Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Телеведущий Павел Любимцев – о юбилее Вахтанговского театра


Театральный режиссер и актер Евгений Вахтангов.

Театральный режиссер и актер Евгений Вахтангов.

Исполнилось 90 лет московскому театру имени Вахтангова. 13 ноября 1921 года состоялась премьера спектакля "Чудо святого Антония" Мориса Метерлинка, поставленного Евгением Вахтанговым, и этот день стали считать днем рождения театра.

О вахтанговских традициях говорит актером и историк театра, преподаватель Театрального института имени Щукина, известный телеведущий Павел Любимцев:


– Вахтангов в 1914 году с молодыми студийцами поставил спектакль "Усадьба Ланиных". Спектакль этот провалился, что нисколько не обескуражило юных студийцев и Вахтангова. Он пришел к ним за кулисы после спектакля и сказал: "Ну вот, мы и провалились. Если хотите, мы можем продолжать, но только начнем мы не со спектакля, а с серьезной учебы". И 23 октября 1914 года Вахтангов провел первое занятие по системе Станиславского. Это дата рождения вахтанговской театральной школы, ныне – Театральный институт имени Щукина. В 1919-1920 годах студия была обновлена. А театр возник позднее – 13 ноября 1921 году, когда вахтанговская студия обрела марку Художественного театра и стала называться "3-й студией МХТ". Был торжественный концерт, в котором принимал участие Константин Сергеевич Станиславский, играли "Чудо Святого Антония" Мориса Метерлинка.

Вахтангов прожил очень короткую жизнь – всего 39 лет. Вахтангов поставил немного спектаклей. И тем не менее оказался ярким светилом в истории русского театра ХХ века и дал своим ученикам мощный заряд на долгие годы вперед. Они очень долго сохраняли вот эту самую студийность, коллективность, роевость. Редчайший факт! После смерти Вахтангова (он умер в 1922 году) они остались без вождя, получив от него очень яркий спектакль – "Принцесса Турандот", который Вахтангов в качестве спектакля даже не видел, он видел генеральную ночную репетицию... Он был смертельно болен. Но они, во-первых, сохранили свою независимость, а во-вторых, они с 1922 по 1939 годы не имели единого руководителя, коллегиально осуществляя руководство театром. Причем театр был блестящий, чрезвычайно популярный в тогдашней блестящей театральной Москве. Только в 1939 году руководителем театра стал Рубен Николаевич Симонов. Пример единственный.

– Насколько известно, это не были профессионалы. Вахтангов занимался с непрофессионалами, чем даже заслужил, насколько я понимаю, критику в МХТ. В тяжелое послевоенное время кто были эти люди, что решили заниматься театром?

– Они были студентами, представителями российской интеллигенции, они были совсем зеленой молодежью. И этих юных людей Вахтангов сделал профессионалами. А главное, они были какие-то совсем особенные индивидуальности. Наиболее славные имена, скажем, Борис Васильевич Щукин – совершенно изумительный характерный актер. Щукин стал великим, и это видно по тем его ролям, которые зафиксированы в кино, например, "Ленин в октябре" и "Ленин в 1918 году". Фильмы Михаила Ромма, конечно, мифические, если говорить о соответствии истории, но Щукин играет потрясающе с точки зрения острой характерности. Он не просто на Ленина похож, он создает замечательный художественный образ.

Или, скажем, Рубен Николаевич Симонов. Странное сочетание – он был смуглым, черноглазым, черноволосым, маленького роста, у него был странный пришепетывающий голос, и при этом он играл не только характерные роли, но роли романтические – Дон Кихота, Сирано де Бержерака

Или, скажем, Цецилия Львовна Мансурова – совершенно неповторимая, неправильная, рыжеволосая, хрупкая, странная. Можно даже сказать, что все вахтанговские актрисы в чем-то старались подражать Мансуровой. И своеобразие голосов вахтанговских актрис идет как раз от Цецилии Львовны. Труппа была какая-то неповторимая, состоявшая из поразительных индивидуальностей.

– Главный успех вахтанговского театра – это спектакль "Принцесса Турандот" по пьесе Карло Гоцци. Мне всегда было трудно понять, каким образом в той Москве успех нашел именно такую пьесу?

– Успех "Принцессы Турандот" как раз связан с тем, что она была точно угадана именно в Москве 1920-х годов. 1921 год – это время, когда начинался НЭП, когда возникали надежды на то, что голодная, холодная, страшная, кровавая пора позади, и начинается нормальная жизнь. И в этом смысле искрометная, легкая, шутливая сказка Карло Гоцци оказалась как нельзя более кстати. Если же говорить о том, что в театральном плане несет с собой "Турандот", то в ней Вахтангов создает то, что потом Михаил Чехов назвал правдой театра. То есть и театрально, и при этом – необыкновенно искреннее и глубоко.

Михаил Чехов пишет: "У Станиславского в спектаклях была замечательная жизненная правда, но иногда это было в ущерб театру. У Мейерхольда была искрометная театральность, но жизненной правды зачастую было мало. Вахтангов соединил в своих работах правды жизни и театральности, возникла правда театра".

Вахтангов говорил своим ученикам, когда работал над "Принцессой Турандот": "Вы должны плакать разнастоящими слезами и слезы свои нести на рампу". Штука в том, что "Турандот", где артисты ни на секунду не забывают, что они играют, что они общаются со зрителем (не было никакой "четвертой стены"), а дальше должны были возникать мгновения абсолютно подлинной, живой жизни – слезы настоящие и любовь настоящая, и радость настоящая. И вот это, совершенно особенное произведение оказалось лебединой песнью Вахтангова.

Конечно, Евгения Багратионовича нельзя сводить к "Турандот". Он очень разный.
Другое дело, что спектакль этот оказался исключительно долговечен. Хотя играли "Турандот" до войны – в июле 1941 года в здание театра попала бомба и погибли все декорации. А дальше, в 1963 году, Рубен Николаевич Симонов возобновил "Принцессу Турандот, что называется, "по вахтанговскому рисунку", но это был, по существу, другой спектакль. Потому что спектакль Вахтангова был бедный, студийный, артисты были юными и никому не известными. А в 1963 году играли блестящие мастера, которые были всенародно знамениты, – и Юлия Борисова, и Михаил Ульянов, и Василий Лановой, и Юрий Яковлев, и Николай Гриценко, и многие-многие другие. Это период очень славный для Театра Вахтангова.

– Мне всегда представлялось, что вахтанговский театр и его традиция – это что-то легкое…

– Вахтанговский театр не сводится к легкому, веселому. Да, конечно, играли "Соломенную шляпку", "Мадемуазель Нитуш", "Турандот". Но рядом с этим играли и трагические спектакли, реалистически правдивые. Я, например, в 1971 году, когда был совсем еще мальчиком, смотрел "Идиота" в постановке Александры Исааковны Ремизовой с незабываемым Николаем Олимпиевичем Гриценко в роли князя Мышкина. Это было так пронзительно, так волновало! Рядом Юлия Борисова (Настасья Филлиповна) казалась без кожи, вся состоящая из излома, из нервов, из острых углов. И Ульянов в роли Рогожина... Это ведь тоже вахтанговцы. Так что не надо думать, что театр Вахтангова – это обязательно водевиль, оперетта или "Принцесса Турандот". Нет, Театр Вахтангова – это бесконечное разнообразие. Но в любом жанре Театр Вахтангова – это праздник.

Этот и другие материалы читайте на странице информационной программы "Время Свободы".

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG