Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Вечная власть глазами великих артистов. Часть IV. Твердый мускул президента


Юрий Любимов

Юрий Любимов

Радио Свобода продолжает рассказывать о людях, переживших смену культурных и политических эпох. О своих встречах с Владимиром Путиным вспоминают режиссер Юрий Любимов и актриса Ольга Аросева.

Визит главы государства в театр, будь то генеральный секретарь или президент – всегда событие, о котором пишут не только журналисты, но и театральные критики. Появление государственного лидера в театре – к изменениям в репертуаре. Эта театральная примета сбывалась в российской истории часто: не раз после высокого визита спектакли закрывали или наоборот давали постановкам новую жизнь.

Театр на Таганке во времена Брежнева был главным возмутителем спокойствия, местом драматургических экспериментов и разрушения стереотипов, отсюда и пристальное внимание властей к фигуре основателя театра, режиссера Юрия Любимова. Леонид Брежнев вряд ли бы собрался "на Таганку", если бы в Москву не приехал президент США Ричард Никсон. Кремлю надо было показать, что в Советском Союзе власти относятся к свободомыслию вполне терпимо. Но все обернулось курьезом – рассказывает Юрий Любимов:

– Сделали сортир – покрасили, помыли, привели в порядок и сразу же опечатали его. А потом сами вожди не пришли на "Гамлета". В антракте я встретил в фойе очень недовольных людей – вожди не приехали, а им пришлось смотреть спектакль до конца. Я такой специальной публики еще не видел – они ходила по фойе и спрашивали: "А "Гамлет"-то еще долго будет?" А я расстроился и уехал.

– Переживали?

– А как вы думаете?!

– Вы же сами сказали – не знаешь, понравится ему или нет, в чем риск-то?

– Это, конечно. Это вызывает только заботу, поскольку нас выселили, чтобы сделать ремонт в сортире. До этого в Питер не пускали, а тут просто выгнали.

– Хорошо, если вождь на спектакле заснет и ничего не увидит, хуже – если увидит и не понравится.

– Это хуже, да, еще и с американским президентом.

И все же Юрий Любимов дождался главу государства в своем театре, но к тому моменту уже не было ни Брежнева, ни Советского Союза. Спектакль "Владимир Высоцкий" посетил президент России Владимир Путин. Правда, как это часто бывает с Владимир Владимировичем, он опоздал к началу, но ждать его не стали. Зал был полон, и спектакль начался вовремя.

– Он пришел в театр, опоздав на полчаса. Катя (супруга Юрия Любимова – РС) сидела в зале. Он сказал мне: "Проводите меня быстро". Я его взял под ручку. Рука у него была железная, мускулистая. Я говорю: "О, у вас крепко". Он говорит: "А как же иначе? Тут иначе не проживешь". Вот вам штрих. Я его проводил, а сам пошел смотреть, как идет. Потом мы его принимали, старались хорошо принять, а он оставил на стене прекрасную надпись: "Ни времени, ни пространства. Один восторг – это Таганка".

Готовился?

– Вряд ли. Он соображающий человек, быстро ориентирующийся.

– Понравился ему спектакль?

– По его словам понравился, иначе он бы не писал на стене.

– Он же дипломат.

– Он дипломат, безусловно. Это политическая акция, конечно. А вы думаете, я такой наивный мальчик? Конечно, я все понимаю, но видел, что он очень интересовался. Сказал мне фразу такую: "говорят у вас много паспортов".

– К чему это?

– Просто так. Разговор же надо вести.

– Что вы ответили?

– Я сказал: "А в чем проблема? Надо поделиться или как?" А что вы думаете, я колода какая-то?! Потом он посмотрел – наверху, очень высоко, была надпись, которую Березовский оставил. Путин прочел ее: "Любимов – это воля русской интеллигенции", и посмотрел на меня. Я его спросил: "А что вы скажете о характере этого человека?". "О характере? Любит очень выскакивать. А как он (Березовский) написал?". "Вскочил на спинку". Он спросил: "А кто держал?" Я говорю: "Я держал. А как же?! Вдруг упадет, что-то сломать может, а мне отвечать?!"

– Зная непростые отношения между Путиным и Березовским, вы задаете Путину вопрос, что он думает по поводу цитаты Березовского?

– Они же знакомы. Он мне задал вопрос, и я спросил. Он же ближе к нему, чем я.

Потом Путин приехал к нам во второй раз – в день рождения Владимира Высоцкого. И тогда было сказано, что это замечательный русский поэт. По старой лексике – Путин "реабилитировал" Высоцкого, официально ввел его в обойму русских поэтов, которые приносили родине пользу своими песнями. Потому что до этого Владимира гоняли, это была "охота на волков". Никто, конечно, так теперь не поет, как он. Я говорю о самоотдаче и горении Высоцкого, о его желании высказаться.

Для актрисы Театра Сатиры Ольги Аросевой, за плечами которой были встречи со Сталиным, Горбачевым и Ельциным, беседа с Владимиром Путиным не стала событием в жизни, хотя интерес, на тот момент к премьер-министру и без пяти минут президенту России у нее был неподдельный. На встречу с Путиным ее пригласили подруги, жена Бориса Ельцина – Наина и главный режиссер театра "Современник" Галина Волчек:

– Наина Иосифовна сказала: вот девочки, Боря уйдет, и с Нового года будет Путин, идемте, я вас с ним познакомлю.

– А где это было?

– Мы были на приеме в Кремлевском дворце в День Конституции, 12 декабря 1999 года. Наина подвела нас с Галиной Борисовной к нему и сказала: Владимир Владимирович, это мои подруги, очень хорошие люди. Галина Борисовна очень умный собеседник – я не умею с ними так разговаривать, а Галя умеет. Она с ним и поговорила. Он на меня так зыркнул и сказал: "А вы чего молчите?" Я говорю: "А чего?". Что-то тоже сказала приятное ему.

– Не произвел впечатление?

– Произвел впечатление… у него пронизывающий глаз.

– Как у следователя?

– Я не хочу сказать, как у следователя, но, во всяком случае, очень проникающий глаз. По-моему, он мало любит театр. Он любит спорт. Так что мы как-то обделены его вниманием.

– Почему вы говорите, что не умеете с ними разговаривать?

– Мне кажется, им надо говорить что-то умное, а я не очень к этому готова. Если спросят меня, как в театре обстоят дела, я смогу рассказать. А говорить на какие-то общие темы, тем более, политические, я не умею.

– Он остался у вас в памяти после этой первой встречи?

– Да.

– С каким ощущением вы вышли с этой встречи? Вы думали, что это будет беда или счастье?

– Я думала, что это очень въедливый человек… Как бы получше подобрать слово? Очень внимательный человек.

– Может быть, подозрительный?

– Нет, не подозрительный.

– Он умеет расположить к себе собеседника?

– Да, тогда он мог быть искренним. Например, я ему сказала: "У вас фотогеничное лицо". Он говорит: "А что это означает? Мне и Билл Клинтон тоже это сказал". И тут я вынуждена была сказать ему не слишком комплиментарную вещь, что на съемках он лучше выглядит, чем в жизни.

– И как он отреагировал?

– Посмеялся.

Ольга Аросева убеждена, что разговаривать с сильными мира сего нужно уметь. По ее мнению, такими способностями обладает ее подруга Галина Волчек:

– Она знает и меру фамильярности и, вместе с тем, уважения. Она никогда ничего для себя не просит, она стратег и просто хороший порядочный человек. Говорит просто, но очень уважительно, хотя и не подобострастно.

– Часто на телевизионных кадрах видно, как люди теряют над собой контроль во время с встреч с людьми, обличенными властью. Как дрожат коленки у людей, как они захлебываются от восторга или говорят какую-то глупость. У вас когда-нибудь коленки тряслись?

– Никогда! Мой отец учился в Казани в реальном училище с Ворошиловым и с Молотовым. Я их видела вблизи, очень дружила со Светкой Молотой. Я знаю, что они такие же люди, как и я – также едят, также спят, гуляют и т.д. Поэтому никакого обожествления у меня не было. Самое грозное впечатление – это, конечно, Сталин. Будучи пионеркой, воспитанной на словах "За родину! За Сталина! Ура!", я, конечно, немножко струхнула, когда его увидела, да и то не очень. Он сказал: "Разрешите, Олечка, закурить?" Я говорю: "Да, курите, пожалуйста". Я не лезла в серьезные разговоры, потому что была ребенком, воспитанным в хорошем доме, в хорошей детской. Папа не разрешал влезать во взрослые разговоры. Поэтому когда спрашивали, я отвечала.

– А вы замечали свои острым глазом, как другие люди терялись при виде вождей, генсеков?

– Бывало такое. Не помню, что это было за мероприятие, но мы с Баталовым сидели в президиуме с Горбачевым, который подошел к нам с чем-то, а Баталов молчит. Я говорю: "Ты чего молчишь?" Он говорит: "Бздю я их". Это я помню.

– А откуда в нас (я говорю "в нас", поскольку это общий вопрос) подобное отношение и почему чаще всего оно проявляется у артистов?

– Оттого, что актерская профессия – рабская профессия. В ней нет определяющих ценностей. Мы от написания пьесы – от автора, драматурга. Зависим от того, чтобы дали роль – то есть, от худрука. Зависим от директора, чтобы дал зарплату. Зависим от костюмера, чтобы вовремя переодел. Зависим от художника по костюмам. От всего зависим. Поэтому какая-то подобострастность, выработанная с годами в этой профессии, распространяется на все.

Это была Ольга Аросева, которая в свои 86 лет продолжает играть на сцене Театра Сатиры и ведет музыкально-развлекательное шоу на телевидении.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG