Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

После декабрьских массовых протестов Россия изменилась – это ясно всем: и тем, кто хотел подобных изменений, и тем, кто их боялся и продолжает бояться. Что же это за перемены? Формулировки разные, но суть одна. «Народ проснулся». «Формируется гражданское общество». «Люди, наконец, почувствовали себя гражданами, поняли, что от каждого что-то зависит», - примерно такие ответы давали мне участники митинга 24 декабря на проспекте Сахарова.

После декабрьских массовых протестов Россия изменилась – это ясно всем: и тем, кто хотел подобных изменений, и тем, кто их боялся и продолжает бояться. Что же это за перемены? Формулировки разные, но суть одна. «Народ проснулся». «Формируется гражданское общество». «Люди, наконец, почувствовали себя гражданами, поняли, что от каждого что-то зависит», - примерно такие ответы давали мне участники митинга 24 декабря на проспекте Сахарова.

А мне вот еще что кажется важным: во-первых, были сняты многие запреты (и властью, в том числе), а во-вторых, людям надоело молчать, у них прорезался голос. На проспекте Сахарова компания юношей совсем простецкого вида без устали в течение 4-х часов выкрикивала имя известного политического деятеля в сочетании с нецензурными ругательствами. Они, кажется, пришли раньше всех и «митинговали» до самого конца. Когда в половине седьмого я у входа в метро брала интервью у последних участников акции, эти ребята своими истошными матерными воплями загубили мне не одну запись. Не думаю, что они преследовали при этом какие-то политические цели, что им есть дело до честности или нечестности выборов. Просто их все, что называется, «достало», а тут можно вдоволь поорать, всех обозвать, кого раньше обзывать было нельзя, и отвести, таким образом, душу.

И еще одно. Участники митингов, люди очень разные: молодые и старые, богатые и бедные, - встретились, увидели друг друга. И каждый понял, что он не один, что не только кучка его друзей и единомышленников недовольна тем, что происходит в стране. Вдруг оказалось, что таких людей очень много и что они даже научились объединяться для совместных акций. А ведь это очень важно. И это многое меняет. Одна пожилая женщина сказала мне на митинге 24 декабря: «В последнее время я очень пессимистично смотрела на нашу будущую жизнь. А сейчас какая-то надежда во мне проснулась. Я увидела тысячи молодых лиц, очень хороших, чистых, ясных, которые хотят перемен, которые хотят хорошо и честно жить!».

Таких лиц, и в самом деле, было много на проспекте Сахарова. Мое внимание привлекла молодая пара с огромным рюкзаком. Чуть подальше, прислоненные к ограде, стояли лыжи: видимо, после митинга ребята собирались за город. Молодой человек в интервью цитировал Маркса. А девушка, как выяснилось, работает учительницей, и она воочию видела вбросы бюллетеней на избирательном участке в школе. «Я объясняла коллегам, что этого делать нельзя, но они не слушали. Боялись, что их выгонят с работы или закроют школу. Говорили, что один человек не может ничего сделать. Но уже после выборов директор школы мне сказала, что многие изменили свое мнение.» Стало быть, может что-то сделать даже и один человек!

Многие мои собеседники выражали не только политическое, но и социальное недовольство. Запомнился мальчик-десятиклассник. «Надоела откровенная ложь, цинизм, - говорил он. - Моя бабушка отработала 30 лет, а теперь у нее онкологическое заболевание, а ей даже не на что достойно лечиться! Мать с отцом работают на заводе. 15 тысяч – что это за зарплата? Нельзя так!» Юноша слушает Шевчука и радуется тому, что на его концерты ходит много молодежи, которая хочет перемен. И ведь это московский житель! А если вспомнить, какие зарплаты в российской глубинке? Какая там безнадёга? Сколько же там недовольных, которые надеялись в начале двухтысячных годов, что «сильная рука» наведет в стране порядок, но надежды которых не оправдались? Не сомневаюсь, что и этим людям молчать надоело.

И еще одно. Перемены заметны и в научном сообществе. Недавно я пригласила в эфир обсудить ситуацию двух экспертов, которых вполне можно назвать идеологическими противниками. Именно потому и позвала их вдвоем: полемика всегда звучит интереснее, чем диалог единомышленников. И что же? Приходят ко мне эти люди и в течение часа, что называется, «дудят в одну дуду»! После программы говорю одному из участников, который собирался особенно активно полемизировать: «А что ж вы вот это не сказали, и вот это, и еще вот то: собирались ведь, как явствовало из нашего предварительного разговора?» А он в ответ: «Так вы бы мне напомнили…» Забыл. Значит, настолько интересен был сам предмет обсуждения, что для разногласий и места не осталось! А вообще, глаза у ученых, исследующих общество, в последнее время горят неугасимым огнем, и оживление в этой среде царит необыкновенное: идет энергичный обмен мнениями, создаются новые научные сообщества, эксперты сами звонят и предлагают темы для эфира... Оно и понятно: ведь происходит нечто не просто интересное и необычное, но и совершенно неожиданное. Вспышки протестов такого масштаба не ждал никто. Одно из объяснений, которое приводят социологи: подобные перемены происходят сначала в активном продвинутом меньшинстве, в крупных городах, поэтому массовые всероссийские опросы на этой стадии изменений еще не улавливают.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG