Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Куда смотрел научный консультант?


Борис Немцов и Владимир Мединский

Борис Немцов и Владимир Мединский

Российская блогосфера уже несколько месяцев ведет бой за историю с писателем, историком и экс-депутатом Госдумы от "Единой России" Владимиром Мединским. В январе, когда в сети появился автореферат только что защищенной Мединским докторской диссертации, блогеры заподозрили его в плагиате. Позже на сайте Мединского появилась глава из полного текста диссертации, посвященная объективности описания российской действительности иностранцами в XV-XVII века. Ее критический анализ провел на портале Polit.ru петербургский историк Алексей Лобин:

Мединский оценивает источник с позиций собственных представлений об эпохе и выдает свои субъективные оценки за объективизм. То есть вместо анализа сочинений XV-XVII вв. диссертант с дилетантской легкостью рассуждает о том, что записки такого-то путешественника "не несут негативной окраски" по отношению к России, а у этого сплошной негатив, тот врет, а этот преувеличивает. Метод Мединского - вещать с высоты человека, знающего “как было на самом деле”. Не случайно в каждом из разделов диссертации можно найти до двадцати случаев употребления оборота "на самом деле". Откуда же Мединский знает, как было "на самом деле"? Все очень просто – он сопоставляет между собой сообщения разных путешественников. Если иностранец описывает негативные качества русских – то он обязательно врет, а если позитивные – значит, пишет правду и только правду. Мне вполне понятны мотивы Владимира Ростиславовича написать по-быстрому "научное исследование". Но мне непонятно одно - как такая диссертация могла пройти все согласования в Ученом совете, куда смотрели оппоненты и ведущая организация, куда смотрел "научный консультант"?

Вопрос "куда смотрел научный консультант" занимает и пользователя Asperger:

таких мединских сотни, и не только в исторических науках. Диссертации реально никто не читает, а на защитах снисходительно относятся к чуши. Лично довелось видеть защиту кандидатской, на которой звучали перлы типа "Основная особенность австрийской литературы 19-го века - тема трагической любви". И соискательницу защитили!!! Так что на одного разоблачённого - толпы молча схаванных нашей кагбы научной общественностью.

Три дня спустя Polit.ru опубликовал негативные отклики ряда историков на критику Лобина. Руководитель научного центра истории религии и церкви в России Владимир Лавров пишет:

Мединский – автор с парадоксальным, не бесспорным, но всегда любопытным взглядом. Мы прекрасно понимаем, что история – вещь субъективная. Главное для меня, чтобы она была пропитана любовью к Родине.
Злобная критика в его адрес не состоявшихся в науке авторов ничего кроме улыбки вызвать не может. Ни один академический научный журнал их ахинею и рассматривать бы не стал. Увы, интернет всеяден – и в нем каждый недоучка глядит в эксперты и исторические Наполеоны… Хотя, с другой стороны, если Мединский разоблачает фальсификации истории, а кто-то их защищает, возникает вопрос, кому это нужно? "Глупость или измена?", как говорил Милюков. Я склонен думать, что все-таки глупость. Причем полнейшая.

И все же лучшей с точки зрения стилистики следует признать реплику бывшего директора Института российской истории РАН, автора учебников по истории России Андрея Николаевича Сахарова:

Научное сообщество традиционно с брезгливостью относится к историческим самозванцам, кои из ревности, от обиды или осознания собственной несостоятельности пытаются сделать имя на дешевых интернет-скандалах.

***
За трагедией в Тулузе последовал общественно-дипломатический скандал между Израилем и Евросоюзом. Верховный представитель ЕС по внешней политике Кэтрин Эштон, сожалея о произошедшем, упомянула в одном ряду гибель еврейских детей во французском городе и "то, что происходит в Газе". Обмену резкими политическими заявлениями предшествовала буря в Твиттере. Подводя итоги, блогер американо-еврейского портала Commentary Джонатан Тобин обвинил власти Евросоюза в поддержке антисемитизма:

С момента своего назначения главой дипломатического ведомства ЕС Эштон неустанно критикует Израиль, однако воздерживается от критики палестинцев и держит нейтралитет по поводу присоединения ХАМАС к Палестинской национальной администрации. Кто бы ни стоял за нападениями в Тулузе, нужно понимать, что атмосфера для этого преступления возникла, когда делегитимация Израиля европейскими элитами фактически санкционировала возникновение новой волны антисемитизма. Подобные выступления – современная версия средневекового кровавого навета на евреев.

Иэн Мартин в блогах Telegraph признает, что Кэтрин Эштон – фигура проблематичная, но призывает, тем не менее, к спокойствию:

Что бы она ни сказала, все время выходит какая-то неловкость. В скандале, последовавшем за ее ремарками по поводу трагедии в Тулузе, была какая-то неизбежность. Но прочитайте внимательно, что она на самом деле произнесла: "Мы вспоминаем молодых людей, гибнущих в самых страшных обстоятельствах – вспоминаем бельгийских школьников, то, что произошло в Тулузе, что случилось год назад в Норвегии, то, что делается в Сирии, что происходит в Газе и других местах по всему миру – гибнет молодежь, гибнут дети". В общем, вполне справедливое наблюдение. Она не сравнивала стрельбу в Тулузе с жертвами конфликта в секторе Газа. Причины, обстоятельства и контекст разные. Она просто говорит: как страшно, что дети гибнут в столь ужасных обстоятельствах. Разве можно на это хоть что-то возразить?

Сформулировать возражение удалось комментатору этой записи, юзеру upset:

Она, конечно, ничего не имела в виду – просто искусство дипломатии это умение говорить только то, на что никто не может обидеться. На этот случай есть старое правило: подумай, прежде чем открыть рот.

Даглас Мюррей в блогах Spectator ставит в связи со случившимся более принципиальный вопрос:

Наконец представился случай задать один из основных вопросов нашего времени: если мы находим, что Эштон плохой политик, что мы в связи с этим можем сделать? Обычно нам, электорату, в какой-то момент дают возможность выразить недовольство политиком, проголосовав против него. Таким устройством вещей даже принято было гордиться. Но Кэтрин Эштон принадлежит к новому разряду людей, которые ведут себя как политики, но при этом избавлены от необходимости отвечать перед избирателями, от лица которых они будто бы говорят. Мы не голосовали за них, поэтому не можем проголосовать и против них. Мне кажется, что эту проблему демократии действительно стоило бы обсудить.

Этот и другие материалы читайте на странице информационной программы "Время Свободы".

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG