Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Александр Генис: После зимних каникул американские ученики вернулись в школы – и все они, школы, разные. Поскольку в США, в сущности, нет единого стандарта обучения, школы сильно разнятся между собой и бывают весьма оригинальными – как это показывает репортаж из провинции нашего корреспондента Владимира Морозова.

(Звучит песня группы ''Pink Floyd'' ''We Dont Need No Education'')

Владимир Морозов: ''Не надо нам никакого образования! Учителя, оставьте детей в покое!''
В деревне Newcomb школа стоит на пригорке, видно ее издалека. Лет 30 назад это был небольшой шахтерский городок с населением в полторы тысячи человек. Но шахта закрылась, и люди стали разъезжаться. Сегодня здесь живут всего 425 человек. Когда-то в школе было почти столько же детей. Рассказывает ее директор Скип Халтс.

Скип Халтс: Когда я приехал сюда в 2006 году, в школе оставалось всего 57 детей. Потом в начале 2007-го из деревни Newcomb уехали две семьи, и осталось 55 школьников. У меня были учителя – 25 человек, были книги, столы, все что надо, кроме учеников.

Владимир Морозов: Но почему у вас сохранялся штат преподавателей, если им некого было учить?

Скип Халтс: По законам штата, даже если у вас в старших классах всего один ребенок, вы обязаны иметь полный комплект учителей по всем предметам.

Владимир Морозов: Newcomb вымирал. Его по инерции называли ''городок'', но он давно стал деревенькой. Власти штата подумывали, чтобы закрыть школу. Но тогда детей пришлось бы возить в другую побольше, а она аж за 30 с лишним километров. Здесь, на севере штата Нью-Йорк, в горах Адирондак, такие снегопады, что не всегда проедешь. И тогда директор школы предложил спасти и ее и всю деревню, пригласив детей из других стран. Идея звучала смехотворно. Кто поедет в такую глухомань! Но охотники нашлись. Луизе 16, она из Бразилии.

Луиза: Это такая маленькая деревня. В деревне даже мобильные телефоны не работают, потому что кругом горы. А в Бразилии я жила в Сан-Паоло, там больше миллиона народу. И в деревне сначала сильно скучала, даже плакала. Но потом, в августе, стали приезжать дети из других стран. Я подружилась с ними и с местными. И теперь Newcomb мне как дом родной. Привыкла. Это оказалось легче, чем я думала.

Владимир Морозов: Дети из других стран приезжают на год. За пять лет их побывало здесь более 40 из 21 страны. Ну, и как у этих иностранцев дела с английским языком, спрашиваю я 14-летнюю Никол.

Никол: В начале учебного года их иногда трудно понять, такой у них акцент. А к весне они уже болтают, как настоящие американцы. Но сначала некоторые вообще стесняются говорить.

Владимир Морозов: А вы можете по их произношению определить, кто из какой страны?

Никол: Да, могу. Вот, например, русские сначала плохо произносят звук 'th''. В конце слова у них выходит что-то вроде ''к-ххх''.

Владимир Морозов: Иностранные школьники в крохотной горной деревне – статьи с такими заголовками замелькали в газетах. Это привлекло к школе внимание всего штата, а затем родителей и детей из ближайших городов. Хотя при здешних расстояниях ближайшие не так уж близко.14-летняя Микела Мозес из города Квинсберри. От деревни Newcomb это больше 100 километров.

Микела: Я живу тут с дедушкой и бабушкой. А на выходные езжу к маме в Квинсберри. Мы с мамой выбрали для меня эту школу, потому что тут лучше учат. Я бы пошла в частную школу, но там надо платить чуть ли не 30 тысяч в год. Маме столько не потянуть. Отец с нами не живет, мама работает лаборанткой в рентгеновском кабинете. А мне нужна хорошая подготовка. Ведь я пойду в колледж, чтобы стать врачом.

Владимир Морозов: Понятно, что общественная школа с американцев денег не берет. А во сколько обходится обучение иностранцам?

Скип Халтс: Иностранные ученики платят 4 тысячи долларов школе за обучение и 4 тысячи семье, где живут. У нас около 100 детей, так что компьютеров в классах больше, чем учеников. Классы небольшие, в старших от 8 до 12 человек. Получается частная школа по цене общественной.

Владимир Морозов: Директор школы Скип Халтс надеется со временем привлечь в Newcomb детей из больших городов, таких как Буффало, Сиракузы, из столицы штата города Олбани и может быть, даже из Нью-Йорка. Скип, скажите, а как отнеслись к иностранцам местные жители? Тут все-таки небольшая деревня.

Скип Халтс: Да, поначалу местные немного опасались иностранцев. Понаедут хулиганы какие-нибудь, привезут с собой наркотики, кто их знает. Но потом увидели, что к нам едут только те, кто высоко ценит образование. Ну, и привыкли. Теперь в августе ждут, что вот скоро появятся ребята из разных стран. Это стало нормой.

Владимир Морозов: Кстати, как у вас в деревне Newcomb с работой? Тут ведь не так много мест, куда можно устроиться. Где, например, работает ваша жена?

Скип Халтс: Моя жена ежедневно проезжает на машине 130 миль, то есть больше 200 километров на работу и обратно. Она физиотерапевт в городе Мейфилд, недалеко от озера Сакандага. Если хочешь иметь приличную работу, приходится далеко ездить.

Владимир Морозов: А какую зарплату получают ваши учителя?

Скип Халтс: Около 44 тысяч долларов год в начале карьеры. Это средняя цифра и по штату Нью-Йорк. А преподаватели со стажем 25-30 лет получают 85 тысяч долларов.

Владимир Морозов: В длинном школьном коридоре вся стена завешана иностранными флагами. Финский, Японский, Корейский. Вот и российский триколор. 14-летний Акоп Акопян приехал сюда из Москвы. Скажите, Акоп, как вы учили там английский?

Акоп: У нас были уроки английского, три в неделю. Маловато. Ведь это была обычная школа. А потом дома я говорил на родном армянском языке. С друзьями - по-русски. Но у нас в деревне Newcomb есть ребята из других стран, которые говорят хуже, чем я. Они приехали, чтобы учиться. Здесь же семья на английском говорит, и друзья и школа.

Владимир Морозов: Акоп, представьте, что эту передачу слушают сейчас ваши родители в Москве. Что бы вы хотели им сказать? Говорите.

Акоп: Я хотел бы сказать, что не подведу их. Оправдаю все их надежды. Выучу английский и закончу хороший университет. И буду содержать их на старости.

Владимир Морозов: Маме, наверное, будет приятно, если вы скажете, что вы по ней скучаете. Или не скучаете?

Акоп: Я очень скучаю по ним. И по моему маленькому братику тоже. Дома живет еще моя бабушка. Ей тоже большой привет. Она, конечно, скучает.

Владимир Морозов: Много ли общественный школ в Америке приглашают детей из-за границы?

Скип Халтс: Я не знаю, сколько точно. В общественных школах это редкое дело. Но сейчас мне частенько звонят посоветоваться из 8 школ, которые хотят начать такие же программы, как наша.
XS
SM
MD
LG