Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Каким видит решение косовского вопроса официальный Белград?


Ирина Лагунина: В среду рано утром агентства передавали информацию о том, что на севере Косова, вблизи КПП Яринье, военнослужащие американского подразделения дислоцированных в Косове международных сил Кейфор оттеснили местных сербов от баррикады на дороге. Против демонстрантов, которые сопротивлялись, был применён слезоточивый газ.
Подобная ситуация на севере Косова, в районах, где сербы составляют подавляющее большинство населения, существует вот уже более трёх месяцев. Косовские сербы в конце июля установили блокаду всех дорог, ведущих к двум пограничным пунктам на границе Косова с Сербией, протестуя против того, что албанские власти, при поддержке международного сообщества, пытаются установить там свой таможенный и пограничный контроль. Из-за блокады дорог, международные силы и европейская правоохранительная миссия Еулекс не имеют полной свободы передвижения, которую им, согласно договорённости, гарантирует Сербия. Рассказывает наш корреспондент в Белграде Айя Куге.

Айя Куге: Косовские сербы воздвигают баррикады, а военнослужащие НАТО, где возможно, их убирают – иногда с помощью техники, иногда лопатами. Потом сербы, отступив на сто метров, привозят на грузовиках ещё больше песка и строительного мусора и возводят новые баррикады, высотой в шесть метров. Из-за баррикад они сами не могут проехать в Сербию, и поэтому строят альтернативные обходные пути по лесам и горам. Когда Кейфор их закрывает – строят новые. Эта игра продолжается круглосуточно. Две недели назад, под давлением официального Белграда, местные сербские лидеры согласились чуть отступить – они сообщили, что будут пропускать конвои для снабжения Кейфора, но не транспорт европейской миссии – из-за того, что Еулекс, по их мнению, потворствует желанию албанцев установить контроль над севером Косова.
Тем временем всё чаще ставится вопрос: кто на самом деле контролирует ситуацию на севере Косова, кто управляет протестами косовских сербов? На эту тему мы говорим с профессором политических наук из Белграда, бывшим послом Сербии в Париже Предрагом Симичем.
Что происходит в отношениях руководства Сербии с сербами на севере Косова? Становится всё яснее, что интересы косовских сербов и Сербии не совпадают.

Предраг Симич: Белград находится под сильным давлением, и продолжение кризиса на севере Косова не в его интересах - ведь в декабре Совет ЕС решает вопрос о кандидатском статусе Сербии в союзе. Поэтому часть сербской политической элиты - и власти, и оппозиции - относится к сербам с севера Косова так же, как когда-то относился Милошевич к боснийским сербам. Помню, как Белград ввел против сербов из Боснии эмбарго, когда те в 1994 году отвергли мирный план Венса-Оуэна. С другой стороны, у нас есть партии, которые считают Косово и борьбу за него своим приоритетом. Они не хотят, чтобы Сербия вступала в Евросоюз. Для многих граждан Сербии ЕС также больше не кажется таким привлекательным, как лет 15-20 назад. Таким образом, Сербия снова разделилась на две части: на тех, для кого приоритет стать членом Европейского союза, и тех, для кого приоритет Косово. А в самой тяжёлой ситуации – президент Сербии Борис Тадич, чья политика “и Косово, и Европа” в данный момент не имеет поддержки в стране, и ещё меньше за границей.

Айя Куге: Сербы на севере Косова отказываются убрать баррикады, не смотря на то, что официальный Белград пытался добиться этого от них. Кто контролирует эти протесты?

Предраг Симич: Вначале контроль имели власти в Белграде. Пока на баррикадах появлялись представитель правительства Сербии на переговорах с албанцами Стефанович и министр по делам Косова Ненад Богданович, этот контроль был очевидным. Однако министр появляется там всё реже, а Стефановича косовские сербы, кажется, больше вовсе не принимают. Также всё чаще в заявлениях их лидеров проскакивают фразы из оборота некоторых националистически настроенных оппозиционных партий Сербии, таких как Сербская радикальная партия и Демократическая партия Сербии. Почему Белград не реагирует, почему не ставит на этом крест? Потому что в Сербии приближаются выборы, и в такой момент ни один политик, тем более Тадич, не может позволить себе потерять половину поддержки избирателей. Та политика “и Косово, и Европа”, которую Тадич вел, начиная с 2007 года, не имеет поддержки на Западе. Немецкий канцлер Ангела Меркель недавно в Белграде подтвердила это. Внутри страны тоже не видно возможности для компромисса по вопросу Косова. Таким образом, Сербия находится перед выбором “либо-либо”. Либо она повернётся к Европе и забудет потерю Косова, либо выберет север Косова и забудет Европу.

Айя Куге: А что представляют собой эти лидеры сербов из северных анклавов? Какие цели они преследуют? Складывается впечатление, что никто из них не является сильной в политическом смысле личностью, и как-то не заметно, чтобы они пользовались особым уважением в народе.

Предраг Симич: Там есть две категории лидеров – те, кого мы видим, и те, кого не видим. В первых рядах – председатели трёх сербских муниципалитетов на севере. Им тяжелее всего, так как именно от них все ожидают ответа: чего хотят сербы с севера Косова. Кроме того, их власть не бесспорна. Перед ними - местное общество, а за их спиной – лидеры-невидимки из мощных криминальных кругов. Интерес обычных сербов состоит в том, чтобы остаться на севере и жить в привязке к Сербии. Они считают, что ситуация соплеменников, проживающих южнее от реки Ибар, под приштинскими властями, печальна. Сербы из центральных и южных анклав вошли в парламент Косова, но их права там всё больше ограничиваются, и сербов с севера такая судьба не привлекает. Однако есть также люди, интересам которых отвечает ситуация, созданная на севере Косова в течение последних десяти лет. Ведь север Косова практически был “изъят” из-под власти как Приштины, так и Белграда. Там не платились налоги, там процветал чёрный бизнес, с помощью которого некоторые люди разбогатели и приобрели большую мощь – как это было во время войны в 90-х годах в Сербии. Не в их интересах, чтобы на севере установилась какая бы то ни было власть – не важно, сербская ли, или албанская. Им важно, чтобы существовало такое свободное пространство для различного рода сделок. Многие из них имеют хорошие отношения с албанцами, албанскими бизнесменами. Ни они, ни обычные сербы не заинтересованы в достижении каких бы то ни было договорённостей, считая, что это не в их пользу.

Айя Куге: Напомню, наш собеседник – профессор факультета политических наук Белградского университета Предраг Симич.
Но разве Сербия может позволить себе стать заложницей косовских сербов? Всё то, что по этому вопросу решается в Белграде, решается за плотно закрытой дверью. Даже парламентская оппозиция требует достоверной информации от правительства. Почему внешне похоже, что официальный Белград вдруг снова выбирает твёрдую позицию как по отношении к Косову, так и к Западу? Разве это не противоречит реальной ситуации в Косове, большая часть которого уже 12 лет живёт отдельной от Сербии жизнью? И что о разрешении проблемы Косова, по вашему мнению, на самом деле думает официальный Белград?

Предраг Симич: Нет никакой мистики в том, что думает официальный Белград. Может быть, громче всего в последнее время это выражает председатель Социалистической партии Сербии Ивица Дачич, набирающий очки инициативой раздела Косова. Однако проблема состоит в том, что все основные западные игроки такую возможность отвергли. Раньше казалось, что в 1999 году, когда силы НАТО силы в Косове разместились до реки Ибар, они оставили сербам территорию на севере. Теперь, наоборот, кажется, что с их стороны раздел категорически не принимается. Многие в Евросоюзе, особенно Германия, считают, что Балканы нужно окончательно успокоить, признавая существующие границы, в том числе и границы Косова.

Айя Куге: Мы беседовали с политическим аналитиком из Белграда Предрагом Симичем.
Остался ровно месяц до принятия решения в Брюсселе о том, получит ли Сербия статус государства-кандидата в ЕС. Не секрет, что до того требуется убрать баррикады на дорогах на границе Косова с Сербией и возобновить прерванные сербско-албанские переговоры о разрешении практических вопросов. Напомню, что эти переговоры под эгидой Евросоюза начались весной, и в ходе них было достигнуто пять соглашений, из которых выполняется лишь одно.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG