Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Да, мне заплатил Путин, а Медведев еще и добавил, чтобы я его похвалил. Да! Вам так легче? Хорошо". Матвей Ганапольский о выборах


Матвей Ганапольский

Матвей Ганапольский

Елена Рыковцева: Не простой у нас сегодня эфир, а золотой, потому что видеотрансляция, а в студии сидит Матвей Ганапольский. И наши слушатели, которые годами думали, как же он выглядит, этот Ганапольский, что же он за человек такой внешне, вот голос слышали, а лица не видели, теперь получают эту возможность.

Матвей Ганапольский: И теперь вся страна увидела и расстроилась (смеется)

Елена Рыковцева Расстроилась - напишет. Скажут: разочарованы, да, представляли его этаким Иваном-богатырем, например...

Матвей Ганапольский: А чего? Метр 86, извини!

Елена Рыковцева: Тогда надо встать.

Матвей Ганапольский: Косая сажень в плечах.

Елена Рыковцева: Показывайте все!

Матвей Ганапольский: Паренек-то откормленный.

Елена Рыковцева: Показывайте все, чем гордитесь, в эфире. А повод для нашего разговора сегодня: с чем мы приходим к выборам? Или можно так сказать: с чем вы и они пришли к выборам? Выборы уже на носу, есть возможность подводить какие-то итоги. Итоги этого политического года, итоги самой избирательной кампании. Матвей, с чего начнем?

Матвей Ганапольский: Начнем с официального заявления. Я очень люблю, Лена, к вам ходить на эфиры и очень не люблю радиослушателей Радио Свобода. Причем тут ничего личного, я бы так сказал, только журналистика. Когда идут звонки - то либо я "продался Кремлю", а сегодня будут вещи, которые можно истолковать, что я уже на зарплате у Суркова и Путина, и Медведева, например, по вопросам ПРО, я думаю, мы этого коснемся. Или что я такой вот либерал, который не понимает, что вообще происходит. И такая болезнь аудитории, она понятна, то есть тут и судить нельзя...

Елена Рыковцева: То есть любую критику в своей адрес вы трактуете как болезнь аудитории.

Матвей Ганапольский: Болезнь аудитории заключается в том, что она знает только свое мнение, но не может себе предположить, что кто-то имеет мнение отличное. А я хочу сказать, что один мудрец сказал, что все сложнее. Вот так он сказал, и это абсолютная правда. Потому что политика - не одномерна, не однородна, она многополярна, и эти выборы, которые у нас все-таки будут, а я напомню, многие пишут, что партия власти всех задавила, и это абсолютная правда, и что когда Путин сказал историческую фразу в беседе с Эрнстом, Кулистиковым и Добродеевым, что выбор в России есть("мы предлагаем людям программу, и люди ее либо поддерживают, либо не поддерживают») - то это, конечно, передергивание, потому что программа должна вырабатываться не на основе кремлевских заморочек, а на основе постоянного тестирования народных желаний.
Но все равно - и тут внимание, начнем бесить аудиторию - я категорически поддерживаю Владимира Владимировича Путина: выборы у нас есть. Если даже москвичи возьмут ноги в руки, придут на избирательные участки и проголосуют - дальше я говорю стандартную фразу, - как они хотят, то картина может сильно измениться. Здесь 12 миллионов человек живет, в Москве. Ну, говорят, что Москва - это 8-9 миллионов... слушайте, это несколько стран! Вон я в Грузии две недели в месяц живу, там 2,5 миллиона, из которых миллион уехал, значит, 1,5 миллиона. То есть в Москве это огромная сила. Поэтому не надо плакать, что не дают и так далее, есть разные партии, ну, там девять десятых одним лыком шиты, но есть, например, партия "Яблоко"... Вот я реально говорю: я пойду и проголосую за партию ровно потому, что у них есть пункт в их программе против призывной армии. Я считаю, что в России не должна быть призывная армия. Поэтому я не хочу, чтобы мой бюллетень использовали, поэтому я пойду и проголосую именно за нее. Потому что сидеть дома и потом ругать: да, за кого тут голосовать... Такая позиция может быть, но я не ее сторонник.

Елена Рыковцева: Да, причем эти ваши слова не подпадают под определение агитации, потому что хотя вы хорошо отзываетесь о партии "Яблоко", при этом есть огромный процент слушателей, как вы только что подчеркнули, которые негативно относятся лично к вам. Таким образом, если...

Матвей Ганапольский: Уравнивается.

Елена Рыковцева: Да-да, таким образом, получается, наоборот, агитация против партии "Яблоко"! То есть партия "Яблоко" может подать на нас в Центризбирком, не дай бог.

Матвей Ганапольский: Я вчера на канале "Дождь", который я поздно вечером смотрю, видел замечательную штуку, которую придумала Ксения Собчак, и я когда ее увижу, просто расцелую и памятник поставлю. Там есть такая рубрика, которая называется "Проповедь", она идет три минуты. Появляется Собчак, сидящая в позе лотоса, которая говорит: "Сейчас мы будем заниматься устранением в себе ненависти..." Делает паузу и говорит: "...к Ксении Собчак. Расслабьтесь..." - и так далее. Вот я хотел бы, чтобы...

Елена Рыковцева: То есть вы хотите это перенять?

Матвей Ганапольский: Нет, во-первых, она, как человек очень яркий, вызывает гораздо более сильные эмоции. Я просто хочу призвать всех, что это сущностный разговор. Давайте говорить без демагогии. А без демагогии, еще раз повторяю, жизнь разнообразная. Теперь перейдем к сути того, что мы имеем.

Елена Рыковцева: Кстати, хорошо, что вы нашли какое-то яркое отличие партии "Яблоко" от других. Потому что второй раз подряд балуется журнал "Коммерсант-Власть" таким тестом "Угадай партию". Они расписывают по семь пунктов - лозунги, выдержки из программы, выдержки из чего-то там еще, - и дают по 7 штук партий, участвующих в выборах. И вы должны угадать: какой лозунг к кому относится. Но угадать невозможно. И если вы угадали все, то «вы – Кремль».

Матвей Ганапольский: Я бы сказал, что мы приходим к выборам с очень неплохим результатом, - вы сейчас, наверное, удивитесь, - и для власти, и для оппозиции. Почему? Потому что, власть радуется тому, что пусть не у нее будет не 78 процентов, а хотя бы 50 с чем-то, то есть она теряет, конечно, мандаты в Госдуме, другие партии приобретают, но все равно она главенствующая, мудрейшая и так далее, и можно будет страной крутить. А с другой стороны, такой теплой жизни, как у них была, не будет.
Итак, партия власти остается у власти, это одна сторона. А другая сторона, надо понимать, что пусть косые, пусть кривые партии, еще раз, я тут не имею в виду "Яблоко", я имею в виду коммунистов, которые, в общем, проблемная партия для меня, во всяком случае, для моего понимания, хотя, в общем, оппозиционная, ну, ЛДПР я, к сожалению, не могу воспринимать серьезно, и тут привет Владимиру Вольфовичу, который все для этого сделал. Ну, и "Справедливая Россия", которая сейчас приобрела такую яркую оппозиционную историю благодаря Миронову, но вспомним, что Миронов стал резко оппозиционным только после того, как с ним очень некрасиво по-кремлевски поступили.

Елена Рыковцева: Тем не менее, в составе ведущих членов "Справедливой России" есть такие люди, как Оксана Дмитриева, Геннадий Гудков, которые вызывают большую симпатию у окружающих.

Матвей Ганапольский: Знаменитая книга "И один в поле воин", которой я зачитывался в розовощекой юности, для Государственной Думы не играет роли. Вот Геннадий Гудков, к которому я отношусь с величайшим уважением, ну, вот он вышел и высказал в Государственной Думе все, что он хотел. То есть те, кто не слышал, представьте…

Елена Рыковцева: Но об этом узнали только те, кто посещает интернет.

Матвей Ганапольский: Не важно. Вышел человек, который в лицо думцам крикнул: "Вы такие-то и такие-то, и кампания избирательная такая-то". Смотрите, это ведь событие имеет несколько другое измерение, и я вам сейчас напомню какое. Чего, по сути, добивалась, например, партия ПАРНАС, когда она хотела, чтобы ее зарегистрировали, и это безобразие, что ее не зарегистрировали. Она понимала, что она будет в Думе в меньшинстве, но она хотела выходить и говорить то, что есть. И пример Гудкова говорит вот о чем: да, выходил бы Касьянов, будь он депутатом, я условные фамилии называю, выходили бы эти уважаемые мною ребята из ПАРНАСа и чехвостили партию "Единая Россия", и говорили бы, что это все свинячий бред, что она делает, и так далее, и так далее. И тут я ставлю точку и задаю вопрос: и что?!
И вдруг начинаешь понимать, что в парламентской истории один в поле не воин. Ну, каждый раз они будут выходить, и наши прекрасные единороссы будут с презрительной улыбкой своего этого раздутого большинства смотреть на этих людей и говорить: ну, да, был у нас один Жириновский, теперь эти, ну, собака лает, караван идет. Вот почему я хочу сказать, что нам предстоит длинный путь. Жизнь ведь на этих выборах не заканчивается.
Первое: партии власти придется подвинуться. И если даже путем накруток, поджогов, убийств и чего-то там такого она наберет 99 процентов, эти проценты уже никого не интересуют. К сожалению для партии власти, ее руководства, Путина и Медведева, наступают по факту нелегкие времена. Это связано и с интернетом, и усталостью, и так далее. Поэтому придется перестраиваться всем: партии власти – потому что, как говорится, верха уже по-старому не могут, а оппозиции тоже придется… Еще раз говорю, на Гудкова мало обратили внимания. В Государственной Думе Российской Федерации, где почти 400 человек, один в поле не воин, и один выкрик – это не политическая работа. Поэтому, наверное, будет какой-то поиск путей, будут крики, будут визги, но будет поступательное движение, когда впервые в нашей постельцинской истории господа надутые из "Единой России будут учиться жить, я бы так сказал, по политическим средствам, а оппозиции, то есть тем людям, которые реально занимаются оппозицией, хотят в ней существовать, надо будет учиться каким-то новым методам работы. Потому что становится понятно, что если ты только в интернете, то это не политика, и если ты в Думе, но один, и там вас три человека, то это тоже не политика. Поэтому - неожиданно позитивно я заканчиваю - то есть вроде по частям все плохо, а в результате все-таки мы движемся вперед. И как-то жизнь заставляет поворачиваться и тех и других.

Елена Рыковцева: Считать ли одним из симптомов усталости, о которой вы говорите, этот знаменитый уже свист? Я хочу, чтобы вы, уважаемые слушатели, познакомились со стихотворением Дмитрия Быкова, напечатанным в "Собеседнике". Эта часть его творчества известна меньше, чем "Гражданин поэт". Давайте послушаем.

ОСВИСТАННЫЙ
Сцена изображает кабинет премьера России. Перед ним на коленях стоит директор дворца спорта "Олимпийский" Федор Москалев.
ПУТИН:
Оставь, директор, я в печали.
Не узнаю страну мою:
Мне "Уходи!" вчера кричали...
МОСКАЛЕВ:
Не вам, не вам, я зуб даю!
Они бы в вас уткнулись носом,
У вас рыдали б на груди...
Владим Владимыч, это Монсон!
ПУТИН (с иронией):
Ему кричали "Уходи"?
МОСКАЛЕВ:
Такой обычай есть спортивный,
Что проигравшему борьбу
Всегда кричат: "Уйди, противный!"
И громко дразнят: "Бу-бу-бу!"
ПУТИН:
Да ладно, он ушел в начале!
Нет, это я завел толпу...
Я слышал, что они кричали
Не "Бу-бу-бу", а "Пу-пу-пу!"
МОСКАЛЕВ:
Я тоже слышал, я клянуся!
Они довольны, в этом суть!
Они кричали: "Пу-пу-пуся,
Пу-пу-псик, в добрый пу-пу-путь!"
ПУТИН:
Поверю в это еле-еле...
МОСКАЛЕВ:
Поверьте, вашество, молю!
ПУТИН:
Но, Москалев, они свистели!
Они кричали: "У-лю-лю!"
МОСКАЛЕВ:
Способен только шизофреник
Так гнусно это повернуть.
Они свистели, чтобы денег
У них убавилось чуть-чуть!
Они давненько способ ищут
Отдать хотя бы по рублю,
Вот оттого они и свищут,
Крича при этом: "Уй, люблю!"
ПУТИН (недоверчиво):
Не знаю, как прогнать тревогу.
Уйди и душу не трави.
Они пошлют меня, ей-богу!
МОСКАЛЕВ:
Ей-богу, чисто от любви!

Елена Рыковцева: Вот так… все-таки от любви. А вы как считаете, Матвей?

Матвей Ганапольский: Нет, я не буду говорить о любви к Владимиру Владимировичу. К нему же разное отношение.

Елена Рыковцева: Мы смысл какой-то будет придавать этой истории?

Матвей Ганапольский: Конечно, мы будем придавать смысл, и я думаю, что в первую очередь ему придал смысл сам Владимир Владимирович, который потом уже не пришел на концерт в «Олимпийском», хотя он должен был быть там звездой, и вообще, я думаю, в последующее время мы мало его увидим на каких-то публичных акциях, где собираются фанаты, спортсмены и так далее. Кстати, я хочу сказать, что вот этот второй концерт, где "Пацаны против наркотиков" и так далее, там билеты распространялись только вверенным людям, там билет было купить нельзя. Это должен был быть триумф. Ну, и он вполне логично решил… Короче, он не пошел. Значит, тут есть выводы, которые можем сделать мы, и которые может сделать он. Сначала о выводах, которые сделал он. Однажды один человек, которому я доверяю, спросил Путина по поводу его отношения к интернету, смотрит ли он интернет. Он сказал: "Нет, я интернет не смотрю". Тот его спросил: "Почему?" И Путин дал абсолютно четкий ответ, он сказал: "Потому что интернет – это ложь и манипуляция". Значит, он, как премьер, как президент, предпочитает папочки, которые ему кладут на стол те люди, которым он доверяет, которые отсеивают информацию.
Но, с другой стороны, мы же прекрасно понимаем, что интернет – это, в общем, такая тенденция. И люди, хотя и под никами, которые я часто называю собачьими кличками, мне это очень не нравится, но нравится мне или не нравится – это особый вопрос, а важно то, что люди пишут, что они думают. Это такое огромное поле общественного мнения. И вот там перед нами усталость, неприятие, озлобление, и самое главное, все это формулируется одним словом: достал. Я думаю, что он начинает это понимать. Я, думаю, что отношение его такое: ну, вы там, ребята, делайте, что хотите, а государство надо вести вперед, и если бы вы понимали, что такое вести это государство, ну, галеры, то вы бы поняли. Тем не менее, то, что Путин с таким неприятием относится к общественному мнению, говорит о том, что он не считает общественное мнение общественным мнением.

Елена Рыковцева: Это с одной стороны. А с другой стороны, он и есть президент всех россиян ровно потому, что не ходит в интернет и не живем там, потому что большая часть России, вы знаете, все-таки интернетом не охвачена. Вот он как раз президент той самой части России, вот и все.

Матвей Ганапольский: Ну, можно сказать и так. Самое главное - печальный самый результат того, что мы видим. Вот у меня очень сложное отношение к тому, что его освистали. Это очень большая проблема для Российской Федерации – то, что человека, который будет последующие 12 лет, мы допускаем, чтобы его освистали.

Елена Рыковцева: Рановато начинают! Что же будет к 2012 году?

Матвей Ганапольский: Мне возразили, мне сказали: а это освистывали не его, а Мэнсона. А я на это ответил следующее: когда выходит президент, человек харизматичный, то люди, и не потому, что им приказали молчать, а просто слушают этого человека, то, что он говорит, свист тут ни при чем. Поэтому это его большая проблема, и я очень сожалею, что это произошло, но виноват в этом именно Владимир Владимирович.

Елена Рыковцева: Еще один знак, о котором хотела вас спросить, придавать или нет ему значение,- когда он вошел в Думу попрощаться и закрыть их последнюю сессию, две фракции не встали, КПРФ и "Справедливая Россия".

Матвей Ганапольский: Вот этому я бы не придавал значения. Потому что когда в 2012 году он войдет в Госдуму как президент, то выше всех прыгнут коммунисты и "Справедливая Россия". Встанут они!

Елена Рыковцева: То есть это временное не вставание. А те перестанут свистеть?

Матвей Ганапольский: Это временное.

Елена Рыковцева: А свистеть не перестанут?

Матвей Ганапольский: Свистеть не перестанут. Они встанут по одной простой причине – потому что они понимают, что жизнь их зависит от него, и если он захочет им испортить жизнь за их неповиновение и неуважение, то их не будет.

Елена Рыковцева: Андрей из Бельгии написал: "Уважаемый Матвей Юрьевич. Выборы в России превратились в гигантскую машину для фальсификации. Один только пример. Процесс голосования через диппредставительства, то есть для миллионов россиян, живущих за рубежом, вообще, никто не контролирует. Вы, похоже, все еще надеетесь выиграть у наперсточника. Это наивность или неистребимый оптимизм". Вы оптимист неисправимый или это можно поправить?

Матвей Ганапольский: Я же говорил вам, Лена, что слушатели Радио Свобода люди неадекватные. Давайте не обижаться. Я уже не в том возрасте, когда должен какую-то политкорректность соблюдать?

Елена Рыковцева: Почему? Мне кажется, это от возраста совершенно не зависит.

Матвей Ганапольский: Я соблюдаю ту политкорректность, которую считаю нужным. Он говорит – вы надеетесь выиграть у наперсточников. Что значит – я надеюсь? Разве я сказал хоть одно слово, что я участвую в какой-то борьбе или что?

Елена Рыковцева: Ваш ответ – вы не надеетесь.

Матвей Ганапольский: Повторяю для всех, в том числе для бельгийца. Если он придет в посольство России в Бельгии и проголосует, как он считает нужным, то этот голос будет учтен. Если он будет сидеть в Бельгии и кушать бельгийскую котлетку или пить вкусный кофе и т. д. и будет рассуждать о том, кто победит, и сам не пойдет на выборы, то будет так, как решила партия власти.

Елена Рыковцева: Он говорит о том, что на этих дипучастках невозможно их проконтролировать.

Матвей Ганапольский: Почему? Кто сказал?

Елена Рыковцева: Что, дадут визы представителям КПРФ, чтобы они приехали туда и пронаблюдали?

Матвей Ганапольский: Откуда он знает? Это вызывает у меня неприятие. Откуда он знает, что происходит в диппредставительстве?

Елена Рыковцева: Хорошо, мы попросим, чтобы он написал подробнее. Но следующий вопрос из Интернета о том, откуда знает Матвей? Он напомнил, что в предыдущей нашей программе вы сказали: "Мы знаем, что фальсифицировать на выборах можно не более 12%. Так говорят социологи". И еще привел слова Максима Резника: "Если бы пришло 100%, то фальсификация была бы невозможна". Это лидер питерского отделения "Яблока". Откуда вы все это берете? Какие социологи? Может быть, это не социологи, а летучие голландцы, фламандцы или гренландцы? Если – нет, пожалуйста, фамилии, адреса», - он пишет. Откуда?

Матвей Ганапольский: Во-первых, я не собираюсь ни перед кем отчитываться. Явки и адреса – это к Владимиру Владимировичу Путину, который работал в соответствующем ведомстве. А вообще советую: учите матчасть. В частности, слушайте "Эхо Москвы", где к нам приходят совершенно замечательные люди, специалисты. Не только господин Чуров, хотя и Чурова мы приглашаем. Читайте Интернет. Там написано, что есть определенный предел фальсификаций. Понятно, что предела безобразиям, наглости, сволочизму просто не существует, но считается, что обычный стандарт – это 12%.
Кроме того, мы с вами прекрасно поймем уровень фальсификаций. Если, например, партия власти на этих выборах получит 90%, мы с вами поздравим друг друга, что мы особая страна, что у нас можно все. А если она получит свои там скромные 54 или вот так вот в районе от 50 до 60, будем понимать, что фальсификация 12%.

Елена Рыковцева: "Меня в этой кампании раздражает чванное невежество "единроссов", - Виктор из города Ливны Орловская область. – А Гудкову – спасибо".
"Если бы Компартия не была надежной партией, то близкий друг Путина Черкезов не перешел бы в КПРФ", - Николай.
Савельева считает, что "фактически нет оппозиции, кроме "Яблока" и единичных голосов среди других партий. Так что, двигаться существующей власти некуда".
"Хорош бы, чтобы Ксения Собчак начала агитировать за "Единую Россию". Лучшей рекламы тандему и его "ЕдРу" не придумать", - это Павел, наверное, иронизирует.
"Пока Чуров есть на свете, взрослые спокойно спят и дети. Волноваться им не надо, будет избран тот, кто надо", - пишет стихи Григорий Бенцель из Германии.
"Предвыборная Россия полностью находится во власти путинской вертикали, которая подобно спруту опутала всю Россию. Подскажите – как вырваться из этих объятий, если избирком – та же путинская вертикаль?"
"Неприятно было слушать лукавого Матвея, который устроил сегодня антиамериканский пиар по ПРО. Вообще, основная мысль Ганапольского – есть отдельные недостатки режима, но в целом власть Путина и Димы весьма хороша. Это дядя Веня так постарался", - пишет наш очень постоянный слушатель Федор из Санкт-Петербурга.
Дядя Веня – это кто?

Матвей Ганапольский: Имеется в виду купленный, существующий на деньги "Газпрома" и лижущий нефтяную трубу Алексей Венедиктов. Каждый в меру своей распущенности и в меру своей глупости, хочет свое. Вот есть люди, для которых ругать власть – это стало целью. И вообще, это такая народная забава. Я по-другому устроен. Мне абсолютно по фиг – власть, не власть. Кто плохо поступает, тот плохо, а кто хорошо поступает, тот хорошо.
Например, сегодня у нас будет Собянин. Я хочу сказать, что Собянин, при том, что я защищал Лужкова, мне очень не нравилась эта кампания против него - мне очень нравится то, что делает Собянин.

Елена Рыковцева: И мне нравится.

Матвей Ганапольский: Значит, мы с вами в мэрии получаем бабло в какой-то кормушке. Мало, конечно, сделано, но я вижу тенденцию. Я как журналист стараюсь ее видеть.
А по ПРО я вот что хочу сказать. Я очень люблю США. Вы можете называть это вакханалией. Но ситуация очень простая. О чем сегодня шел разговор – это важно сказать. Вчера было жесткое заявление Медведева, который заявил, что мы будем делать то-то-то в ответ на что. И он объяснил очень просто. Потому что США не дают письменной гарантии безопасности, в которой черным по белому написано, что ПРО не против России направлено. ПРО не против России. Вдумайтесь, казалось бы, простая вещь – возьми и поставь подпись. Дай такую бумагу. Но Медведев вчера объяснил, и это соответствует действительности, что америкосы не дают такую бумагу.
Таким образом, итожу. Я очень люблю Америку, джинсы, жвачку, американскую музыку, американские сериалы, фильмы и т. д. Но! Я как Задорнов сатирик. Не понимаю! Я не понимаю – почему. И не нахожу оправданий – почему они не ставят эту подпись. От них не требуется, чтобы небо упало на землю и т. д. Они предлагают, чтобы вместе то-то, то-то, то-то. А наши хотят скромной подписи, что это не направлено против нас. А они говорят, мы этой подписи не дадим. Так вот, я заявляю всем…

Елена Рыковцева: Может, в принципе, не предусмотрен формат такого рода подписи, клятвы, кровь из вены и пр.

Матвей Ганапольский: Еще раз. Вы можете называть это как хотите. Россия же ничего не говорит. Она ничего не может сделать. Я сейчас выгляжу агитатором…

Елена Рыковцева: Формально такой пункт возможно проставить в любой договор, дать гарантии безопасности конкретной стране?

Матвей Ганапольский: Конечно! Это не направлено… Я сейчас выгляжу Рогозиным помноженным на Лаврова. Но дело в том, что я гражданин РФ. Я именно потому, что люблю Россию и люблю Америку, знаю Америку, я в ней жил, я не понимаю, почему они не ставят свою подпись.

Елена Рыковцева: Это надо спросить у американцев.

Матвей Ганапольский: У американцев я не спрошу – у Обамы или Госсекретаря.

Елена Рыковцева: Почему? Вот у вас выступают иногда их официальные представители.

Матвей Ганапольский: Вы видели, что этот человечек назвал то, что я говорил, вакханалией. Если что-то говорится против Америки, то это значит купленный Кремлем. Да, мне заплатил Путин, а Медведев еще и добавил, чтобы я его похвалил. Да! Вам так легче? Хорошо.
Владимир Владимирович Путин, да будут высечены эти его слова, которые я сейчас скажу, на самой большой горе, чтобы было видно абсолютно всем, сказал правильную вещь. Я еще раз обращаю внимание на слова, которые сказал наш великий национальный лидер. Он бесконечно повторяет одну и ту же фразу: все определяют выборы. И в конечном счете, он прав. Еще раз повторяю! Да, фальсификации были, но они не могут быть выше какого-то процента. Мы все время так или иначе возвращаемся к "Яблоку". Не потому что я фанат этой партии. Для меня непонятно, как Явлинский сначала на 100 лет ушел из политики, потом вернулся и говорит – я буду защищать и т. д. Не очень это понимаю. Но вопрос не в этом. Вопрос в том, что я говорил и говорю, здесь я просто целую Путина во все места, потому что он абсолютно прав! Один человек идет по улице - он никто…

Елена Рыковцева: Матвей, да что же ему и не сказать вот эту фразу. Конечно – выборы! Но сколько сделано для того, чтобы он и его партия победила на этих выборах.

Матвей Ганапольский: Успокойтесь, я же не об этом говорю. Я говорю о понятных…

Елена Рыковцева: А что ему еще говорить?! Почему вы так радуетесь этой фразе?

Матвей Ганапольский: Я радуюсь, потому что я рад, что мои мысли совпадают с мыслями нашего великого национального лидера.

Елена Рыковцева: А какими еще могут быть его мысли по этому поводу? Он что, должен вам сказать, что не хочет выборов?

Матвей Ганапольский: Вы как агент Кремля уводите от моей мысли. А мысль простая – ребята, хотите изменений – голосуйте за изменения. Не сидите дома и пейте кефир, а пойдите и проголосуйте. Вы же понимаете, что если вы все проголосуете за какую-то партию, то результат этой партии не смогут сфальсифицировать в таких объемах.

Елена Рыковцева: Он так легко и свободно может позволить себе бросаться этими фразами, потому что понимает, что тех, кто хочет перемен, совсем мало.

Матвей Ганапольский: А почему?

Елена Рыковцева: И проголосуют все, которые хотят его лично с его партией. Поэтому он может спокойно говорить – да, все решат выборы, потому что он знает, как проголосуют на этих выборах.

Матвей Ганапольский: Почему вы его за это осуждаете?

Елена Рыковцева: Я не осуждаю, я констатирую факт.

Матвей Ганапольский: Он не регулировщик. Он не дядя Степа. Он говорит, и говорит абсолютно правильно! Найдите мне человека, который ему возразит.

Елена Рыковцева: А мало ли что он правильного говорит, что же мы теперь будем радоваться каждой его правильной фразе?

Матвей Ганапольский: Это оборот речи у меня такой. Я просто говорю ту мысль очевидную, которую говорит и Владимир Владимирович. В этом смысле мы с ним любим друг друга. Я говорю, что судьба страны решается не в эфире Радио Свобода, не в жалобах в Интернет, а именно на выборах. Поэтому ноги в руки и в воскресенье идите и проголосуйте.

Елена Рыковцева: На этом и завершим программу "Час прессы" на волнах Радио Свобода.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG