Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Журналист Евгений Киселев – о российских выборах и теории "меньшего зла"


Евгений Киселев в студии Радио Свобода. Февраль 2012 года

Евгений Киселев в студии Радио Свобода. Февраль 2012 года

Основатель НТВ и ведущий программы "Большая политика" на украинском телеканале "Интер" дал интервью обозревателю Радио Свобода Михаилу Соколову.

- Как вам кандидаты в президенты России? Сами бы проголосовали за кого-нибудь в первом туре?

- Кандидаты - так себе. За любого, не за Путина. Наверное, за Миронова или за Прохорова. Я что-то с опасением отношусь к идее портить бюллетени.

- А как вам нравится Прохоров?

- Политического бэкграунда у него, конечно, нет, это правда. При этом, мне кажется, человек он талантливый. Я не встречал бесталанных людей, которые сколачивали бы состояние, подобное прохоровскому. А я многих знаю, и все они яркие люди, гораздо талантливее, чем большинство наших политиков. И считать, кстати, хорошо умеют.

- Это плюсы. А минусы?

- Самый большой минус любого крупного бизнесмена, который уже много лет работает в большом бизнесе, - это то, что он многих материй не понимает.

- Ну а почему не Путин? Есть же версия среди правых либералов: экономика все поставит на свои места, если нефть упадет, страна окажется на грани кризиса. Появится версия "2.0": Путин – реформатор, который выполнит чуть ли не все требования митингов на Болотной. Ну, кроме своего ухода, конечно.

- Я не верю в способность Путина стать другим.

- У вас тяжелые воспоминания?

- Нет. Воспоминания, которые у меня были - единственная и очень неприятная встреча в Кремле, - они давно принадлежат далекому прошлому. Путин, между прочим, первое свое интервью давал Светлане Сорокиной – в нашей программе старого НТВ "Герой дня". Вот он мне уже в том интервью очень не понравился. Он у меня не вызывает никаких симпатий ни как политик, ни как человек.

Мне не нравится политик, который нахраписто, напористо говорит неправду, просто врет в глаза своим избирателям, своим зрителям, манипулирует фактами, демонстрирует способность разговаривать на языке питерской подворотни. Это оскорбляет, в конце концов, мое гражданское чувство. А я хочу гордиться своим президентом. Я хочу, чтобы мой президент разговаривал на таком языке, на котором, скажем, по-английски в Америке говорит Обама.

- А как быть с теорией "меньшего зла"? Один из путинистов из "желтой" прессы мне написал, что "Москва похожа на Тегеран в последние дни шаха: гламур, САВАК (служба безопасности шахского режима. - РС), на котором гламур держится, прогрессивная общественность, которая ненавидит САВАК и любит гламур, и плебс, который готов пустить под нож все, что есть". То есть: благословляйте штыки, которыми вас охраняют от гнева народа, от нацистов, фундаменталистов и так далее – "лучше Путин, чем революция". Вы ведь, кстати, специалист по Ирану…

- У меня такое ощущение, что тут перепутали божий дар с яичницей. Я был в Тегеране, когда только-только начиналась исламская революция. Работал там переводчиком после четвертого курса ИСАА при МГУ, где учил персидский язык. Дело в том, что на площади и улицы Тегерана вышли в основном молодые люди, студенты, настроенные антизападно, настроенные в пользу исламского фундаментализма в той или иной форме.

А бежали как раз люди, которые принадлежали к креативному классу, которые исповедовали либеральные, прозападные ценности, которые радовались тому, что Иран становится главной, европейского вида столицей Ближнего и Среднего Востока, "средневосточным Парижем"...
Все эти люди паковали чемоданы, я это очень хорошо помню.

Я улетал из Тегерана, заканчивалась моя годичная стажировка в Иране, и в аэропорту самые дальновидные иранские граждане штурмовали самолеты, стараясь побыстрее улететь.

-То есть параллелей не получается?

- Не получается. Другое дело, что всякая революция действительно пожирает своих детей. Я допускаю такой сценарий: российское протестное движение, в котором сейчас представители креативного класса играют лидирующую роль, может привести к таким процессам в обществе, так "раскачать лодку", что потом в лодку залезут сторонники более радикальных, националистических, левых сил.

- Значит, теория "Путин – меньшее зло" вас тоже не устраивает?

- Абсолютноне устраивает. Я думаю, что даже Зюганов окажется меньшим злом, чем Путин.

- Если вдруг Зюганов победит, то, конечно, будет очень интересная картина - партия "Единая Россия" перекрасится в красный цвет.

- Я вижу в окружении господина Зюганова достаточно много вполне цивилизованных людей. И если господин Зюганов скажет, что у него министром юстиции будет Елена Лукьянова (которую я прекрасно знаю), а Иван Мельников займет какую-то важную должность или Алексей Кандауров будет новым директором ФСБ, у меня многие вопросы будут сняты.

- Есть ведь в КПРФ Владимир Никитин, который про мировой заговор и закулису пишет. Есть там и другие персонажи – специалисты по "русскому вопросу". Конечно, не с циркулем в руках, но близко к тому.

- Да, есть. Но победа Зюганова - это из области политической фантастики. Я думаю, что все-таки победит Путин.

- В первом туре?

- Сомневаюсь.

- Они делают все, чтобы победить в первом туре.

- Я понимаю, что они делают. Но у меня такое ощущение, что чем больше они делают для победы в первом туре, тем больше они сокращают свои шансы на эту победу.
Возьмем митинг на Поклонной. Туда людей свозили, заставляли пойти. Понятно, что какое-то количество участников пришли туда за деньги. Но основная масса – врачи, школьные учителя, которых заставили туда пойти. И станет ли голосовать за Путина этот школьный учитель после того, как его заставили пройти это унижение, вынудили пойти, стоять и мерзнуть на 20-градусном морозе?

- Но машина фальсификаций работает независимо от того, что делает (или не делает) этот учитель.

- Помимо "волшебников" в ЦИКе есть "волшебники" еще в некоторых чрезвычайно лояльных по отношению к власти социологических институтах, которые проводят "правильные" опросы общественного мнения уже который год. Но если принять на веру, что цифра 45% за Путина - честная и благородная, то усилиями господина Володина, который существенно уступает в изощренности, в политтехнологическом мастерстве господину Суркову, реальный рейтинг будет 35 %. И одно дело – дорисовывать 6%, а другое - 16% . Задачи разной сложности. 6%, может быть, не вызовут тех неизбежных протестов, которые вызовет дорисовывание 16%.

Путинская легитимность уже ослаблена в результате декабрьских выборов, прошедших так, как они прошли, в результате массовых протестов. Она будет ослаблена в результате того, что будет происходить дальше.

Полный текст интервью Евгения Киселева в программе "Время гостей"

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG