не смог применить физическую силу в отношении тех, кто находился на площади, так был в форме и ему нельзя было, как гражданскому, подраться. После показаний Афанасьева судья сразу объявил перерыв, и во время перерыва те, кто вышел в коридор, видели, как прокурор Смирнов консультировал оставшихся свидетелей-омоновцев, объяснял им, как себя вести. После консультаций процесс возобновился. Тут же оставшиеся омоновцы начали подтверждать, что видели подсудимых, но одновременно не смогли объяснить, что конкретно подсудимые делали на площади. Если брать показания на следствии (видимо, написанные под диктовку следователя), и то, что они говорили в суде, получается полное несовпадение.

Руслан Хубаев категорически не признал свою вину. Он – руководитель мурманского отделения "Другой России" и отсидел уже 4,5 с половиной года.

– Да, по сфальсифицированному обвинению в продаже наркотиков. Руслан освободился в октябре 2010 года, и в Москву приезжал дважды, он себе вставлял зубы, потому что после стольких лет отсидки, сами понимаете, возникают проблемы. Первый раз он приехал в декабре, как раз во время этих событий. Он, как активный человек, съездил на Манежную площадь. Его арестовали в марте, когда он снова приехал в Москву на пару недель. Видимо, взвешивая, кого бы привлечь, следствие попыталось найти хоть какую-то заметную фигуру из партии, кто присутствовал на Манежной площади. Уцепились за Руслана.

– Есть немалая доля абсурда в том, что главным зачинщиком антикавказских волнений объявили осетина Руслана Тамерлановича Хубаева.

– Заметьте, что в деле нет потерпевших лиц кавказской национальности. Подсудимым не вменяют в вину эпизод, который был показан по телевизору, где неизвестные избивают лиц с неславянской внешностью. В обвинительном заключении сказано, что те, кто избивал людей на площади и потом в метро, не найдены. Искать их следствию, Центру по борьбе с терроризмом и ФСБ не интересно, их интересуют только личности из "Другой России", которых хочется наказать за то, что они являются членами партии.

– Очевидно, они очень боятся трогать фанатские группировки.

– Да, потому что футбольные группировки представляют большую силу и с их лидерами договариваются, чтобы они не протестовали против политики властей. "Антиэкстремистские" структуры заняты только тем, чтобы не было протеста против нынешней власти. Погромы их не интересуют.

Главным зачинщиком антикавказских волнений объявили осетина Руслана Тамерлановича Хубаева
– Ваша жена, Таисия Осипова, возможно, тоже стала жертвой гонений на "Другую Россию". Во всяком случае, в этом убеждены политические активисты, которые уже не первый месяц проводят акции в ее поддержку. Они считают, что вашу жену арестовали в Смоленске, чтобы отомстить вам за ваше участие в "Другой России" и дискредитировать вас, ведь вы подавали документы на регистрацию партии в Минюст.

– Все дело от начала до конца вел центр противодействию экстремизму, и все оперативники – знакомые мне лица, которые давно имели зуб на меня и на мою жену. Она в свое время отхлестала гвоздиками по лицу губернатора Смоленской области, бывшего главу ФСБ. Они за это, я думаю, получили большой нагоняй. Так как я занимаюсь региональной сетью организации, то естественно это удар, в первую очередь, по мне. Оперативники Центра Э, не стесняясь, говорили Таисии: вызови мужа сюда, мы его посадим, а ты пойдешь на свободу. Стращали, что она никогда не увидит своего ребенка. Они рассчитывали, что она сломается, плюс у нее со здоровьем большие проблемы. Все это продолжается уже 10 месяцев.

– Сейчас дело получило очень большую огласку, вышло далеко за пределы Смоленска. В какой стадии судебное разбирательство? Как повлияла огласка на ход суда?

– Судить хотели очень быстро. Следствие было завершено за три недели – фантастические сроки для России – и было передано в суд перед новым годом. Но так как удалось вскрыть массу фальсификаций, судья был вынужден вызывать дополнительных свидетелей, оперативников, понятых. И это затянуло судебное разбирательство до лета. Летом началась активная кампания в поддержку Таисии. По плану судьи приговор должен был выноситься 21 июля. Акции у Соловецкого камня дали большой резонанс, даже МВД было вынуждено выпустить официальное заявление по делу Осиповой. Тогда по указке из Москвы решили затянуть процесс. Прокурор выступил с ходатайствами, которые не имеют отношения к делу, назначали экспертизу, которая совершенно никакого отношения к сути не имеет, и она будет длиться как минимум до октября. Видимо, хотят сбить общественный резонанс, надеются, что о Таисии забудут.

– Вы писали, что Владимир Путин посетил больницу, в которой пытали вашу жену. Что это за больница?

– Это Смоленская областная клиническая больница, ее главврач Каманин – один из столпов "Единой России" в Смоленской области. Мы долго добивались медицинского обследования. В итоге нас обманули. Таисию отвезли в эту больницу, вместе пяти положенных по закону дней она там пробыла чуть больше суток. Ее не обследовали должным образом, диагноз не поставили, написали в справке, что заболевания, по которому можно освобождать человека, у нее не обнаружено. Ее водили в наручниках, приковали на ночь к кровати, у нее две конвоирши сидели в палате, а еще две конвоирши в коридоре по видеомонитору наблюдали, как она ведет себя в палате. Даже в туалет ее водили в наручниках. Она в знак протеста объявила сухую голодовку, не пила, не ела, но врачам было совершенно все равно. Понятно, что главный врач – один из основных в "Единой России", это государственное учреждение, они как госслужащие, клятва Гиппократа им нипочем.

– Для протеста против ареста Таисии Осиповой была выработана новая тактика – сидячие демонстрации. Вы упомянули акцию у Соловецкого камня на Лубянской площади, и такая же тактика была избрана во время последних несогласованных акций "Стратегии-31". Вы считаете перспективной именно такую форму протеста?

– Да, потому что сотрудники полиции не стесняются задерживать даже одиночных пикетчиков, хотя это совершенно противозаконно. А тут люди мирно, спокойно, без плакатов, без лозунгов сидят на асфальте. И если в этот момент человека забирают полицейские, они грубо нарушают закон. По репрессивной привычке они поначалу стали всех хватать, и облику полиции, которая считает себя модернизированной, был нанесен большой ущерб. В какой-то момент они это поняли и перестали задерживать людей у Соловецкого камня. Тактика оказалась эффективной, в том числе для акций "Стратегии-31" на Триумфальной площади. 31 июля и 31 августа они вынуждены были не задерживать людей, поскольку поняли, что так откровенно попирать права граждан невозможно. Они отступили. Наверное, будут что-то еще придумывать, но пока они отступили.

Фрагмент программы "Итоги недели"

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG