Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кто продал RTVi. И кому


Телеканал RTVi больше не принадлежит Владимиру Гусинскому. Кто больше испытает последствия продажи - Гусинский или

Телеканал RTVi больше не принадлежит Владимиру Гусинскому. Кто больше испытает последствия продажи - Гусинский или

Завершилась сделка по продаже телеканала RTVi. Опальный олигарх Владимир Гусинский продал его бывшему генеральному директору канала "Звезда" Руслану Соколову. О завершении сделки Соколов сообщил газете "Коммерсант".

Русскоязычный международный телеканал RTVi со штаб-квартирой в Нью-Йорке оценивает свою аудиторию в 25 миллионов человек в США, Канаде, Австралии, Грузии, Прибалтике и странах СНГ.

Его новый владелец Руслан Соколов в интервью "Коммерсанту", в частности, сказал, что "подходит к этой истории (то есть покупке RTVi) как к бизнесу" и "с Кремлем ничего не согласовывал". При этом он отметил, что ему "всегда хочется быть полезным власти и стране", и, "если будут какие-то возможности помочь", он готов так и сделать. В ответ на вопрос, зачем ему понадобился RTVi, Соколов сказал лишь, что "видит перспективу в компании, развивающейся за рубежом для русскоговорящей аудитории". Он также уточнил, что "не собирается сейчас менять" условия сотрудничества телеканала с радиостанцией "Эхо Москвы" – многие программы "Эха" выходят и в эфире RTVi, составляют большую часть его сетки вещания.

Руслан Соколов оставил без ответа принципиальные вопросы: точную цену сделки; компанию, которой теперь принадлежит телеканал; цель и мотивы его приобретения, а также судьбу половины пакета акций RTVi, которая принадлежала Борису Березовскому и семье Бадри Патаркацишвили. Эта половина находилась в доверительном управлении у Владимира Гусинского. Соколов заявил, что "с Березовским не знаком и не общался".

В приемной Руслана Соколова корреспонденту Радио Свобода сказали, что он очень занят и комментарий дать сейчас не может.

Владимир Гусинский в ответ на просьбу корреспондента РС о комментарии заявил, что "несмотря на уважение к Радио Свобода", интервью не даст, потому что вообще их не дает".

Борис Березовский оказался разговорчивее и в интервью РС заявил, что "к этой сделке лично не имеет никакого отношения":

– Соколов говорит абсолютную правду: он со мной не общался. Я не знаю, что это за человек. Что касается Гусинского, он имел стопроцентное право на такое решение. Действительно, половина пакета принадлежит Гусинскому, половина пакета принадлежит Бадри и мне. Вот и вся история.

– Если половина акций у вас и у семьи Патаркацишвили, почему тогда единоличным правом принимать решения обладает Гусинский?

– С самого начала было так в договоре. Гусинский полностью управлял работой, назначал менеджеров, осуществлял финансовый контроль... Я ему абсолютно доверял. И решение по продаже он имел право принимать самостоятельно.

– Но прибыль от этой сделки все-таки получили вы.

– Мне про это ничего неизвестно.

– Недавно вы в "Фейсбуке" каялись "перед народом России", в том числе за то, что "положили начало уничтожению независимой журналистики". Вы также отметили, что это покаяние на словах, а дела последуют. В нынешней ситуации вам не кажется, что Гусинский продолжает делать то, в чем вы, пусть только на словах и только в "Фейсбуке", покаялись? Не пытались ему дать совет?

– Я не имел голоса для принятия какого-либо решения. Это было оговорено в момент создания компании. Поэтому никакие мои аргументы не имели бы никакого веса при принятии такого решения.

– Но аргументы, тем не менее, были?

– Моя позиция нисколько не изменилась: я считаю, что государство, точнее, Путин последовательно уничтожает остатки независимых от Кремля СМИ. Это, безусловно, кардинально противоречит моей политической позиции. ОРТ было отобрано у меня силой, а перед этим посадили в тюрьму моего ближайшего друга Глушкова (Николай Глушков – заместитель директора "Аэрофлота" в конце 1990-х – РС). Это был чистый шантаж и угроза. В свое время самого Гусинского посадили в тюрьму, чтобы отобрать канал НТВ. Я думаю, что Гусинский запомнил этот бандитский урок и поэтому поступал в соответствии со своими представлениями о том, на что способен Кремль. Никаких претензий у меня к Гусинскому нет. Я просто не знаю всех обстоятельств и давления, которое на него оказывалось. К тому же Гусинский не православный, поэтому недопустимо говорить о его покаянии, – заключил Борис Березовский.

Как продажа RTVi отразится на "Эхе Москвы"? Сейчас большинство программ "Эха" выходят одновременно и в эфире телеканала, за что телеканал "Эху" платит. Генеральный директор радиостанции Юрий Федутинов в интервью РС выразил уверенность в том, что никаких изменений в совместном вещании "Эха" и RTVi, как минимум, до сентября не произойдет, отказавшись, однако уточнить коммерческие детали сотрудничества компаний.

– Любой бизнес создается для продажи. Это естественная ситуация. RTVi немножко застоялась: обычно бизнес продается после 5–7 лет, RTVi продержалась гораздо дольше. Поэтому если "Эхо Москвы", или RTVi, или "Профмедиа", или "Европейская медиагруппа" продается, – это все бизнес, – сказал Юрий Федутинов.

Никто из людей, так или иначе имеющих отношение к продаже RTVi, не смог или не захотел назвать хотя бы приблизительно суммы сделки. "Коммерсант" же оценил ее в десять миллионов долларов.

О цене вопроса рассуждает обозреватель Радио Свобода, декан факультета медиакоммуникаций Высшей школы экономики Анна Качкаева:

– В политической жизни страны этот актив никакой роли не играет, и с точки зрения политики логика сделки не совсем ясна. Есть несколько вариантов. Первый: это было сделано, чтобы канал не был конкурентом для других русскоязычных каналов в странах вещания. Второй вариант: цель покупателя - использовать его сеть и лицензии. Третий вариант: телеканал выкупили, чтобы лишить не очень любимого властью олигарха дополнительного ресурса. И четвертая версия: эта продажа может облегчить Гусинскому возвращение на российский рынок. Какая из этих версий верна, сказать нельзя, пока ее не обнародуют сами участники событий.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG