Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Политик Александр Донской – о "черных списках" Кремля


Александр Донской

Александр Донской

27 октября ЦИК зарегистрировала для участия в думских выборах четыре парламентские партии "Единая Россия", КПРФ, ЛДПР, "Справедливая Россия" и три, не представленные в Госдуме, – "Патриоты России", "Правое дело" и "Яблоко". За два дня до этого ЦИК исключила из списков "Яблока" семь человек, в том числе Александра Донского, возглавлявшего региональный партийный список в Архангельске. Донской был мэром Архангельска, в 2006 году объявил о своих планах баллотироваться на пост президента России, после чего был задержан по обвинению в использовании поддельного диплома, заключен под стражу и в результате покинул свой пост.

Александр Донской рассказал РС о том, как Кремль управляет политическими партиями, корректируя списки кандидатов:

– Меня позвал на разговор руководитель партии "Яблоко" Митрохин и сказал, что на него давят из Кремля и грозят, что у партии будут проблемы, если меня не исключат из списка. Я спросил, что нужно сделать, и он сказал: "Напиши заявление". Я сказал, что заявление будет написано, и тут же выложил информацию в Facebook, что выхожу из партии "Яблоко" из-за того, что на Митрохина давят из Кремля. После этого последовало заявление Митрохина, что я исказил наш разговор. Вот такая история.

– А как вы оказались кандидатом от "Яблока"?

– Один мой знакомый, который состоит в "Яблоке", сказал, что было бы неплохо, если бы я баллотировался от Архангельской области в думу, "Яблоку" это принесло бы большое количество голосов. Действительно, у меня самый высокий рейтинг в Архангельске, выше, чем у губернатора, мэра и любого из кандидатов в депутаты, в том числе от партии "Единая Россия". Митрохин предложил мне встретиться. Я ему объяснил, что я в "черном списке" Кремля. Он сказал: "Мы тебя не будем согласовывать, просто вынесем на съезд; наверное, никаких проблем не будет, когда съезд утвердит". Но проблемы возникли. Я несколько раз видел Митрохина, мы с ним проводили совместную пресс-конференцию в Архангельске, он был очень взволнован, даже руки тряслись. Наверное, ему очень серьезно объяснили, что меня не должно быть в списке.

– А почему вы остаетесь в "черном списке" Кремля? Понятно, старое дело 2006 года, ваше стремление баллотироваться на пост президента, но все-таки много воды утекло…

– Мне когда-то сказал полномочный представитель Путина Клебанов, что он испортит мне жизнь, и я не смогу баллотироваться в президенты. И он это сделал. Попасть в "черный список" Кремля – то же самое, что быть признанным врагом народа во времена Сталина. Оттуда уже выйти невозможно. После того, как я отсидел в СИЗО из-за своего заявления, что буду баллотироваться в президенты, я поддержал на выборах мэра Ларису Базанову, которая выборы выиграла. Но результаты выборов были признаны недействительными, их пересчитали в пользу единоросса, и мне всячески показывают, что не нужно идти в политику, что вход для меня туда закрыт.

– Сергей Митрохин сейчас все отрицает, говорит, что дело в давней судимости, которую вы будто бы скрыли от партии.

– Вся моя биография давно известна. Вопрос о судимости поднимал на программе "К барьеру!" Хинштейн – это известная история. Я понимаю, что Митрохину сложно признать, что на него давят из Кремля, они делают вид, что у них самостоятельная партия. Но, к сожалению, сейчас в России партия может существовать, только если она согласится, что ею будут управлять из администрации президента. Я не сомневался и говорил об этом публично, что "Яблоко" в Думу не пройдет. Но я хотел использовать эту возможность для того, чтобы еще раз поднять вопросы, с которыми шел на выборы президента – о том, что в Архангельске огромное количество ветхого аварийного жилья, о несправедливом финансирование регионов, об огромном уровне коррупции.

– Вы ведь в свое время хотели создать шуточное политическое объединение: "Ветхая Россия"?

– Была такая идея. Остается только шутить, потому что серьезно заниматься политикой в России невозможно. Политика – это только то, что определяется администрацией президента.

– Вы упомянули, что у вас самый высокий рейтинг в Архангельске. Как там было воспринято известие о том, что вы не будете участвовать в выборах?

– Было разочарование, в том числе у членов партии "Яблоко". Они написали письмо Митрохину о том, что не согласны с этим решением, не понимают причин исключении меня из списка. К сожалению, это письмо тоже не было услышано. Я на самом деле понимаю Митрохина, он вынужден идти на уступки. Любой лидер партии в России, если хочет получать государственное финансирование или надеется пройти в Госдуму, должен согласовывать свои действия с Кремлем.

– О масштабах давления администрации президента на политические партии мы хорошо знаем благодаря делу Евгения Ройзмана. И тут есть параллели с вашим делом, потому что такой же формальный повод – бывшая судимость. И Ройзман, как и вы, – один из самых популярных политиков в своем городе.

– Да, ситуация похожа, точно так же Прохорову поставили условие. И по ситуации с Прохоровым видно, что бывает, когда политик вдруг начинает чувствовать себя самостоятельным. Ему дали возможность позаниматься партией, дали возможность набрать микроскопический процент и пройти в Госдуму, но он решил действовать самостоятельно, – и его тут же выкинули из политической игры. Думаю, что Митрохину и руководству партии "Яблоко" тоже понятно, что будет, если они не будут договариваться.

– Вы будете заниматься политикой?

– Я проводил несколько митингов в Архангельске. Последняя наша акция – голодовка на площади, мы выступали против коррупции. Но, к сожалению, это все безрезультатно. Сейчас я не вижу выхода из этой ситуации. Путин построил очень мощную систему подавления инакомыслия, контролирует средства массовой информации и грамотно ими управляет. И люди не видят ни одного лидера, который мог бы составить конкуренцию Путину. Конечно, я буду высказывать свое мнение, если у меня будет такая возможность (она очень сильно ограничена в российских СМИ), буду участвовать в политических процессах, чтобы поднимать вопросы, которые поднимал в президентской кампании. Но, пока Путин сам не решит уйти из власти, я не вижу, как это сделать с помощью оппозиции.

– Несколько месяцев назад вы основали в Москве музей эротического искусства. Я знаю вашу точку зрения: вы считаете, что и в политике, и в эротике важна свобода.

– Да, это для меня островок свободы, где я чувствую себя комфортно, могу общаться с художниками, со скульпторами, которые творят необычные произведения. Это дело, где я чувствую себя свободным – и это самое главное.

– Тогда обращаюсь к вам, как к эксперту по эротике. Почему в России стали так страстно ловить педофилов – связано ли это с политикой?

– Это такая благодатная политическая тема. Чтобы отвлечь народ от реальных проблем в экономике и показать, что власть чем-то занимается, можно заниматься педофилами. Есть и более интересные инициативы. В Архангельской области депутаты единогласно приняли закон, запрещающий пропаганду гомосексуализма. Теперь геи и лесбиянки не могут провести собрание, демонстрацию фильмов, фестиваль. Это ничего не стоит, не нужно тратить бюджетные средства – это просто популистские темы, которыми забиваются эфир и мозги россиян. А Архангельск, тем временем, потихонечку умирает. Это город, в котором проживает 350 тысяч человек, которые были привлечены сюда в советское время глобальной стройкой. Построили большое количество леспромхозов, предприятий, которые перерабатывают древесину, делают бумагу, и которые сейчас в рыночной экономике не выдержали и закрылись. Поэтому остается государственная проблема: нужно с северных территорий людей переселять. И на это необходимо потратить большие деньги. Вместо этого наши власти занимаются популистскими вещами, на которые не надо тратить деньги и которые нравятся большинству населения. К сожалению, у россиян нет потребности в свободе. Люди не нуждаются в свободе, они хотят знать, что сегодня будут есть, что оденут, вот и всё. И с этим сложно что-либо сделать.

Фрагмент программы "Итоги недели"

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG