Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Психолог Ольга Маховская – о "лисах" и "львах" в политике


Ольга Маховская

Ольга Маховская

Политическая жизнь России в последние годы явно утратила динамизм. Связано ли это с психологическим типом людей, которые определяют направление развития страны? Возможно ли появление в России политического лидера харизматического типа?

Об этом в эфире Радио Свобода размышляет психолог Ольга Маховская:

– В России, как и в других странах, харизматики сменяют людей нехаризматичных, серых, невнятных, но функциональных. Есть некоторая закономерность смены "лис" и "львов". Существует теория, согласно которой харизматики подряд идти не могут. К харизматичным личностям с определенным популизмом, умением заражать какими-то идеями, проводить реформы на энтузиазме, можно отнести, наверное, Ельцина, Ленина, Петра Первого. Не очень много таких фигур. Харизматики связаны с эпохой резких перемен, революций, бунтов. А сейчас время стагнирования, к которому фигура харизматичная не очень подходит.

"Лиса" – это политик хитрый. Он действует не открыто – как правило, у него есть тайный план. Этот план обсуждается только с людьми доверенными, которыми он дорожит, которые его поддержат в любой ситуации. На публике, в открытую он может заявлять позицию, которая противоположна его собственной. Он может, например, говорить, что пора покончить с коррупцией, но при этом поддерживать откровенных коррупционеров – понимая, как выживает, процветает его окружение.

Что касается "львов", то это люди, которые одержимы идеей справедливости. Они действительно болеют за дела общества. Им не все равно, с какой репутацией они останутся в истории. Им кажется, что они знают, какие надо проводить мероприятия, чтобы общество стало жить в целом лучше. В этом они видят залог и своего собственного благополучия.

– Про лису, или лиса, Владимира Путина вы уже сказали, не называя его имя. А что скажете про Дмитрия Медведева?

– Он с самого начала копировал стиль Путина. Теперь уже публично объявлено, что Медведев был технической фигурой. Он был, скажем так, помощником лиса. У него не было какой-то самостоятельной позиции. Попытка создать ему репутацию либерала и реформатора, я думаю, была элементом договора, элементом игры – для того, чтобы позиция одного человека отличалась от другой.

– Приобретение политического статуса или потеря его сказывается на психологии политика?

– Тема потери статуса изучается недавно. В частности, в связи с тем, что население начало мигрировать. Снимаясь с насиженных мест, люди значительно теряют в статусе, не очень понимая, что сама по себе зарплата статуса не гарантирует: теряются связи, репутация, практически приходится начинать с нуля. Потеря статуса – серьезная проблема, в том числе и для политиков. Психологи приходят к выводу, что тяжелее потери статуса, наверное, только гибель человека. Потому что это приводит к таким психологическим потерям, что даже развод с единственной супругой кажется менее болезненным событием просто потому, что это потеря одного значимого контакта, а статус – это потеря всей сети контактов, на создание которой, может быть, ушла вся жизнь. Человек, который точно знает, что теперь он будет занимать более низкий пост, и к этому не готов, будет переживать депрессию. Депрессия эта может проявляться как полная апатия, а может проявляться в виде ажитации, каких-то всплесков активности, неожиданной для многих.

– Вроде увольнения министра финансов Кудрина?

– Совершенно верно, всплеска на пустом месте, когда человек не может сдержаться. Медведев отрабатывал драму, увольняя Кудрина. В общем, он поступить иначе не мог, поскольку сам переживал драму увольнения. Своя собственная проблема проецируется на остальных. Человек пытается фактически как-то уравновесить, хотя бы символически, свою ситуацию, показать, что он самостоятельный. Чем активнее он доказывает свое полновластие, тем беспомощнее он выглядит. Конечно, если человек ведет себя ажитированно, он понимает, что это неэффективно, что его ситуация может только усугубиться. Его переживания становятся еще хуже, поскольку он убеждяется, что эти всплески активности не вызывают поддержки. Более правильно в этой ситуации отойти в сторону.

– А Владимир Путин как-то реагировал на изменения своего статуса четыре года назад, когда он формально перестал быть первым лицом в государстве?

– Он к этому готовился. К тому же его реальный статус не очень поменялся: Путин просто сделал вид, что ушел, стал теневым лидером. И все четыре года он уверенно наращивал свой потенциал. Почему Путин так легко ушел, распрощался с постом? Потому что было достаточно контактов, финансовых противовесов и завязок, чтобы законсервировать это положение.

– Путин может превратиться во льва?

– История не знает случаев, когда лисы превращались во львов. Потому что для той или другой роли нужна определенная психика. Люди в жизни опираются на свой положительный опыт. Пока опыт лиса в путинском варианте зарекомендовал себя как позитивный. Путину удается достигать своих целей. Зачем же ему менять так резко стратегию и вести себя нехарактерным образом?

– Дмитрия Медведева, исходя из этой психологической логики, ждет полное посерение на посту премьер-министра?

– У него перспектива сойти еще ниже. Если новая позиция его не вдохновляет, если он станет ее переживать как снижение и очень ревниво относиться к своему кабинету министров, то, конечно, будут приниматься какие-то меры и он потеряет свой пост. Но, безусловно, пост президента – это был для него "пиджак не по росту".

– Если говорить о других российских политиках, сколько-нибудь интересные психологические типы среди них есть?

– Глядя на депутатов Госдумы или чиновников, я их не могу запомнить. Они очень невыразительные. У них нет ярких характеристик. Они не смешные и не глупые. Они какие-то никакие. Это особенность времени. Поэтому говорить о хоть сколько-нибудь интересных типах вообще не приходится. Это функционеры. Это люди фактически без личности. Психологу тут нечего делать. Представляете, сколько молодых людей готовы идти на потерю каких-то своих личных мечтаний – за деньги, за хорошее положение, за теплое место?

– А что скажете о представителях оппозиции?

– Это набор ярких, харизматичных, творческих людей, которые интересны тем, как они проявляются в своей сфере деятельности. Но из них не все политики. Политик – это все-таки организатор, лидер. Это человек, который живет интересами своего окружения и сообщества. Именно поэтому таким людям удается поднимать окружение на какие-то большие свершения. Я не вижу в оппозиции фигур такого масштаба.

– Когда в России время лис сменится временем львов?

– В России это всегда происходит неожиданно. Похоже, мы переходим какую-то критическую точку пассивности и терпения и начинается цепная реакция, когда нас уже не остановить. Мы, безусловно, движемся в этом направлении.

Этот и другие важные материалы итогового выпуска программы "Время Свободы" читайте на странице "Подводим итоги с Андреем Шарым"

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG