Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Получит ли "Единая Россия" большинство в Законодательном собрании Петербурга


Григорий Голосов

Григорий Голосов

Виктор Резунков: Сегодня у нас в петербургской студии в гостях – директор межрегиональной электоральной сети поддержки, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге Григорий Голосов и социолог, директор Первой санкт-петербургской гуманитарно-технологической корпорации Дмитрий Солонников.
До выборов 4 декабря остается чуть больше двух недель, а социологи наблюдают интересный процесс. Рейтинг партии власти неуклонно снижается, особенно в Петербурге, где пройдут выборы в Законодательное собрание. Проводятся и журналистские опросы. Например, интернет-издание «Фонтантка.ру», на сайте которого было предложено определиться петербуржцам, за кого бы они пошли голосовать 4 декабря, сообщает, что из более 8,5 тысяч петербуржцев, принявших участие в голосовании, за «Единую Россию» отдали бы свои голоса всего 382 человек, то есть чуть больше 4 процентов. Около 27 процентов отдано партии «Справедливая Россия» и почти 20 процентов КПРФ. Такие же примерно результаты получены журналистами газеты «Новые Известия» и агентства «Росбалт», причем это уже результаты по всей стране, а не только в Петербурге. Понятно, что результаты этих опросов нельзя считать объективными, но общую картину они представляют. Каков же рейтинг «Единой России» в стране и Петербурге? Удастся ли этой партии получить большинстве в Госдуме и в Заксобрании Петербурга? В этом мы попытаемся сегодня разобраться.
Вот результаты опроса «Новых Известий» (проголосовало около 2 тысяч человек): за «Единую Россию» - 9 процентов, КПРФ – 44 процента, ЛДПР – 14 процентов, «Справедливая Россия» - 13 процента, «Патриоты России» - 2 процента, «Правое дело» - 2 процента, «Яблоко»- 15 процентов. «Росбалт» (проголосовало почти 5 тысяч человек): «Справедливая Россия» - 10 процентов, ЛДПР – 9 процентов, «Патриоты России» - 1 процент, Компартия – 59 процентов, «Яблоко» - 12 процентов, «Единая Россия» - 4 процента, «Правое дело» - 0 процентов. Еще раз скажу, что это не социологические опросы, но отражает ли это примерно настроения в обществе?

Григорий Голосов: Меня в этих опросах больше всего умиляли рейтинги КПРФ. Что касается самой идеи проведения таких опросов, нужно понимать, что они отражают общественное мнение в очень ограниченном масштабе, а именно – они отражают мнения людей, которые активно интересуются политикой, читают достаточно сложные и малодоступные информационные ресурсы, у которых сформирована политическая позиция. Подавляющее большинство людей, которые голосуют за «Единую Россию», к этой категории не относятся, подавляющее большинство – это социально зависимые люди, мобилизованные на избирательные участки, знающие, что единственная партия, которая что-то значит в нашей стране, это «Единая Россия». Конечно, поэтому все эти рейтинги ничего не стоят, и ориентироваться на них не нужно. Нужно ориентироваться на настоящие опросы общественного мнения, согласно которым рейтинг партии «Единая Россия» действительно падает, он падает давно, примерно с 55-процентного уровня на 42-процентный на данный момент – в целом по стране. Что касается Петербурга, местные социологи редко проводят опросы в промежутках между избирательными кампаниями, а федеральные социологи результаты своих опросов не публикуют, поэтому мы не можем оценить динамику. Мы знаем, что Петербург никогда не был особенно приятным городом для «Единой России». В 2007 году «Единая Россия» получила в Петербурге один их худших результатов по стране, и ничего для популярности «Единой России» за четыре года сделано не было.

Виктор Резунков: Дмитрий Владимирович, ваша организация проводит постоянный мониторинг, что бы вы могли сказать?

Дмитрий Солонников: Смотрите, какая динамика. «Единая Россия» заметно снизилась в сентябре. С тех пор падения сильного не было, и по Петербургу «Единая Россия» находится в пределе 30-35 процентов. По Ленобласти ситуация примерно такая же, может быть, чуть лучше. Заметная тенденция последнего времени – это снижение рейтинга КПРФ, и тут, наверное, два фактора: первое – нетрадиционно прошло 7 ноября, и мобилизационный эффект этого праздника в этом году не сработал. Был раскол, и часть коммунистического электората выступила против КПРФ, проведя альтернативный митинг. С другой стороны, пошла активная кампания против КПРФ в СМИ, и это тоже играет свою роль. В последнее время, после падения рейтинга «Справедливой России» в сентябре, я бы сказал, что в конце октября – начале ноября наметился рост рейтинга «Справедливой России», она поднимается. Если говорить о Ленинградской области, там такого раскола у коммунистов не было, и там продолжается перетекание протестного электората от справороссов к КПРФ. И в общем, наверное, КПРФ в Ленинградской области будет достаточно серьезной силой, противостоящей «Единой России». «Яблоко» там вообще не зарегистрировано, там 4 партии участвуют в выборах, в отличие от Петербурга. Там нет «Яблока», «Патриотов России» и «Правого дела», и понятно, что весь протестный электорат будет консолидирован в «Справедливой России» и КПРФ. Если говорить о перетекании между двумя партиями, то в городе, наоборот, от коммунистов идет перетекание к «Справедливой России», а в Ленобласти наоборот – от «Справедливой России» к коммунистам.

Виктор Резунков: Насколько вероятно, что, используя административный ресурс, «Единая Россия» сможет добиться 60 процентов в Петербурге? И насколько это может повлиять на протестные настроения? Открепительные удостоверения, голосование по почте, что вызывает большие вопросы у правозащитников, а еще Верховный суд признал законным голосование не граждан Петербурга, которые приезжают сюда.

Григорий Голосов: Я полагаю, что «Единой России» в Петербурге совершенно не целесообразно ставить перед собой такую завышенную цель – 60 процентов и более. В действительности «Единой России» было бы вполне достаточно получить 55 процентов. Я бы сказал, что 55 процентов «Единая Россия» вполне могла бы конвертировать в квалифицированное большинство в Законодательном собрании – просто за счет фрагментации в электорате. Если достаточно много получит «Яблоко» и не пройдет, достаточно много получит ЛДПР и не пройдет, за 7 процентов, то за счет потери этих голосов «Единая Россия» может путем эффектов избирательной системы добиться для себя значительного большинства. Стратегически было бы большой ошибкой, если бы она стремилась реализовать какую-то иную стратегию. Конечно, они работают, и мы знаем, какой примерно уровень мобилизации электората достижим для «Единой России», с какими примерно результатами. Если «Единая Россия» получит 80 процентов в Петербурге, то надо учитывать, что есть регионы, где она получит 80 процентов. Есть регионы, в которых результаты выборов традиционно далеки от реальности, есть регионы с сильным административным ресурсом.

Виктор Резунков: Даже если они насчитают 55 процентов при рейтинге около 30 процентов в Питере, это вызовет негативное отношение, поставит под сомнение легитимность Законодательного собрания?

Григорий Голосов: 32 процента – это ведь от общего числа опрошенных. При сравнительно низкой явке 32 процента легко конвертируется в 55. И кроме того, фальсифицировать результаты выборов труднее при высокой явке. Тут ситуация открытая, мы не можем говорить о том, что сколько они захотят, столько себе и насчитают. Есть регионы, где дело так обстоит – как хотят, так и пишут, Петербург и большинство регионов в таким регионам не относятся, тут кое-что из избирателей все-таки зависит. По этому параметру сейчас выделяются Санкт-Петербург, Москва и Калининградская область, судя по данным, которые опубликовал фонд «Общественное мнение».

Виктор Резунков: Дмитрий Владимирович, а вы как считаете, легитимным будет Законодательное собрание?

Дмитрий Солонников: Ну, смотря о чем мы говорим. Я бы хотел вернуться к разговору о процентах и напомнить выборы Валентины Ивановны, когда она еще честно избиралась губернатором нашего города. Во втором туре она получила больше 50 процентов от явки, но реально за нее проголосовало 17 процентов петербуржцев. И это те показатели, которые есть. Если мы говорим о том, что из общей массы опрошенных 30 процентов готовы проголосовать за «Единую Россию», то это не означает, что в день выборов именно 30 процентов она и получит. Часть людей не придет на избирательные участки, часть людей не определилась еще, многие из них перейдут в стан «Единой России». Поэтому, когда мы говорим о прогнозе выборов, мы не можем на 100 процентов ориентироваться только на социологические исследования. Здесь гораздо более сложный процесс, мы должны смотреть динамику предыдущих выборов и вводить какие-то корректирующие коэффициенты. Конечно, «Единая Россия» получит не 30 процентов, а больше в день голосования, не говоря уже обо всех дополнительных технологиях, об административном ресурсе, об изменении результатов голосования на отдельных участках, о привозе ряда «гостей» на избирательные участки, что наверняка будет на ряде участков, о результатах на закрытых участках и так далее. Понятно, что все это будет иметь серьезное влияние на конечный результат партии власти.

Виктор Резунков: Больше будет использован административный ресурс, чем на прошлых выборах, в 2007-м?

Дмитрий Солонников: Да не, я думаю, что так же. Тут опять же вопрос про честные выборы. Мы недавно участвовали в одной дискуссии с коллегами-политологами, членами других партий, интересная позиция – что такое выборы честные и нечестные. Вот для главы районной администрации, члена партии «Единая Россия» какая позиция может быть честной? Когда он поддерживает своих однопартийцев всеми имеющимися у него средствами, и он это делает.

Виктор Резунков: Ну, как Собянин в Москве заявил по поводу плакатов «Приди на выборы», которые похожи на плакаты «Единой России», что а как иначе… А на федеральном уровне, Григорий Васильевич, воспримет ли общество результат 60 процентов «Единой России» в Госдуме? Вот генеральный директор Совета по национальной стратегии Валерий Хомяков заявил, что нельзя исключить того факта, что Европа может признать нелегитимной Госдумы после выборов 4 декабря.

Григорий Голосов: Ну, Хомяков славится своими резкими высказываниями, в основном рассчитанными на получение дополнительного финансирования от разных государственных и негосударственных органов. Конечно, такой вариант, что Европа не признает результаты российских выборов, исключен. Это не значит, что Европа относится к восторгом к тому, что происходит в России, но Европа должна иметь дело с Россией. То же самое касается и с США, которые после известия о том, что Путин будет баллотироваться на новый срок, совершенно определенно заявили, что они будут с ним сотрудничать как с президентом России. Этот вариант я исключаю, и важнее, на самом деле, отношение российской общественности к этому. И здесь есть два аспекта. Первый: как объяснить, что вот такие результаты? И объяснение такое налицо: 27 ноября будет Владимир Владимирович Путин выдвинут на этот свой третий срок, а после этого будут говорить преимущественно об этом, а потом скажут: что вы удивляетесь результатам? У «Единой России» низкий рейтинг, а у Путина – высокий. Вот народ пошел и проголосовал за Путина, а результаты стали у «Единой России», как были бы у самого Путина. Это совершенно прозрачное объяснение, и вся кампания идет к такому объяснению. И здесь возникает тонкость. Электоральная легитимность, прямо скажем, для российского населения не очень важна. Любой режим имеет разные источники легитимности, и выборы – только один из источников. В России безусловно важна претензия режима на уникальную эффективность, то есть на то, что только данный набор правителей может решать какие-то проблемы, возникающие в государственном управлении. Есть еще такой аспект, как идейная легитимность, то есть претензия, допустим, на то, что именно данная власть может отстаивать интересы России на международной арене. И все мы знаем, что именно это темы российской пропаганды основные уже в течение многих лет, именно на этом легитимность режима и строится. Как показывают опросы, россияне в основном считают, что выборы нечестные, а для того чтобы подорвать легитимность режима, нужно говорить о других вещах.

Виктор Резунков: Недавно Геннадий Зюганов вспомнил свою встречу с президентом Египта Хосни Мубараком, которая происходила, когда партия Мубарака набрала незадолго до его свержения 70 процентов голосов. И Геннадий Зюганов по этому поводу сказал, что «предвыборная ситуация в России попахивает беспорядками похлеще, чем в Ливии и Египте».

Григорий Голосов: Ну, я бы прямой аналогии между тем, что возможно в России и что произошло в Египте, не стал бы проводить, но зерно истины есть, и состоит оно вот в чем. Я сказал, что подавляющее большинство избирателей «Единой России» деполитизировано. Эти люди сейчас находятся, в сущности, вне политики, их политическая роль состоит только в том, чтобы прийти и проголосовать, и эта роль у них будет и впредь. Существует, однако, группа людей, которая в электоральном смысле не очень значительна, она невелика, но это те люди, которые политически заинтересованы и которые могут конвертировать свой интерес к политике в активные действия, это потенциальный политический актив. Так вот, я бы сказал, что уже сейчас подавляющее большинство политически заинтересованных людей в России испытывают очень сильное раздражение от того направления, которое приобрело развитие российской политической системы. Покуда в стране все спокойно, и эта система функционирует без сбоев, эти люди будут оставаться в своих интернет-дневниках, на своих мало посещаемых сайтах. Однако хороший политик не рассчитывает на то, что всегда все будет спокойно. И если бы нынешние руководители России были хорошими политиками, они бы исходили не из этого варианта, независимо от того, будет там Египет или нет, а из того, что возникнут осложнения. Так вот, на случай осложнений они создают ситуацию, когда подавляющее большинство людей, способных к политическому действию, буквально ненавидят «Единую Россию» и очень плохо относятся к существующей в России власти в целом. Это довольно опасная для власти тенденция, которая только усиливается за счет того, что накачиваются эти результаты «Единой России», полностью защищается политическое поле. Ведь у них же была вот эта здравая идея создать «Правое дело» в качестве хоть какой-то отдушины, и в принципе, это могло бы до какой-то степени блокировать реализацию такого опасного сценария, но у них самих сыграли нервы, и в тот момент, когда они увидели, что Прохоров проявляет какую-то минимальную, в сущности, совершенно безобидную независимость, они дали задний ход и прикрыли этот проект. Нужно понимать, что тем самым они создают себе задел для колоссальных проблем в будущем.

Дмитрий Солонников: На мой взгляд, тут можно провести две аналогии. Первая аналогия – с нашей собственной историей, с КПСС и с ГКЧП. До той поры, пока власть сама не совершила грубейшую ошибку, пока в обществе не наросла точка кипения, и не взорвался этот вот пузырь, который нагнетался изнутри, все вроде бы было спокойно. Ведь КПСС занимала ведущее политическое положение, даже лучше, чем «Единая Россия» сейчас, но в какой-то момент ситуация ухудшилась, власть сделала роковую ошибку, и оказалось, что эта власть никому не нужна, ее никто не будет защищать. И те люди, те миллионы людей, которые голосовали за эту партию только что, не встали на нее защиту, власть в один момент утратила легитимность и ушла в небытие. Примерно такой же сценарий для нынешней власти реален. Если говорить об аналогии с арабскими странами, конечно, сенатор Маккейн сказал, что Ливия – это пример для России, но, в общем, пример весьма условный. В Ливии нет ядерного оружия, Ливия не содержит Европу за счет собственного газа, и конечно, нет таких взаимных интересов, как у нас с европейскими странами. Поэтому сценарий арабских революций у нас применяться не будет. Хотя, в общем, да, сенатор Маккейн – это республиканское крыло, видимо, то крыло, которое сейчас стремится прийти к власти в США, после Обамы, и он артикулируют позицию американского истеблишмента.

Виктор Резунков: Владимир из Ростовской области, пожалуйста, ваш вопрос?

Слушатель: Как вы относитесь к тому, что в Питере половина мандатов будет за «Единой Россией» в силу тоталитарности сегодняшнего российского режима?

Григорий Голосов: Я не считаю российский режим тоталитарным. Это, несомненно, авторитарный режим, но это режим не идеологический, не однопартийный, строго говоря, не слишком репрессивный, он просто не соответствует тем классическим признакам тоталитаризма, которые отмечались в литературе еще с 50-х годов.

Виктор Резунков: Федор из Петербурга, пожалуйста.

Слушатель: Я не могу согласиться, это не авторитарный режим, а это абсолютно тираническая конструкция. Я считаю, что выборы незаконные, они идут с нарушением закона. Почему в этом направлении ничего не делается? Я считаю, что нельзя признавать такие выборы!

Григорий Голосов: Федор, международных наблюдателей очень мало, активно работать с ними региональные партийные организации не могут в силу их малого числа. Их становится все меньше, и та миссия, которую направляет Бюро по демократии и правам человека ОБСЕ в Россию, а это главная наблюдательская миссия, она немного числена и способна охватить небольшое количество участков. Я думаю, что давно пора надеяться на внутреннее наблюдение. Легальное право заниматься наблюдением, по нашим законам, имеют политические партии. Там есть еще журналисты, ассоциация «Голос», но партии – это самые заинтересованные участники наблюдения и располагающие наибольшими для этого ресурсами. Если на кого-то надеяться, то только на них. Что касается миссии ОБСЕ, скорее всего, она констатирует большие недостатки на российских выборах, она всегда это делает, и надо сказать, что после этого ОБСЕ не прекращает сотрудничество с режимами, которые допустили такие недостатки. Вот после выборов в Казахстане, где в парламенте прошла одна партия, и миссия ОБСЕ высказалась по этому поводу достаточно критически, через год Казахстан стал председательствовать в ОБСЕ.

Виктор Резунков: Марина Николаевна из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Я считаю, что сейчас нужно обратить внимание на проведение выборов. Как можно проверять работу участков? Сейчас в Москве, например, рекламируют открепительные талоны. Это явно намекается, что это будет основной ресурс подлога.

Виктор Резунков: Добавлю, что сейчас все обсуждают решение о том, что 4 декабря в Москве будет разбит 30-тысячный палаточный лагерь движением «Наши», и со всех концов России туда с открепительными талонами свезут молодых людей, которые будут голосовать в Москве.

Дмитрий Солонников: Это не новая методика, конечно, с открепительными талонами работали и раньше. Но сужается поле возможных технологий, таких специфических, остаются какие-то одни, которым больше уделяется внимания. Сейчас это голосование по почте, открепительные талоны и голосование временно зарегистрированных. В этом отношении достаточно много разных технологий, и конечно, люди из Ленобласти будут привозиться автобусами в Санкт-Петербург и голосовать здесь на различных участках. Конечно, это будет активно развиваться. Рекламы открепительных талонов я в Санкт-Петербурге пока не видел, но о таких нарушениях уже пишут, и вполне возможно, что для столицы это будет заметным явлением.

Виктор Резунков: Григорий Васильевич, а вы что скажете по поводу лагеря «нашистов» в Москве? Кстати, оппозиционеры призвали выйти на улицы 4 декабря – протестовать против незаконных выборов.

Григорий Голосов: Все, что связано с молодежными организациями так называемыми в России, это давно уже форма освоения бюджетов. Есть такая пугалка, что страшная оппозиция устроит в России «цветную» революцию. Никто, на самом деле, в это не верит, но все понимают, что если ты это отрицаешь, а оно вдруг случится, то начальство тебя накажет, поэтому делают вид, что верят. И это такая рациональная мотивация. А есть еще материальный интерес, который состоит в том, что можно же много наварить на том, чтобы привезти 30 тысяч молодых людей в Москву и разместить их на площади. Этот лагерь никому, в сущности, не нужен, ничего не предотвращает, вызывает смех во всем мире, полное непонимание у собственных граждан, ненависть у москвичей, весь комплекс эмоций, абсолютно контрпродуктивная вещь. Но это делается, потому что так устроена российская политика.

Виктор Резунков: А с точки зрения закона акции оппозиции являются нарушением? Или устройство такого лагеря?

Григорий Голосов: Если этот лагерь устраивается в поддержку результатов выборов, то я тут большой незаконности не вижу. А что касается призывов организовать массовые протесты в день голосования, если такое случится, я уверен, власти будут это интерпретировать как попытки воспрепятствовать голосованию, а это уже подводит под статью об узурпации власти и будет караться очень жестоко. Я полагаю, что те лидеры оппозиции, которые призывают выступать против выборов в день выборов, до завершения голосования, до публикации хотя бы предварительных результатов, они ведут себя безответственно и совершают большую ошибку.

Дмитрий Солонников: Я согласен и думаю, что такие выступления и призывы, наоборот, будут только легитимизировать тот результат, который будет нарабатывать власть. Я считаю, что такие призывы несвоевременны сейчас.

Виктор Резунков: Андрей из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Как вы понимаете, сейчас готовится массовая фальсификация выборов. Как можно это проверить? И второе, вы говорите, что не тоталитарный режим. Есть лидер нации, однопартийная система, все олигархи работают на одну партию, и даже гитлерюгент – «Наши» есть. Явное сравнение с Рейхом.

Григорий Голосов: Тут есть вопрос, каким образом проконтролировать честность выборов. Это очень трудно. Для того чтобы доказать, что были нарушения, нужно доказывать это на уровне участков, то есть должны быть партийные наблюдатели, которые получат протоколы, и эти протоколы потом будут сравниваться с данными ГАС «Выборы». В 2003 году КПРФ и «Яблоко» проводили контрольный пересчет, который зашел довольно далеко, то есть около 50 процентов протоколов они сличили. В 2007 году то же самое пыталась делать КПРФ, но ресурсы у нее были гораздо меньше. КПРФ просто констатировала, что очень много нарушений, много протоколов было просто неправильно заполнено, там не сходились контрольные соотношения, но толком посчитать уже ничего не смогли. С тех пор, с 2007 года, ресурсы у российских оппозиционных партий не возрастали, а только сокращались. Поэтому особенно надеяться на то, что будет как-то иначе в этом году, не приходится, они стали еще слабее с тех пор, и еще меньше у них мотивы, на самом деле, контролировать результаты. Наши избирательные власти и суды констатируют, что есть нарушения на участках, но это не повлияло на общий итог голосования.

Виктор Резунков: Яков из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: У меня несколько возрождений. Во-первых, у правой идеи у России нет сейчас никаких перспектив, вот левые оппозиционеры могли бы послужить клапаном сброса напряжения. И второе, КПСС не пошли защищать не потому, что все стало плохо, а верхушке КПСС было как раз выгодно, чтобы все это произошло, им нужно было просто конвертировать привилегии в материальные активы.

Григорий Голосов: Я не буду спорить насчет левых организаций. Я считаю, что было бы правильно их зарегистрировать, как и все партии, которым отказывают в регистрации.

Дмитрий Солонников: По поводу КПСС хотел бы сказать, что у любой революции есть поддержка среди недовольных, и во властной верхушке так же. Если мы посмотрим на ливийские события, большое число ливийских чиновников с самого верха режима Каддафи были недовольны, видимо, его правлением, и поддержали оппозицию, после революции получив новые места, новые назначения и, видимо, расширив те свои позиции, которые они недополучали при Каддафи. Конечно же, любой переворот так или иначе поддерживается кем-то наверху. Только после этого, видимо, у него получаются какие-то силы, какие-то ресурсы. Если он делается только снизу, народом, без внешней поддержки, он, скорее всего, обречен. Так было и с КПСС.

Виктор Резунков: Елизавета из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Не думаете ли вы, что наши власти решатся приписать «Яблоку» или «Правому делу» 7 процентов для прохождения в Думу, чтобы потом иметь возможность кричать на весь мир, что у нас демократия?

Григорий Голосов: Вы знаете, по моим представлениям о том, как работает российская избирательная система, нет. Приписать им, а у кого взять? Только у «Единой России». Прецеденты такого рода были, например, на мартовских выборах в Народное собрание Дагестана не проходило «Правое дело», а тут началась как раз шумиха, что его возглавит Кудрин, это будет вторая партия власти, и дагестанские власти решили подсуетиться и пустить их. Но голоса пришлось взять именно у «Единой России». Однако в целом все российские региональные избирательные комиссии, региональные власти, которые контролируют избирательный процесс, не пойдут на это. Вы знаете, что Путин в свое время пообещал «Яблоку», что они преодолеют барьер, даже звонил им ночью во время подсчет голосов, а оно так и не преодолело. Брать голоса у кого бы то ни было, кроме «Единой России», могут, давать – нет.

Виктор Резунков: Григорий Явлинский заявил, что только при определенной явке, если она будет 65-70 процентов, «Яблоко» получит больше 12 процентов голосов. Можно согласиться с этим?

Дмитрий Солонников: Явка, я думаю, будет больше, чем обычно, но, конечно, не будет 70 процентов. Я думаю, что это будет за 50, но к 70-ти не приблизится. А по поводу пересчета голосов, мне кажется, что ресурс тут есть, на самом деле, да, и власть сейчас борется прежде всего против партии «Справедливая Россия». Если говорить не о выборах в Госдуму, где у «Справедливой России» не такие большие шансы, то по Петербургу эта партия пока, по опросам, набирает значительное количество голосов, и если говорить о том, что их будут растаскивать по другим партиям, то вполне могут отсыпать и в чью-то другую корзиночку либеральную – может быть, это будет «Яблоко» или «Правое дело».

Виктор Резунков: Григорий Васильевич, необходима большая явка, чтобы было меньше фальсификаций?

Григорий Голосов: Чрезвычайно желательна с точки зрения достижений этой цели. Чем меньше людей приходят, тем больше простора для манипуляций – как с самой явкой, так и с результатами голосования, что в значительной степени одно и то же, потому что те люди, которые не приходят на выборы, им приписывают, во-первых, явку, а во-вторых, голосование за «Единую Россию», как правило. Да, если мы хотим более адекватных результатов выборов, нужно идти на них и голосовать за любую партию, кроме «Единой России», если вы настроены критически.

Виктор Резунков: Спасибо большое!

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG