Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кто продал RTVi. И кому


Телеканал RTVi больше не принадлежит Владимиру Гусинскому. Кто больше испытает последствия продажи - Гусинский или

Телеканал RTVi больше не принадлежит Владимиру Гусинскому. Кто больше испытает последствия продажи - Гусинский или

Завершилась сделка по продаже телеканала RTVi. Опальный олигарх Владимир Гусинский продал его бывшему генеральному директору канала "Звезда" Руслану Соколову. О завершении сделки Соколов сообщил газете "Коммерсант".

Русскоязычный международный телеканал RTVi со штаб-квартирой в Нью-Йорке оценивает свою аудиторию в 25 миллионов человек в США, Канаде, Австралии, Грузии, Прибалтике и странах СНГ.

Его новый владелец Руслан Соколов в интервью "Коммерсанту", в частности, сказал, что "подходит к этой истории (то есть покупке RTVi) как к бизнесу" и "с Кремлем ничего не согласовывал". При этом он отметил, что ему "всегда хочется быть полезным власти и стране", и, "если будут какие-то возможности помочь", он готов так и сделать. В ответ на вопрос, зачем ему понадобился RTVi, Соколов сказал лишь, что "видит перспективу в компании, развивающейся за рубежом для русскоговорящей аудитории". Он также уточнил, что "не собирается сейчас менять" условия сотрудничества телеканала с радиостанцией "Эхо Москвы" – многие программы "Эха" выходят и в эфире RTVi, составляют большую часть его сетки вещания.

Руслан Соколов оставил без ответа принципиальные вопросы: точную цену сделки; компанию, которой теперь принадлежит телеканал; цель и мотивы его приобретения, а также судьбу половины пакета акций RTVi, которая принадлежала Борису Березовскому и семье Бадри Патаркацишвили. Эта половина находилась в доверительном управлении у Владимира Гусинского. Соколов заявил, что "с Березовским не знаком и не общался".

В приемной Руслана Соколова корреспонденту Радио Свобода сказали, что он очень занят и комментарий дать сейчас не может.

Владимир Гусинский в ответ на просьбу корреспондента РС о комментарии заявил, что "несмотря на уважение к Радио Свобода", интервью не даст, потому что вообще их не дает".

Борис Березовский оказался разговорчивее и в интервью РС заявил, что "к этой сделке лично не имеет никакого отношения":

– Соколов говорит абсолютную правду: он со мной не общался. Я не знаю, что это за человек. Что касается Гусинского, он имел стопроцентное право на такое решение. Действительно, половина пакета принадлежит Гусинскому, половина пакета принадлежит Бадри и мне. Вот и вся история.

– Если половина акций у вас и у семьи Патаркацишвили, почему тогда единоличным правом принимать решения обладает Гусинский?

– С самого начала было так в договоре. Гусинский полностью управлял работой, назначал менеджеров, осуществлял финансовый контроль... Я ему абсолютно доверял. И решение по продаже он имел право принимать самостоятельно.

– Но прибыль от этой сделки все-таки получили вы.

– Мне про это ничего неизвестно.

– Недавно вы в "Фейсбуке" каялись "перед народом России", в том числе за то, что "положили начало уничтожению независимой журналистики". Вы также отметили, что это покаяние на словах, а дела последуют. В нынешней ситуации вам не кажется, что Гусинский продолжает делать то, в чем вы, пусть только на словах и только в "Фейсбуке", покаялись? Не пытались ему дать совет?

– Я не имел голоса для принятия какого-либо решения. Это было оговорено в момент создания компании. Поэтому никакие мои аргументы не имели бы никакого веса при принятии такого решения.

– Но аргументы, тем не менее, были?

– Моя позиция нисколько не изменилась: я считаю, что государство, точнее, Путин последовательно уничтожает остатки независимых от Кремля СМИ. Это, безусловно, кардинально противоречит моей политической позиции. ОРТ было отобрано у меня силой, а перед этим посадили в тюрьму моего ближайшего друга Глушкова (Николай Глушков – заместитель директора "Аэрофлота" в конце 1990-х – РС). Это был чистый шантаж и угроза. В свое время самого Гусинского посадили в тюрьму, чтобы отобрать канал НТВ. Я думаю, что Гусинский запомнил этот бандитский урок и поэтому поступал в соответствии со своими представлениями о том, на что способен Кремль. Никаких претензий у меня к Гусинскому нет. Я просто не знаю всех обстоятельств и давления, которое на него оказывалось. К тому же Гусинский не православный, поэтому недопустимо говорить о его покаянии, – заключил Борис Березовский.

Как продажа RTVi отразится на "Эхе Москвы"? Сейчас большинство программ "Эха" выходят одновременно и в эфире телеканала, за что телеканал "Эху" платит. Генеральный директор радиостанции Юрий Федутинов в интервью РС выразил уверенность в том, что никаких изменений в совместном вещании "Эха" и RTVi, как минимум, до сентября не произойдет, отказавшись, однако уточнить коммерческие детали сотрудничества компаний.

– Любой бизнес создается для продажи. Это естественная ситуация. RTVi немножко застоялась: обычно бизнес продается после 5–7 лет, RTVi продержалась гораздо дольше. Поэтому если "Эхо Москвы", или RTVi, или "Профмедиа", или "Европейская медиагруппа" продается, – это все бизнес, – сказал Юрий Федутинов.

Никто из людей, так или иначе имеющих отношение к продаже RTVi, не смог или не захотел назвать хотя бы приблизительно суммы сделки. "Коммерсант" же оценил ее в десять миллионов долларов.

О цене вопроса рассуждает обозреватель Радио Свобода, декан факультета медиакоммуникаций Высшей школы экономики Анна Качкаева:

– В политической жизни страны этот актив никакой роли не играет, и с точки зрения политики логика сделки не совсем ясна. Есть несколько вариантов. Первый: это было сделано, чтобы канал не был конкурентом для других русскоязычных каналов в странах вещания. Второй вариант: цель покупателя - использовать его сеть и лицензии. Третий вариант: телеканал выкупили, чтобы лишить не очень любимого властью олигарха дополнительного ресурса. И четвертая версия: эта продажа может облегчить Гусинскому возвращение на российский рынок. Какая из этих версий верна, сказать нельзя, пока ее не обнародуют сами участники событий.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG