Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Борис Немцов: "Ельцин был бы на Болотной"


Борис Ельцин, 1991 год.

Борис Ельцин, 1991 год.

Сопредседатель Партии народной свободы, вице-премьер российского правительства середины 90-х, член оргкомитета шествия и митинга 4 февраля Борис Немцов – о российских президентах: прошлых, настоящих и будущих.

– Борис, можете объяснить в двух словах, каковы задачи акции 4 февраля?


– Мы предложим там подписать общественный договор между гражданами и кандидатами в президенты. Честный договор, который называется "Кандидатский минимум". Кандидат в президенты, который хочет заручиться поддержкой участников протестов, не только у нас в Москве, но и по всей стране, должен выполнить несколько требований, первое из которых – немедленное освобождение политзаключенных. Список из 40 политзаключенных мы подготовили, и наши представители, в том числе Александр Рыклин и Геннадий Гудков должны этот самый список отнести в Кремль, руководителю администрации президента Сергею Иванову сразу после того, как пройдет митинг. Следующий пункт "кандидатского минимума" – проведение демократической политической реформы, включающей в себя отмену цензуры на телевидении, губернаторские выборы, регистрация оппозиционных партий. Еще одно требование – проведение открытых и честных парламентских выборов, а также выборов местного самоуправления. Кроме того, кандидат в президенты, который хочет получить нашу поддержку, должен провести в течение года честные и справедливые парламентские выборы и в течение двух лет – такие же президентские выборы.

В той или иной степени все кандидаты в президенты, кроме Путина, выразили готовность кое-какие пункты этого кандидатского минимума выполнить и включили их в свою программу. Полностью – Сергей Миронов. В высокой степени – Зюганов (у него, правда, нет пункта о том, чтобы провести президентские выборы в течение двух лет). Прохоров тоже готов провести политреформу, но не хочет проводить президентские выборы в течение двух лет, а хочет уйти через четыре года. Что касается кандидата Явлинского, то хоть его и сняли (на мой взгляд, совершенно незаслуженно), он, я уверен, подписался бы под этим договором прямо сейчас.



– А если говорить о долгосрочной программе - она есть у протестующих?

– Естественно. У нас абсолютно внятная политическая программа. Мы считаем, что нужно вернуть страну к демократии и провести политическую модернизацию.

– То есть люди будут жить лучше и богаче, если будет демократия? "С чего бы это?" – спросят у вас.

– Это абсолютно связанные вещи. Когда разрешили ругать Горбачева, появилась колбаса…

– Не сразу. Сначала она пропала окончательно.

– Не сразу, но потом, в конце концов, появилась… Если вы посмотрите, как развивается мир, увидите, что "золотой миллиард", то есть наиболее успешные страны мира, абсолютно разные, но их объединяет то, что это страны демократические, свободные. Поэтому если мы хотим хорошо жить – мы обязаны вернуть страну к демократии. От убогой, воровской авторитарной системы надо уходить.

Главный лозунг, с которым мы идем на марш: "Ни одного голоса Путину". Это объединяющий лозунг, а дальше вы уже сами выбирайте, за кого будете голосовать, либо перечеркните все фамилии в бюллетене крест-накрест. Кстати, должен вам сказать, что это тоже снижает шансы Путина попасть в Кремль.

– А лично вам кто ближе из существующих ныне кандидатов?

– Мне ближе тот, кто поддерживает наши требования. Пока это Миронов.

– А вдруг Геннадий Зюганов скажет, что он все одобряет – и вам придется выбирать между Зюгановым и Мироновым. Где критерий?

– Зюганов недавно цветочки к Сталину возлагал. К душегубу, который убил миллионы людей. Я за Зюганова голосовать не буду никогда!

– А если во втором туре окажется Путин и Зюганов?

– Перечеркну и Путина, и Зюганова. Конечно, с точки зрения не-победы Путина надо голосовать за Зюганова. Но мои родственники, которые погибли в ГУЛАГе, думаю, мне этого никогда не простят. Поэтому я этого делать не буду.

С другой стороны, перечеркивая бюллетень во втором туре, вы снижаете процент голосов, отданных за Путина и за Зюганова.

И я считаю, что если Путина, я извиняюсь, на соплях там проползет каким-то образом в президенты, получив меньшинство голосов, но став президентом, это будет очень слабый президент, который устроить, например, репрессии в стране, издеваться над страной так, как он мог бы в случае сокрушительной победы, не сможет.

– Как вы оцениваете свои визиты на телевидение?

– Я участвовал в программе "НТВэшники", которая вышла в воскресенье. Пять лет меня там не было. Путину надо во что бы то ни стало продемонстрировать, что на этих выборах все гораздо лучше, чем на думских, что у нас есть свобода слова – даже представители оппозиции могут прийти. Но все это похоже на имитацию, потому что, да, теперь нас стали пускать, но наиболее острые, наиболее серьезные, наиболее критические вещи, которые мы говорим в адрес того же Путина, они, конечно, тщательно вырезаются.

Был задан вопрос: "В чьих интересах работает Путин?" Мой ответ: "Путин работает в интересах крупного капитала своих друзей…" А дальше я перечисляю этих друзей поименно со всеми их "достижениями" – но все это вырезано. И про братьев Ротенбергов, и про Тимченко, и про Ковальчука. Вырезаны и рассказы о том, что по указанию Путина отдавались приказы стрелять по бесланской школе.

– Так зачем ходить на такой эфир, где вас фактически используют?

– Кое-что осталось. Например, то, что я сказал в ответ на тезис, что, Путин, мол, знает, как руководить страной, что вот он сейчас предложил новую программу… А сказал я примерно следующее: "А за 12 лет он не пробовал ничего сделать? Если продолжается вымирание населения, если сырьевая зависимость страны только усугубляется, если по уровню коррупции мы где-то на уровне отсталых африканских стран, – это разве не итог работы Путина?"

– Как бы вы подвели итог президентства Дмитрия Медведева?

– Медведев войдет в историю, думаю, с прозвищем "Жалкий". Четыре года никто ему особо не мешал, он мог много чего делать, много умных слов наговорил: "свобода лучше, чем несвобода", модернизация, инновации, Сколково, конкурентоспособность… Что только ни говорил – и ничего не сделал! Что связано с именем Медведева? Первое – война с Грузией и признание независимости Осетии и Абхазии. Второе – коррупционное изменение конституции в части продления президентского срока (как теперь ясно, для Путина) с четырех до шести лет и срока для депутатов Госдумы с четырех до пяти лет. Совершенно позорное решение, которое, конечно же, надо отменять. Третье – это грабительский договор "газ в обмен на флот" с Украиной, по которому мы платим из бюджета за "музей Черноморского флота" 4 млрд долларов в год, вместо того чтобы финансировать здравоохранение и образование. Это, собственно, третья его "заслуга" в кавычках. И четвертая, без кавычек, – отставка Лужкова.

– Нужно ли изменять конституцию?

– Я сторонник очень аккуратного подхода к конституции. Конституция – это, пожалуй, одна вещь, которая у нас не менялась с 1993 года. Но Путин ее растоптал, не хочет ее выполнять.

Но, безусловно, Конституция нуждается в корректировках. Я бы внес три поправки. Первая – в 81-ю статью: запретить одному человеку быть президентом больше двух раз. Если бы в третьей части 81-ой статьи убрали слово "подряд", то Путин не мог бы сейчас участвовать в президентской кампании. Вторая поправка: я бы обязательно укрепил роль парламента, усилил его. А именно – внес бы статью о парламентском расследовании, которая сейчас отсутствует. И третье – это роль Думы в формировании правительства. Я бы сделал так, чтобы не только премьер-министр, но и ключевые министры утверждались Госдумой. Мне кажется, вот эти три поправки могли бы уже всерьез поменять ситуацию в нашей стране. Ну, и конечно, надо в Конституции внятно написать, что сенаторы избираются и губернаторы избираются. Чтобы не было у узурпаторов а-ля Путин возможности с помощью трагедии в Беслане взять и отменить в стране все выборы.

– Дмитрий Рогозин в своей статье вам отвечает: мол, политические проходимцы, бывшие у власти в бандитские 90-е, требуют продолжения банкета, хотят оседлать уличные демонстрации. Их цель – очередной либеральный реванш… Ну, и так далее.

– Я ничего нового от Рогозина не услышал, хотя в 90-е он тоже был при власти, был депутатом, рвался ко всяким должностям… Про лихие 90-е его патрон уже все сказал гораздо более красочно, так что пусть матчасть учит. А то, что он пытался нам митинг и шествие расколоть, так у него ничего не получилось. Его все "послали", все его дружки-националисты, так что он Путину не помощник в деле раскола. Сколько бы он тут ни рассказывал нам сказки, за ним никто не идет, за нами же идут десятки тысяч.

– А Новодворская с Боровым свой митинг проводят.

– Это провокация. Я Боровому сказал: вы пытаетесь нас расколоть, но у вас ничего не получится. И Путин пытается расколоть, и Боровой пытается расколоть, и Рогозин. Ну, посмотрим, сколько людей придет в субботу.

– Станет ли Медведев премьером?"

– Думаю, да, но до первого кризиса.

– Распустят ли Думу до конца года?

– От нас с вами зависит. Если много народу будет выходит на улицы, то да.

– Удержится ли Путин до конца года?

– Пусть сначала выиграет.

Нужно ли провести еще одну акцию до 4 марта, в конце февраля?

– Я считаю, да. Но вопрос этот мы будем решать уже после 4 февраля. И формат этой акции тоже надо обсуждать после 4 февраля. Мы должны за неделю до выборов твердо и ясно сказать, что воровство голосов не пройдет, что наблюдатели готовы к тому, чтобы всех жуликов хватать за руку. Еще раз сказать: голосуйте за кого угодно, кроме Путина, ни одного голоса Путину, и хватит уже нам этого Путина. Сколько можно? Хочет править больше, чем Брежнев! Кому это надо?

1 февраля 2012 исполнился бы 81 год первому президенту России. Как вы думаете, что бы сказал Борис Ельцин, увидев демонстрации на Болотной и на Сахарова?

- Ельцин, уверен, поддержал бы протестующих. Он был крайне раздражен тем, что при Путине стала сворачиваться свобода слова, уничтожаться институт выборов. Да, он об этом публично не говорил, но, встречаясь со мной, он мне это говорил неоднократно. Он бы был на Болотной, я думаю. Он бы был на Сахарова. Может быть, несмотря на возраст, пришел бы даже на марш, который будет 4 февраля.

Да, при Ельцине были не идеальные выборы, это правда, но это были выборы, это была конкуренция.

Вспомним тот же 1996 год, в первом туре Зюганов и Ельцин получили примерно одинаковый процент голосов – чуть больше тридцати. Потом драматические события во втором туре. Да, конечно, большую роль сыграл информационный ресурс, да, олигархические группы поддерживали Ельцина, боясь возвращения коммунизма... Но это было состязание, это были выборы. Я работал в то время губернатором и могу сказать, что в Нижегородской губернии никогда не было никаких фальсификаций.

- Но они были в других регионах.

- Они были в основном в национальных республиках, но по этому поводу проводились расследования. Еще раз говорю, в моей области такого не было. А в этот раз в моей родной Нижегородской губернии и коммунисты, и "Справедливая Россия", и другие партии, кроме, естественно, партии жуликов и воров, зафиксировали вброс 100 тысяч голосов.

В то время, когда я работал губернатором, этого в принципе не могло быть. Так система работала. В избирательных комиссиях были представители разных партий, наблюдателей никто никуда не выгонял, был разрешен пересчет голосов. Все было публично и гласно. Была свободная пресса, обо всем можно было рассказывать. Нарушения обсуждались в судах, выносились решения, возбуждались и уголовные дела...

Не идеальные были выборы, безусловно, но такого беспредела, чтобы 13 миллионов голосов на глазах у изумленной страны были украдены с помощью каруселей, приписок, подмены протоколов - да такого при Ельцине даже себе представить было невозможно!

- Сдерживало ли Бориса Ельцина то, что члены его семьи стали членами этой системы, его дочь Татьяна, ее муж Валентин Юмашев – владелец бизнес-центров...

- Ельцина, безусловно, связывало то, что его близкие были приближенными к Путину. Это очевидно. Он, я думаю, еле себя сдерживал, чтобы публично не выступить. Но не выступил... Видимо, дети говорили, что они могут пострадать, если он будет публично критиковать эту воровскую коррупционную систему, которую Путин на его глазах начал строить.

- Борис Ельцин - основатель путинской системы или путинская система – это отклонение от того, что строил Ельцин? Своего рода злокачественная опухоль на здоровом теле росшей в России в 90-е годы демократии?

- Борис Ельцин – основатель новой России. При Ельцине в стране была свобода слова и были выборы. Конечно, система была с изъянами. Но вместо того, чтобы с ними бороться и приводить все в божеский вид, двигаться вперед - вместо этого все свернули, создали гнусный, зловонный совок, замешанный на цинизме, коррупции и воровстве и хотят вечно править.

Ельцина упрекают во всех грехах, а ведь он был президентом всего 8 лет. Путин правит уже 12 и хочет еще 12. Он на самом верху власти в полтора раза дольше, чем Ельцин, а кивает на то, что было в 90-е. Поэтому я считаю так. Случился при Путине полный разворот, полное отрицание тех демократических завоеваний, которые были в 80-е – в начале 90-х. И в основе этой латиноамериканской ублюдочной модели воровского приятельского капитализма, то, что цель Путина – это обогащение себя любимого и своих друзей.

Вместо того, чтобы бороться с этими "олигархическими симптомами", которые проявились при Ельцине, болезни дали развиться, она стала злокачественной. И сейчас для того, чтобы Россия пошла на поправку - я думаю - нам еще придется очень долго и упорно трудиться, объясняя людям, что так жить нельзя, что Путин – это конец.


Полный текст программы "Время гостей".

Полная аудиоверсия программы с участием Бориса Немцова:

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG