Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Политик Илья Пономарев – об оппозиционном протопарламенте и шествии 4 февраля


Илья Пономарев

Илья Пономарев

Российская оппозиция готовится к новым акциям протеста. На заседании Инициативной группы протестных действий принято решение о создании координационного центра по проведению новых акций "За честные выборы" и других политических кампаний.

О том, что планирует оппозиция, в эфире РС рассказал депутат Госдумы Илья Пономарев, который вел заседание 4 января:

– Был обсужден план проектов совместных действий на ближайшее время, были сформированы рабочие группы, которые будут заниматься подготовкой наблюдателей и составлением списков проблемных участковых избирательных комиссий и проблемных судов, и собирать данные, которые нужны для выполнения требований митинга. Например, требование об освобождении политзаключенных трудновыполнимо, если мы не предоставим их списка, а этот список у каждой политической организации свой. Необходимо составить сводный.

Вторая вещь, которая обсуждалась на этом собрании, не менее важна – это как будет строиться наша работа. В процессе подготовки митингов было несколько организационных центров, и были некоторые рассогласования. Теперь мы решили, что организационная работа митинга должна идти преимущественно на базе Лиги Избирателей, но необходимо сформировать политический центр, который бы занимался выработкой дальнейшей повестки дня и формулированием наших требований. Этот центр начал складываться на этом собрании, мы надеемся, что это будет одна общая структура. Мы выдвинули несколько человек, в число которых вошел Алексей Навальный, Сергей Удальцов, Лев Пономарев, ваш покорный слуга и представитель "Белой ленты", для того, чтобы потом договориться со всеми заинтересованными сторонами, чтобы это была единая структура. Я достаточно оптимистично смотрю, что это может получиться.

– На собрании возникали споры: в основном, спорили националисты и либералы. Надо сказать, это производит не очень приятное впечатление на сторонних зрителей.

– Такие споры неизбежны. Еще совсем недавно, до начала протестов я не мог представить никаких координационных структур, которые пытались бы согласовать интересы разных политических движений. И главная задача этой структуры: через споры, через дискуссии выработать общую повестку дня, которая устраивала бы всех. Это очень сложно сделать, и поэтому неминуемо мы будем все время видеть такие противоречия. Это нормально, это и есть, если хотите, протопарламент. Я не видел на этом заседании при всем бардаке, который там был, какого-то принципиального отличия, например, от заседания британского парламента. Там точно так же с оскорблениями, яростными спорами выкристаллизовываются вполне взвешенные, компромиссные и вменяемые решения. Те решения, которые мы приняли, доказывают, что мы можем работать ровно в таком же режиме.

– В переписке с Борисом Акуниным Алексей Навальный говорит, что "для Путина и кремлежуликов задача выставления пробудившегося гражданского общества кучкой сварливых, алчных сумасшедших вопрос номер один в деле политического выживания". Я знаю, что вы, несмотря на это, сторонник полной открытости и трансляции в интернете всех внутренних дискуссий, всех заседаний.

– Я согласен с тем, что такая пропагандистская задача у режима стоит. Но я думаю, что они будут делать это через провоцирование личных конфликтов известных персон. Потому что все-таки очень трудно заставить широкую публику смотреть подобного рода заседания. Смотрят люди заинтересованные. Были трансляции съездов народных депутатов СССР, когда только начинался процесс в 80 годы. Мы сейчас находимся примерно в той же самой точке. Я считаю, что открытость должна быть. Я провел голосование в сети после того собрания инициативной группы, и порядка 80% сказали, что они хотели бы видеть трансляции и хотели бы, чтобы этот процесс шел и дальше так же, без ограничений. Около 20% высказались за то, чтобы трансляции продолжались, но при этом было ограничение на участие людей в этих собраниях. Большинство стоит за открытую площадку. И я считаю очень важным, что мы не пытаемся каким-то образом структурировать еще не структурированное движение, даем возможность каждому себя показать, показать умения, внести то положительное, что у него есть. К сожалению, будет лишняя трата времени, будет шум и бардак.

– Мне это напомнило дискуссии в диссидентских собраниях в 80-е годы, еще до съезда народных депутатов. Люди, которые участвовали в этих заседаниях, в дальнейшем сыграли довольно скромную роль в политической жизни, а все решил раскол наверху. Не окажется ли и сейчас, что ключевую роль сыграет какая-нибудь свара Володина и Суркова, а вовсе не заседания оппозиционных комитетов?

– Я с этим не соглашусь. Фигура Бориса Николаевича Ельцина возникла на заседаниях Межрегиональной депутатской группы, которая не смогла между собой договориться и выдвинула компромиссную фигуру, которая выглядела меньшим злом. Вижу признаки того, что это может повториться и сейчас, такую роль играет Алексей Навальный. Я не считаю, что это является чем-то плохим, потому что многие личностные качества Навального лучше, чем личностные качества Ельцина: у Алексея есть идеология, есть своя повестка дня. Наличие раскола вверху является важным фактором, он был и в 80-х, и сейчас поведение Алексея Кудрина наглядно показывает, что такой раскол, аккуратно скажем, наметился в современной России. Без этого раскола победа была бы крайне затруднительной, но не он является движущей силой. Все равно мы увидим новые лица, мы увидим принципиально новые политические силы так же, как это происходило в начале 90-х годов.

– Вы упомянули Кудрина. Многие не понимают его роли. Я знаю по вашему блогу, что вы прислушиваетесь к его заявлениям. Что за игру он ведет?

– Алексей Леонидович Кудрин всегда был моим идейным противником, когда он был министром финансов. Это был один из тех министров, с которыми мы спорили больше всего. Но в то же самое время это был министр, у которого была понятна повестка дня. Было понятно, что те вещи, которые он делает, исходят из некоей системы ценностей. И сейчас он продолжает играть ту же самую роль. Часть современной российской элиты считает, что для того, чтобы не потерять то, что они считают завоеваниями 90-х (прежде всего, процесс приватизации, крупные бизнесы), сейчас необходимо идти на уступки. Другая сторона российской власти, которая, прежде всего, ассоциируется с силовиками и упомянутым вами Володиным, говорит о том, что все само собой образуется, протестная волна представляет собой сборище бандерлогов, которые неспособны к совместным действиям и рано или поздно это все успокоится, мы их передавим. Вот между этими позициями во власти идет противоречие. Конечно, если исходить из принципа "чем хуже, тем лучше", с точки зрения успеха революционного движения можно пожелать успеха позиции Володина, потому что она ведет к полному распаду нынешней системы государства и власти и полному ее демонтажу. Соответственно, Кудрин пытается этого не допустить, сохранив хоть что-то.

– Пока 10 тысяч москвичей в "Фейсбуке" выразили намерение придти на акцию 4 февраля. Что нужно сделать, чтобы пришло не меньше, чем на проспект Сахарова и на Болотную?

– Я думаю, что придет еще больше, чем пришло на проспект Сахарова. Кремлевские пропагандисты делают для этого все возможное. Заявление Володина о первом туре, блестящее выступление Владимира Чурова на "Эхе Москвы" этому, безусловно, способствуют. Главное, чтобы акция 4 февраля была бы людям интересна. И поэтому переход к формату шествия – это хорошо. Необходимо, чтобы эта акция была более удалена от интересов отдельных политических групп, чем был митинг на Сахарова, и шествие этому может помочь, потому что в рамках шествия можно структурировать идейные группы по расстановке колонн, и соответственно, сделать свой состав выступающих в каждой колонне. Но главное, подчеркиваю, поведение властей. Видно, что они продолжают находиться в своем мире, продолжают гнуть свою линию, продолжают вести курс на победу Владимира Путина. Чем более явно они будут проводить эту линию, тем больше людей выйдет.

– Вы написали в своем "Твиттере", что в Москве сейчас решается судьба России. Почему вы уверены, что сейчас всё решится?

– Потому что такого масштаба мобилизации до сих пор не было. Этот масштаб увиден элитой, элита раскололась – это тоже есть, это важнейший признак того, что перемены по-любому будут. Главный вопрос сейчас не о том, будут или нет, главный вопрос – какова их глубина. Потому что, конечно, действия со стороны, условно говоря, Кудрина могут привести к тому, что какой-то градус протеста будет сбит и будут приняты промежуточные решения о том, что основы системы не меняются, но через какое-то время, через год-полтора назначаются новые выборы парламента, например. Это может обмануть людей. Но я думаю, что все равно все упрется в фигуру Владимира Владимировича Путина. Я вообще считаю, что если бы он не пошел на третий срок, а на второй бы срок пришел президент Медведев, никакого противостояния даже при значимых фальсификациях на выборах не случилось бы. Люди не считали бы себя настолько оскорбленными. А именно эта позиция Путина приводит к массовым протестам. Насколько он сам будет в состоянии осознать и насколько будет в состоянии отойти в сторону и дать путь реальным, а не декоративным имитационным реформам, которые сейчас заявлены Медведевым, вот это и определит, развалится ли система власти в стране окончательно или будут какие-то постепенные реформы.

Фрагмент программы "Итоги недели"

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG