Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
Ирина Лагунина: Я в последнее время много думала над тем, в какой же момент российская власть столь драматическим образом потеряла авторитет. Владимир Путин и мальчика в живот целовал, и журналистов от тигров спасал, и пожары тушил. И все это не воспринималось комично. Момент, когда авторитет рухнул, на мой взгляд, это извлечение на поверхность воды двух амфор 6 века – из раскопок древнегреческого города Фанагория на дне Таманского залива. После этого все понеслось вниз стремительно. И появились не только анекдоты, но и многочисленные карикатуры с амфорами. А ведь в России этот жанр все еще не очень развит.
Работы сербского карикатуриста Предрага Кораксича, известного под псевдонимом Коракс, пользуются огромной популярностью не только в Сербии. За свои политические карикатуры художник получил множество наград - за огромный вклад в развитие демократии в Сербии, в том числе французский Орден почетного легиона. О характере политического протеста через карикатуру с Предрагом Кораксичем беседовала Айя Куге.

Айя Куге: Коракса в Сербии знают все. Он считается подлинным свидетелем времени, а его карикатуры, которые, кстати, никогда не сопровождаются текстом, - лучшим политическим комментарием. В девяностые годы Предраг Кораксич – Коракс был в первых рядах борьбы против авторитарного режима Слободана Милошевича. Когда в 2000 году к власти пришли демократические силы, у Коракса, кажется, работы не стало меньше. Есть ли разница в работе карикатуриста между временами Милошевича и временами сегодняшними? За исключением того, конечно, что сегодня, наверняка, карикатуристам в Сербии никто не угрожает.

Предраг Кораксич: Теперь мне легче – раньше у меня не было возможности узнать, что на самом деле творится за кулисами, не было никакой информации, и получить её было невозможно. Я мог следить за политикой лишь через замочную скважину или заглядывая через забор – пытаясь угадать, что там происходит. А теперь вся политическая арена перед глазами, и на ней, кстати, происходит много глупостей, но на чуть более низком уровне. Не такие важные решения принимаются, как это было во времена Милошевича, когда от власти зависела наша жизнь и выживание. Огромная разница также в уровне свободы. Работать я сейчас могу совершенно свободно, без каких бы то ни было ограничений. Правда, я раньше, при Милошевиче, тоже не особо считался с тем, что можно и что нельзя. Мне было важно высказать то, что я думаю, не считаясь с последствиями.

Айя Куге: Высокопоставленный американский дипломат Ричард Холбрук рассказывал, что в военные времена 90-ых годов, когда он приезжал на переговоры в Белград, Слободан Милошевич, чтобы доказать, что в Сербии полная свобода печати, неоднократно показывал ему газеты с вашими карикатурами со словами: “а этот карикатурист не арестован”. Однако режим Милошевича вас перед пенсией выдворил из газеты, где вы провели долгие годы, а позже закрыл четыре печатных издания, на которых вы работали.
Пришли новые времена, но вы продолжаете работать ежедневно. Главные темы сегодня?

Предраг Кораксич: В последнее время это стремление вступить в Евросоюз и препятствия на пути этого стремления. Эта тема меня постоянно захватывает, она актуальна и ежедневно перед глазами. А актуальна она, в том числе и из-за того, что ничего у нас в Сербии не решается, мы всё топчемся на месте. Все темы повторяются изо дня в день – а на самом деле постоянно одна и та же тема. Поэтому моя главная проблема – не повториться в своих карикатурах.

Айя Куге: Целое десятилетие главным героем ваших карикатур был Слободан Милошевич, с женой и свитой. Все замечали невероятный факт – Милошевич в жизни всё больше становился похож на ваши карикатуры, а его жену Миру, которую вы всегда рисовали с цветком в волосах, многие вообще помнят как карикатуру, а не как реального человека. В одном интервью жена Милошевича заявила, что вы самый плохой карикатурист на свете. Существует мнение, что Милошевич и его окружение, кроме Миры Маркович, не были в состоянии понять смысл, послание, содержащееся в ваших карикатурах. Одна из них мне особенно запомнилась: длинная очередь соратников Милошевича стоит, чтобы шагнуть в пропасть, а он сам в конце этой очереди – с парашютом на спине.

Предраг Кораксич: Я всегда стараюсь рисовать не такие карикатуры, которые оскорбляют, а такие, которые выделяют проблему, в которых есть насмешка и ирония. Я работаю только с картинками – все мои карикатуры без текста, даже без заголовка. Действующие лица -всегда известные личности. Я стараюсь их как можно лучше нарисовать, чтобы карикатуры были и в художественном смысле качественные и одновременно узнаваемые. Я часто ставлю своих персонажей в абсурдные ситуации из художественной литературы или сказок. Я всегда мыслю в картинках.

Айя Куге: В мрачные 90-ые годы в Сербии борьба против режима порой успешнее всего велась с помощью иронии, сатиры, юмора. В этом жанре на передовой был Радио-театр Индекс, молодёжное движение “Отпор” и вы с вашими карикатурами. Все с нетерпением ждали газету “Борьба”, на первой странице которой ежедневно публиковался новый политический анекдот. Кажется, что на сегодняшний день из всего этого разнообразия юмора остались только ваши карикатуры. Вы слышали в последнее время в Сербии политические анекдоты?

Предраг Кораксич: Политические анекдоты? Слабые, очень слабые! Лучшие анекдоты всегда появляются во времена жестких политических репрессий, когда их рассказывать опасно. У нас сейчас самые популярные герои анекдотов - двое глуповатых друзей Хасо и Муя. Например: Муя сидит в парке, подходит Хасо и говорит “сидишь размышляешь?”. А Муя отвечает: “нет, только сижу”.

Айя Куге: У сербов есть такая примета: ты не политик, если тебя не нарисовал Коракс. Однако многим сербским политикам, считающим себя демократами, также не нравятся ваши карикатуры. Ещё совсем недавно, когда премьер-министром Сербии был Воислав Коштуница, он подвергал вас резкой критике. А вскоре после этого демократически ориентированный журнал “Время”, в каждом номере которого выходила ваша карикатура, отказался от сотрудничества с вами.

Предраг Кораксич: Это действительно парадокс. Настал момент, когда главному редактору помешало то, что я в своих карикатурах задеваю Воислава Коштуницу. Сначала он по-дружески сказал: давай, чуть отдохни до следующей недели! А на следующей неделе, когда я пришел с карикатурой, опять то же самое – возьми небольшой перерыв. Это начало повторяться, и вдруг, при случайной нашей встрече в кафе, редактор говорит: «Тебе бы стоило прекратить заниматься карикатурой и остаться легендой. Карикатура, кстати, устаревшая форма». А в ответ я спросил, не хочет ли он, чтобы я прекратил работать в журнале «Время». Он сказал: «Хочу». Всё в порядке! И так это закончилось.

Айя Куге: Напомню, мы беседуем с известным сербским карикатуристом Кораксом.
А как складываются ваши отношения с Демократической партией, лидером которой является президент Сербии Борис Тадич?

Предраг Кораксич: Что-то в последнее время из Демократической партии больше мне не звонят, никуда не приглашают, а раньше постоянно приглашали. Ведь я поддержал Бориса Тадича, когда он был кандидатом в президенты. И когда Тадич стал президентом, меня приглашали рядом с ним на трибуны. Но потом я сказал ему: Борис, выбрали тебя, но ты знаешь мою позицию – я не преклоняюсь ни перед кем, и если дашь повод, не буду щадить тебя в своих карикатурах. Вскоре, когда появилась целая серия карикатур с Борисом Тадичем, позвонил его секретарь с просьбой продать некоторые из этих рисунков. Я отправил им около ста карикатур, они выбрали около тридцати оригиналов и заплатили за это. Они купили те карикатуры, которые были не такими острыми, помягче.

Айя Куге: Из ваших карикатур видно, что вы много критикуете Тадича и его Демократическую партию из-за того, что они правят с помощью коалиции с социалистами – бывшими соратниками Слободана Милошевича.

Предраг Кораксич: Я очень разочарован нынешней политикой Демократической партии. Мое мнение - они растратили весь тот политический капитал, который оставил им убитый премьер-министр Зоран Джинджич. Мое мнение: Тадичу нельзя было создавать коалицию с Социалистической партией. Никогда ему не смогу этого простить. Я об этом постоянно говорю в своих карикатурах. Я не вижу на нашем горизонте умных и смелых политиков. Все они врут. Например, стремятся, якобы, вступить в ЕС, а поддерживают баррикады, воздвигнутые сербами на севере Косова. Кстати, эта история с баррикадами крайне тёмная – стало известно, что баррикады организуют криминальные элементы, для своей выгоды. Раньше мы думали, что в Косове действительно протестуют сербы, жизнь и существование которых там под угрозой. Оказалось, что контроль границы не в интересах людей из преступных кругов - таможня мешает контрабанде, которой занимаются вместе и сербы, и албанцы.

Айя Куге: На одной из ваших последних карикатур президент Борис Тадич и немецкий канцлер Ангела Меркель, воспрепятствовавшая недавно предоставлению Сербии статуса кандидата в члены ЕС - именно из-за лицемерной политики Белграда по отношению к Косово. Тадич в знак приветствия протягивает Меркель вместо руки длинный нос. Вроде получается: Сербия в Европу не собирается. А каковы ваши прогнозы по поводу будущего Сербии?

Предраг Кораксич: Я рациональный пессимист. Мне уже много лет, почти восемьдесят, и я бы очень хотел дождаться света в конце туннеля. Не буду провозглашать себя пессимистом, но чувствую, что в стране ничего не движется, как надо. Однако мне хотелось бы верить, что в более отдаленной перспективе всё завершится оптимистично и конец не будет печальным.

Айя Куге: Мы разговаривали с популярным сербским карикатуристом Предрагом Кораксичем – Кораксом.
XS
SM
MD
LG