Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Предприниматели против коррупции и чиновников – кто кого


Яна Яковлева

Яна Яковлева

Марьяна Торочешникова: Предприниматели против коррупции и чиновников – кто кого. Такова тема сегодняшней передачи.
Гости в студии Радио Свобода – малый предприниматель из Комсомольска-на-Амуре Сергей Нестеров, руководитель движения «Бизнес-Солидарность» Яна Яковлева и руководитель Ассоциации адвокатов за права человека Евгением Архиповым.
История Сергей Нестерова не является исключительной, но, Сергей, расскажите, зачем вы приехали в Москву и как вы собираетесь бороться.

Сергей Нестеров: В Хабаровском крае неугодные чиновникам предприниматели лишены права и возможности вести предпринимательскую деятельность. У меня пять автобусов, я перевожу пассажиров по определенному маршруту. На моем маршруте есть еще два частных перевозчика. Ространснадзор, который контролирует нашу деятельность, в одностороннем порядке требует с меня утверждения маршрута, согласований различных и так далее. За последние годы правила изменились, но с нас все продолжают требовать, в том числе по приказу 200 РСФСР от 1981 года, ведомственному. Нам нужно согласовывать все с администрацией, а это невыполнимо, если ты не на дружеской ноге с администрацией. Даже не взятки тут, а другая схема. В 2007 году Герасимова, зама главы администрации по этим вопросам, отправили в отставку. Он тогда организовал семейный бизнес, сейчас у него две фирмы – «Дальавтотранс» и «Транстур», одна на сына, вторая на него. И сейчас как бы освобождают место для них. Мы писали в прокуратуру, в газеты, когда он еще занимал пост, но никаких нарушения в его деятельности не обнаруживали. Мне зам.прокурора Хабаровского края недавно прислал ответ, что когда он работал, у него были нарушения, но сейчас он уволен, ничего сделать нельзя. Зато к нам у прокуратуры появились претензии. Уже 7 человек в этом году по искам прокуратуры лишены лицензий на перевозки за то, что нет согласований с администрацией. Если говорить определенным языком, прокуратура «крышует» определенных лиц. Я в Генеральную прокуратуру сдал сейчас кипу документов о коррупциогенным факторах. А теперь надо контролировать этот процесс, чтобы не переслали просто все обратно к нам.

Марьяна Торочешникова: Скорее всего, так и будует.

Яна Яковлева: Да, это сложившаяся система. Я недавно с удивлением узнала, что бюрократическая система, когда гражданин жалуется вышестоящему лицу на деятельность каких-то органов, с 1920 года работает система, что жалоба направляется тому, кому жалуешься. И круг замкнулся. И здесь ситуация такова, что администрация Комсомольска-на-Амуре говорит, что не может согласовать, потому что закона нет?

Сергей Нестеров: Администрация говорит, что нужно согласовать на основе конкурса, а конкурсы с 2003 года не проводится. Сейчас новый 94-ый федеральный закон о конкурсах, и там четко сказано, что они имеют право проводить конкурсы только в отношении или государственных, или своих муниципальных нужд.

Яна Яковлева: А это частное предпринимательство.

Сергей Нестеров: И тот, кто в конкурсе будет участвовать, получит право льготников перевозить. А к коммерческим перевозкам они никакого отношения не имеют.

Яна Яковлева: И при этом федеральное законодательство не требует в этом ключе проводить конкурсы и не требует никаких согласований, но на него все плевать хотели. А суды пропечатывают решения, которые выгодны местной власти. И остается только лично приехать в Москву, обратиться в Генпрокуратуру, в СМИ. И такая тяжелая ситуация сейчас по всей стране. Фактически прокуратура местная уничтожает частных предпринимателей.

Сергей Нестеров: Да, а один предприниматель – Герасимов – монополизирует рынок. Его компании и рекламируют в основном у нас.

Марьяна Торочешникова: Евгений, насколько я понимаю, Сергей Нестеров пришел со своей проблемой к вам.

Евгений Архипов: К вам в приемную «Чистые руки» Сергей Нестеров пришел. У нас была пресс-конференция, посвященная этой проблеме, я озвучил свою позицию. Мы дали местной администрации неделю на раздумье. Сергей Прокофьевич приглашает туда наш мобильный офис, и мы выедем туда, если с предпринимателями ситуация такая будет продолжаться. Мы отправили официальные письма губернатору Хабаровского края, главе города Комсомольска-на-Амуре. Мы написали, что возмущены ситуацией, которая происходит с предпринимателями и монополизацией рынка частных перевозок через коррупционный свои покровы, и эта ситуация недопустима. Сергей Прокофьевич – уникальный человек, он не побоялся приехал в Москву, обратиться к нам, в СМИ и так далее.

Яна Яковлева: Да, не каждый предприниматель не боится открыть такие ситуации.

Евгений Архипов: Там получилось так, что 5 предпринимателей закрыли. Из 7 человек только один, кто осмелился выйти. Они боятся выступать, и коррупционеры чувствуют свободно. Предприниматели не хотят объединяться, а коррупционная машина активно это использует.

Яна Яковлева: Сергей, а почему, вы считаете, предприниматели, которых закрыли, не возмущаются?

Марьяна Торочешникова: Может быть, помимо перевозок, у них есть другой бизнес, которым не хотят рисковать?

Сергей Нестеров: Нет, в основном у них только этот бизнес – перевозки. Ну, переоформляют бизнес, люди уходят на нелегальное положение.

Марьяна Торочешникова: А почему не стали объединяться?

Сергей Нестеров: Мы объединялись, в 2003-2004 году у нас был Союз предпринимателей, руководила им Альбина Никитина, у нее тоже был бизнес перевозок. У нас была газета, и в ней мы обратились к администрации по поводу Никитина. После этого газету закрыли, Герасимов подал на Альбину Никитину в суд, и ей присудили штраф в 50 тысяч. И постепенно союз развалился, люди устали. И предприниматели многие перестали просто заниматься бизнесом. При Герасимове схема была такая. У нас фирма была, 4 старых автобуса, и ей по конкурсу досталось пять маршрутов. Нодар Аркания, директор этой фирмы, привлекает людей, у которых нет лицензии, но есть автобусы. Он дает график, и они работают, а ему отдают какой-то процент денег. У нас в 2002 году Тасмалы Василий, предприниматель такой, купил два автобуса, и сначала лицензии не было, он пришел в Аркании, платил ему 4 тысячи, получил графики и работал. В 2002 году он выиграл по конкурсу эти графики официально, и он уже отказался платить Аркании. Прошла неделя-полторы, и он пропал без вести, и нет его по сей день. А один прошел конкурс у нас в 2003 году, а у него отобрали маршруты, и человек покончил жизнь самоубийством.

Яна Яковлева: То есть человеку нечем кормить семью, он против всей страны, миллионов чиновников, и психика не выдерживает.

Марьяна Торочешникова: Послушаем Валентина из Рязани.

Слушатель: Выражаю уважение Сергею! Администрации у нас назначаются, прокуратура и суды назначаются. Мне кажется, бесполезно ехать к тем, кто их назначает.

Сергей Нестеров: Наша администрация городская не назначается, мэра выбирают, а он назначает команду. А эта команда уже 25 лет у нас у руля, и прокуратура тоже.

Марьяна Торочешникова: А что же вы их выбираете?

Сергей Нестеров: А у нас выборов практически нет. Они считают, они себя и выбирают.

Евгений Архипов: У нас прежде всего необходимо реформировать политическую систему, да.

Марьяна Торочешникова: Против вас, насколько я знаю, возбуждали уголовное дело. Как вы обошлись без уголовного преследования?

Сергей Нестеров: Дело возбуждали по заявлению Герасимова, но, видимо, следователь попался порядочный. Отдел по борьбе с экономическими преступлениями, следователь Лобченко собирал документы, два тома составили, но следователь шесть раз писал отказную, а прокурор возвращал. Следователь чуть не потерял свою работу, такое было на него давление.

Марьяна Торочешникова: А теперь он еще работает?

Сергей Нестеров: Не знаю, прошло уже четыре года. А сейчас такие реформы проходят.

Яна Яковлева: Может быть, тогда следователь был молодой, а сейчас что-то понял. Сергей, а вы не думаете бизнес закрывать?

Сергей Нестеров: Надо еще детей поднимать, а на пенсию не проживешь. Я буду бороться.

Евгений Архипов: Мы с Сергеем Прокофьевичем обсуждали ситуацию и решили, что если власть не поймет, то будем разговаривать языком гражданских протестов. Здесь вопрос в политическом кризисе, вертикаль власти неэффективна. Высшая власть вроде бы борется с коррупцией, а на местном уровне на это плевать хотели. Причем сейчас зреет недовольство среди предпринимателей. Сколько можно кормить чиновников?

Яна Яковлева: Там еще рабочие места, 5 компаний закрыли, и 20 человек остались без работы.

Сергей Нестеров: Три года назад где-то 500 тысяч у меня выходило налогов, а в этом году будет где-то больше 700 тысяч налогов. И мои права, по идее, прокуратура должна защищать.

Евгений Архипов: То есть мы содержим на свои налоги тех, кто нас репрессирует. Раскулачивание!

Сергей Нестеров: Прокуратура подает иску в пользу «других лиц». Обращается будто был человек, который ехал на автобусе, но такого номера автобуса у меня даже нету. Получается, что я законопослушный налогоплательщик, а у меня нету прав! Какие «иные лица», кого защищает прокуратура?

Евгений Архипов: 25 лет эти чиновники сидят у власти. Сначала они призывали голосовать за коммунистов, потом за Ельцина, а сейчас – за «Единую Россию». Пока у нас не будет сменяемости власти, ничего не изменится.

Яна Яковлева: Везде одно и то же, эти люди работают везде на свой карман. И у людей, которые соприкасаются с этими людьми, нет желания голосовать за «Единую Россию», люди доведены до последней стадии возмущения. И такая ситуация по всей стране. И у нас один инструмент, получается, - выходить на улицы. Мы бы не хотели этого, я хочу заниматься своим бизнесом спокойно, платить налоги. А меня еще называют преступником со всех сторон. Предприниматели платят налоги, создают рабочие места, являются нормальными гражданами. И чем все это закончится?

Евгений Архипов: Я думаю, у нас будут интересные события, тут только вопрос времени.

Марьяна Торочешникова: Я думаю, что сейчас, накануне выборов, у Сергея появляются шансы.

Яна Яковлева: У него будут шансы, если к нему присоединяться предприниматели его региона, иначе его просто катком раздавят. Сила только в объедини и гласности, этого боятся чиновники.

Евгений Архипов: У нас уже этим делом заинтересовалась Марина Ивановна Злотникова, известный предприниматель и протестный активист из Подмосковья. Она даже хотела выехать в Комсомольск-на-Амуре.

Марьяна Торочешникова: Роза пишет: «Считаю, что такое отношение к власти идет от менталитета. У нас любого человека можно лишить частной собственности». Наша слушательница считает, что люди в России перестали уважать частную собственность.

Яна Яковлева: Есть такая тема, да. Но я хочу привести пример супругов Коноваловых из Краснодара. У них отобрали предприятие, здание. Мужа посадили, а Галина возмутилась и организовала общественное движение «За честный суд». Она объединила предпринимателей Краснодарского региона, проводила митинга. Она бросила на это все силы и вытащила мужа из тюрьмы. В арбитражных судах приняли справедливые решения. И это все потому, что она привлекала общественное мнение.

Евгений Архипов: Гражданская активность эффективна.

Яна Яковлева: И сейчас они борются за то, чтобы вернуть собственность. И это все благодаря тому, что она объединила людей, которые стали требовать справедливости от власти.

Евгений Архипов: Мы недавно делали годовой доклад о коррупции в России, и у нас там есть раздел, посвященный гражданской активности и коррупции. И чем граждане более активны, тем меньше коррупционное давление на них, - мы провели такие исследования. В Краснодарском крае люди более активны, в средней полосе люди более аморфны – и здесь уже рынок полностью монополизирован чиновниками. Нужно проявляться гражданскую активность и не бояться.

Марьяна Торочешникова: Получается, что других шансов что-то изменить, кроме как выйти на улицу и протестовать, нет.

Евгений Архипов: И требовать честных выборов.

Яна Яковлева: Можно собирать круглые столы, привлекать прессу, организовывать пресс-конференции. Главное – не молчать. Нужное каждое коррупционное действие максимально засвечивать прессе.

Марьяна Торочешникова: Павел из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Такое ощущение, что вы не живете в России. У нас менталитет – воровство, взятки и так далее. И бороться бесполезно.

Яна Яковлева: Вы считаете себя поклонников воровства и взяточничества?

Слушатель: Я просто смотрю телевизор и слушаю радио. Если я попробую организовать свое дело, ко мне тут же приедут менты, медицина, пожарники и так далее, и меня будут рвать на части. Поэтому я никуда не вылезаю.

Марьяна Торочешникова: Я хочу напомнить разговор в этой же студии с членами президентского Совета по правам человека, мы говорили об амнистии предпринимателей, в том числе. И Тамара Георгиевна Морщакова привела такие наблюдения, что в России каждый шестой предприниматель привлекался к уголовной ответственности, у нее полное ощущение, при которой предпринимателей репрессируют.

Евгений Архипов: Да, ментальность существует. Мы проводили исследования, и если идут репрессии, люди предпринимают не сопротивляться.

Яна Яковлева: Понятно, что наше государство растит иждивенцев и их поощряет.

Евгений Архипов: Здесь надо глубже смотреть, и я считаю, что Сталин пришел благодаря ментальности народа. Надо смотреть на культурное наследие, которое идет с момента зарождения нашего государства.

Яна Яковлева: Давайте вернемся к Сергею. Вот он не такой, он приехал и он борется. Он хочет кормить семью, и он не может сдаться, он будет бороться. А Павел сидит и смотрит телевизор. На таких людях, как Сергей, держится государство. И мы должны им помогать, давать инструменты для борьбы. И когда он вернется в Комсомольск-на-Амуре, мы не должны о нем забывать, потому что с ним там может произойти черт знает что!

Евгений Архипов: И здесь вопрос в том, что таких людей должно быть больше, и мы должны поддерживать гражданскую активность. Вот у нас есть Медведев, Путин, и они говорят, что нужно бороться с коррупцией, но на местах все делают наоборот. Почему это происходит?

Яна Яковлева: Потому что коррупция. Коррупция – это ослабление связей управления государством, отсутствие возможности руководить.

Евгений Архипов: Поэтому нужны честные выборы.

Яна Яковлева: Но Медведеву с Путиным об этом бесполезно говорить, как вы понимаете.

Евгений Архипов: Только есть политическая воля, решения исполняются.

Яна Яковлева: Мы живем в России, и нам нужно бороться. Я считаю, что это у нас такое отягощение. Если мы живем во Франции, мы должны хорошее вино производить, а если мы живем в России, то мы должны бороться за свои права. Так получилось. Никто за нас не будет бороться! Путин с Медведевым на нас плевать хотели.

Евгений Архипов: Я думаю, плевать им только до той степени, пока народ будет молчать и выполнять условия, которые они диктуют.

Марьяна Торочешникова: Сергей, а вы пытались обращаться к президенту?

Сергей Нестеров: Да, в этом году, когда иск прокуратуры ко мне появился, я обратился в правительство Российской Федерации, в аппарат президента. Один ответ пошел в Генеральную прокуратуру из правительства, по-моему, и от президента в Генпрокуратуру. И один ответ мне пришел от прокуратуры Хабаровского края, первый заместитель Попов мне прислал ответ, который переправили к нему. И вот он там пишет, что Герасимов, когда был на должности, нарушал закон, но он в 2006 году отправлен в отставку, поэтому у прокуратуры к нему претензий нет. Я написал в Генпрокуратуре на это, что не согласен, потому что последствия его действий, разработанные муниципальные акты лишают нас наших прав на ведение предпринимательской деятельности. Сейчас будем ждать ответа.

Марьяна Торочешникова: А вам не страшно?

Сергей Нестеров: Да нет, уже возраст не тот, мне 60 лет, не страшно.

Марьяна Торочешникова: То есть это дело принципа, вы хотите что-то изменить.

Сергей Нестеров: Основная цель – отбить руки прокурорам, чтобы законодательство действовало, как положено, и чтобы судьи наши решали справедливо. Дела по препринимательской деятельности должны решаться в арбитражных судах, а они все эти дела решают в областных прокуратурах, где судьи во всем согласны с прокурорами.

Марьяна Торочешникова: Наша передача подошла к концу. Спасибо!

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG