Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Марина Тимашева: В Петербурге проходит выставка фотографий Эмлен Найт-Дэвис ''Москва 1937-38 годов глазами дочери посла США''. На выставке побывала Татьяна Вольтская.

Татьяна Вольтская: Молодое непуганое лицо. Непуганое – это мое излюбленное определение для лиц, на которых с детства не отпечатались следы страха, унижения, скованности, недоверия к миру. Для нормальных лиц. Так вот, молодое чистое лицо, подставленное ветру, короткие волосы откинуты назад, глаза скрыты круглыми солнцезащитными очками, в каждом кружке – по кремлевской башне. Эта фотография обошла весь мир. Пикантность состояла в том, что Кремль в те годы снимать строжайше запрещалось. И, тем не менее, даже Кремль есть на этих фотографиях, сделанных из окон знаменитого Спасо-Хауса, американского посольства, из окон посольской машины Эмлен Найт-Дэвис, 20-летней дочерью Джона Дэвиса, первого американского посла в СССР. Сейчас ей 95 лет, она бодра и здорова, но все же в Петербург приехала не она, а ее дочь Миа Грожан, которая 10 лет назад занялась архивом матери. Оказалось, что сохранился дневник, который юная Эмлен Найт-Дэвис вела в России, и множество фотографий. Говорит Миа Грожан.

Миа Грожан: Я так счастлива быть здесь! Моя мама никогда бы не могла представить, что ее фотографии окажутся здесь, в центре Петербурга, в Петропавловской крепости. Сейчас ей 95, она здорова, ее память не потускнела. А когда она приехала в Россию со своим отцом, ей было всего 20 лет, она взяла академический отпуск в университете, где она училась, и она всегда напоминала мне, что, несмотря на этот перерыв, она закончила свое образование. Она приехала сюда, чтобы прожить здесь 1937-38 годы. Она была очень умной девушкой. Она вела дневник и постоянно фотографировала. И когда 10 лет назад она начала работать над своим дневником, я спросила, есть ли у нее какие-нибудь фотографии. И тогда она вытащила альбомы и обувные коробки, заполненные негативами и крошечными фотографиями, какие делали раньше. Я просто влюбилась в ее фотографии – а также в ее истории. Моего дедушку послали в Россию, чтобы он наладил связи между нашими странами, чтобы он открыл столько дверей, сколько сможет. Он был первым послом в СССР, не только американским, но и из европейских стран, который непосредственно общался со Сталиным. И он знал – и все знали – что, на чьей бы стороне ни была Россия, она выиграет следующую войну. И уже в 37 году они со Сталиным говорили о будущей войне, вообще разговоры эти велись постоянно. И они уже тогда знали, что Германия начнет эту войну. И в этом зале, вот на этой стене, на всех фотографиях, где они разговаривают со Сталиным, они говорят об этой войне. Моя мама – что она могла делать – она была молода и очень энергична. Так что она каждый день брала уроки русского языка, училась кататься на коньках, а в конце года начала учиться в Юридическом институте. Ходила на лекции, начала заниматься с очень известным профессором. Она полюбила русских людей. Она говорила мне – пожалуйста, скажи русским людям, что я их очень люблю.

Татьяна Вольтская: Выставка была сделана при участии американского генерального консульства в Петербурге и музея истории города. Заместитель директора Музея истории Петербурга Никита Батенин считает, что главное на этих фотографиях – дыхание времени, лица людей.

Никита Батенин: Это снимки тех, кто буквально через несколько лет будут союзниками и, в качестве союзников, будут отстаивать свободу и независимость мира, через несколько лет будут конфликтовать, снова мириться, но эта выставка — та часть жизни, которая неотъемлема от нас, неотъемлема ни от России, ни, я думаю, от США. Наверное, в этом прелесть Эмлен Найт-Дэвис, что она сумела, подобно историку, зафиксировать, показать события в жизни Росcии, США, в виде посольства США, и подчеркнула то единство, которое нерушимо до сегодняшнего дня.

Татьяна Вольтская: Миа Грожан проделала огромную работу. Она отобрала часть фотографий, увеличила и напечатала, предварительно обработав при помощи современной техники, фотошопа. Чтобы почистить, привести в порядок одну фотографию, иногда уходило 3 дня. В результате получилось чудо, настоящая машина времени. Не говоря уже о том, что 20-летняя девочка умудрилась сделать такие снимки, какие никто, кроме нее, сделать бы не смог в те времена, когда снимать на улицах сплошь да рядом запрещалось. И это не только Кремль, который был для фотографов совершенно недоступен. Лица, лица, лица – на площади, у магазинов, в длиннейшей очереди в ГУМ; интерьеры посольской резиденции, интерьеры посольской дачи в деревне; феерические праздники тех лет – море транспарантов, гигантские портреты вождей, какое-то невероятное сооружение из знамен на лобном месте. Дэвис со Сталиным, Дэвис с Молотовым. Особый интерес представляет отдельная группа фотографий – ежегодный бал-маскарад в посольстве, на одном из таких балов был Булгаков, считается, что этот бал стал ''прототипом'' бала Сатаны в ''Мастере и Маргарите''. Понятно, что Миа Грожан теперь уже знает об этих фотографиях все.

Миа Грожан: Эти фотографии, я их люблю, они были сделаны 7 ноября, в 20-ю годовщину революции. Вы видите, где мы находимся – с одной стороны Кремль, с другой стороны – Манеж, а вот тут – здание Московского университета. И мы находимся на территории американского посольства. Моя мама была на самом верхнем этаже, оттуда она и сделала эту фотографию. Что я сейчас делаю? – Я получила стипендию Фулбрайт, чтобы сделать еще и современные фотографии тех же мест. И даже еще интереснее – чтобы поработать с русскими студентами РГГУ. Я читаю им курс ''История через фотографию''. Мы уже сделали много фотографий в этих местах и изучили их. Для них это тоже замечательный способ изучать свою историю. Что мы делаем: вот, например, это здание – оно до сих пор тут стоит, но сейчас оно принадлежит большой компании, которая называется ''Система''. И мы со студентами написали письмо по-русски, и пришла туда, в эту ''Систему'', постучала в дверь и отдала им письмо. И через три дня я получила e-mail от одного из руководителей ''Системы''. Не от самого главного – от одного из. Он написал – пожалуйста, приходите. И я пришла туда и сделала эти две фотографии – так, как это выглядит сегодня, но точно с того же ракурса. Но что еще интереснее – после того как я сфотографировала эти виды, я сказала: я думаю, вы не будете против того, что я действительно хочу сделать, – а я хотела привести сюда моих студентов. И как вы думаете, что он ответил? – Ну, конечно! Но только не ведите 20. И мы привели 10. И это было по-настоящему интересно.

Татьяна Вольтская: Но самое удивительное, что дочь Эмлен Найт-Дэвис – Миа Грожан –влюбилась в Россию, это видно и по тому, с какой страстью она говорит о каждом персонаже этих фотографий, и по тому, что все последние годы она посвятила тому, чтобы объездить места, заснятые мамой и найти всех людей, запечатленных на фотографиях, - или тех, кто их знал. В этом смысле особый интерес представляют деревенские, или дачные фотографии.

Миа Грожан: Вот что интересно в этой даче. Это она внутри. Дача была в маленькой деревне Немчиновке. Там была дача немецкого посольства, японского посольства и американского посольства, и все мы там собирались. А вот эта фотография была сделана рядом с дачей. Вы ведь слышали о Сколково – так вот, Сколково в 2-3 километрах отсюда, и сейчас тут все совсем по-другому. А вот это школьники. Моя мать написала прекрасный рассказ, она понимала, что это первые школьники за много лет, которых по-настоящему учили чтению, математике. Но что самое печальное – в 41 году, уже вернувшись в Америку, мама услышала по радио, что немцы подошли вплотную к Немчиновке. И 13 из этих детей, возможно, были в армии и погибли. Это же снимок 37 года – они как раз подошли по возрасту, то есть стали одними из 26 миллионов погибших. Что же я смогла сделать благодаря стипендии Фулбрайт? Я приехала туда и нашла церковь – ее фотографии здесь нет. И я постучала в дверь – никогда не надо бояться стучать в дверь, - и показала фотографию этой церкви. Они сказали – о, Господи! Скоро я поеду туда с этой фотографией, и все пожилые люди придут и посмотрят – а вдруг они кого-то узнают! Я оставила им копию, и я уже нашла одного человека, который, возможно, знает этих людей. Так что я сейчас пытаюсь узнать, что случилось с каждым. Моей маме было 20 лет, когда она вела дневник, и вот – что случилось с ее учительницей русского, что случилось с ее учительницей по фигурному катанию. Работы очень много!

Татьяна Вольтская: Чего только здесь не всплывает – вплоть до имен и прозвищ швейцаров, служивших в американском посольстве и, по слухам, по совместительству работавших шпионами, устанавливавших так называемых ''жучков'' для прослушки. Фотография – как вино – чем старше, тем ценнее. Хотя вряд ли об этом думала в свое время 20-летняя Эмлен Найт-Дэвис, дочь первого американского посла в Советской России, не подозревавшая, какой щедрый подарок делает она российской истории.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG