Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кто разрушает Петербург?


Пока на Охте строительство не идет

Пока на Охте строительство не идет

Виктор Резунков: В Петербурге большой градостроительный скандал. На днях недавно созданная коалиция петербургского действия «Градозащита» представила общественности доклад под названием «Разрушители Петербурга. Технология преступлений». Градозащитники на основе документов доказали, что к сносу многочисленных зданий в историческом центре города имеет самое прямое отношение экс-губернатор Петербурга Валентина Матвиенко, глава питерского Комитета по охране и использованию памятников (КГИОП) Вера Дементьева и ее первые заместители, в частности Алексей Комлев, а также его родственники.
Надо отметить, что с уходом в Совет Федерации экс-губернатора Валентины Матвиенко в последнее время в петербургской прессе появилось огромное множество публикаций, посвященных злоупотреблениям чиновников Смольного. Как это бывает, об этих злоупотреблениях начинают говорить уже после того, как эти чиновники либо ушли на повышение, либо отправлены на другие должности. Сегодня мы попробуем разобраться в этих публикациях и понять, действительно ли разрушавшие исторический центр Петербурга чиновники будут наказаны или, как всегда, все закончится лишь шумом в прессе.
В Петербургской студии Радио Свобода в гостях - эксперт Коалиции петербургского действия «Градозащита», руководитель специализированной группы «Экология рядовой архитектуры» Алексей Ярэма и главный редактор интернет-издания «Карповка.нет» Дмитрий Ратников.
Алексей, расскажите о Коалиции «Градозащита».

Алексей Ярэма: Коалиция «Градозащита» была создана совсем недавно. Необходимость в ее создании была ясна давно. Еще два года назад я говорил о необходимости полного переформатирования градозащитного движения в городе, поскольку существовавший на тот момент доминирующий либеральный сегмент полностью утратил свою независимость, и имея сторонние источники финансирования, приобрел ярко выраженную ангажированность. Необходимость создания альтернативного объединения была ясна уже к 2009 году. Тем более, после громкого коррупционного скандала с дачей Гаусвальд, в котором основным интересантом получился «Живой город». Сейчас создание нового объединения перешло в практическую плоскость, в него вошли достаточно известные деятели оппозиции – Андрей Дмитриев («Другая Россия»), Андрей Пивоваров (ПАРНАС), помощник депутата Пономарева в Госдуме Тамара Ведерникова, «Охтинская дуга» в лице председателя организации Елены Малышевой и мы, как специализированная архитектурная группа, которая создана 24 года назад. И на данный момент это единственная уцелевшая с тех времен и наиболее профессиональная в силу опыта и работы организация.
Первый проект, на который мы обратили внимание, - это проект, актуализированный этим летом ангажированными экспертизами Михаила Мильчика, по проектам реновации исторических кварталов. Суть сводится к тому, что в программу реноваций «хрущевок» были вписаны совершенно не относящиеся к «хрущевкам» исторические, сталинские кварталы, обладающие историко-культурной ценностью, они отправлены на снос. И первые действия коалиции были именно по этой программе.

Виктор Резунков: Она называется «Реновация».

Алексей Ярэма: Да. Это касалось кварталов: Сосновая поляна, Нарвская застава, Ржевка, 35 квартал, Московско-Ямская слобода (а это вообще исторический центр города). Большинство из которых Михаил Мильчик отправил под снос при поддержке либерального сегмента.
Второй проект мы представили на днях на пресс-конференции в Институте региональной прессы – это доклад по коррупции в Комитете по охране памятников, где была создана семейственная группа, клан, обеспечивающий беспрепятственное прохождение любых документов и снос любых исторических зданий.

Виктор Резунков: В эти минуты проводится акция вашей коалиции у Смольного. Вы можете рассказать о ней?

Алексей Ярэма: Я уточню, что она проводится не у Смольного, а у Комитета ГИОП, на площади Ломоносова. Сегодня этот доклад вручается господину Макарову, председателю Комитета ГИОП, недавно назначенному, с той целью, чтобы новый чиновник ознакомился с деятельностью своих новых подчиненных, со всеми аспектами криминальных связей, которые здесь имеются.

Виктор Резунков: Дмитрий, как вы считаете, действительно ли возникла необходимость создания подобного рода коалиции? По вашему мнению, способна ли «Градозащита» в перспективе объединить защитников исторического центра?

Дмитрий Ратников: В Петербурге за последнее время было несколько общественных организаций, занимающихся градозащитной деятельностью – «Живой город», Общество охраны памятников, Центр ЭКОМ и некоторые другие. Они друг с другом всегда взаимодействовали, и их точки зрения по многим вопросам были схожи. И главное, в чем они были схожи, и до сих пор остаются – это в том, что взаимодействовать с властями надо напрямую, не посредством исключительно пикетов и заявлений в прессе, но и общением напрямую, и так далее. С одной стороны, действительно, такие общественные организации необходимы, потому что по ряду объектов они реально достигают очевидного результата, а с другой стороны, они не могут в силу того, что они общаются постоянно с высокими чиновниками, выступать резко против их действий. Наверное, в этом случае организация «Градозащита» направлена на то, чтобы эту лакуну заполнить и посвящать чиновников в те сферы градозащитной деятельности, которыми не могут похвастаться другие градозащитники.

Виктор Резунков: Давайте все-таки обратимся к докладу. Я процитирую по публикации в журнале «Город 812»: «По словам градозащитников, большой ошибкой было принятие закона «О границах зон охраны объектов культурного наследия на территории Санкт-Петербурга и режимах использования земель в границах указанных зон...» в 2008 году, отдельные главы которого были написаны Алексеем Комлевым». Это заместитель Веры Дементьевой, председателя Комитета по охране памятников. «После принятия этого законопроекта из территории охранной зоны центра были исключены Рождественская и Александро-Невская части, Коломна, Семёновская, Измайловская и Московско-Ямская слободы, большая часть застройки вдоль Фонтанки и вся – вдоль Обводного канала, почти полностью – Васильевский остров (кроме Стрелки) и Петроградская сторона, включая Острова. Помимо этого была выведена из-под охраны вся внутриквартальная застройка. Вина за это, по мнению общественников, полностью лежит на плечах сотрудников КГИОП».

Алексей Ярэма: Результатом этих изменений была катастрофа. Все, что мы сейчас охраняем по действующим режимам, это некий внешний вид фасадов в историческом центре, притом не важно, из чего они сделаны: это исторический материал или это бетонная, монолитная стенка, на которую налеплен лепной декор. Это по факту. До принятия закона № 820 у нас действовал федеральный закон с 78-го года, Инструкция по организации зон охраны и решение №1045 Горисполкома 88-го года. Тогда еще не было даже понятия «предмет охраны», которое ввела известный, одиозный эксперт Славина. Если мы охраняли какой-то адрес, например, то мы охраняли всю застройку на данном участке, не выделяя: эту балюстраду мы охраняем, а это мы не охраняем, этот фронтон мы охраняем, а этот – нет. Охранялось здание в комплексе. По охранным зонам, соответственно, даже та территория, которая охранялась в рамках наиболее строгого режима по состоянию на 2008 год, это была территория недостаточная, ее надо было расширять. А вместо этого ее урезали, и урезали так, что это шокировало в тот момент всю культурную общественность страны, без преувеличения.
С принятием этого закона было введено, что очень важно, понятие о необходимости сохранения периметральной застройки кварталов, то есть лицевых флигелей, за исключением случаев необратимой аварийности. Это вообще нелепая оговорка, не имеющая смысла, в законе. Но не может быть необратимой аварийность. Сейчас у нас XXI век, и развитие строительных технологий позволяет вывести из аварийного состояния абсолютно любую руину. Вопрос только в цене. И соответственно, создала почву для повального проведения фальсифицированных и ангажированных под цели сноса экспертиз, что и делается. Параллельно Управление Разумова ведет работу по снятию памятников с охраны под заказ инвесторов.

Виктор Резунков: А как называется это управление?

Алексей Ярэма: Это Управление учета объектов культурного наследия. Имеется целый пакет решений, приказов КГИОП на снятие с охраны, которыми охвачены порядка 1,5 сотен зданий. Одно из них недавно признано судом вообще незаконным. Фактически на данный момент Комитет ГИОП превратился из органа охраны памятников в орган по легитимизации их уничтожения. И главными, центральными фигурами в этом деле являются Комлев и Разумов. Я уж не говорю сейчас о Дементьевой, потому что Дементьевой нет. Естественно, что Дементьева здесь была центральной фигурой.

Виктор Резунков: Я все-таки думаю, что центральной фигурой была Валентина Матвиенко.

Алексей Ярэма: В более высоком эшелоне, разумеется. Коалиция не испытывает никаких иллюзий по поводу нового губернатора, новых структур, которые будут созданы или реформированы. В рамках существующего режима в стране, а фактически это профашистская диктатура, тоталитарная, без радикальных реформ самой политической системы все изменения, которых мы можем добиться, в любом случае, будут локальными.

Виктор Резунков: Дмитрий, а у вас есть какая-то надежда на новую администрацию? Вот стали пересматривать ситуацию с Орловским тоннелем, еще что-то.

Дмитрий Ратников: Надежды, наверное, остаются, как говорится, они умирают последними. Тем не менее, признаки того, что что-то будет резко меняться, пока не столь заметны, сколь хотелось бы. То, что строительство Орловского тоннеля и Ново-Адмиралтейского моста в Петербурге отменили, это еще не факт. Потому что по Орловскому тоннелю Полтавченко за те месяцы, которые он находится во главе Петербурга, в «Twitter», официально, где-то еще, наверное, раз пять менял свою точку зрения. Поэтому определить, действительно ли он будет отменен или нет, сложно, тем более, учитывая то, какие лоббисты у этого проекта в Смольном, включая вице-губернатора Молчанова. С одной стороны, тот подход, который новый глава Комитета по охране памятников Александр Макаров продемонстрировал при встречах с градозащитниками (которых Алексей называет либеральными), показывает, что Макаров на первых порах пытается показать, что он в доме хозяин, и некоторые проекты, которые, на его взгляд и на взгляд законов, не соответствуют, не будут реализованы в том виде. С другой стороны, у нас есть традиция, когда другой чиновник, более понимающий общение с инвесторами, объясняет, что это неправильно, что этот проект нужен городу. В таком случае даже большие чиновники уже вынуждены соглашаться на просьбы. В данной ситуации сложно понять, по первым шагам не заметно, как поведет себя Комитет по охране памятников дальше. Я думаю, пока Макаров не разобрался в петербургских законах, в том числе в законе о границе зон охраны 820-ом, рано что-либо говорить.

Виктор Резунков: Я недавно прочитал публикации в петербургской прессе, которые появились сразу после того, как Валентина Матвиенко стала губернатором Петербурга. В частности, Борис Вишневский написал пять или шесть пунктов, что она должна сделать. Но она сделала все наоборот.
В «Новой газете» Татьяна Лиханова, известный петербургский журналист, опубликовала большую статью «Петербург все снесет». Я процитирую выдержки из этой статьи: «Глава питерского Комитета по охране и использованию памятников добивается в суде их сноса. А глава строительной компании, уничтожающей исторический центр, становится самым богатым жителем города. Более 150 зданий снесли, работа продолжается. При Валентине Матвиенко исторические здания в Петербурге необоснованно снимались с охраны целыми списками, а затем сносились. После смены губернатора и прокурора города оказалось, что один из таких приказов семилетней давности был принят «с превышением полномочий» и его признали недействующим с момента издания. Но он был не единственным - аналогичные документы выходили и в последующие годы, так «попали под раздачу» еще свыше 150 ценных объектов. Питерские прокуроры не исключают возможности привлечения к ответственности тех чиновников прежней администрации, по чьей вине культурному наследию был нанесен ощутимый ущерб. Уголовный кодекс (ст.286) предусматривает до четырех лет лишения свободы за превышение должностных полномочий. И в принципе любой гражданин, лишившийся гарантированного ему законом доступа к памятникам, может требовать возмещения ущерба».
Алексей, я могу потребовать возмещения ущерба?

Алексей Ярэма: В порядке, предусмотренном статьей 44 Конституции – право граждан на ознакомление с объектами культурного наследия, на доступ к ним – теоретически получается, что наши права, как обычных граждан, нарушены. Но вы же понимаете, что это формальный подход. И я, честно говоря, не надеюсь на то, что кто-то по данному факту действительно будет привлечен к ответственности. Слишком сильно сети коррупции связали городскую администрацию и городскую прокуратуру. Органы прокуратуры уже на протяжении многих лет, с первой половины 90-х, полностью игнорируют все те факты, которые мы им представляем. Факты действительно серьезных преступлений, квалифицируемых по 243-й статье. Но статья эта ни разу не применялась. Все документы, все пакеты обвинений, которые мы предъявляем, спускаются прокуратурой, как правило, вице-губернатору (в данный момент Метельскому), и никакого хода не дается расследованию. Доклад коалиции показывает семейственность связей в городе, но это лишь один пример наиболее яркий, по которому мы представили документы. Всем известны такие семейные кланы, как Лужкова и Батурина, Матвиенко и ее сын, бывший эксперт Гринберг, который одновременно был в трех лицах и выполнял функции экспертизы, и сам же ее согласовывал. То есть это один из множества примеров. Если расследовать все это и дальше, то мы увидим огромные пласты.

Виктор Резунков: А вы будете продолжать расследование?

Алексей Ярэма: Да, конечно.

Виктор Резунков: Я прочитаю еще одну выдержку из статьи Татьяны Лихановой в «Новой газете»: «В свое время крупные строительные корпорации активно способствовали обеспечению победы Валентины Матвиенко на губернаторских выборах-2003. Не только словом агитируя, собирая подписи под коллективными обращениями строителей в ее поддержку, но и рублем. Только на официальный счет избирательной кампании кандидата Матвиенко переводили немалые суммы десятки строительных фирм. Размеры и виды оказанной неформальной поддержки остались за кадром. Но дальнейшее развитие событий убедительно доказало: Валентина Ивановна по счетам платит добросовестно. Никогда прежде уничтожение подлинного Петербурга и агрессивное новое строительство не достигали таких масштабов. Станет ли всерьез кусать руку кормящего пришедшая в Смольный новая команда, или только покажет зубы, поддерживая востребованный в предвыборную пору имидж грозных стражей закона?».

Алексей Ярэма: Ротация уже началась, ротация будет продолжаться. И приятно осознавать, что первой полетела госпожа Манилова, «серый кардинал» администрации Матвиенко, которая откровенно лоббировала наиболее варварские проекты, например, снос Василеостровского трамвайного парка, который сейчас заблокирован с приходом нового губернатора. Правда, не обошлось при отмене группы проектов без отрицательных элементов. Например, оказался заблокированным полностью проект возрождения трамвая и легкорельсового транспорта. Здесь не столько играют роль интересы города для новых чиновников, сколько какие-то внутренние корпоративные связи и интересы. Естественно, что новый председатель Комитета ГИОП тоже будет производить некоторые ротации. В надежде на это и был подан этот доклад. А за время пребывания на посту губернатора Валентины Матвиенко было уничтожено 174 исторических здания, это точная статистика, уже два здания уничтожены после ее отставки.

Виктор Резунков: Больше чем в блокаду.

Алексей Ярэма: К сожалению, это так. На данный момент наши надежды связаны с тем, что те ротации, которые будут производиться в дальнейшем в администрации города, выведут на поверхность тех деятелей новых и чиновников, которые, по крайней мере, на начальном этапе не будут иметь таких обширных связей и возможностей влияния. Им нужно будет интегрироваться в структуру и завязать новые отношения – тогда они смогут быть такими же сильными, как ньюсмейкеры нашего доклада.

Виктор Резунков: Я хотел бы привести еще одну выдержку из статьи Татьяны Лихановой в «Новой газете», как относятся к разрушению Петербурга самые высокопоставленные чиновники – Владимир Путин и Дмитрий Медведев. Татьяна Лиханова приводит выдержки из интервью художника Михаила Шемякина: «Когда разрушали Преображенские казармы, я специально поехал в Москву, - вспоминал в одном из интервью художник Михаил Шемякин, - добился встречи с Медведевым (тогда - первым замом председателя правительства Российской Федерации - Т.Л.). Он просмотрел документы, слезные обращения наивной интеллигенции к президенту: спасите, помогите, вы сами петербуржец, вы должны понять. Медведев уверил, что все это будет у президента. Но никакой реакции не последовало. А когда полгода спустя я был на даче у Владимира Владимировича и опять стал ворошить эту больную тему, он сказал, что в Петербурге есть губернатор, он все решает, президент не может приказывать».

Алексей Ярэма: Наша организация, группа «ЭРА», принципиально никогда не обращается к высшим должностным лицам страны, по крайней мере, со времен Ельцина таких обращений не было. Обращаться к Путину, жалуясь на что? На то, что в стране диктатура? На то, что в стране полностью ликвидированы все демократические свободы, гражданские и политические права попираются систематически? Это глупо. Жаловаться на какие-то городские дела, связанные с разрушением Петербурга и так далее, столь же бессмысленно, потому что именно тандем назначал этих губернаторов. Поэтому мы этого не делаем и делать не будем.

Виктор Резунков: Дмитрий, а что вы думаете по поводу этого замкнутого круга? Вроде бы, надо письма писать президенту, если губернатор и его подчиненные никак не реагируют на призывы общественности, а вроде бы, бессмысленно.

Дмитрий Ратников: Конечно, обычный человек может обращаться в какие-то структуры, его заявление рассмотрят, оценят и дадут свое заключение. Но фактически другие люди, другие статусы играют роль в разрушении Петербурга. Поэтому то, как отвечают подведомственные им комитеты, администрация и так далее, уложено в рамки, заданные верховными правителями страны. Поэтому формально Путин может сказать, что «по закону я прав, не надо ко мне обращаться, я никакой роли не играю в этом деле, у меня совершенно другие задачи».

Виктор Резунков: «Не могу приказывать губернаторам». А кто же может приказывать? Как раз они-то и могут. Если бы они приказали, то все бы сразу прекратилось, вне всякого сомнения.

Дмитрий Ратников: Ну да. Но имеет ли для них это смысл?..

Виктор Резунков: Я обращусь к еще одному документу. Общественное объединение «Охтинская дуга» петербургское опубликовало большое открытое обращение ко всем гражданам под названием «Матвиенко, «Единая Россия» и Президиум Верховного суда приговорили Петербург». «16 ноября Президиум Верховного Суда принял решение по надзорной жалобе бывшего губернатора Санкт-Петербурга Валентины Матвиенко. Она просила признать ряд норм закона «О границах и режимах зон охраны объектов культурного наследия» недействующими - такое решение принял Горсуд суд и подтвердил Верховный суд - не с момента принятия закона, а с момента принятия решения судом. Президиум не удовлетворил жалобу бывшего губернатора, а вынес свое решение – об отмене и решения городского суда от 20 декабря 2010 года, и кассационного определения Судебной коллегии Верховного Суда от 16 марта 2011года, и отправил дело на новое рассмотрение. Это означает, что на данный момент «Закон о Правилах землепользования и застройки» и «Закон о границах зон охраны культурного наследия» снова действуют в полном объеме. Соответственно, высотное строительство в центре Петербурга может быть продолжено». Алексей, что все это значит?

Алексей Ярэма: Собственно, это то и значит. Предыдущим решением Верховного суда было признано, что высотные и градостроительные регламенты, входящие в состав закона № 820, и второго закона, который здесь назван, не соответствуют тем требованиям, которые предъявляются к местному законодательству на стадии его разработки и принятия. То есть в основе всего этого конфликта лежит на первом этапе – что произошло. При принятии 820-го закона депутаты очень долго редактировали текст, и последняя редакция, которая прошла принятия в целом, не была согласована с Министерством культуры. Несмотря на то, что в нее было внесено более сотни изменений. Это дало повод для протеста прокуратуры и отмены соответствующих законов в части градостроительных и высотных регламентов. Дальше все происходило в развитии. Полной информацией по этому поводу мои коллеги из «Охтинской дуги» обладают, они этим делом занимаются...

Виктор Резунков: Получается, что «Охта-центр» опять можно будет строить?

Алексей Ярэма: Да. Есть же точки зрения на «Лахта-центр», которые различны. Насколько мне известно из прессы и публикаций в Сети, лидер ЭКОМа Александр Карпов вполне поддерживал этот проект и не усматривал ничего криминального в том, чтобы построить эту башню 500-метровую в зоне остановки перелетных птиц, в пригородном поселке, застроенном одноэтажными домиками. Это обратный сегмент, то есть это уже инициативные группы, это так называемая градозащита.

Дмитрий Ратников: В данном случае речь идет о зданиях непосредственно в историческом центре города и на его границе. То есть «Охта-центр», который отменен, планировался на границе. Если исторический центр проходит по Неве, то он на противоположной стороне Невы, и отовсюду он виден. И таких проектов в Петербурге... называется «локальный доминант», их было больше сотни, если я не ошибаюсь, 118, и жилые дома, и офисные здания, и административные, то есть многие амбициозные проекты, которые продвигались прежней властью. Среди них есть, например, Невская ратуша – это административное здание, куда планируется переселить все комитеты Смольного, а сверху все это завершить летающей тарелкой стеклянной. Планировалось панорамное сооружение с видами на исторический центр города, в том числе и на Смольный, в виде летающей тарелки. Этим проектом занимается компания «ВТБ-Девелопмент», Сергей Матвиенко, сын Валентины Ивановны. И многие другие проекты – Дворец танца Бориса Эйфмана, это тоже проект этой же компании «ВТБ-Девелопмент», на Петроградской стороне. И логично предположить, что отмена всех этих высот, заложенных в «Закон о Правилах землепользования и застройки»...

Виктор Резунков: И ударит по бизнесу сыночка Валентины Ивановны Матвиенко.

Дмитрий Ратников: Да. И даже если закон будет признан недействительным с момента решения, тем не менее, даже в этом случае их невозможно будет реализовать.

Виктор Резунков: Просто мама решила защитить бизнеса своего любимого сыночка, вот и все.
Тамара из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Я москвичка, но я очень люблю Петербург. И мне хотелось бы узнать, как практически можно чего-то добиться? У вас очень много интеллигенции, люди все это очень хорошо понимают.

Дмитрий Ратников: На самом деле добиться чего-то можно, но это происходит точечно. По какому-то одному объекту власти могут пойти навстречу и отменить снос, реконструкцию и так далее. В основном это происходит либо с теми застройщиками, которые неизвестны на широком рынке в Петербурге, либо, наоборот, с ключевыми игроками, которым можно сказать: «Этот проект вы чуть-чуть подкорректируйте, отмените два этажа, которые вы собираетесь надстроить, а мы вам дадим взамен новый участок». Все-таки какое-то взаимодействие есть, этого добиться могут и градозащитники, и даже обычные люди и своими письмами, и обращениями в прессу, и так далее. Но в основном формально каждый раз отвечают, что все законно, с ссылками на законы.
Как мне кажется, Комитет по охране памятников порой занимается не доказательством того, что они выполняют свои действия законно, а придумыванием формулировок, чтобы показать, что на самом деле их иногда бредовые...

Виктор Резунков: Да это уже просто «птичий язык». Ничего не понятно, когда читаешь документы.
Я зачитаю еще одну маленькую выдержку из обращения общественного объединения «Охтинская дуга». Они приводят такие факты: «С 2009 года мы по меньшей мере пять раз обращались к президенту Дмитрию Медведеву, гаранту Конституции, по поводу издевательства над нашим городом, творимым Валентиной Матвиенко. Мы просили привлечь ее к ответственности, принять меры в связи с решением суда, убрать «петербурженку» Матвиенко из нашего города. И что же? Ни одного ответа и своеобразные меры. Матвиенко не только не наказана, но повышена в должности, представляет наш город в Совете Федерации. Это ли не пощечина Санкт-Петербургу? Так у нас - не на словах, а на деле – осуществляются принципы равенства всех перед законом, неотвратимости наказания! Мы не можем не помнить, что «петербурженка» Матвиенко – член исполкома петербургской «Единой России», что незаконные, подложные, вредительские законы, ей внесенные, приняли, в основном, составляющие большинство в Законодательном Собрании депутаты от «Единой России». Президент, губернатор, высокие должностные лица администрации президента и российского правительства возглавляют «тройки» от этой партии на выборах – в качестве «паровозов». Или мы получим депутатов Медведева, Козака, Нарышкина? Кому еще не понятно, в чьих интересах они действуют, что они делают со страной, с Санкт-Петербургом!».

Дмитрий Ратников: Я бы не согласился, что это повышение. Наверное, это «почетная ссылка» губернатора, который уже добился всех задач, которые ему поставили, а потом уже перестал добиваться, и ее убрали таким образом.

Виктор Резунков: Но в глазах простых людей это все-таки повышение. Третий человек в стране все-таки выше по своей номенклатурной должности, чем губернатор Петербурга.

Дмитрий Ратников: Видя результаты сенаторов, мне кажется, что даже обычный человек вряд ли поймет, что это повышение.

Виктор Резунков: Валентина Матвиенко проводит там сейчас большие реформы. Посмотрим, что из этого получится. Если она с Советом Федерации будет обращаться так же, как с Петербургом, тогда мы увидим очень интересные последствия для Совета Федерации.
Алексей, каковы дальнейшие действия вашей коалиции? По каким направлениям вы сейчас работаете, что вы исследуете и какие меры будете предпринимать?

Алексей Ярэма: У нас большой объем и спектр, все сейчас невозможно пересказать. Начатая уже кампания против реновации будет продолжаться. Будет продолжаться работа по огромному ряду объектов конкретных в историческом центре. Сегодня коалиция намерена представить доклад с требованием отставки немедленной коррумпированных чиновников, в частности, двух заместителей председателя Комитета ГИОП. Мы будем добиваться, чтобы это действительно было сделано. И очень печально, что сейчас нашлись люди, которые взялись их выгораживать и защищать. Это люди из либерального сегмента градозащиты. Очень большой объем работы будет и по закону, по судебным делам, которые ведет «Охтинская дуга». Она начинала борьбу с «Охта-центром», она была в начале этой борьбы вместе с клубом «Ингрия» и так далее, еще до всяких «Яблок». И огромное количество конкретных объектов. Новый проект, по которому мы будем сейчас проводить разработку, - это расширение порта на Гутуевском острове.

Виктор Резунков: А что, там тоже есть угроза историческим зданиям?

Алексей Ярэма: Нам сообщают, что да. Но мы будем проводить проверку.

Дмитрий Ратников: Может сложиться впечатление, что за последнее время наметилось изменение курса городской политики – отмены разных законодательных актов прежней администрацией города. И некоторым людям может показаться, что это смена курса. А на самом деле пока объективных оснований, что что-то изменится, наверное, нет.

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG