Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Письмо из Америки: «Если вам, как сотруднику радио «Свобода», нельзя рассказывать на её волнах про вашу жизнь на двух гектарах земли, то я, пожалуй, расскажу про свои полгектара. Я за них заплатил $65 000. Трудовых денег. Словом, еще надо хорошенько подумать, где стоит жить - в США или на Украине. Например, у вас за домом есть река и цапли, а у меня нет. Впрочем, если бы река и была, то мой участок земли стоил бы не $65 000, а $35 000. Из-за опасности затопления во время сильных дождей и ураганов. Они в наших прериях - дело обычное. Когда мне было шесть лет, мама мне читала сказку про девочку Элли из Канзаса и про то, как ураган поднял в воздух и унес её домик. Все это оказалось совсем не сказкой. Сильные ветры уносят здесь домики за просто так. Срывают крыши. Противление этой стихии сделало Америку Америкой. Почему дикая Сибирь не сделала Россию Америкой? Не отделила сибиряков от этого мертвящего бардака?» - говорится в письме. Многие слушатели примут слова автора о том, что надо хорошенько подумать, где жить, в США или на Украине, как шутку, а я на это скажу так: всё зависит от того, кто решает для себя этот вопрос, в каком возрасте, в каких обстоятельствах и для чего. Если бы мне было двадцать лет и я был бы такой умный, как сейчас, то я бы вернулся в Москву, где прожил… сейчас скажу, сколько лет: с шестьдесят второго по девяностый, если не ошибаюсь. Почти тридцать лет. И вернулся бы, потому что, несмотря на то, что жить в Москве невозможно, жить можно, сказал бы я, только в ней… Ну, может быть, ещё в Нью-Йорке. Почему? Очень просто. Если на свете есть язык, на котором говорят десять человек, то специалистов по этому языку надо искать – и обязательно найдёте! – в двух городах: одного найдёте в Нью-Йорке, другого – в Москве. И было бы захватывающе интересно наблюдать, что происходит с этим сверхгородом, куда он катится, и делать там карьеру, тем более, если знаешь, что в любой момент можешь беспрепятственно уехать и вернуться. Я бы выбрал Москву, потому что она ещё не выбрала свою судьбу, она на распутье – на таком распутье, что дух захватывает.

«Здравствуйте, господин Стреляный! – следующее письмо.– Не могу не поделиться с вами впечатлениями о поездке в Грузию. Девять лет назад я убежал оттуда из-за голода, безработицы и нищеты, приехал на похороны родственника. Все началось с билета на самолет Москва-Тбилиси: он стоил почти тысячу долларов туда-обратно, и это за два с половиной часа полёта. Дальше начались другие парадоксы. Например, взятки не берет полиция. Зачем ей брать, если практически люди безработны в Грузии, а зарплата у полицейских до тысячи лари (если кто-то и работает, дай Бог иметь зарплату сто двадцать-двести шестьдесят лари). Нищие люди, заболев, платят столько за лекарства и лечение (не самое лучшее и правильное), сколько никогда не заработали. Если за человека возьмется прокуратура, а он будет защищаться, все равно правда будет на стороне прокуратуры. Люди боятся туда обращаться, знают, что им пригрозят словом "посадим вас", как в тридцать седьмом году. В Грузии правит верхушка власти, весь бизнес только в их руках. И правда тоже. В Грузии большинство женщин работают нелегально в Европе нянями, уборщицами - благодаря им живет страна, но дети растут без мам, а мужья спиваются от безделья. Из всех людей, с кем доводилось говорить, лишь один похвалил президента. Грузия на самом деле глубоко несчастная страна. Не знаю, сколько им заплатили - тем, которые так хвалят реформы Грузии. Реформ нет, господа, и не может быть, когда восемьдесят процентов населения бедствует. Значит, там нет уже благородства, народ теряет свою порядочность, поскольку нет справедливости и правды. Сурков. Москва».
Нехорошо придираться к словам, но всё же… Вот человек пишет: большинство грузинок работают в Европе. Большинство! И верь после этого другим его словам! Безработица в Грузии есть, и высокая, но чтобы заявить, что практически безработны все, надо сильно разогреться на каком-нибудь митинге. Как опытный советский человек я рассуждаю следующим образом. Если Кремль что-то называет белым, значит оно чёрное. Если чёрным – значит оно белое. О Грузии, о её руководстве, о тамошних порядках Кремль отзывается только что не грязными словами, а иногда – и грязными. Значит, всё там (в Грузии, а не в Кремле) в порядке. Трудно, но в порядке.

Следующее письмо: «В одной из последних ваших передач то ли вы, то ли один из слушателей высказали мнение, что выражение "расстрел Белого Дома" придумали противники Ельцина. Это не совсем так. Я сторонник Ельцина, но тоже говорю: "расстрел Белого Дома". Говорю об этом как о бездарном, но в общем правильном поступке. Мятеж должен быть подавлен, а потом можно всю оставшуюся жизнь прикидывать, как надо было поступить и что было сделано не так. В России не бывает бархатных революций. А вот что было сделано абсолютно правильно, так это амнистия заговорщикам. Нечего плодить декабристов. Нельзя в России никого будить.
Ваш постоянный слушатель Сергей Колинко». Да, Сергей, нельзя, а только то и делают, что будят – иной раз даже мёртвых. Другое дело, что не все быстро просыпаются.

Автор следующего письма живёт на три страны: Россия, Англия и США. Чем занимается, я не совсем понял – чем-то, имеющем отношение к новшествам в медицине. В Америке он пытается внести свой учёный вклад в организацию разработки лекарств. Там накопилось, по его словам, столько запретов и инструкций, что – читаю – «прогресс в медицине замедлился, а в некоторых областях вообще остановился. Государство насело. Считают, что без него людей будут травить. Глупости, конечно, но отношение у населения к регуляциям потворствующее. Вот ведь, кстати, какая ахиллесова пята у демократии: население потворствует государству, а политики потворствуют населению. Из-за этого нравы портятся. В Лондоне моем - господи, да какая же страна теперь моя?! - недавно хулиганы начали громить магазины. Четыре дня громили. Два дня я из небоскреба, где работаю, наблюдал, как горит склад телевизоров. А полиция ничего сделать не могла или не хотела, или опасалась. Ведь чуть что - обвинения в расизме, в жестокости. Студенты зимой погромили центр города только потому, что за обучение пришлось бы платить немного из своего кармана. Погромили практически безнаказанно. А потом "недопривилегированные" граждане решили, что и за телевизоры, за кеды и колечки с сережками платить в общем-то не нужно. Можно просто взять. Ахиллесова пята демократии - потворствование массам. На Украине - демократия. В России - с грехом пополам - тоже демократия, выборы вроде свободные и там, и там. Получайте свою демократию с верхом: на Украине не балаболку Тимошенко, так косноязычного Ющенко, не Ющенко, так вообще, прости господи, Януковича какого-то. В России то же самое, только с российским уклоном. А за что же нужно было бороться? А неизвестно. За личную свободу, наверное. За ответственность. За возможность делать, изобретать, изыскивать новое. Тирана, если он негодный, по крайней мере, убить можно. А демократию - нельзя. Если она начала потворствовать массам, то назад, к здравому смыслу, дорога ох как трудна!» – говорится в этом письме. Демократия, которая потворствует массам, - это тавтология, то же самое, что сказать: массы, которые потворствуют массам, самим себе. И это есть истина, горькая истина в том случае, когда население слишком распоясывается, даёт волю не лучшим своим чувствам, понятиям, наклонностям, желаниям, а худшим.
«Уважаемый Анатолий Иванович! - следующее письмо. - Открываю Интернет, а там на стартовой странице огромными буквами: "Ани Лорак опровергла слухи о разводе". Послушайте, кто такая Ани Лорак и почему я должна интересоваться ее разводом? Я понимаю: не хочешь - не читай, но почему это у меня на стартовой странице огромными буквами лезет прямо в глаза? Я от телевидения отказалась потому, что надоели откровения этих звезд. Неужели люди, которые за это платят, не понимают, что таким образом они опускают все это до бытового уровня, нарушают сакральность тех же самых звезд и их деятельности. На какой сайт ни зайди - "Страшная новость от Ларисы Гузеевой"… Женщина сомнительной красоты, а сейчас вообще потеряла форму, да еще ведет эту передачку о сватовстве, меня бы эта участь унизила, а вот звезды советского кино нашли себе такое амплуа. А Проклова? Смотреть без слез не могу. Но внешне все пристойно. Даже красиво. Цвет, свет. Оборудование студий! Красота», - есть и более резкие письма, чем это, просто яростные. Что поражает, так это то, что люди знают, кажется, всё худшее, что идёт в эфир и появляется в печати, словно они больше ничего не смотрят и не читают. При этом демонстрируется потрясающая память на фамилии, обстоятельства, истории… Осуждают, плюются, но какая внимательность, осведомлённость! Словно сама прожила жизнь этой звезды! Спорить не приходится: низкопробность есть низкопробность, но не стоит, по-моему, говорить, что от неё нет спасения. Всё дело в том, что есть люди, которым это всё интересно: и про разводы артистов, про их скандалы и болезни, гороскопы, гадания, реклама всякого бреда – от медицинского до философского, весь этот мусор, которым заполняется эфир, газетные страницы. Если бы миллионы не копались в этом мусоре, ничего такого не было бы. Так что все претензии – к одной инстанции. Эта инстанция называется толпой. Копание в мусоре есть её жизнь. Не попасть в толпу, а если попал, то выбраться из неё и трудно, и легко. Надо только захотеть. У современного человека, даже бедного, есть все возможности для более содержательной, творческой жизни, чем та, к которой он привык. Во всяком случае, возможностей не меньше, чем для жизни мусором. Человек, вырвавшийся из толпы, не будет на неё жаловаться – ни на неё, ни на тех, кто обслуживает её на телевидении, радио, в печати. Он спокойно скажет: у них своя жизнь, у меня – своя. Нападает на них, жалуется на них тот, кто сам ещё толпа. Что его с нею роднит? Да вот это жгучее желание, чтобы того, что мне не нравится, нигде не было – ни в Интернете, ни на экране, чтобы происходило только то, что мне по душе, по нраву. Человеку толпы ничто так не нравится, как быть полицейским, прокурором, судьёй и особенно палачом в одном лице.
По электронной почте пришло письмо, озаглавленное так: «Открытое письмо президенту и правительству Российской Федерации». Но обращается в нём автор только к Путину. Читаю: «Я голосовал за вас все три срока подряд… И вот пришло время новых выборов, и вы снова проситесь во власть, и снова обещаете, и снова говорите красивые слова… Не будем лукавить: и мы, и вы уже знаем итог предстоящих выборов… Я много размышлял, опрашивал друзей и знакомых, подолгу сидел в сети, читал газеты. Результаты исследования потрясли меня… Против вас почти весь народ России… Победа неизбежно окажется пирровой… Говорят, власть - это сильнейший наркотик. Нет большего счастья для смертного… Ваше "тщательно продуманное" решение повергло в шок все российское общество, вызвав чувство стыда и унижения… Дальнейшее ваше пребывание у кормила власти лишь приведет к еще одному десятилетию смертельного балансирования России "над пропастью во лжи"… Как человек, немало поживший и сполна испытавший и радость побед, и горечь поражений, говорю вам: "У вас не получилось. Уходите. Ради Бога, уходите! Не доводите до греха. Москва".
Я сократил это письмо, думаю, без ущерба для содержания. Пойму людей, которые выслушали его не без интереса, но и без сочувствия, почему и не называю автора. Чего вы хотите, дорогой, если голосовали за вашего адресата три раза подряд? На сей счёт есть одна суровая украинская поговорка. Видели глаза, что покупали, так ешьте теперь, хоть подавитесь. Судя по слогу, человек далеко не безграмотный, не бездумный, не слепой, и – три раза подряд голосовал… за кого, за что?! Ладно – первый раз. А второй? А третий?! После этого было бы более уместно написать не о Путине, а о себе, не его разбирать по косточкам, а себя. Вы говорите Путину: «У вас не получилось». А правда в том, что, в первую очередь, не получилось не у Путина, а у вас. И в том ещё горькая правда, что вам в голову не приходит признать это и сказать: неча мне на Путина пенять. Короче, человек, три раза голосовавший за Путина, не имеет морального права писать ему обличительное письмо – хоть открытое, хоть закрытое.

Следующее письмо: «В Москве ужасная нетерпимость к работающим здесь «другим». В советское время презирали «лимитчиков» - полноправных граждан, но «не москвичей». Лимитчики работали на стройках, на конвейерах, в горячих цехах прачечных, дворничали, делали самую грязную и трудную работу, которую москвичи делать не хотели. Не хотели и изо всех сил презирали тех, кто «понаехал» ее делать. Точно так же в небольших городах презирали «село», которое «понаехало» работать на таких же вредных производствах. В свою очередь, в селах презирали «шабашников» из Чечни, Грузии, Армении, которые строили дороги, коровники, клубы. То есть делали то, что местные или не умели, или не хотели. Потребность быдла кого-то презирать – всегдашняя и отчаянная. Забитый и глупый человек всегда ищет и находит, кого бы попрезирать. Мой товарищ, много лет живущий в Германии, рассказывал. Он – художник. Мастерская у него в районе, населенном, в основном, турками. И вот к нему приходят гости – тоже, как и он сам, выходцы из совка. И первые их слова: «Как ты тут находишься? Тут же одни черные!». Эти эмигранты, нахлебники, живущие на пособие, не собирающиеся интегрироваться в немецкое общество, упиваются презрением к «черным». Они-то хоть не черные. Большое утешение. Вот, дорогой Анатолий Иванович. Люблю вас, как лимитчик любил величественное и недосягаемое здание московского Кремля, где никогда не гаснут окна, где думают о счастье всего мира и космического пространства в том числе. А в космическом пространстве ни о чем не думают – лишь бы летали всякие понаприлетавшие если не меньше, то скромнее. И чтоб пыли от них чуть меньше было. А то не наубираешься. Рыбакова из Москвы».
В этом письме без всяких экивоков сказано главное: понаехавших презирает быдло. Только быдло способно на такое чувство. Только оно. По тому, как в Москве и где бы то ни было относятся к пришельцам, можно и нужно! судить, сколько там местного быдла. Много, к сожалению, очень много. К счастью, быдло в милицейских, теперь - полицейских погонах и в чиновничьих кабинетах брало, берёт и будет брать взятки даже под угрозой сожжения на медленном огне. Благодаря этому - и только благодаря этому! - люди из разных концов бывшего СССР могут обосноваться в Москве и всюду, где по-другому нельзя. Взятка победила все препоны. Взяточная часть быдла победила и всегда будет побеждать остальную часть этого неистребимого племени. Можно употреблять другие слова. Например, рабы. Сколько в человеке рабства, столько в нём и презрения к людям иного края, племени. Свободный человек уважает себя, поэтому уважает и других. Раб не уважает себя, поэтому не уважает и других. Чужаков в России презирает российское бесправие.

Пишет господин Чудов: «Обижают ли в России русских? Бывает. Только ли русских обижают по национальному признаку? Ну уж нет. Обижают ли кого, в том числе русских, на основании закона? Опять же, нет. Обижают вопреки закону. Почему же устроители всяких «маршей» борются не за закон, а за русских? Да это просто зависть и обида, что ты оказался не первым в жизненной гонке. Пусть я дурак, зато русский! Два слова о лозунге «Россия - для русских!». Подразумевается: только для русских, иначе какой в нём смысл? И тут просится перестановка слов. «Только Россия - для русских!» Так в ответ может сказать любая нация, которую мы не хотим видеть у себя. «Чечня - только для чеченцев!». Татария, Якутия, Адыгея и так далее. Все не для русских, раз Россия только для русских. Кричат: «Хватит кормить Кавказ!». Верно, хватит давать рыбу, пора дать удочку для самопрокорма. Недавно Кадыров сказал, что готов отказаться от московских дотаций, если у него перестанут отбирать все доходы от нефти. Так что можно выдвинуть и лозунг: «Хватит кормить Москву, Кремль!».
Нельзя не согласиться с автором этого письма. У России нет ни малейшего опыта демократического поведения в национальных делах – как и в любых других. Набираться этого опыта будет очень трудно. Страшно подумать, как трудно! Демократическое поведение Кремля ведь обязательно встретит отнюдь не демократический отклик. Обязательно! Болезнь загнана очень глубоко, чудовищно глубоко, особенно – в подкорку кадыровых и их подельников в Москве. Естественное, правильное начало лечения – выговориться, выкричаться, выплакаться, выложить друг другу и разобрать все подлинные и мнимые обиды, претензии и притязания. Говорить и говорить, постепенно успокаиваясь. Замалчивание в национальных делах применяется даже на Западе, в опытнейших демократиях, но и там это не приводит к добру. Осторожность – да и да, но лицемерие – глупость и грех. И неустанно повторять вот это, пока не дойдёт до каждого: раз вы хотите, чтобы Россия была только для русских, то всё остальное, все прочие страны будут не для русских.
В предыдущей передаче прозвучало письмо, автор которого с возмущением отзывался о деятельницах движения солдатских матерей, которые публично называют мальчиками и детьми восемнадцатилетних призывников. В одном из отзывов на это письмо говорится: «Мальчик» с автоматом за рычагами танка. Или со «Стрелой» на плече: нажал на спуск – и нет самолёта. Меня тоже раздражает лексика солдатских матерей. «Мальчик» – это ещё ничего, чаще всего солдата они называют ребёнком: «ребёнка признали годным», «ребёнка призвали», «ребёнок служит»... Да ведь и сами солдаты ощущают себя слабыми, беззащитными детьми. Иначе не было бы в армии дедовщины. Офицеры не лучше – тоже ждут милостей от власти, вместо того, чтобы взять их у неё по-мичурински своими руками. На днях видел ужасающие результаты голосования на сайте социально активных военнослужащих и отставников: больше половины четвёртого декабря собираются голосовать за КПРФ, почти все остальные - за ЛДПР».
Автор следующего отзыва думает несколько иначе. Читаю: «Прав автор строгого письма в адрес ужасного Комитета солдатских матерей. В старые времена в 18 лет люди и семьи создавали, и воевали, и управляли. Правда, восемнадцатилетние простолюдины создавали семьи с пятнадцатилетними простолюдинками. Об этой милой особенности былых времён радетели ранней мужественности отчего-то не вспоминают… Начинать взрослую жизнь надо было раньше, поскольку к сорока годам эти мужчины становились стариками, если уже не лежали в земле. Благо, объем знаний для участия во взрослой жизни был удивительно небольшим… Можно бить подростка поленом по три раза на дню, можно научить его драить палубу и вязать узлы. Да только современному матросу этого совершенно недостаточно… И вот мой совет строгим и требовательным отцам, так желающим видеть восемнадцатилетних парней зрелыми и бесстрашными войнами. Постарайтесь воспроизвести реалии семнадцатого-девятнадцатого веков. Например, начинайте с четырёх-пяти лет регулярно водить своих детей на скотобойню. Лично режьте при них куриц и прочую мелкую живность. Затруднительно, правда, будет воспроизвести то, что, без сомнений, мог наблюдать юный Лермонтов - порку крепостных. Я имею в виду настоящую порку! Ту, после которой по три месяца с постели не встают. И главное - гоните своего мальчика из школы после пятого класса (ведь знать к этому времени он будет куда больше любого средневекового короля). На стройку его, пусть таскает кирпичи! И к восемнадцати годам он и уже семью заведёт, и в армию пойдёт молодец молодцом. Если же вам нужен современный, грамотный, разумный человек, то смиритесь - он будет долго учиться и долго взрослеть. Он станет сильным и жестким, но несколько позже, чем вам хочется». Хорошее письмо. Подписываюсь под ним со всем моим удовольствием, но и после этого будет неприятно слышать, как деятельницы движения солдатских матерей будут называть призывников и срочников мальчиками. Это безвкусица. Одна слушательница употребляет слово «бабёнки». Женщины, мол, не сюсюкают. Сюсюкают бабёнки. Я бы предложил другое слово, более, на мой взгляд, мягкое и точное: дамочки.
На волнах радио «Свобода» закончилась передача «Ваши письма». У микрофона был автор - Анатолий Стреляный. Наши адреса. Московский: 127006. Старопименовский переулок,18. Пражский адрес: Радио «Свобода», улица Виноградска 159-а, Прага 10, 100 00. В Интернете я в списке сотрудников Русской службы на сайте: svobodanews.ru

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG