Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Ирина Лагунина: Власти Испании подтверждают приверженность своей страны «европейскому единству»: Евросоюзу и использованию единой валюты - евро. Однако некоторые испанские эксперты сомневаются в целесообразности подобной приверженности. Они говорят даже о гипотетическом выходе страны из еврозоны, что позволило бы, по их мнению, быстрее и легче преодолеть нынешний тяжелый экономический кризис. Из Мадрида – Виктор Черецкий.

Виктор Черецкий: На последнем саммите Европейского Союза руководство Испании подтвердило свою приверженность единой европейской валюте. Официальная точка зрения, изложенная на страницах газеты «Паис», гласит, что Испании "следует оставаться с евро и выполнить все договоренности последнего саммита", направленные на решение острых финансовых проблем еврозоны. Мадрид уже разработал меры бюджетной экономии, обязуется бороться с государственной задолженностью, готовится провести ряд реформ для преодоления экономического кризиса и безработицы. Намеченные меры, власти этого не скрывают, означают "затягивание поясов": замораживание зарплаты и пенсий, сокращение расходов на медобслуживание и образование, свертывание социальных программ и так далее. Очевидно для властей и то, что принятие перечисленных мер чревато бурным социальным протестом и дестабилизацией политической ситуации в стране. Лидер победившей на недавних парламентских выборах либеральной Народной партии и кандидат в премьер-министры Мариано Рахой:

Мариано Рахой: Испания сделала в свое время ставку на Евросоюз и евро. Мы, несмотря на трудности, стараемся выполнять предъявляемые к нам требования, чтобы продолжать находиться в единой Европе. Я гарантирую, что мы и в дальнейшем будем выполнять свои обязательства перед партнерами по Евросоюзу. Мы ликвидируем государственную задолженность и проведем все необходимые реформы, которые требует от нас ЕС. Испания по-прежнему намерена оставаться в еврозоне. Мы выступаем за сильную единую валюту.

Виктор Черецкий: В официальных кругах говорится об опасности выхода из еврозоны. Причем этот тезис разделяют как находившиеся до сих пор у власти социалисты, так и сменяющие их либералы. Отказ от евро может подорвать доверие международного сообщества и международных финансовых рынков, что, в свою очередь, затруднит продажу за рубежом испанских государственных облигаций и получение иностранных кредитов, вызовет финансовую неразбериху и валютную спекуляцию. Профессор экономики Университета «Комплутенсе» Франсиско Кабрильо обращает внимание на международный резонанс гипотетического выхода Испании из евро:

Франсиско Кабрильо: Отказ от евро и возвращение к старой испанской песете в наших условиях означали бы наше полное банкротство в глазах партнеров и всего мирового сообщества. В принципе государство-банкрот – это не новость. Мы сталкивались с дефолтом России, неспособностью платить долги Аргентины и некоторых других стран. Разумеется, при таком раскладе кредиторы полностью теряют доверие к обанкротившейся стране, отказывают ей в кредитах и капиталовложениях. В рамках евро и Евросоюза подобного еще не было.

Виктор Черецкий: Между тем, некоторые испанские экономисты, хотя и сознают, что выход из евро может нанести урон международному престижу страны, видят в подобном выходе и некоторые преимущества. Они в целом одобряют меры бюджетной экономии, задуманные испанскими властями, считая их неизбежными, но вместе с тем, полагают, что задуманные реформы, типа уменьшения выходных пособий увольняемых работников, упрощение создания предприятий или снижение налогов с начинающих предпринимателей, не смогут в достаточной степени стимулировать экономику и рост занятости. Необходимы более энергичные меры. Ведь безработица в стране уже достигла 23 процентов трудоспособного населения. Профессор Мадридского университета экономист Хуан Кастаньеда:

Хуан Кастаньеда: Надо все же задуматься, стоит ли тратить столько усилий и идти на жертвы ради поддержания евро, учитывая, что само существование этой монеты создает у нас множество трудно решаемых проблем. Не стоит ли принять волевое решение и выйти, разумеется, с согласия партнеров, из еврозоны.

Виктор Черецкий: Хуан Кастаньеда считает, что выход из евро позволил бы Испании использовать главный рычаг в борьбе с кризисом – собственную, не зависящую от Европейского Центробанка, финансовую политику, к примеру, устанавливать банковский процент. Он и другие экономисты, выступающие за выход из евро, напоминают, что в прежние годы, чтобы преодолеть кризисную ситуацию, Испания принимала надлежащие меры: проводила девальвацию национальной валюты. Это особо не ударяло по населению, разве что по любителям заграничных поездок, которым приходилось менее выгодно менять испанские песеты на валюту других стран. Но зато девальвация положительно влияла на экспортные возможности страны и удешевляла для иностранцев услуги в сфере так называемой индустрии пляжного отдыха – главной в испанской экономике. Так было, например, в первой половине 90-х годов прошлого столетия. Теперь, в условиях единой валюты, к подобному методу прибегнуть нельзя. Президент медийной корпорации «Либертад Дихиталь» экономист Альберто Рекарте:

Альберто Рекарте: В 1996 году испанская экономика начала расти после кризиса благодаря девальвациям. Испанская песета была обесценена по отношению к немецкой марке в общей сложности на 50 процентов. Это сделало нас конкурентоспособными. Именно девальвация помогла нам подняться после кризиса. Вернее, четыре последовательных девальвации, которые были проведены в период с 1992 по 1995 годы. Без них мы не смогли бы выйти из кризиса. Ну а сегодня нам следует, наконец, понять, что Испания с ее кризисной экономикой больше не может находиться в одних рядах с более мощными государствами, такими как Германия.

Виктор Черецкий: Добавим, что как раз в середине 90-х годов благодаря девальвации начался строительный бум на побережье в курортных зонах, который в течение нескольких лет являлся «локомотивом» испанской экономики. Немцы, англичане и другие западноевропейцы получили возможность приобретать дачные коттеджи всего за 70-80 тысяч долларов, хотя цена в испанских песетах за них не изменилась. Дешево обходилось им и проживание в гостиницах, и обеды в ресторанах. Благодаря своей ценовой конкурентоспособности, Испания стала побивать все мировые рекорды по числу иностранных отдыхающих и туристов, а также доходам от этой отрасли. Позднее, в середине минувшего десятилетия, уже находясь в еврозоне, Испания, переживавшая значительное увеличение ВВП за счет бурного строительства, по мнению экспертов, остро нуждалась в использовании еще одного важного финансового рычага - повышении процентных ставок и поощрении банковских накоплений. Это было необходимо, в частности, чтобы остановить часто бездумное и рискованное ипотечное кредитование со стороны банков, однако, этого не произошло. Деньги, по воле Европейского центрального банка, по-прежнему оставались «дешевыми». Ведь на повышение или понижение процентных ставок в еврозоне не может влиять состояние экономик отдельных, особенно, второстепенных партнеров. Ну а излишняя щедрость испанских банков, тем временем, крайне негативно повлияла на всю банковскую систему страны и во многом определила нынешний кризис. Известный мексиканский специалист в области финансов Алехандро Надаль полагает, что эксперты европейского Центробанка учитывают, в первую очередь, состояние дел в ведущих странах:

Алехандро Надаль: Очевидно, что евро является всего лишь механизмом регулирования в руках главных и самых сильных партнеров. Поэтому существующая полемика о том, продолжать ли оставаться Испании в еврозоне или выйти из нее, является вполне актуальной.

Виктор Черецкий: С подобным мнением согласны испанские университетские профессоры Анхель Химено Марин и Грегорио Лопес Санс, считающие, что Испания должна была бы, в случае выхода из еврозоны, девальвировать свою монету на 30-40 процентов. Эти же эксперты критикуют и результаты 25-летнего пребывания Испании в Евросоюзе. За выход из «единой Европы» они не выступают, однако, считают, что в ней в свое время были ущемлены и продолжают ущемляться интересы Испании. Страна вступила в Европейское экономическое сообщество, как в те времена назывался Евросоюз, в 1986 году. Условия вступления были жесткими. В рамках единого экономического пространства оказались лишними, к примеру, некоторые индустриальные отрасли. Горнодобывающая промышленность, черная металлургия, оружейные заводы оказались «устаревшими». Их не модернизировали, а просто закрыли. Также подлежало резкому сокращению производство молока, винограда и оливкового масла, которых на европейском «общем рынке» итак было в избытке. Ну а теперь, похоже, настала очередь испанских овощей и фруктов. Эту продукцию некоторым крупнейшим европейским оптовикам отныне выгоднее получать из Северной Африки. Подобной ситуацией крайне обеспокоены испанские экспортеры сельхозпродукции. Представитель их профсоюза Хосе Мария Фреснеда заявил на недавнем митинге протеста в Мадриде:

Хосе М.Фреснеда: Посмотрите, что происходит! Мы вынуждены протестовать, поскольку более не можем терпеть подобную ситуацию. Евросоюз уже более 20 лет «реформирует» наше сельское хозяйство, последовательно снижая цены и закупочные квоты. По сути, демонтируется вся наша производственная система, разоряются фермерские хозяйства и приходят в запустение наши села.

Виктор Черецкий: Специалисты сетуют, что пребывание Испании в ЕС не смогло исправить и даже в какой-то степени усугубило ее довольно однобокое развитие - основной доход страна получает от туризма. А основная сфера деятельности испанцев – гостиничное и ресторанное обслуживание. Однобокость экономики определила и особую уязвимость перед лицом кризиса: западноевропейцы стали меньше ездить на испанские курорты и практически отказались от покупки дач на побережье, предпочитая теперь для отдыха Восточное Средиземноморье или страны Карибского бассейна. Что касается высокотехнологичных отраслей экономики, таких как альтернативная энергетика, телекоммуникации, скоростной железнодорожный транспорт, а также производство, в основном сборка, легковых автомобилей иностранных марок, то они существуют, но не определяют ситуацию в экономике сегодняшней Испании. Молодым людям вообще, и с высшим образованием, в частности, негде работать. 48 процентов, практически половина, молодежи от 18 до 35 лет не имеют работы. Кто может, уезжает. Говорят, что молодых испанских инженеров сейчас больше в Германии, чем в самой Испании. Экономист Альберто Рекарте:

Альберто Рекарте: Думаю, что это закономерно, что наша молодежь уезжает за границу. Ведь у нас в стране специалисты просто не нужны. В Испании сейчас очень мало производств, где они могли бы быть задействованы, и в ближайшем будущем их создание не предвидится. Ну а для образованных молодых людей важна карьера, важно применить свои знания на конкретной работе по специальности. Так что они должны жить и работать там, где для них есть соответствующие условия. Разумеется, при этом Испания теряет интеллектуальный потенциал. Правда, если в один прекрасный день нам все же удастся реформировать нашу страну и сделать ее индустриальной, есть надежда, что эти люди, обогащенные опытом и знаниями, смогут вернуться. Ну а если не удастся, тогда пусть работают там, где нужны и где ценятся их знания.

Виктор Черецкий: Между тем, тревожная ситуация вокруг евро, и соответствующая полемика в испанском обществе уже дают о себе знать. Испанские банковские вкладчики, как отмечает мадридский социолог Антонио Аргандонья, похоже, с каждым днем все меньше верят в перспективы общеевропейского пространства. Только за последние полгода население сняло со срочных вкладов более 33 миллиардов евро. Массовое "бегство" капиталов обернулось даже разорением двух крупнейших сбербанков – Каха Кастилья-Ла-Манча и Каха Медитерранео. Из последнего вкладчики изъяли за короткий срок более 5 миллиардов, что и послужила причиной банкротства. Аналитики отмечают, что евро используется населением для покупки долларов, фунтов и швейцарских франков, а также золота и ювелирных изделий, которые испанцы предпочитают хранить на заграничных счетах и в банковских сейфах.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG