Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Декабрьский протест россиян: эстетический или политический


Олег Басилашвили

Олег Басилашвили

Виктор Резунков: Сегодня у нас в петербургской студии в гостях – народный артист СССР, актер театра и кино, народный депутат Российской Федерации в 1990-93 годах Олег Басилашвили.
Мы подведем итоги ушедшего года, наиболее важные его события, поговорим о будущем, что можно ожидать от 2012-го. Олег Валерьянович, какие наиболее значимые события произошли в стране, по вашему мнению, в минувшем году?

Олег Басилашвили: Я об этом думал, задавал сам себе такой вопрос. И до событий на Пионерской площади в Санкт-Петербурге, на проспекте Сахарова в Москве. И у меня было несколько ответов. Лично я рад, что работаю в Большом драматическом театре, играю любимые роли и так далее. Внучке моей скоро исполнится три года. Но после того, что произошло там, как собрался народ, сотни, десятки тысяч людей, чего с 90-х годов не было, я подумал, что это главное событие уходящего года. И этот год может гордиться тем, что это произошло именно в 2011 году. Что это значит? Я не оратор, я не выступал на этих митингах. Тем более, я еще не знаю, что сказать. В 90-е годы мы выступали против Компартии, у нас был враг, который мешал развиваться стране. В данном случае довольно сложно разобраться во всем. Ну, хорошо, результаты выборов понятны – подлость, абсолютное презрение к собственному народу, это унизительно. Меня, например, унизила съемка со дна моря, когда Владимир Владимирович Путин вдруг обнаруживает амфору. Я понимаю, такое может быть, один случай на сто тысяч, но тогда не Путин должен быть открывателем этой амфоры, а оператор, который там сидел, у амфоры, и ждал Путина. Неужели меня считают за полного идиота, говоря об этом открытии. Вот это оскорбительно, лично меня считают за идиота. А если не за идиота, то за полного труса, который, понимая все то, о чем я говорю, боится сказать правду. Я уже не говорю о подлогах, нарушениях закона во время выборной кампании, во время голосования, и до голосования.

Виктор Резунков: И 24 сентября, когда объявили о тандеме на съезде.

Олег Басилашвили: Да, и это тоже. Там сказали: мы решили так, если мы победим на выборах, будет такой расклад. Это простить еще как-то можно. А вот все остальное – непростительно! И не по политической части, а по чисто человеческой. Например, возьмем менее крупное событие – Охта-центр, «Газпром», небоскреб, который почти в центре города, 404 метров высотой, рядом со Смольным собором. Во что превращается наш город? Возникает новая доминанта, которая отвлекает внимание и от Петропавловки, от Биржи, от Зимнего дворца, от этой небесной линии, о которой говорил академик Лихачев. Возникает новый наглый памятник мамоне, денежному тельцу, который попирает наших ангелов на Петропавловской крепости, на Александровском столпе и так далее, ангелов духовности, духа. И народ восстал! И долго нам морочили голову, долго город и государство нарушали все федеральные законы, все как один. И народ восстал против этой башни, не только потому, что она уродует вид города, а потому что просто власти плевали в лицо. И мы сделали все возможное, для того чтобы это здание построено не было в этом месте. И мы победили. И не потому что там боролс Сокуров, я, а потому что народ вышел на улицы, были многотысячные демонстрации, и люди, сидящие наверху, поняли, что дела плохи. Это была наша победа. И это, мне кажется, очень важно. В основном все российские достижения диктовались сверху, все реформы. Взятие Казани, умирает Иван Грозный – начинается падение российского государства. Петр Первый, окно в Европу, просвещения, Россию вздернул на дыбы, умирает Петр – что-то кончается. Ленин, Сталин, не говорим о методах, индустриализация, колхозы, спутники, всеобщее образование, Россия выиграла войну, атомная бомба, умирает Сталин – через 15 секунд страна рушится в пропасть. Ведь нам те свободы, которыми мы сейчас оперируем, нам подарили Горбачев, Ельцин с Гайдаром, сверху, мы не боролись за это. А вот сейчас, когда эти права у нас почти отобраны, эта гигантская толпа начинает за них бороться снизу. Вот это самое главное. Это впервые в истории России. И я считаю, что эта борьба может привести к созданию прекрасной, свободной, цивилизованной державы! Это движение народа снизу, объединение людей, которые собрались на площадях, людей разных мировоззрений, но они были объединены одним – любовью к своей стране, которой они хотят помочь, и чувством оскорбленного во время выборов человеческого достоинства. И мне кажется, это залог будущего развития в хорошем направлении России.

Виктор Резунков: Олег Валерьянович, вы оптимист, но прогнозы существуют очень пессимистичные. Андрей Илларионов, например, прогнозирует возникновение уже в январе чуть ли не второго ГКЧП, типа чекистского реванша, вплоть до убийств лидеров оппозиции, другие страшные вещи. Вы не раз встречались с Владимиром Путиным, нет ли у вас ощущения, что это возможно?

Олег Басилашвили: Я с ужасом смотрю на то, что происходило в Ливане, в африканских странах, с ужасом смотрю на смерть сумасшедшего тирана Каддафи. Суд толпы – это самое страшное, что может быть. Я думаю, что, конечно, возможно на митингах, которые состоятся, запустить группы провокаторов, которые под флагом демократии и любви к свободе начнут бить витрины, подожгут машины – и понеслось, эти сотни тысяч, пришедшие на площади, будут объявлены экстремистами и так далее. Такое может быть. Но я не думаю, что это возможно в нашей стране сейчас. Подобные действия властей, которые будут предприняты, чтобы навести порядок, ввести чрезвычайное положение и так далее, всегда кончаются поражением так называемого ГКЧП. На мой взгляд, наиболее разумное поведение наших властей – это разумный, доверительный, уважительный разговор с людьми, которые представляют собой оппозицию.

Виктор Резунков: Вы верите в возможность диалога?

Олег Басилашвили: Верю! И знаю людей, с которыми можно разговаривать. Это Каспаров, Немцов, Навальный, Акунин и так далее. Народу много! Сядьте в телевизионной студии и изложите свои позиции видения дальнейшего пути развития России в экономике, в политике, во всем. Начнется полемика. Но сегодня Владимир Владимирович Путин заявил, что не видит возможности на президентских выборах дискутировать с кем-либо, и это мне кажется гигантской ошибкой. Это отрыв себя от общества. И это может кончиться вот таким уличным безобразием и введением такого особого положения. Это самое страшное, что может быть в нашей стране, и это отбросит нас опять на 50-60 лет назад. Такая политика привела к развалу Советского Союза, отходу Прибалтики, Грузии, Армении и так далее. Разве можно допустить, чтобы такая громадная и дружная, в общем, страна, как Россия, в которой есть буряты, удмурты, целый ряд уважаемых мною национальностей, кроме русских, чтобы она развалилась? Но этот развал может произойти в результате этих действий, как развалился Советский Союз в результате ГКЧП.

Виктор Резунков: А какова природа этого протеста? Она политическая, эстетическая?

Олег Басилашвили: Мандельштам, кажется, говорил, что у него разногласия с советской властью чисто стилистические, но это юмор, конечно. На этих митингах звучало много политических требования и призывов. Из уст Немцова я их слышал, кто-то еще в Москве на Болотной выступал, на последнем митинге, может быть, новый лидер определяется – Навальный. Так что там политическая штука. Так что мне трудно сказать. В основном, мне кажется, людей привело сознание того, что они поняли, что их не считают за людей, их не уважают, на них плюют, к их мнению не прислушиваются. А если и слышно их мнение, то его переписывают так, как надо. Вот это чувство человеческого достоинства – это самое дорогое, что было. Я повторяю, я смотрел – люди совершенно разные. И там и коммунисты стоят, и демократы, и либералы, и монархисты… Каждый видит по-своему будущее России, каждый видит по-своему строй, который должен наступить сейчас, по их мнению, но ими движет только одно чувство – любовь к этой стране. И оскорбленное чувство собственного человеческого достоинства. И я впервые после 1991 года, после ГКЧП, увидел лица людей, какими они были в 1991 году, стоявших кольцом вокруг Белого дома. Эти люди стояли по колено в воде, взявшись за руки, рискующие собственной жизнью. Сейчас я видел этих же людей улыбающимися, понимающими, что такого уже быть не может. И если эта военная дрожь наступит опять, это будет уже преступление перед народом России, я так полагаю.

Виктор Резунков: Вы не думаете, что если президентом останется Владимир Путин, то это неизбежно… Кстати, прогнозируют второй тур президента, и россияне будут выбирать между коммунистом и чекистом.

Олег Басилашвили: И я могу вам предсказать победу коммуниста.

Виктор Резунков: Вы уверены?

Олег Басилашвили: Если между чекистом и коммунистом, то победа коммуниста. К сожалению. Коммунисты говорят, что они осуждают ГУЛАГ и так далее, и они говорят, что было всего 3 миллиона убитых, а я бы хотел, чтобы их туда засунули, в гробы, вместе с 3 миллионами. Но не в этом дело. Но главный постулат коммунизма: частная собственность – главный враг коммунизма. Значит, они должны разрушить основы нашего строя. Частная собственность неделима, нерушима, неприкосновенна – они эту статью конституции отменяют, и все рушится в стране. Все рушится! Они не обладают волей, которой обладали Ленин, Сталин, нет таких людей сейчас. Они разрушат страну, если прибегнут к ленинскому постулату: частная собственность порождает капитализм, уничтожить ее. Плюс к этому еще один ленинский постулат: интеллигенция – говно нации. Они ее тоже уничтожат. И тогда вообще полный кирдык будет!

Виктор Резунков: Мрачные прогнозы. При новом 6-летнем сроке Владимира Путина интеллигенция просто не вынесет этого однообразного телевизионного спектакля с одним лицом, чисто эстетически вообще.

Олег Басилашвили: Я с вами согласен. У нас был спектакль «Океан», и там матроса спрашивают: «Как вы проводите культурный досуг?» - «Мы крутим фильм «Веселые ребята», в 40-ой раз уже. Мы намостачились задом наперед смотреть – очень художественно получается». Вот надо с заду наперед проглядеть.

Виктор Резунков: Безвыходная ситуация?

Олег Басилашвили: Я не политолог. Это Кургинян может истерически кричать, человек, которого я глубоко презираю, но это отдельный разговор. Я надеюсь на разум человеческий – и народа, и президента.

Виктор Резунков: Какие открытия в литературе, в кино, в театре были у вас в этом году?

Олег Басилашвили: В основном в литературе. Не помню, в этом году или в прошлом, но это громадная книга… Сейчас меня привлекает не сама литература, а то, что о ней написано. Читая современную литературу, я отдаю себе отчет в том, что, да, авторы талантливые, но пока это тот сор, из которого что-то когда-то вырастет, вспоминая слова Анны Ахматовой. А вот критика литературная – это очень интересно! Я готов порекомендовать читателю 4 тома детектива, каждый весом с кирпич и толщиной. Это книги Бенедикта Сарнова «Сталин и писатели». Это истории всех писателей, нам известных, включая Шолохова и даже Корнейчука, я уже не говорю о Маяковском, Булгакове, Замятине, Пильняке, Бабеле, Гроссмане, Эринбурге, Горьком. Это безумно интересно читать! И ты понимаешь, в каком страшном положении находились эти люди, и как хитро и интересно вел свою политику товарищ Сталин, пытаясь подчинить этих людей собственному желанию, чтобы литература стала идеологическим вождем народа. И как люди, которые шли у него на поводу, воспевая идеологию большевиков, как их талант постепенно умирал. Как умер при жизни, живя дальше, Олеша. Большущий писатель! «Три толстяка», «Заговор чувств», прекрасная проза, стилист – умер, живя дальше, перестал писать. Бабель написал роман о чекистах, и сам он был чекистом в свое время, - и был расстрелян. Маяковский, от которого Сталин ждал, что он напишет такую же поэму, как «Владимир Ильич Ленин», не написал ничего. Трибун революции Владимир Владимирович Маяковский, единственный из всех поэтов фиг написал оду про Сталина. Только один раз он написал:
Я хочу,
чтоб к штыку
приравняли перо.
С чугуном чтоб
и с выделкой стали
о работе стихов,
на Политбюро,
чтобы делал
доклады Сталин.
То есть он говорил, что ответственное лицо расценивал бы мои стихи так же, как выплавку стали, чугуна и так далее. И когда Владимира Владимировича в одни из последних дней его жизни попросили прочитать поэму «Хорошо», он сказал: «Я не могу читать «Хорошо», потому что сейчас плохо». Вот это читаешь, и такое ощущение, что ты попадаешь в то время и понимаешь трагедию русской литературы, как она губилась, и как люди держались. Как держался Булгаков и коварно был наказан Сталиным. Как не выдержал Алексей Максимович Горький, став мелкой сошкой, как Шолохов не выдержал.
Потом Станислав Рассадин «Самоубийство» - это книга про Маяковского. Еще книга о Маяковском иностранного автора – «Ставка – жизнь». Вот я погружен в эти книги. Я знал о том, что там написано, но это подано с исторически правильных позиций. Я знал отдельные факты, но теперь я могу понять, что у Маяковского происходило с Вероникой Витольдовной Полонской, почему такая страсть к Татьяне Яковлевой, почему такая страсть к Лилии Брик, что это такое. Человек попал в семью Лилии Брик и Оси Брика, которые являлись особо ценными сотрудниками ГПУ!

Виктор Резунков: У нас звонки. Михаил из города Братск, пожалуйста.

Слушатель: Как вы видите развитие культурного кризиса страны и примерные пути выхода из него?

Олег Басилашвили: Это трудный вопрос. Я не могу сказать, что сейчас культурный кризис. Сейчас все-таки все работники культуры, желающие заниматься театром, литературой, музыкой и так далее, ничем не ограничены. Пожалуйста, садитесь, работайте. Дело упирается в деньги, нужно помещение для театра, нужно снять фильм, а тебе богатый купец диктует, что ты должен снять развлекательное кино, а ты хочешь снять «Зеркало», как Тарковский. Но в принципе, ты свободен. Другой разговор, что сейчас такое время… Может быть, помните историю, как приезжали первые завоеватели вновь открытых островов, капитан Кук, выбегали туземцы полуголые, им дарили стеклянные бусы, и они за них отдавали все. У меня такое ощущение, что часть нашего народа превратилась в такого рода туземцев, которым нужны развлечения американского типа. Я не могу видеть людей, жрущих попкорн в кинотеатрах и звонящих по телефону. Им подавай развлечения, думать они не хотят. Это пройдет, я убежден. Я иногда выступаю с поэтическими концертами, и было битком народу, в 90-е годы перестали ходить, а сейчас снова ходят. Это детская болезнь, и она пройдет.

Виктор Резунков: Илья из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Хотел бы напомнить, что фраза о стилистических разногласиях с властью принадлежит Андрею Синявскому. И у меня к вам вопросы. Если во второй тур президентских выборов выйдут Зюганов и Путин, за кого вы будете голосовать? И второе, на ваш взгляд, по-прежнему провинция влюблена в Путина?

Олег Басилашвили: Я думаю, влюбленности никогда и не было никакой. Провинция занята своим делом. Влюбленность создается чиновничеством. И сравнивая Москву, как центр, культуры, и Пермь, Самару или Новосибирск, должен сказать, что в этих «провинциальных» городах создаются произведения значительно более весомые и нужные, духовные, нежели чем в Москве. Будем говорить, в процентном отношении. Так что я не могу назвать эти города провинцией. Мне кажется, что духовная жизнь сейчас перекочевывает именно туда, не на восток, а в так называемые большие и небольшие провинциальные города. Я там познакомился с громадным количеством интересных людей, начиная от смотрителей музеев, бедных старушек, получающих 4 тысячи за круглосуточную вахту, и кончая артистами, литераторами и так далее. И у меня с ними связаны большие надежды. В Москве в основном я попадал в компании элитной молодежи, а слово «элита» вызывает во мне отвращение. А по поводу первого вопроса, я надеюсь, что второго тура не будет в этом составе.

Виктор Резунков: Геннадий из Ленинградской области, пожалуйста.

Слушатель: Снимаетесь ли вы в каких-то фильмах и есть ли такие намерения? И в какое время начинались последние митинги на Пионерской площади в Петербурге?

Олег Басилашвили: Я там был в три часа, а когда они начинались, я не знаю. Там уже была полная площадь народу. По поводу фильмов, вы знаете, странная вещь. Вот я совсем недавно снимался на «Грузия-фильм», у очень талантливого молодого режиссера Резо Дидинаишвили. Он снимает картину «Любовь с грузинским акцентом». Я там играю грузина. Этот фильм состоит из новелл. Мы с Чуриковой играем двух посторонних друг другу сначала людей, она потеряла мужа 4-5 лет назад, а я потерял жену тоже 4-5 лет назад, и оба очень их любили и испытывают страшное горе. И как это горе людей постепенно сводит вместе, и они становятся счастливыми. Не знаю, что получилось, но мне режиссер очень нравится, он тонко чувствует актера. Что Два года тому назад я снялся с картине вместе с Алисой Бруновной Фрейндлих, которая называлась «Марево». Это картина о маленьком Николае Гоголе, он мальчик 10-11 лет, он тяжело болел, и в бреду ему приходят картины, которые он впоследствии опишет. И он отвергает эту жизнь противную, а мы видим, что люди, которыми он пока так брезгует, это есть та соль земли, на которой земной шар держится. Может быть, мы плохо сделали эту картину, режиссер – Худяков, но такое количество бездарных фильмов идет по телевидению, а мы для телевидения делали, что наш фильм не может быть самым плохим. Он ни разу не вышел, не знаю, куда он делался. Причем Худяков – режиссер высочайшей квалификации, у него ряд прекрасных фильмов, и я не думал, чтобы он сделал плохой фильм. Так что вот исчезло и все. Что касается намерений, есть у меня намерение, мне неоднократно предлагали сыграть роль Иосифа Виссарионовича Сталина. Меня очень интересует эта фигура – как сын горийского сапожника Сосо Джугашвили стал властелином половины мира. Это историческая загадка. И как этот властелин сам себя заточил в маленькую комнатку, 6 метров, никого к себе не пускал, вырезал из журнала «Огонек» цветные картинки, прикнопливал их на стенки и этим развлекался. У меня был один сценарий, очень хорошо написанный, но не было денег. Был второй сценарий, но я от него отказался, потому что не поверил в ту историю, которая там описана, а там Сталина сыграл Юрский, и очень хорошо сыграл, и история получилась достоверная. Хотя, конечно, это фантастика. Сейчас есть еще сценарий, но там Сталин подвергается реабилитации полнейшей, и меня сомнения гложут. Ну, посмотрим…

Виктор Резунков: Наш слушатель Вячеслав Суслин из Красногорска пишет: «Олег Валерьянович, как вы отнеслись к поступку Станислава Говорухина?» Он возглавил президентскую кампанию Владимира Путина.

Олег Басилашвили: Станислав Говорухин, несмотря на мое большое уважение к нему, вызывает у меня часто большое удивление. Например, он ругает все, что связано с ельцинской политикой в культуре. Но он забывает о том, что когда я был народным депутатом России и бегал по Москве в поисках кандидата на роль министра культуры Российской Федерации, мне было предложено, но я не мог – я в Питере, и я актер, дважды мне Ельцин предлагал. Я бегал и к Свиридову, и к Евтушенко, ко всем людям, которые вызывают у меня уважение, и все отказывались. А Говорухин снял фильм «Так жить нельзя», и я повез депутатов на «Мосфильм» смотреть эту картину. И после просмотра этой картины Ельцин становится председателем Съезда. Это была моя первая победа, благодаря Говорухину. И я пошел к Говорухину и начал его уговаривать стать министром. Он согласился. Я бегу к Силаеву, председателю совета министров Российской Федерации, Силаев едет к Говорухину, и Говорухин дает слово, что он будет министром культуры. И месяц или два отдыха депутатского. И через два месяца Говорухин сказал: «Я не буду. Зачем мне это надо?» А теперь он имеет совесть крыть то время. А ведь он мог многое исправить в то время, мог повлиять на принятые решения. А он ушел в сторону. Так кто виноват? Вот что такое Говорухин. Хотя отношение как к режиссеру у меня крайне уважительное.

Виктор Резунков: Олег из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Как вы относитесь к Явлинскому и как вам его программа?

Олег Басилашвили: Я чрезвычайно серьезно подошел к выборам в этом году и пытался познакомиться со всеми программами всех основных кандидатов. Единственное, где нет демагогии, это Явлинский. Его программа «Земля, дома, дороги» - я считаю, это единственный реальный путь к возрождению России. У всех остальных программы – заплаты на тришкином кафтане. Надо смотреть корень, и мне кажется, что Явлинский единственный такой кандидат. Поэтому я голосовал за «Яблоко» и буду голосовать за него, если он успеет собрать подписи, чтобы быть кандидатом в президенты.

Виктор Резунков: Владимир из Московской области, пожалуйста.

Слушатель: Если Владимир Путин снимет свою кандидатуру с выборов, за кого бы вы голосовали?

Олег Басилашвили: Я бы голосовал все равно за Явлинского. Ну, в крайнем случае за Миронова. Потому что остальные… Ну, Жириновский – это своеобразный слепок с ЧК, Зюганов – мы уже 75 лет прожили под игом Компартии, и ни к чему хорошему это не привело.

Виктор Резунков: Спасибо! С наступающими праздниками!

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG