Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Вещественные доказательства

Улучшаем познания в фармакологии и оказании первой медицинской помощи. Всю прошедшую неделю доктора Конрада Мюррея били и в лоб, и в грудь, и в коленную чашечку. На суде по делу Майкла Джексона в ринге были сплошь мужчины, один другого краше. Если не считать одно слабое звено для обвинения.

Таковым оказался представитель следствия детектив Скотт Смит. Он из той самой бригады коронеров, которые участвовали в осмотре части дома, арендованного Майклом Джексоном в период своих последних репетиций перед туром «This Is It». Именно он с напарником проводил допрос Мюррея, спустя целых четыре дня после трагических событий, произошедших с певцом 25 июня 2009 года. Почти 2-часовой допрос произошел то ли на задворках ресторана, то ли в подсобке кухни. Под монотонное воркование доктора все время был слышен звон вилок, рюмок, гогот веселящейся публики. А на пленке, демонстрировавшейся 2 дня в суде, сплошная любовь к Джексону, профессиональным обязанностям и пропофолу. К пленке мы еще вернемся. Сначала о показаниях Смита.

Этот детектив, как и ранее следователь Флик, делал записи с места преступления спустя рукава. Описывая предметы при обыске, ни разу не упомянул о пропофоле, не помнил, почему на разных снимках в разные дни осмотра предметы в спальне и ванной Джексона расположены неодинаково. Сумки, которые спешно собирал доктор в тот самый день, в тот самый час, достали из шкафа поп-короля спустя несколько дней. И то, только после того, как на допросе об этом указал сам Мюррей. Очень пораженный этим фактом. У Смита тоже случилась временная амнезия, как и у ряда его товарищей: на суде он путался в показаниях, в какой последовательности и как доставалось содержимое сумок: тут видел, а тут – нет. Где был, что делал, чихнул, моргнул…

Самым забавным оказалось, что записи с камер наблюдения в доме Джексона работали не все. В час икс не работала камера, которая была направлена на парадный вход в дом. Удивительное дело: место преступления есть, но оно не опечатано и без полицейской охраны. Ходи, кто хочешь, выноси, что можешь, подбрасывай, что душа пожелает. Хоть кровавые рубашки, хоть столетней давности марихуану, хоть ползунки из соседней мусорки.

И они там все удивляются, почему на капельнице в спальне Джексона найдены 4 неизвестных отпечатка, не принадлежащих никому из присутствовавших там в трагические для певца минуты жизни. Кстати, отпечатки пальцев самого Джексона не обнаружены ни на одном из лечебных препаратов.

Скорее здоров, чем болен

В третью неделю на суде слово взяли настоящие профи. Наконец-то. И с каждым их выступлением защита Мюррея все больше повторялась, мычала, блеяла, раз за разом получая от судьи Майкла Пастора (очень смешного и забавного дядьки, который на заседаниях постоянно шутит) священное слово – «отклонено».

Сначала патологоанатом Кристофер Роджерс, проводивший аутопсию тела, монотонно усыпил весь суд. Человек, сделавший больше тысячи вскрытий, абсолютно соответствует своей профессии – тихим голосом бубонил о страшных для живущих вещах, о топорной работе некоторых врачей.

Мы узнали, что его звездный «клиент» был более здоров, чем среднестатистический мужчина его возраста. Что у него было не просто здоровое для 50-летнего человека сердце, а что коронарные артерии оказались чистыми, без холестерина. Из заболеваний наличествовали: витилиго, полип в толстой кишке, в легких хроническое воспаление и рубцевание, незначительный артрит, простатит, грибковое заболевание ногтей. И ничто из выше перечисленного не могло быть причиной смерти.

После аутопсии в пищеводе не обнаружено таблеток. Роджерс первым заявил, что считает, что певца убили. На вопрос защиты Мюррея, на каком основании патологоанатом делает такие выводы, наша птица Феникс пробубонила: интоксикация пропофолом в комбинации с бензодиазепинами – медазоланом и лоразепаном привели к остановке дыхания; применение пропофола вне стен клиники; нарушение стандартов ухода и наблюдения за пациентом; использование пропофола в качестве снотворного; отсутствие данных о возможном применении последнего препарата самостоятельно пациентом (о чем изначально настаивала защита и отчего к концу третьей недели отказалась, переключившись почему-то на лоразепан, вероятно потому, что того в организме певца оказалось больше положенного).

Утомленные сонливой песнью фениксоподобного патологоанатома, аудитория не просто взбодрилась, а прямо-таки возбудилась от выступления независимого эксперта-кардиолога доктора Алона Штейнберга. Он так тараторил, что даже прокурор Дэвид Уолгрен еле втискивал в длинные монологи свидетеля свои вопросы, а судья нет-нет да и просил того говорить чуть медленнее. Доктор Штейнберг за несколько часов стал звездой на интернет-форумах, его выступление растащили на цитаты, вроде этой: «Оставить Майкла Джексона одного в спальне под воздействием пропофола – это то же самое, как если бы оставить без присмотра спящего ребенка на краю кухонного стола».

Штейнберг впервые на суде сказал, что поп-короля можно было спасти, если бы…

Если бы доктор Мюррей не отлучился на пару минут от спящего под действием пропофола пациента. Если бы было в доме необходимое оборудование для мониторинга пациента. Если бы помогал квалифицированный медперсонал. Если бы доктор набрал 911, а не звонил охране, не бегал по этажам и звал зачем-то детей певца. Если бы доктор спустил пациента с кровати на пол, дал ему кислород (т.к. у Джексона была не остановка сердца, а прекратилось дыхание), а уже потом начал делать массаж сердца, и не одной рукой, как делал на мягкой кровати Мюррей, а двумя и на полу.

В унисон Штейнбергу выступил пульмонолог, терапевт, специалист в области проблем бессонницы Надар Камангар. Он вообще не понял, как можно без обследования больного лечить бессонницу, да еще и пропофолом, по которому опыты в качестве снотворного проводились на испытуемых только в 2010-ом.

Нестандартный Мюррей

Штейнберг и Камангар, аки двое из ларца, на так интересующий защитников Мюррея вопрос, можно ли считать виновным врача, если пациент сам принял какой-то препарат, ответили: да. Потому что нельзя оставлять напичканного лекарствами больного ни на минуту без присмотра. Потому что нельзя проводить лечение без комплексного осмотра. Потому что нельзя держать пропофол и лоразепан в пределах доступа пациента. Потому что врач обязан убедить больного сменить лекарства, если понимает, что происходит привыкание. В общем, там еще штук 5 доводов чисто медицинского и этического характера.

Но главная мантра трех врачей, выступивших на процессе: даже многоопытные доктора в критической ситуации, находясь с пациентом вне пределов госпиталя, обязаны вызвать службу 911, оставить телефон на громкой связи и потом самостоятельно приступить к экстренной помощи.

Но вообще по тому, что и как говорят свидетели и эксперты, по результатам анализов аутопсии создается впечатление, что или доктор Мюррей во многом врет, или о чем-то не договорил на допросе, или за те 2 минуты (если только две, как он утверждает), пока он ходил по малой нужде, в спальне Джексона тихой мышкой пробежал некто третий.

Доктор говорит

А теперь вернемся к аудиопленке допроса доктора. Обиженных после ее обнародования прибавилось. Защита пытается перевести стрелки на других врачей, вскармливавших и приручавших Джексона к препаратам, а душка Мюррей всего лишь лечил его от привыкания к сильнодействующим лекарствам.

Сначала возмутился доктор Арнольд Кляйн. Сейчас его фамилию можно написать, т.к. на суде она была уже раз 20 помянута. В последние месяцы, в период репетиций, Джексон по три раза в неделю посещал клинику своего личного и давнего дерматолога, и выходил оттуда, по словам свидетелей, не совсем адекватным и ровным шагом.

Вслед за Кляйном встрепенулся доктор Дэвид Адамс, которого Мюррей назвал на допросе тем человеком, который «познакомил» Майкла с пропофолом и «влюбил» певца в этот препарат. В интервью CNN адвокат Адамса Либо Агвара назвал Мюррея лжецом, пригрозив гражданским иском за клевету. Он рассказал, что его клиент вводил пропофол Джексону всего 4 раза в условиях клиники как анестезию во время стоматологической операции. Доктор Адамс ставил пропофол 6000 пациентам и ни один из них не умер. А на предложение Майкла весной 2009 года присоединиться к доктору Мюррею в лондонском туре, выдвинул ряд условий: необходимая аппаратура, обученный медперсонал, специалист в области сна и 1,3 миллиона долларов оплаты, потому что из-за перелета в Европу врач вынужден был бы отказаться от своей практики. Что там на всё это подумал сам Майкл Джексон, мы никогда не узнаем, потому что Адамсу с ответом звонил Мюррей: мол, я и за 600 тысяч найду специалистов. На что доктор Адамс ответил буквально следующее:

- Слушай, ты, конечно, найдешь кого-нибудь и за 200 тысяч долларов. Вот только не врача, а могильщика.

Пока в списке свидетелей ни доктора Кляйна, ни доктора Адамса нет.

К концу недели проклюнулись из стана клана Джексонов. Племянник Кэтрин и Джо Джексонов Трент Джексон тоже назвал доктора Мюррея лжецом. Он отрицает, что 25 июня 2009-го в госпитале UCLA, куда был доставлен Майкл, врач лично говорил и утешал детей певца и подходил со словами сочувствия к бабушке Кэтрин.

Третья неделя суда явно не задалась у Конрада Мюррея. Где-то ему надо искать спасительные резервы. Говорят, что на днях будут выступать свидетели защиты, включая его пациентов, слава богу, выживших.

Детское

На суде во время допроса патологоанатома были представлены 2 фотографии певца после аутопсии. Так как из суда идет прямая трансляция, первый снимок «накрыли» эффектом выключенного света (ранее проходила информация, что удовлетворено прошение семьи пострадавшего не показывать на заседании откровенные снимки Джексона, кроме 12 присяжным), а второй с изображением руки на фоне установленной даты смерти, кстати, неверной. Эту ошибку патологоанатом Кристофер Роджерс признал.

Первый же снимок, изрядно отфотошопленный, в один момент плюхнулся в интернет, телевизоры и прессу. В результате накрыло пошлостью и грязью детей Джексона. От чего так берег детвору папа, пусть даже несколько в экстравагантном виде, с его уходом прорвалось канализационными стоками. Но и нельзя не сказать, что окружение Джексонов само способствует этому фекальному вбросу для папарацци и невоздержанному хулиганству пубертатных пользователей инета. Причем, кто ныне более жесток – таблоиды или простые пользователи в социальных сетях, - даже определить сложно. Пожалуй, в хамстве первые глубоко в хвосте у вторых.

Чтобы понять, что так начинает раздражать рядовую публику, достаточно посмотреть график появления детей на официальных мероприятиях (напомню, что Принсу сейчас 14 лет, Пэрис – 13, а Бланкету - 9):

- 8 ноября 2010 Опра Уинфри брала интервью у матери поп-короля Кэтрин Джексон, которая разрешила впервые поговорить с детьми Майкла журналисту.

- 31 января 2010 года в Staples Center (Лос-Анджелес) на 52-й ежегодной церемонии вручения наград «Грэмми» специальный приз Майклу Джексону получали Принс и Пэрис.

- 23 февраля 2011 все трое детей с бабушкой Кэтрин посещали L.A. Family Housing Sydney M. Irmas Transitional Living Centre в Северном Голливуде от имени фонда Heal the World Foundation (с которым связан целый ряд скандалов, т.к. его неверно ассоциируют с давно прекратившим существование фондом Майкла Джексона) и передали чек на 10 000$ (6 670£) в центр, который помогает бездомным. Принс Майкл даже входит в правление этого фонда.

- 31 марта 2011 года Принс, Пэрис и Бланкет и одна из сестер певца Ла Тойя посетили в Беверли-Хиллз благотворительное мероприятие Nickelodeon Kids’ Choice Awards, посвящённое сбору средств в помощь жертвам землетрясения и цунами в Японии.

- 8 августа 2011 дети участвовали вместе с бабушкой и Ла Тойей в передаче 10 картин Майкла в одну из детских больниц Лос-Анджелеса. Картины находились в частной коллекции художника и друга семьи Джексонов Бретта-Ливингстона Стронга, который передал их в дар больнице.

- 26 августа 2011 года Принс, Пэрис и Бланкет посетили дом Майкла Джексона в Гэри, где активно раздавали автографы и фотографировались со всеми желающими.

- 23 сентября Принс посетил благотворительное мероприятие "Tribute to Bambi 2011", которое прошло в Берлине, и представил на сцене книгу Кэтрин Джексон.

- 5 октября дети были в Кёльне в Германии и общались с журналисткой, телеведущей Фрауке Людовиг с канала РТЛ.

- 8 октября состоялся концерт Michael Jackson Forever в столице Уэльса Кардиффе, где на сцене, представляя певицу Бейонсе, вышли все трое. Причем, если на вручение «Грэмми» маленький Бланкет не вышел, потому что расплакался за кулисами, то в Кардиффе таки его вытащили на сцену и весь мир лицезрел испуганного, со слезами на глазах ребенка.

У бабушки Кэтрин и дедушки Джо какая-то мания бросать детей в массы. А массы жаждут зрелищ.

The show must go on…

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG