Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Владимир Кара-Мурза - о судьбе Светланы Аллилуевой


Светлана Аллилуева, февраль 1984

Светлана Аллилуева, февраль 1984

В американском городе Ричленд (штат Висконсин) в возрасте 85 лет скончалась дочь Иосифа Сталина - Светлана Аллилуева. Газета New York Times сообщила, что смерть Аллилуева умерла еще 22 ноября, но власти штата проинформировали об этом только в понедельник.


Владимир Кара-Мурза: В США на 86-м году жизни скончалась Светлана Аллилуева, дочь Иосифа Сталина. Она умерла 22 ноября, но официально сообщение поступило только неделю спустя.
Светлана Аллилуева родилась 28 февраля 1926 года и носила сначала фамилию Сталина, но после смерти отца в 1953 году взяла фамилию матери, Надежды Аллилуевой. Закончила исторический факультет МГУ и аспирантуру Академии общественных наук при ЦК КПСС. Работала переводчиком с английского языка и литературным редактором.
Когда в 1966 году она покинула СССР и поехала в Индию, она планировала оставить там прах своего третьего мужа и вернуться. Вместо этого она пошла в американское посольство в Нью-Дели и попросила политического убежища. После короткого пребывания в Швейцарии, она переехала в США.
Дочь Сталина привезла с собой мемуары, которые написала в 1963 году о своей жизни в России. "Двадцать писем другу" были напечатаны через несколько месяцев после ее переезда в Штаты и стали бестселлером.
После приезда в Нью-Йорк в 1967 года, 41-летняя Светлана заявила: "Я приехала сюда в поисках самореализации, в которой мне так долго отказывали в России".
В своей книге она вспоминала отца, умершего в 1953 году, правившего страной 29 лет. "Он был очень простым человеком. Очень грубым. Очень жестоким".
В 1982 году она переехала в Великобританию, а в 1984 году вернулась в СССР и выступила с публичным заявлением против западного образа жизни, не дававшего ей почувствовать себя свободной. В 1986 году Светлана Аллилуева снова уехала в США, с личного разрешения генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева.
Последние годы ее жизни прошли в штате Висконсин.
Драматическая судьба единственной дочери Сталина Светланы Аллилуевой – тема беседы с писателем Ларисой Васильевой, автором книг "Дети Кремля", "Кремлевские жены" и Львом Краснопевцевым, бывшим советским политзаключенным, выпускником исторического факультета МГУ, главным хранителем Музея предпринимателей, меценатов и благотворителей. Как по-вашему, в чем причина столь драматической судьбы Светланы Аллилуевой? Как формировался ее характер, определивший весь ее жизненный путь?

Лариса Васильева: Причина в ее биографии. Дочь Сталина не могла иметь сложную или простую, легкую биографию. Через нее прошло время ее отца, ее собственное. И время ее матери, безвременно погибшей. Все говорило о том, что это очень неординарная женщина сама по себе получила неординарную судьбу. И она вела себя как царевна. Я вообще считаю ее русской царевной, которой много позволено и очень многое не позволено. Она ответила всем своим поведением времени, обществу, отцу. Вот так я думаю.

Владимир Кара-Мурза: Когда вы впервые увидели Светлану Аллилуеву, тогда еще, очевидно, Сталину?

Лев Краснопевцев: В 1947 году, в первые же дни своей учебы на историческом факультете я увидел эту девушку, на которую мне указали как дочь Сталина. Она шла с подругами по коридору тогдашнего нашего здания, очень спокойно, ничем не выделяясь из среды своих подруг. И никакой особой атмосферы, никакого поля особого вокруг нее не было. Это был 47 год, тогда в ее судьбе все было более-менее спокойно и хорошо. А затем мы встретились в 51 году, тогда я был уже на четвертом курсе исторического факультета, ее назначили, тогда был такой институт воспитательный, агитатором в нашу группу, она была уже аспиранткой. Агитаторы занимались тем, что они разъясняли текущие указания политические того времени. И вот к нам в группу пришла женщина и сразу, конечно, она обратила на себя внимание каким-то особым поведением, особым обликом. Она была очень скромна, мягко выражаясь, очень скромно одета и держалась совершенно необычно. Очень немногословна, она была сосредоточена вся в себе. Ну совершенно не была похожа ни на какую принцессу, ни на что. Но это был 51 год, конец 51 года. Мрачная туча последнего года Сталина уже чувствовалась всеми. Уже не было в живых Жданова, отца ее мужа. Уже были расстреляны руководители Ленинграда. Уже были расстреляны или готовились к расстрелу деятели Еврейского антифашистского комитета. Шли аресты. И мы увидели перед собой человека с какой-то особой жизнью, с каким-то особым настроением.
Она очень хорошо держалась, очень демократично, спокойно. Я тогда уже был настроен в отношении Сталина, как сейчас все разумные нормальные люди в мире. Я мог уже почувствовать, что этот человек живет в какой-то очень тяжелой атмосфере всеобщей сдавленности, подавленности. Вся эта преисподняя, которая расцвела пышным цветом и проходила свой последний период, накладывала на нее какой-то очень тяжелый отпечаток. Она мужественно держалась, как она потом держалась всю свою жизнь, неся свой тяжкий крест. Но было понятно, что жизнь этой женщины очень нелегка, очень она особая. Она говорила только о своих детях, которые у нее были больны, поэтому она не могла часто приходить к нам в группу. Такое было впечатление.
У нас была очень хорошая группа, держались все нормально, как и следовало ожидать. Никаких Каплеров в нашей среде не было, относились к ней с уважением. Потом уже мы узнали, что она и следили, конечно, за ее судьбой – это был человек с нашего истфака. Она не изменила тому духу лучшей части исторического факультета, который задавал тон. В ней не было ни малейшего стремления сделать карьеру, использовать какое-то свое положение ни до смерти отца, ни после смерти отца. Ей было невероятно тяжело по всей ее жизни, но мы, старые истфаковцы, нас остается, конечно, очень мало, мы очень с большой скорбью узнали о том, что этой женщины больше нет на свете. И мы очень ей благодарны за весь тот путь, за всю ту тяжелую ношу, которую она прошла, показав пример детям многих людей такого типа, очень достойно, на хорошем уровне. Мы, конечно, всегда будем вспоминать этого человека. Самыми хорошими будут наши воспоминания.

Владимир Кара-Мурза: Давайте послушаем отрывки из книги "Только один год", которую Светлана Аллилуева сама прочла в студии Радио Свобода, где она вспоминает свой отъезд из СССР в Индию.

Светлана Аллилуева: Государственный интерес наслоился на мою поездку, продиктованную — для меня — чисто личными моментами. Впрочем, чему удивляться — вся моя жизнь прошла под прессом «государственного интереса» и сколько я ни пыталась стать человеком, а не «государственной собственностью», мне это так и не удалось.
Но сейчас я меньше всего думала об этих неприятных «наслоениях», меня поглощала лишь мысль, начинавшая и мне самой казаться чудом, что я в самом деле сегодня ночью уеду и через какие-нибудь восемь часов буду в другой стране, что для меня было то же самое, как очутиться на другой планете.


Полный текст программы "Грани времени" появится на сайте в ближайшее время.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG