Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

История Соловецкой школы. За что отвечает директор и чем недовольны родители?


Тамара Ляленкова: Сегодня, вопреки обыкновению, мы будем говорить об одной школе, и не столько о том, как в ней учат, сколько о ее директоре и событиях, повлиять на которые вот уже несколько месяцев пытаются преподаватели из Москвы, Санкт-Петербурга, Архангельска и некоторых других городов. Школа эта располагается на Соловках, а директора зовут Ирина Совалева. В настоящее время ей предъявлено обвинение по статье 285 часть 1 – "Злоупотребление должностными полномочиями", конкретнее - обогащение за счет расселения туристических групп в здании школы.
За что отвечает директор и чем недовольны родители, мы сегодня и попытаемся выяснить вместе с главным редактором информационного агентства "Двина-Информ" Анной Менгазетдиновой, главой муниципального образования "Соловки" Алексеем Ефиповым, директором соловецкой школы Ириной Совалевой, представителем родительского сообщества Андреем Фаниным, а также заместителем директора московской школы "Интеллектуал" Алексеем Сгибневым и руководителем Беломорской экспедиции Ильей Маркеловым.
Итак, мы разбираем обстоятельства, в силу которых директор соловецкой школы Ирина Совалева, которая проработала в этой школе в общей сложности 22 года, из них последние 11 лет – руководителем, может оказаться на скамье подсудимых.
Конечно, происшествие это можно было бы относится к событиям местного масштаба, если бы не участие федеральных сил, точнее денег. Во-первых, на развитие Соловков обещано выдать 15 млрд. рублей. Во-вторых, те деньги, которые по распоряжения Дмитрия Медведева были выделены на ремонт и развитие поселковой школы, и послужили причиной разразившегося скандала.
История простая: освоение денег, то есть ремонт школы начали слишком поздно, и соловецкие дети смогли приступить к занятиям только 1 октября. Это стало поводом для некоторых родителей обратиться с жалобой на директора школы в администрацию президента. Местный Департамент образования, который, собственно, и руководил проведением ремонтных работ, поспешил уволить директора без объяснения причин, поскольку такая мера является нормой действующего в сфере образования законодательства.
Впрочем, это была только одна часть обвинения, в котором теперь разбирается прокуратура. Вторая часть – использование служебного положения в корыстных целях. Дело в том, что в помещении соловецкой школы в летние каникулы останавливались группы детей из Москвы, Санкт-Петербурга и Архангельска.
Что переполнило чашу терпения родителей местных школьников, я попросила рассказать Андрея Фанина, двое его детей учатся в соловецкой школе.

Андрей Фанин: Школа в принципе капитального ремонта, можно сказать, почти не требовала. Это ожидалось, этого хотелось бы, но не так, как это произошло. Если бы за летний период, до начала учебных занятий, ремонт был бы завершен, все было бы хорошо. Но так как все затянулось на 1,5 месяца, дети пошли в школу позже, плюс внутренние ремонтные работы не были сделаны. То есть ремонт прошел, но наполовину. Да, поменяли кровлю. Да, сделали фасады. Да, поменяли окна, но надо еще проводить ремонтные работы внутри помещений.

Тамара Ляленкова: Андрей, а как вы оцениваете сам процесс обучения?

Андрей Фанин: Предыдущий директор школы была хороший человек – добрый, душевный. Но как директор школы, как администратор она не на своей должности. Она бывший учитель, на острове живет более 20 лет, из них половину преподавала как учитель. И только потом стала директором. Ведь вся эта история связана не только с ремонтом школы. Дело в том, что под управлением директора школы находится еще и детский сад. Летом, помимо гуманитарных групп школьников, студентов, принимались туристы, которые размещались не только в помещении школы, но еще и в комнатах детского сада. Это шло в нарушение санитарных норм. Взрослые потные дяди и тети спали на детских матрасах детского сада.
Обычно летом у нас работает детская площадка, то есть дети приходят, ходят на какие-нибудь коротенькие экскурсии, занимаются на спортивной площадке, их кормят. Так вот, сначала кормили тетей и дядей, а уже потом из этой же посуды кормили детей.
В принципе, ее сняли не из-за того, что затянулся ремонт, а именно за плохое администрирование и нарушение санитарных норм и правил.

Тамара Ляленкова: Мы говорим про Ирину Викторовну Совалеву, правильно?

Андрей Фанин: Да, про Совалеву. Процесс был многолетний. Последние годы рос объем принимаемых туристов за деньги, пусть это небольшие относительно наших расценок, но тем не менее. На просьбы родителей она не реагировала, никаких мер не принимала. Родителям ничего не оставалось другого… Они писали письма в область, в район. И им осталось только одно – написать письмо президенту. Если бы она приняла какие-то меры, хотя бы перестала принимать туристов в помещении детского сада, то, может быть, родители бы и не шумели.
Что касается учебного процесса, как он организован. Конечно, всегда есть какие-то проблемы, всегда хочется чего-то лучшего. Это же остров. Каких-то преподавателей нет, или слабые учителя. Во всех школах есть такое.

Тамара Ляленкова: Андрей, существует такой критерий: хотят ли дети ходить в школу? Нравилось им ходить в школу? Было ли им там комфортно?

Андрей Фанин: Дети в школу ходят практически все с удовольствием. Сама школа, хотя старой постройки 1939 года, тем не менее, это каменное здание, высокие потолки, большие классы. Наполняемость классов небольшая. Есть классы и по два человека, в 11 классе у нас всего одна ученица. Правда, в первый класс у нас пошли 20 человек. Ожидается, что в следующем году в первый класс пойдет уже 23. Ситуация в стране улучшалась, естественно, у нас повысилась рождаемость. Дети подрастают. Есть хорошие, душевные учителя, которые преданы своему делу.
Нет спортзала. Да, это проблема большая. Мы поднимаем этот вопрос. Дети занимаются в коридорах школы. Естественно, когда приходит зима, то лыжи. Но это не всегда, потому что это остров, близко к Полярному кругу. Мы ведь относимся к островам Северного Ледовитого океана. Все это сказывается.

Тамара Ляленкова: Те, кто защищает Совалеву, говорят, что дети Соловков, благодаря тому, что в школе жили ученики других школ, имели возможность тоже ездить куда-то, в Москву, например, и там останавливаться. Это так? Ваши дети ездили куда-то благодаря таким взаимным обменам?

Андрей Фанин: У нас таких поездок практически не было. Это пустые слова. Сын учится в 9 классе, девочка - в 7 классе.

Тамара Ляленкова: Они ездили куда-нибудь по такому обмену?

Андрей Фанин: Нет, они не ездили. Единственная поездка, которая была организована, ее инициатором был монастырь. Ездили в Крым. Это было от монастыря, но не от школы. А других поездок я не помню. Да, гуманитарные группы к нам приезжали. Они принимались, но это все непродолжительный срок, и группы малочисленные. А под их вывеской набирал оборот бизнес, который шел в свой карман.

Тамара Ляленкова: Вы считаете, что была частная инициатива? И даже, если деньги были, как вы предполагаете, то они шли на личные нужды, а не на нужды школы?

Андрей Фанин: Дело в том, что какие-то деньги шли и на нужды школы. Но в связи с тем, что не велся по-нормальному бухгалтерский учет, ни учет поступающих, ни расходных средств. Здесь нарушения еще чисто финансовые.

Тамара Ляленкова: Вы говорите именно про те деньги, которые могли бы платить за проживание в школе?

Андрей Фанин: Да, про эти деньги. Точно также не велся учет, связанный с кухней. Потому что у нас деньги на питание, помимо того, что платят родители, еще платит Красный Крест, еще дает средства монастырь. Это тоже без всякого учета. Какие там продукты покупались – этого никто не знает.

Тамара Ляленкова: Итак, финансовая помощь, которую оказывали школе монастырь и международная организация Красный крест, и прежде давала пищу для подозрений некоторым жителям поселка. Понятно, что распоряжение президента, за которым последовал приток новых средств, подлило масла в огонь. Впрочем, Андрей Фанин допускает, что Ирина Совалева действовала в интересах школы.
Я решила спросить у человека незаинтересованного, но хорошо информированного - главного редактора Информационного агентства "Двина-Информ" Анны Менгазетдиновой, была ли Соловецкая школа чем-то примечательна до последних событий.

Анна Менгазетдинова: Я не могу сказать, что об этой школе никто не знал и не рассказывал. Поскольку наше агентство "Двина-Информ" – региональное информационное агентство – конечно, мы очень часто рассказывали о Соловках и о соловецкой школе. Вообще, жизнь на Соловках уникальная – островная жизнь. У людей нет возможности постоянно общаться с "большой землей" – только самолетом можно долететь до Соловков и на катере с материка. Катер идет где-то часа 2-2,5. И должна быть хорошая погода. Самолеты тоже летают только в хорошую погоду. Поэтому иногда островитяне бывают оторваны от "большой земли". Кроме того, там особый склад жизни из-за того, что на острове находится уникальный Соловецкий монастырь. А школа, как светский объект, объединяет всех жителей.
Может быть, кому-то в центре кажется, что вот директора очередного поймали за руку. Вот, наверное, у этого директора есть огромные коттеджи и дома под Москвой или хотя бы в Архангельске. Нет!
У Ирины Викторовны четверо детей. Она сама живет на Соловках. Ничего у нее ни в Архангельске, ни за пределами нет. Мы с ней всегда общались летом, когда проводилась регата. Она постоянно занята. Она целые сутки находится в школе. Когда ей не позвонишь, такое впечатление, что она никогда не спит. Потому что постоянно занимается школой. В летний период там ведется косметический ремонт. Они с детьми где-то что-то красят. Она в краске, тут же берет веник и подметает, тут же идет в столовую и указывает ребятам, что надо убрать. Она там и хозяйственник, и директор. Она очень уважаемый человек на Соловках. К ней идут со всеми бедами.
Конечно, у соловецкой школы хорошие отношения с теми вузами, с теми научными учреждениями, которые расселяются летом в ее здании. Ребята из соловецкой школы имеют возможность посещать "большую землю", ездить в Архангельск и участвовать в образовательных программах школ одаренных детей, приехать в Москву и там пожить. И МГИМО, и МГУ, и другие образовательные учреждения федерального уровня, благодаря этому сотрудничеству, помогают соловецким ребятам увидеть "большую землю". Сотрудничество очень хорошее. Если бы этого не было, если бы она брала и складывала деньги себе в карман, я не думаю, что такие именитые люди, которые подписались под письмом, встали бы в ее защиту.
Прокуратура Приморского района провела проверку о незаконном использовании помещений соловецкой школы и установила, что летом этого года школа предоставляла для проживания туристов помещение, что не были заключены договоры, что Совалева как директор не имела права принимать решение. Но тут же в сообщении прокуратуры сказано, что экспертная оценка последствий такого проживания для обеспечения дальнейшего образовательного процесса учреждением не давалась. И вопросы возможного ухудшения от проживания туристов условий образовательного процесса тоже не изучались.

Тамара Ляленкова: Анна Юрьевна, насколько я понимаю, там речь идет еще о том, что она якобы брала деньги за то, что предоставляла кров. Или я ошибаюсь?

Анна Менгазетдинова: У меня нет информации из прокуратуры о том, что установлено, что она брала деньги. Но вот в письме жителей Соловков говорится, что все это предоставлялось безвозмездно. Я знаю, что не только местные жители подписались под письмом. Были еще и другие письма, в частности, от группы МГИМО, МГУ, нашего Северного Арктического федерального университета, московской школы «Интеллектуал» и других образовательных, научных учреждений и групп, которые на протяжении нескольких лет сотрудничали с соловецкой школой.
Ирина Викторовна давала место жительства детям, потому что на Соловках, вы даже представить себе не можете, как дорого стоит разместиться – дороже, чем в отелях на юге. В этом году в частном секторе просили 800 рублей за место. Дома в основном деревянные на Соловках, очень часто нет удобств, и такая цена. Гостиницы – запредельная стоимость. Поэтому, я не думаю, чтобы школа одаренных детей или другие летние школы, художественные, которые приезжали из разных городов, могут заплатить более 2000 рублей за проживание ребенка в сутки. Вот такие цены на Соловках.

Тамара Ляленкова: Понятно, что место уникальное, но уникальное в силу достаточно трагических причин, в том числе. И при этом сейчас это туристическая зона, учитывая и стоимость, и спрос, если он есть.

Анна Менгазетдинова: Там построили очень хорошие гостиницы. Но если номер, например, в сутки стоит 10-15 тыс., что там можно делать?! На Соловках нечего делать в гостинице, на Соловках надо ходить. Тем не менее, там на любой кошелек есть место, где расселиться. Но самая низкая цена – это 800 рублей. Это тоже очень много. У нас не такие большие заработки, как в Москве. Не каждый родитель сможет своего ребенка отправить на Соловки за такие деньги. И интерес, конечно, есть, я не думаю, что только среди бизнеса Архангельской области. Но все-таки, я считаю, что нельзя этот уникальный край, этот уникальный остров сделать туристической Меккой, потому что в первую очередь это духовный центр.

Тамара Ляленкова: Так считает главный редактор Информационного агентства "Двина-Информ" Анна Менгазетдинова.
Итак, стоимость временного проживания на острове в туристический сезон не уступает ценам в московских гостиницах. Не случайно, некоторое время назад выбранный "мэр" Соловков, не пожелав мириться с неудобствами казенного жилья, все лето провел в палатке.
Впрочем, история Алексея Ефипова настолько непроста, что я даже не знаю, считается ли он главой муниципального образования "Соловки" в момент выхода передачи, но когда разворачивались события вокруг поселковой школы, он таковым точно являлся.

Алексей Ефипов: Действительно, ситуация с ремонтом школы складывалась сложно. Надо было просто контролировать процессы, происходящие по работам. К сожалению, функции контроля исполнял Приморский район и областная администрация по расходованию средств. А нам подрядчик первое время даже не показывал сметы. Правда, потом врубился в тему и начал контактировать. Мы, муниципалитет, помогали чем могли, чтобы ускорить процесс доведения всего до ума, то есть и бригады нанимали параллельно дополнительные, и лампочки сами вкручивали, и мусор убирали. Все, что могли - делали. Но процесс затянулся из-за того, что это островная территория. Мало того, что первый подрядчик отказался от заказа и срок затянулся, второй подрядчик халатно относился к работе. Территория островная – тут гвоздь не купишь. Если чего-то не хватило, то приходится заказывать на материк.
Допустим, я читаю отчет – в школе санитарные условия были не соблюдены, жили рабочие. Но все эти санитарные условия после рабочих были предписанием Роспотребнадзора сделаны. Все было заменено, вплоть до унитазов и ванн, в которых моют посуду. Матрасы, про которые говорят, что на них спали строители, заменены - все завезено в детский сад новое. Просто людьми движут эмоции.

Тамара Ляленкова: Алексей, а чем можно объяснить эти эмоции? У вас есть какие-то догадки?

Алексей Ефипов: Прежде всего, показать, что мы можем вплоть до президента дойти. Кто-то подозревал, что наш директор школы, может быть, деньги зарабатывает таким образом, хотя это, на самом деле, полная ерунда. Местные жители занимаются тем, что сдают койко/места в летний период туристам, и фактически никто не платит налогов. Думали, что школа им составляет конкуренцию. Хотя со всей страны к нам приезжают дети и живут. Жить детям в гостинице, которая стоит 5 тыс. рублей в сути, понятно, невозможно. А где еще можно детям останавливаться? В этом никто не видит проблемы.

Тамара Ляленкова: Кто живет на острове, чем, в основном, занимаются?

Алексей Ефипов: В основном летом занимаются обслуживанием туристов. У нас 650 избирателей всего – те, кто работает в музеях, в больнице, кто работает в школе. И, соответственно, монастырь, где живут паломники и туристы. Зимой люди занимаются рыбалкой, летом – туризмом.

Тамара Ляленкова: У вас же тоже была непростая ситуация с избранием. Сначала избрали, потом отменили, затем подтвердили.

Алексей Ефипов: Остров, избиратели, меня поддержали. Но кому-то их выбор не понравился. Соответственно, принятое решение пришлось доказывать через суд, восстанавливаться. На это ушло три месяца… Выборы прошли 10 декабря, а в должность я вступил только в марте.

Тамара Ляленкова: На ваше место был другой претендент, надо полагать?

Алексей Ефипов: Понятно, кандидат от правящей партии. Проблемы в этом. В целом ситуацию вижу политической. Мы как могли к острову сегодня привлекли внимание. Соответственно, рождается федеральная целевая программа, которая предполагает выделение средств в размере 15 млрд. рублей. Понятно, отчего здесь все так происходит. Кому-то не угоден глава, которого хотят сдвинуть, а эти 15 млрд. осваивать своими людьми. Началось именно с того, что нашли повод пораскачивать эту лодку. Другое дело, что школа на нашей территории, но все контрольные функции, как я уже говорил, они не у нас. Но пытаются меня обвинить в том, что глава ничего не делал, хотя, на самом деле, это полная неправда.

Тамара Ляленкова: Версия Алексея Ефипова имеет право на существование, поскольку, действительно, предложено несколько планов, как освоить обещанные 15 млрд и обустроить Соловки. Например, сделать остров туристическим центром, с тем, чтобы в качестве туристов там проживало не менее 4 тысяч человек плюс тысяча местных жителей и сколько-то обслуживающего персонала. И Алексей Ефипов, и Ирина Совалева эти намерения не поддерживали.

Итак, сегодня мы обсуждаем ситуацию, которая возникла в поселке Соловецкий и послужила поводом для возбуждения уголовного дела в отношении бывшего директора школы Ирины Совалевой. Напомню, Соловецкие острова известны не только как уникальный природный комплекс, но и исторический – помимо старых монастырских построек, здесь располагался СЛОН — крупнейший исправительно-трудовой лагерь 20-х – начала тридцатых годов прошлого века, затем - одно из лагерных отделений БелБалтЛага, а в 37-39 гг. — Соловецкая тюрьма особого назначения (СТОН).
В настоящее время главная достопримечательность Соловков - Спасо-Преображенский мужской монастырь. Его настоятель Архимандрит Порфирий является также директором Соловецкого государственного историко-архитектурного и природного музея-заповедника.
После увольнения Ирины Совалевой, место руководителя учебного заведения заняла директор воскресной школы.
Напомню, Ирина Совалева в настоящее время обвиняется по статье 285 часть первая – злоупотребление должностными полномочиями.

Ирина Совалева: Я уволена, заведено уголовное дело, но постановление на руки не получено. Поэтому обжаловать постановление сложно. Заявка в прокуратуру отослана, я прошу выслать постановление для обжалования, но ответов нет. На сайте президента появилась прокурорская информация, в которой очень много неточностей. Одна из них - что я скрываюсь, что меня найти не могут, но много и других. Поэтому каким образом прокуратура пытается разрешить вопрос, который возник, я не совсем понимаю. Мной подан иск о восстановлении на работу. Из суда с датами судебного следствия или еще какими-то документами по почте ничего не приходило.

Тамара Ляленкова: Претензии, которые были озвучены соловчанами в ваш адрес, они были для вас неожиданностью? Или вы знали, что что-то подобное может случиться? Потому что среди родителей всегда есть кто-то, кто недоволен.

Ирина Совалева: Действительно, эти вопросы возникали на протяжении последних лет от небольшой части родителей, которые выставляли претензии о проживании школьников в соловецкой школе. Мы пытались объяснить, что мы на острове живем, что нам крайне необходимо общаться с другими образовательными учреждениями, другими детьми. И сами соловецкие школьники очень ожидали приезда ребят из других образовательных учреждений. У них появлялась переписка электронная. Они общались, помогали друг другу в учебных каких-то делах и т. д. Но донести это до части родителей не удавалось. Претензии с их стороны были, что школа должна летом закрываться на клюшку и не принимать никого. Якобы это амортизация помещений, это вредит школе, что после школьных групп какие-то вещи не могут привести в порядок. Но по факту 1 сентября на протяжении 10 лет мы открывались отремонтированными, чистыми, не с какими не поломанными вещами, санузлами и т. д.

Тамара Ляленкова: Ирина Викторовна, я слышала, что кто-то говорил, что взрослых туристов тоже пускали.

Ирина Совалева: Разговор идет о школьниках и преподавателях. Если группу привозят преподаватели, они вместе с детьми выполняют образовательные программы. Бывает так, что через месяц, через два эти преподаватели хотя бы на 2-3 дня сами самостоятельно для общения с Соловками приезжают. И этим взрослым людям мы не отказываем в помощи. Честно говоря, я не понимаю до конца претензий. На мой взгляд, ни одни ребенок, ни один преподаватель, ни школьное имущество не пострадали от тех, как сейчас говорят, действий, которые я, получается, совершала. Несмотря на это, все это вылилось в уголовное дело.

Тамара Ляленкова: Ирина Викторовна, у вас есть такое ощущение, что это региональная, приморская власть решила таким образом спрятать свою вину, я имею в виду то, что не вовремя был сделан ремонт, что деньги, которые президент пообещал, не освоили к сроку? Или все-таки эта ситуация сложилась на самом острове?

Ирина Совалева: Я пытаюсь разобраться, проанализировать, что происходит. Совсем скоро на Соловки пойдут большие деньги. Озвучивается сумма от 11 до 15 млрд. Возможно, это делается для того, чтобы каким-то образом привести в соответствии со своими воззрениями остров в порядок, возможно, поставить на определенные позиции своих людей – до конца я не понимаю. Но какие-то игры идут. Наверное, решили воспользоваться ситуацией. Сейчас у нас активные действия идут по смещению нашего главы для того, чтобы пришел человек другой из Москвы с командой, как он себя называется, из администрации президента. Такое ощущение, что это звенья одной цепи.

Тамара Ляленкова: Но смотрите, сейчас как раз речь идет о том, чуть-чуть вы не дотянули до того момента, когда российские школы становятся самостоятельными в распоряжении имуществом, деньгами, которые к ним попадают. Как раз вы делали то, что Министерство образования пытается сейчас заставить делать всех остальных, но за это вы и страдаете.

Ирина Совалева: Мы этот вопрос задавали и не раз. Мы очень плотно и тесно работали с московской школой «Интеллектуал», которую возглавлял Маркелов Евгений Владимирович, царство ему небесное. Писали проекты, выходили на администрацию Архангельской области, с самой администрацией проводили совещания для того, чтобы оформить легальное пребывание, узаконить эту деятельность. Вариантов не находилось, потому что база соловецкой школы – это здание 1939 года – не подходило под нормы санпина для круглосуточного пребывания детей. Все понимали, что это нужно, просили подождать, на свой страх и риск не прекращать эту работу, но все эти переговоры были не запротоколированы.

Тамара Ляленкова: Вы спрашивали, консультировались, что вам в худшем случае могут предъявить и, соответственно, на что осудить?

Ирина Совалева: Предъявлена статья 285 часть 1- "Злоупотребление должностными полномочиями. Обогащение за счет расселения туристических групп, в корыстных целях использование помещений". Практики, наверное, такой нет, но по статье до 3 лет лишения свободы.

Тамара Ляленкова: Действительно, несмотря на активную поддержку Ирины Совалевой московскими, петербургскими и архангельскими коллегами, делом директора соловецкой школы по-прежнему занимается прокуратура.

Кстати, по иронии судьбы, многие исторические, культурные и природные памятники Соловков сохранились благодаря другому директору Соловецкой школы, Виткову, который был назначен на это место в 1957 и очень переживал за сохранение наследия.
Однако нынешняя история замечательна еще тем, что на защиту коллеги выступили преподаватели Московского и Архангельского университетов, МГИМО, РХТТУ имени Менделеева, Высшей школы экономики, учителя и журналисты. Опубликованное на сайте "Демократор.ру" письмо подписали более 500 человек.
В их числе - заместитель директора московской школы "Интеллектуал" Алексей Сгибнев и руководитель Беломорской экспедиции на Соловки Илья Маркелов.

Алексей Сгибнев: Мы писали запрос, и нам пришел ответ из Министерства образования Архангельской области, из которого прямо следуют, что повлиять на ремонт директор школы никак не могла. Нареканий в адрес И. В. Совалевой не было. Было очевидно, что к 1 сентября ремонт завершен не будет. Данное обстоятельство также не может ставиться в вину Совалевой. После этого спрашиваешь – а что же может? Вопрос аккуратно обходится. Получается, что директор не может ни выбрать подрядчика для ремонта, не может подписать с ним контракт, как-то на него повлиять. А когда оказывается, что сроки срываются, крайним оказывается директор. При этом тут же аккуратно написано, что директора по статье 278 Трудового кодекса могут уволить без объяснения причин. Опять же замалчивается тот факт, что увольнял ее начальник управления образования Мигунов, который сам после этого был уволен. Ему предъявлено обвинение в связи с этим же делом.
Мы писали обращение в прокуратуру Архангельской области, к губернатору Архангельской области, к министру Фурсенко, которые подписали на сайте "Демократор.ру" 570 человек. Две из трех инстанций ответили (Фурсенко, министр, пока не ответил). Из их ответов видно, что до суда дело все равно дойдет. Одними обращениями суд не остановишь. Ясно, что нужно собирать деньги и нанимать хорошего адвоката Ирине Викторовне, чтобы защитить хорошего человека, хорошего директора школы, своего коллегу. Потому что эта ситуация может потом с кем-то из нас произойти при существующих правилах.

Тамара Ляленкова: Та школа, которая была на Соловках, она хорошая или плохая? Общались ли вы с детьми, которые учились в этой школе? Общались ли ваши дети, когда туда приезжали, с местными ребятами?

Илья Маркелов: Школа, безусловно, хорошая. Дети между собой общаются. Соловецкие дети ездят в экспедиции со школой "Интеллектуал" от Белого моря до Черного. Они сначала едут на Соловки, а потом с Соловков в Севастополь.

Тамара Ляленкова: Я говорила с человеком, у которого двое детей учатся в соловецкой школе, он сказал – нет, никуда мы не ездим. Ездили один раз, и то это было от монастыря.

Илья Маркелов: Это их личное право ездить куда-то только с монастырем, а не от школы.

Тамара Ляленкова: То есть реально такие поездки были, да?

Алексей Сгибнев: Например, к нам в летнюю школу "Интеллектуал" приезжали соловецкие дети. Я недавно встретил одного из них на улице в Москве. Разговорились. Оказалось, что он поступил в МГИМО. Да, представьте, ребенок из поселка – в МГИМО. Я не сразу даже понял, что тут заслуга опять-таки Ирины Викторовны. Потому что школа сотрудничает с МГИМО, и есть возможность для поступления.
Мы считаем, что Ирина Викторовна очень хороший директор. Это видно. Вообще, надо сказать, что в летний период соловецкая школа работала как один из лучших центров дополнительного образования в России. Просто за счет того, что это такое место, в котором много всего сосредоточено, и туда много кто едет, она давала возможность людям это посмотреть. Вот, собственно, за это Совалеву и обвиняют. Понимаете, в чем парадокс!
Я хочу сказать, что у нас сейчас директора школ поставлены в очень сложное положение. Потому что, с одной стороны, они за все отвечают, с другой стороны, мало на что могут повлиять. Тут я должен сказать, что в целом в стране плохо устроено законодательство по поводу летних школ. Я это испытал сам на себе. Мы в "Интеллектуале" проводим вот уже 7 лет летнюю школу. Каждый год дети, родители школ, из которых они приехали, шлют нам благодарности. Мы эти благодарности переправляем Департаменту образования Москвы.

Тамара Ляленкова: Вы в свою очередь в Москве тоже принимаете детей из разных школ из других регионов?

Алексей Сгибнев: Да. Часть школьников московских, но большая часть из регионов. Причем, богатая география – от тех же Соловков до Петропавловска-Камчатского, Калининграда, Владикавказа и т. д. Понятно, какая эта возможность для детей приехать, увидеть Москву, поучиться у хороших учителей. Мы приглашаем хороших лекторов, показываем музеи Москвы.
Что делает Департамент образования города Москвы? Он выделяет около 80 тыс. рублей на наш лагерь. И вот из этих 7 раз последние 5 он приходил с проверкой. Один день, два или даже три дня директор лагеря был вынужден вместо того, чтобы организовывать работу с детьми, сидеть с этими тетушками, показывать им бумаги, ходить с ними на кухню. Проверяющая там взвешивала морковные очистки, дословно, говорила, что их слишком мало. По плану должно было больше остаться. Последний раз они нам предъявили претензию, что у нас, по-моему, шницели на 0,1 грамм меньше, чем надо, значит, мы 40 копеек у государства уворовали. Потом самим уже стало стыдно и они это в акт не включили. Но поражает общая обвинительная тенденция. По определению, если ты руководишь детским лагерем, ты в чем-нибудь, да виновен. За эти 80 тыс., которые они нам выделили, которых хватает только на кормежку московских детей, за которые отчитаться ничего не стоит, там все прозрачно. В целом, и директора школ, и директора лагерей законодательством поставлены в такие условия, что им очень трудно. Законодательство не помогает, а во многом мешает. И в случае с Ириной Викторовной проблема та же самая.
Вы думаете, они не знали?! Они прекрасно знали и в Архангельске, и в Минобразования, что там происходит. Был даже в 2009 году семинар, на котором рассказывали об использовании школ в летний период. Ее опыт был одобрен. Она неоднократно просила помочь с оформлением документации. Вместо того чтобы помочь, вот – пожалуйста, прокурорская проверка. Получается, что самое лучшее для директора – закрыть после экзаменов школу на замок и открыть 1 сентября. Школа простаивает, пользы никому, зато никаких претензий не будет. К сожалению, сейчас так все устроено.

Тамара Ляленкова: Когда вы возили на Соловки своих детей, вы возили их с какой целью? Там ведь несколько пластов исторических. Что вы показывали?

Илья Маркелов: Идея нашей поездки была – постараться дать школьникам увидеть Соловки, а не просто посмотреть. Мы помогаем монастырю. Соответственно, какие-то поручения выполняются – дрова перебросить, порубить, где-то что-то еще. Попутно с этим помогаем поселку – почистить дорожки, еще что-то такое. Опять же старались помогать школе. И люди поворачивались к нам лицом, проводили экскурсии, которые не всегда проводятся для туристов, что тоже очень приятно.

Тамара Ляленкова: А какие экскурсии традиционные на Соловках? Зачем туда едут те туристы, которых теперь должно быть в 4 раза больше, чем местных жителей?

Алексей Сгибнев: Два основных направления – история и природа. Историкам, археологам, биологам там раздолье. Соловки имеют особый микроклимат. В море там полно живности. Например, в Белом море гораздо больше живности, чем в Черном. История монастыря, история лагеря. Надо добавить, что кроме работ физических, кроме экскурсий были еще занятия – лекции по истории, по биологии, рисование и т. д.

Илья Маркелов: На Соловки поездка у нас обходится достаточно дешево. Поэтому получается состав экспедиции несколько больше, чем планируется. Планировали человек на 60, получилось почти 90.

Тамара Ляленкова: 90 человек, и все разместились в пределах школы?

Илья Маркелов: Нет, мы разделились. У нас была так называемая командировочная часть – помогаем восстанавливать Савватьевский скит на Соловках. Соответственно, человек 20 пришлось отделить туда или даже чуть больше. Но я говорю – планировалось всего человек 60, а тут как-то…

Тамара Ляленкова: А как московские дети себя чувствуют на Соловках? Потому что московские дети – это все-таки московские дети.

Илья Маркелов: Судя по тому, что они так туда ломятся, видимо, чувствуют себя хорошо. Многие ездят не по разу. Стараются поехать снова. Все-таки это достаточно большой отдых. Там нет такого потока информации, как в Москве. Там Интернета нет, что уже облегчает задачу.

Тамара Ляленкова: На Соловках нет Интернета?

Илья Маркелов: Нет доступа. Нет телевизора. И сами дети говорят, что от этого им становится лучше и спокойнее.

Алексей Сгибнев: Голова там удивительно переключается. Отношения между людьми начинаются удивительные – более глубокие. Это трудно объяснить, но как в песне поется – «надо просто здесь побыть».

Тамара Ляленкова: А физически ребята себя как чувствуют?

Илья Маркелов: Чувствуют они себя великолепно. Наши школьники, а многие из них из далеко не бедных семей, они там выполняют ту работу, за которую в Москве ни в коем случае не взялись бы, начиная от колки дров и заканчивая археологическими работами на месте, где раньше был туалет и т. д. Там достаточно много тяжелого труда. При этом все к нему подходят с большим удовольствием. У школьников он вызывает счастье и радость. Естественно, мы никого не заставляем трудиться, из-под палки не гоним. Все сами идут.

Тамара Ляленкова: Идут, правда?

Илья Маркелов: Да, они все прекрасно делают.

Алексей Сгибнев: Это-то понятно. Целый год учеба, книжки, уроки, а тут что-то совсем другое. Когда был выбор пойти, условно говоря, попилить дрова или на лекцию, на лекцию приходилось народ ловить. Неудобно – лектора пригласили, послушайте. Нет, мы лучше поработаем. Здорово.

Илья Маркелов: Я езжу туда с 1998 года.

Тамара Ляленкова: Каждый год?

Илья Маркелов: Пропустил только 2007 год. В прошлом году был еще и зимой. Это была пробная поездка. Были там 4 дня, часть наших людей оставались чуть подольше.

Тамара Ляленкова: Значит, вы как раз те самые туристы, которые спали на детских кроватках!

Илья Маркелов: Нет, на детских кроватках мы не спали. Мы спали на полу в спальниках. Традиционный вариант жизни – спартанский вариант. Практически всех изначально предупреждают, что никакого комфорта пятизвездочного у нас не будет. У нас будут пеночки, спальники, но будет тепло.

Тамара Ляленкова: Насколько я понимаю, на Соловках две альтернативы как-то устроиться недорого – это либо вариант в школе с детьми, либо при монастыре, где скорей всего есть гостиница.

Илья Маркелов: Монастырь, к сожалению, достаточно мало людей может принять.

Алексей Сгибнев: До 2005 года, собственно, группу интеллектуальскую монастырь принимал на своей территории либо в подведомственной ему постройке. А с 2006 года мы стали жить в школе. Потому что, как я понимаю, вал паломников увеличился, все возможные площади стали заниматься собственно паломниками.

Илья Маркелов: На острове действительно бюджетного места, где можно пожить, достаточно мало.

Тамара Ляленкова: Илья, поскольку вы там часто бывали, может быть, вы лучше понимаете ситуацию.

Илья Маркелов: Я слышал два варианта от местных жителей. Один вариант – это то, что многие люди подписали пресловутое письмо президенту, не зная, что они подписывают. Второй вариант был, что существовали некие противоречия Ирины Викторовны и некоторого количества жителей поселка Соловецкий. И личный конфликт перебросился туда.

Тамара Ляленкова: Это связано с планом застройки острова?

Илья Маркелов: Насколько я знаю – да.

Тамара Ляленкова: Мы же понимаем, что всегда находится родитель, который недоволен. Это одно. Такие люди доставляют достаточно много неприятностей, хлопот. Другое дело, если примешивается политика.

Илья Маркелов: Здесь пошло недовольство родителей, которое бывает всегда, и его привязали к тому, что директор школы высказалась против принятия некоего плана. Все вместе смешали, и такая штука получилась.

Тамара Ляленкова: А как вам показалось, на острове директор имеет влияние на людей?

Илья Маркелов: Да, конечно!

Тамара Ляленкова: Ее мнение было значимо для жителей поселка?

Илья Маркелов: Безусловно. Скажем так, не для всех жителей поселка, но для достаточно большого процента. Она была и остается очень уважаемым человеком. Несмотря на всю эту ситуацию, ее поддерживает огромное количество народу на острове, если не все. Я общался за последнее время с достаточно большим количеством людей с острова. На данный момент практически все хотят только одного: чтобы с Ирины Викторовны сняли обвинение.

Тамара Ляленкова: Действительно, директора соловецкой школы обвиняют в том, к чему сегодня Министерство образования призывает руководителей всех учебных заведений в России – в действиях, направленных на самостоятельное развитие учебного заведения, с использованием имеющихся возможностей и привлечением новых. С другой стороны, чаще всего именно региональные власти являются учредителями общеобразовательных учреждений, поэтому предполагается, что директор школы своим авторитетом будет местную вертикаль подпирать. В противном случае его уволят: по закону, без объяснения причин.

НОВОСТИ ОБРАЗОВАНИЯ

Региональные:

Администрация Магаданской области объявила о повышении стипендий для студентов медиков с 2012 года. Учащиеся будут получать 3 тыс. рублей, врачи-интерны – 6 тыс., обучающиеся в ординатуре – 15 тыс. рублей. Кроме того, выпускникам медицинских вузов в течение первых трех лет работы по специальности будет выплачиваться пособие в размере 200 тыс. рублей.

В Ростовской области готовятся к проведению родительских собраний, посвященных проблемам сохранности жизни и здоровья детей, а также культуре безопасности, умению родителей поддерживать доверительные отношения с детьми и помогать им переживать стрессы. В работе родительских собраний примут участие педагогические коллективы, сотрудники МВД, МЧС, специалисты учреждений здравоохранения и психологи.

Прокуратура Санкт-Петербурга начала проверку городских школ. Цель рейда - выявление образовательных учреждений, в которых на входе установлены турникеты-"вертушки", что является нарушением правил противопожарной безопасности. Представители МЧС призвали родителей учащихся сообщать о подобных нарушениях.

Москвичи получат возможность записывать детей в школы не с 1 апреля, как это было раньше, а уже с начала года, причем делать это смогут через Интернет. Заместитель мэра города по вопросам образования и здравоохранения Ольга Голодец напомнила также, что школам возвращен территориальный принцип. Это, по ее словам, поможет избежать неразберихи и очередей при записи в школы.

Федеральные:

Негосударственные учреждения среднего и высшего профессионального образования получили возможность обучать студентов за счет бюджета. Соответствующие поправки в законы "Об образовании" и "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" подписаны президентом Дмитрием Медведевым. Финансирование будет вестись из средств федерального бюджета и бюджетов субъектов РФ.

В "Российской газете" опубликованы поправки в закон "Об образовании", касающиеся правил приема в вузы. С 1 февраля 2012 года победители и призеры олимпиад, а также другие категории граждан, имеющие право на внеконкурсное зачисление в вуз, смогут воспользоваться своей льготой при подаче документов только в одно учебное заведение и только на одну специальность. Еще в 4 вуза льготные категории граждан, смогут поступать наравне с остальными абитуриентами на общих основаниях.

Министерство образования и науки объявило о запуске информационного проекта "Актуальная профессия сегодня". Цель портала – помочь школьникам определиться с будущей профессией, а так же привлечь в учреждения начального и среднего специального образования молодых людей, желающих получить востребованную на рынке труда профессию.

Названо имя лучшего директора школы. Им стал руководитель вечерней сменной общеобразовательной школы города Кирово-Чепецк Кировской области Дмитрий Скурихин. Абсолютный победитель конкурса "Директор школы 2011" получил хрустальную медаль и денежный приз в размере 200 тыс. рублей.

Проблема нехватки детских садов будет решена за 3 года, пообещал президент Дмитрий Медведев. По словам главы государства, каждый ребенок должен получить дошкольное образование. В не зависимости от того, где будут приобретаться первичные знания: дома, в частном или государственном детском саду, или группе временного пребывания, они должны быть достаточными для поступления в школу.

Зарубежные:

Президент Белоруссия Александр Лукашенко предложил ориентироваться на практику западных стран при реформировании научной сферы, а также для повышения ее эффективности. В частности, фундаментальную науку предложено сконцентрировать в университетах, а прикладные исследования передать в ведение корпораций.

В столице Туркестана представлен образовательный проект Европейского союза "Эрасмус Мундус", направленный на повышение квалификации педагогов, улучшение качества преподавания, и внедрение новых методик и технологий. В рамках данного проекта выделяются гранты на продолжение образования для студентов, аспирантов и докторантов в странах Европы.

Американские студенты получили возможность переселиться из университетских общежитий в роскошные дома. В Калифорнии число домов, отчуждаемых за долги в пользу банков, исчисляется 3-х или 4-х значными цифрами. В результате недвижимость класса люкс с 5 - 6 спальням, хрустальными люстрами и джакузи сдаются группам студентов всего по $250 – 300 с человека в месяц. Для сравнения: койко-место в комнате на двух человек с питанием при Калифорнийском университете в г. Валеджо обходится студентам в $13 700 в год.

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG