Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Зэки стали пострадавшими


Краснокаменская колония после пожара. 18 апреля 2011 года

Краснокаменская колония после пожара. 18 апреля 2011 года

По меньшей мере 60 человек, отбывавших наказание в исправительной колонии №10, расположенной в Краснокаменске Забайкальского края, в ходе следствия признаны потерпевшими по делу о массовом избиении. Среди подозреваемых – сотрудники колонии, которые на протяжении полутора суток издевались над заключенными. По словам правозащитников, нынешнее расследование – редкий пример попытки привлечения к уголовной ответственности сотрудников российских исправительных учреждений.

До 2005 года о существовании Краснокаменской колонии знали немногие. Только когда туда отправили Михаила Ходорковского отбывать наказание по первому приговору, журналисты заинтересовались этим исправительным учреждением. Впрочем, интерес пропал быстро – Ходорковского перевели в Москву, а потом в Сегежскую колонию. Однако в апреле 2011-го о Краснокаменской колонии заговорили вновь: 17 апреля она сгорела дотла. Поджог устроили заключенные в знак протеста против произвола со стороны администрации исправительного учреждения. Как рассказал Радио Свобода директор забайкальского правозащитного центра Виталий Черкасов, таким образом заключенные пытались привлечь внимание к происходящему в колонии:

– До этого там и голодовки были, и жалобы осужденные писали, и вены коллективно вскрывали. Но ничего не помогало…

По словам юриста фонда "В защиту прав заключенных" Валентина Богдана, подобное проявление протестных настроений не свойственно российским заключенным:

– Наши заключенные достаточно терпимы. Россия чуть ли не единственная страна в мире, где осужденные, чтобы выразить свой протест, причиняют себе страдания: режут себя, калечат… В остальных странах – по-другому: там, если к заключенным применяют меры физического воздействия, начинаются войны между охранниками и осужденными. В нашей стране это практически исключено. Но забайкальский пример показал: когда чаша терпения переполняется, происходят массовые возмущения. Во всех регионах есть такие колонии, в которых достаточно небольшой стычки – и может произойти аналогичное событие, – говорит Валентин Богдан.

По факту так называемого "огненного бунта" было возбуждено уголовное дело, обвиняемыми по нему проходят от 20 до 30 осужденных, отбывавших наказание в Краснокаменской колонии. Следствие считает их организаторами и исполнителями поджога. Но есть и второе уголовное дело. В нем заключенные (причем, по разным данным, их от 60 до 140 человек) признаны потерпевшими. Это те самые осужденные (из почти тысячи заключенных колонии), которые проснулись во время пожара и собрались на плацу, где позже подверглись издевательствам со стороны сотрудников Службы исполнения наказаний. Директор забайкальского правозащитного центра Виталий Черкасов подчеркивает, что эти осужденные никакого неповиновения не оказывали:

– Они собрались на плацу и ожидали дальнейших распоряжений. Между тем, в колонию прибыли по тревоге сотрудники этого исправительного учреждения, около 300 человек, привлеченных из других колоний, и работники местного РОВД. В течение полутора суток осужденные были вынуждены находиться, исполняя команду администрации, на плацу. Их заставляли сидеть на корточках, не позволяли им сменить позу. Тех, кто пытался встать или пошевелиться, избивали. Тем, кто просился в туалет, говорили: делайте все, что вам надо, себе в карман. Их не кормили. За каждое неосторожное движение – избивали. Их прогоняли сквозь "живой коридор" сотрудников, которые пробегающих избивали. На них натравливали собак… Среди этих осужденных очень много было пострадавших – с видимыми следами телесных повреждений. Поэтому сотрудникам колонии скрыть происходившее не удалось. Дело расследуется уже полгода. Я считаю, что в ноябре расследование велось наиболее эффективно…

Виталий Черкасов рассказал, что до недавнего времени расследование дела об избиении заключенных Краснокаменской колонии сильно тормозилось. Многие из осужденных были переведены в исправительные учреждения других регионов и следователям стоило больших усилий их разыскать и добиться возвращения в Забайкальский край для проведения необходимых следственных действий.

В фонде "В защиту прав заключённых" убеждены: сегодня в каждом российском регионе есть по меньшей мере одно исправительное учреждение, в котором существенно нарушаются права содержащихся там граждан. Вот что говорит Валентин Богдан:

– Возьмем достаточно благополучный район – Тамбов. Там очень хорошо работают наши правозащитники, находят взаимопонимание с Управлением ФСИН. Но в какой-то момент выясняется, что и там не все так безоблачно: были случаи, когда людей избивали, ломали руки, ноги. Очень тревожная ситуация в Башкирии: какую колонию ни возьми, везде есть случаи жесточайшего издевательства над осужденными. Людей калечили, ломали позвонки… А в Рязани что было: сотрудник колонии пришел пьяный, взял – и сделал инвалидом человека… И пока не придали этот случай огласке, никто ничего не предпринимал. Наоборот, все действия начальства были направлены на то, чтобы скрыть это событие. В конце концов возбудили уголовное дело, отстранили его от работы, уволили. Но не прошло и месяца – нам стало известно, что там очередное избиение: человеку перебили позвоночник, у него отнялись ноги. И что сделала администрация? Тут же зафиксировала на видеокамеру заявление заключенного, что он не имеет претензий к сотрудникам колонии. Но разве он скажет что-то другое, если к нему подойдут те же самые истязатели?!

По мнению Валентина Богдана, служба исполнения наказаний часто бывает не заинтересована в том, чтобы её сотрудники привлекались к ответственности:

– Вместо того, чтобы принять к сведению сигналы о творящихся в колонии беззакониях и выдавливать истязателей из системы, делается так, чтобы их в системе сохранить. Парадокс. Вот сидят в колонии люди за избиение: например, по 111-й – подрались, убили человека. Это преступление, безусловно. Но, отбывая наказание, они видят, что точно такие же преступления совершают на их глазах сотрудники исправительного учреждения – и им ничего за это не бывает. Максимум – просто увольняют с работы…

Для справки: по данным ФСИН, в настоящее время в российских исправительных учреждениях содержится более 700 тысяч человек.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG