Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Похищения из России заявителей Страсбургского суда


Марьяна Торочешникова: 25 января текущего года Европейский суд по правам человека направил уполномоченному Российской Федерации при суде разгромное письмо, в котором выражалось возмущение фактами похищения из России четырех заявителей Страсбурга. Страсбургские судьи возмущены и не понимают, "как заявители могли против их воли быть перевезены через государственную границу России, несмотря на официальные заверения правительства в том, что решение об экстрадиции не будет исполнено до рассмотрения судом их дел". До 2 апреля российская сторона должна была объясниться на сей счет, но в это время произошло новое похищение. На сей раз пропал таджикский предприниматель Низомхон Джураев.
Сегодня в студии Радио Свобода его адвокат Анна Ставицкая и руководитель программы "Право на убежище" Института прав человека Елена Рябинина.
Анна, что российские представители ответили на претензию Страсбурга?

Анна Ставицкая: Я бы хотела сначала уточнить. До 2 апреля уполномоченным по правам человека при Европейском суде должен был ответить Европейскому суду на запрос относительно похищения Низомхона Джураева. И здесь важно то, что 25 января Европейский суд направил возмущенное письмо, и через два месяца после этого произошло новое похищение. И при этом господин Матюшкин, уполномоченный по правам человека в ЕС, если сказать коротко, адвокат государства, ответил Европейскому суду 2 апреля еще одной отпиской, что правительство Российской Федерации не располагает сведениями о том, где находится Низомхон Джураев, и они направили запрос в Генпрокуратуру, а также разослали различные бумаги в ФСБ, ФМС, Генпрокуратуру и в пограничную службу именно по письму 25 января, чтобы не допустить перемещения перечисленных в письме граждан, жалоба которых рассматривается в Европейском суде. На мой взгляд, этоо очень лицемерное письмо, потому что господин Матюшкин знает, что этих граждан, которых похитили, их не перевозили из Российской Федерации по их паспортам, и он не пересекали законно границу Российской Федерации, а как раз наоборот, Европейский суд и возмущало то, что эти люди пересекли незаконно границу Российской Федерации, они просто из России каким-то образом оказались в Таджикистане. И там они всплывали через две недели после похищения и после того, как их пытали, чтобы они дали против себя показания, - вот что страшно. И Матюшкин опять пишет отписку в Европейский суд и не предпринимает никаких мер, чтобы таких похищений не было.

Марьяна Торочешникова: Елена, почему российские спецслужбы содействуют, потому что, кроме них, это сделать некому, переправке людей в другие страны?

Елена Рябинина: Я думаю, что один из корней зла, если можно так выразиться, - соглашение, заключенное в рамках Шанхайской организации сотрудничества. В нем указано, что государства - члены "шанхайской четверки", обязаны содействовать розыску и выдаче лиц, предположительно совершивших те или иные деяния, не предоставлять убежища подозреваемым и обвиняемым. Мне кажется, что последнее время активизация незаконной деятельности наших спецслужб связана с тем, что в делах о выдаче в Узбекистан нам удалось добиться с помощью решений Европейского суда перемены позиции в нашей российской правоприменительной практике. В течение года 9 решений Генпрокуратуры были отменены, еще по 12 дела сама Генпрокуратура отказывала в выдаче.

Марьяна Торочешникова: А зачем это спецслужбам?

Елена Рябинина: Я думаю, это связано с общим подходам, который даже не надо было вырабатывать российской ФСЮ и служба национальной безопасности Таджикистана, Узбекистана, Туркмении, потому что они учились в одних и тех же местах, и их менталитет формировался одними и теми же учителями.

Марьяна Торочешникова: Анна, а разве шанхайское соглашение о сотрудничестве более весомый документ, чем Европейская конвенция по правам человека и решение Европейского суда?

Анна Ставицкая: Безусловно, Европейская конвенция и запрет Европейского суда об экстрадиции определенных граждан имеет больший вес, чем совершенно незаконное Шанхайское соглашение, которое против прав человека. Мне сложно объяснить, почему здесь наши правоохранители скорее идут на нарушение права и совершенно не соблюдают решения Европейского суда. Мне кажется, что здесь дело даже не в Шанхайском соглашении, а здесь есть договоренности между двумя спецслужбами - Узбекистана и Таджикистана, и на мой взгляд, то обстоятельство, кого именно похищают, в частности, в Таджикистан. В Таджикистан все-таки больше похищают людей, которые тем или иным образом насолили режиму Рахмонова. И мне кажется, здесь больше личные договоренности играют роль. По тем случаям, которые уже произошли, никого не наказали, не проводились никакие расследования, не установлены лица, которые это совершили, и эти лица не понесли наказания. Ну, да, выносит решение Европейский суд, но какой-то представитель спецслужб Пупкин - ему этот Европейский суд до Луны, и если ему не наказали за то, что он сделал в прошлый раз, что лично его может остановить и в следующий раз? Тем более, я уверена, что все это не происходит за бесплатно. Здесь и деньги заработаешь, и наказания никакого не получишь. Дело в том, что еще в 2004 году похитили одного тоже таджика, он был главный оппозиционер Рахмонову на предстоящих выборах, это был мой подзащитный Махмадрузи Искандаров. Его похитили и незаконно переместили на территорию Таджикистана, несмотря на то, что Россия отказала в его экстрадиции. И мне удалось Европейскому суду доказать, что в этом были виноваты российские власти. И Европейский суд в 2010 году вынес решение, на мой взгляд, такое стыдное для России, потому что Европейский суд написал, что с его точки зрения в его незаконном перемещении из Российской Федерации в Таджикистан виноваты именно российские власти, то есть это происходило при участии российских властей. До сих пор дело приостановлено, никто никого не ищет, ответственности никто не понес. Его в Таджикистане приговорили к 23 годам лишения свободы, и он сейчас там отбывает срок. Когда его туда переместили, его пытали, выбивая признательные показания. И даже несмотря на такое решение, которое для любого государства было бы таким черным пятном, позором, все равно наше государство ничего не делает, более того, за последнее время случаи похищения людей участились.

Марьяна Торочешникова: Андрей из Иркутска, пожалуйста.

Слушатель: Решения Европейского суда в России вообще игнорируются. Мне непонятно почему.

Марьяна Торочешникова: Андрей, я вам возражу. В последние годы никаких претензий к тому, как исполняются решения Европейского суда по правам человека с точки зрения материальной, нет, то есть компенсации выплачиваются довольно быстро. Но есть еще особенная часть в каждом решении Европейского суда, в котором описаны меры общего характера, которые должна предпринять страна, для того чтобы подобные нарушения прав человека не повторялись, и с этим у нас хуже.

Анна Ставицкая: Сейчас стали использовать заявители довольно успешно другой механизм - направление заявления в Комитет министров, который занимается исполнением решений Европейского суда. Если заявитель считает, что его решение не исполнено в полном объеме, то он имеет право об этом сообщить в Комитет министров, а тот уже начинает по этому поводу разбирательство.

Марьяна Торочешникова: Нашим чиновникам должно быть неловко, что им каждый раз напоминают, что они должны исполнять обязательства, которые они сами же на себя взяли, подписав Конвенцию.

Анна Ставицкая: Господину Матюшкину не неловко же писать такие письма в Европейский суд. Более того, он по делу Джураева даже грозил Европейскому суду. У Джураева истекал предельный срок содержания под стражей по экстрадиции 27 февраля 2012 года, Матюшкин написал в Европейский суд о том, что если тот не рассмотрит до этого времени жалобу, то будет нарушена статья 5-я Европейской конвенции "Незаконное содержание под стражей".

Марьяна Торочешникова: Притом что, на самом деле, никто не заставлял здесь помещать его в следственный изолятор. Елена, в письме Европейского суда были поименованы 25 граждан различных стран, которых Россия должна всячески оберегать и не дать вывезти в эти страны. Эти люди из одной страны или там представители разных государств?

Елена Рябинина: Подавляющее большинство - люди, выдачи которых требует Узбекистан. И основная масса экстрадиционных запросов, если говорить о государствах Центральной Азии, идет именно из Узбекистана. И потому что позиция Европейского суда по поводу выдачи в Узбекистан достаточно четко и много раз была выражена, и приостановку таких выдач Европейский суд часто практикует.

Марьяна Торочешникова: И Россия перестала этих граждан выдавать.

Елена Рябинина: Я бы не сказала, что перестала выдавать. И сейчас у нас есть несколько крайне острых дел. И серьезные опасения, что в случае отказа в выдаче люди могут быть похищены. Вот я вчера была в Мурманске - дело Юсупа Касимахунова, гражданина Узбекистана. Но большинство дел о выдаче в Узбекистан в этом списке не только по этой причине, но и потому, что Европейский суд с большими сомнениями часто относится к запросам о применении 39-го правила из других стран, например, из Белоруссии. Те два дела, которые касаются Белоруссии, два человека из этого списка, - это только лишь те, кому в случае экстрадиции угрожает смертная казнь. Также в этом списке есть два человека, выдачи которых требует Казахстан, два человека, выдачи которых требует Киргизия, по одному из Афганистана и Сомали. То есть это не все экстрадиционные запросы, которые поступают в Россию, это только те дела, по которым суд применил 39-е правило. А применяет он его в исключительных случаях.

Марьяна Торочешникова: Да, когда человеку, выдачи которого требует государство, грозят пытки, неминуемая смерть и заведомо его права могут быть нарушены.

Елена Рябинина: Если это доказано стороной защиты и подкреплено материалами международных организаций.

Марьяна Торочешникова: Геннадий Сергеевич из Смоленской области, пожалуйста.

Слушатель: Передо мной лежит книга Туманова "Европейский суд по правам человека", читаю: "В соответствии со статьей 15-ой, частью 4-ой Конституции Российской Федерации, Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод стала составной частью правовой системы Российской Федерации". Все ясно, должны исполнять! Но у нас бывшие страны СНГ и Россия - составная часть тоталитарного режима в мировом пространстве.

Марьяна Торочешникова: Леонид из Московской области, пожалуйста.

Слушатель: Я глубоко сочувствую высланному парню, узбеку, но, первое, законно ли он попал сюда, и второе, как насчет Бута, который мне глубоко несимпатичен, но его одна серьезная страна с помощью своих спецслужб выкрала из другой страны?

Елена Рябинина: Во-первых, если правоприменение будет исходить из того, что за законное или незаконное, не знаю, перемещение Бута в Америку надо расплачиваться незаконным перемещением Джураева в Таджикистан, то при чем тут вообще право? Что касается незаконной эмиграции, речь идет вообще не об этом. Речь идет о том, что третья статья Европейской конвенции категорически запрещает выдачу в страны, где человеку могут грозить пытки. И независимо от того, законно ли он находился в России, незаконно, даже если он плохой, это абсолютно никакой роли не играет.

Марьяна Торочешникова: И если он совершил какое-то преступление, он может быть осужден здесь и отбывать наказание здесь.

Елена Рябинина: Другой вопрос, что не существуют механизмы рассмотрения уголовных дел, возбужденных в одной стране, их процессуального дальше ведения в другой, все это сложно. Тем не менее, были в Европейском суде решения по делам, касавшимся выдачи из Великобритании, из Италии террористов, что никто не оспаривал, но если в запрашивающих странах им грозили пытки, то их выдача запрещалась. Дальше - ищите правовые способы, как разрешить проблему без нарушения этого запрета конвенции.

Марьяна Торочешникова: Вернемся в делу Низомхона Джураева, предпринимателя из Таджикистана. Подробности этого дела вы можете найти на нашем сайте, в одной из недавних передач Ирины Лагуниной об этом рассказывалось довольно подробно. Анна, каким образом Джураев оказался в России, почему вы заявляете, как его адвокат, что его преследование политически мотивировано, и почему вы считаете, что ему нельзя было оказаться в Таджикистане?

Анна Ставицкая: Джураев в Таджикистане был очень крупным бизнесменом, и все у него было неплохо, у него было в собственности несколько заводов и другой недвижимости, он давал работу очень многим людям в Таджикистане. Он работал и горя не знал, пока в 2006 году родственник президента Рахмонова не подошел к нему и не сказал: перепиши-ка на нашу фирму один свой завод, а если не перепишешь, тебе будет не очень хорошо. Джураев подумал и один завод отдал, думая, что на этом все закончится. Через полгода к нему опять подошел этот господин и сказал: переписывай еще один завод. Здесь Джураев уже подумал, что он так останется без собственности, и решил ответить отказом. И когда он ответил отказом, здесь его все проблемы и начались. Начались массированные проверки на всех его предприятиях, на него было совершено покушение, и он, опасаясь за свою жизнь, решил уехать из Таджикистана в Арабские Эмираты. Это было в июне 2007 года. Практически в этот же период было возбуждено уголовное дело в отношении него и еще 33 граждан Таджикистана, дело бы очень громкое.

Марьяна Торочешникова: Там обвиняли людей в грабежах, убийствах, незаконной приватизации, изъятии собственности...

Анна Ставицкая: Там грабежей не было, там был один эпизод с убийством бывшего заместителя генерального прокурора, а дальше экономические дела в составе организованной преступной группы, которой якобы руководил Джураев. При этом убийство было совершено в 1999 году, когда Джураев находился на территории Таджикистана, и до 2007 года к нему никто никаких претензий не предъявлял по этому поводу. Все люди были осуждены, им дали от 10 до 25 лет лишения свободы, и в ходе судебного разбирательства большинство из подсудимых говорили о том, что к ним применялись серьезные пытки, для того чтобы они дали показания в отношении Джураева. Но в 2010 году Джураев из Арабских Эмиратов приехал в Москву по личным обстоятельствам, у него были тут семейные дела, и был через несколько дней задержан сотрудниками правоохранительных органов России по запросу об экстрадиции в Таджикистан. На всех уровнях в России было принято решение о его экстрадиции, несмотря на то, что нами были представлены доказательства о пытках, и эти показания были даны в Московском городском суде людьми, которые реально прошли через эти ужасные вещи. В итоге Европейский суд запретил экстрадицию, и 27 февраля 2012 года Джураев должен был быть освобожден из-под стражи. И когда нам в Хамовнической прокуратуре уже протянули постановление о его освобождении, прямо сразу же, как в боевике, ворвались в кабинет хамовнического прокурора люди в масках в штатском, начали нас фотографировать зачем-то, предъявили нам постановление о приводе Джураева в следственный отдел города Щелково, Московской области, что якобы он не являлся на вызовы следствия, поэтому его необходимо было привести, как свидетеля, для допроса по покушению на убийство некого Каримова. Хотя в Щелково все знали, что Джураев находился в тюрьме и являться никак не мог. Сначала ему было предъявлено обвинение в покушении на убийство некого Каримова. Эти покушения были совершены, когда Джураев находился на территории Арабских Эмиратов, более того, он Каримова этого видел первый раз на очной ставке. Было совершенно понятно, что это было сфальсифицированное дело. Потом его забрали в следственный изолятор, где он находился целый месяц. И 25 марта мне из изолятора позвонил один человек и сказал, что - это было в 12:30 - "ваш подзащитный передал, что его срочно отпускают, и чтобы я приехала к изолятору". Когда я приехала, то его, к сожалению, уже выпустили, и я с удивлением обнаружила, что выпустили его на том основании, что доказательств причастности к покушению на убийство нет, и следствие переквалифицировало его действия на другую статью "Угроза убийством". При этом ему предъявили обвинение в мое отсутствие, что тоже является нарушением закона, и освободили из-под стражи, изменив меру пресечения на подписку о невыезде. С тех пор, как он вышел из тюрьмы, он пропал. Я считаю, что задержание, изменение меры пресечения, предъявление обвинения в мое отсутствие - все это было заранее спланировано, с тем чтобы его освободить из-под стражи тогда, когда не было рядом меня и его родственников. После этого он пропал.

Марьяна Торочешникова: Я позвонила своему коллеге, редактору таджикского издания "Азия Плюс" Марату Мамасуеву, который также отслеживает то, как развивается дело Низомхона Джураева, и попросила его высказать свое мнение об этом деле.

Марат Мамасуев: Наполовину это политический заказ, наполовину реально какие-то криминальные вещи. Очень трудно так однозначно выводы делать, но я могу сказать, что собственность Джураева попала в руки не государства, а каких-то не связанных с элитой родственников, скажем так. Поэтому я думаю, что в большей степени кого-то интересовало имущество господина Низомхона Джураева, поэтому он, очень даже лояльный к власти человек, он был даже доверенным лицом президента на президентских выборах в 2005 году, после чего было инициировано это судебное преследование. И еще у Джураева были плохие отношения с некоторыми руководителями Согдийской области. И пока центр к нему так хорошо относился, он держался, но когда и в центре перестали к нему хорошо относиться... Еще раз говорю, я думаю, что главным мотивом была его собственность, его имущество. Он ее как-то оберегал, но потом уже не смог.

Марьяна Торочешникова: Сейчас, когда Джураев пропал из Москвы, не проявился ли он где-то в Таджикистане?

Марат Мамасуев: У меня таких сведений нет. Мы обращались в прокуратуру с запросом, обращались к родственникам Джураева, наше издание, но пока никаких данных нам не представили. В прокуратуре отрицают, что Джураев у них находится. Но точно так же было, когда на родину привезли Махмадрузи Искандарова. Возможен и другой, более трагический сюжет для Джураева, что на самом деле его передали в руки не официальных органов, а криминальных структур в России. Потому что у него здесь, в Таджикистане, были и такие враги тоже, которые могли с ним просто расправиться по-криминальному. 70 процентов вероятности, что его этапируют в Таджикистан, 30 - что его уже нет в живых.

Марьяна Торочешникова: Андрей из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Россия постоянно нкрушает Европейскую конвенцию по правам человека. Почему Страсбургский суд не даст в связи с этим России пинка - не исключит Россию в связи с тема, что она постоянно нарушает права человека?

Марьяна Торочешникова: Елена, вы считаете, можно Россию вообще исключить из Совета Европы за то, что постоянно нарушаются права человека?

Елена Рябинина: Когда обсуждались всякие, мягко говоря, неправовые предложения о том, чтобы в российское законодательство включить пункты, позволяющие игнорировать решения Страсбурга, было понятно, что это приведет к исключению из Совета Европы, и мы этого всерьез опасались. Потому что это чуть ли не единственный механизм, который, к сожалению, не всегда, с такими ужасными сбоями, очень медленный, но все-таки позволяет людям, которые остро нуждаются в восстановлении их прав, надеяться на их восстановление. Если Россия выйдет из Совета Европы или получит "пинок", как выразился наш слушатель, конечно, это будет громкий международный скандал, и в конечном счете граждане России пострадают больше. Я считаю, что Страсбург должен жестче относиться к таким ситуациям, чем что мы видим сейчас, нельзя этого спускать. Но считать, что исключение поможет, неправильно.

Марьяна Торочешникова: Евгений Николаевич из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: У нас неправовое государство, в отличие от США. В США законы едины для всех. Второе, Европейский суд когда присуждает сумму - ее надо с виновника брать, а не из бюджета. Ответственность, получается, государство несет, а надо, чтобы человек платил из своего кармана. И третье, почему у нас с Прибалтикой не возникает вопросов, а Средняя Азия - они все сюда лезут, в мегаполисы.

Марьяна Торочешникова: Ну, насчет лезут, - люди едут туда, где вероятнее найти работу, и чем крупнее город, тем больше возможностей трудостроиться на более-менее приличные деньги. И миграция происходит и в самой России, люди стремятся в крупные города.

Анна Ставицкая: Кстати, Низомхон Джураев сюда не лез, как выразился слушатель, он сюда приехал только по семейным вопросам. Смысл не в том, что в отношении таджика такое произошло, а что в принципе нарушается закон, и такое может произойти с любым человеком. Мы постоянно слышим о насилии со стороны правоохранительных органов, о коррупции, а здесь еще - похищения. И высшие чины нашего государства никак не это не обращают внимания, не предпринимают никакие меры. Нет наказания, из-за этого такой беспредел у нас и происходит.

Елена Рябинина: И два слова по поводу того, что все это оплачивается из бюджета, а не теми лицами, которые виновны. Постоянно в судах от прокуроров, в разговорах в перерывах, зачем вам это надо, ребята, будет еще одно дело в Страсбурге, будет еще 15, 20, 25 тысяч евро, которые Россия должны будет выплатить, - сторона прокуратуры отвечает: а нам-то что, это же не из нашего кармана. То есть практически дословно или совсем дословно.

Марьяна Торочешникова: То есть за ошибки чиновников отвечают налогоплательщики.

Елена Рябинина: Я бы не назвала это ошибками. Это преступления и нарушения закона, допускаемые чиновниками.

Марьяна Торочешникова: Смс от Влада: "Корень зла лежит в отсутствии жесткого контроля со стороны международных административных органов и даже самих этих органов. Надо ограничить сферу суверенитета государства". Это как раз один из наиболее дискуссионных вопросов - до какой степени могут вмешиваться международные всякие органы в то, что происходит внутри государства. А Роза спрашивает: "В Европейском суде присутствуют представители нашей страны Почему к нему не принимаются никакие меры?"

Анна Ставицкая: Вот это как раз тот самый господин Матюшкин, о котором мы говорили, который вместо того, чтобы предпринимать меры, чтобы Россия не краснела перед Страсбургом, в этот самый Страсбург пишет различные отписки. Он занимает пост заместителя министра юстиции, и я него на него как-то воздействовать. Я могу лишь, как адвокат, писать жалобы в различные инстанции и ждать ответа, и придавать гласности то, что происходит, его ответы на запросы Европейского суда. И я хотела еще поблагодарить депутата Дмитрия Гудкова, который вмешался в эту ситуацию и направил депутатский запрос генеральному прокурору Чайке, с тем чтобы была проведена проверка. Мною тоже много запросов было в различные органы направлено. Прошло полторы недели с момента направления этих бумаг, с момента похищения, но пока еще никто ничего не написал.

Марьяна Торочешникова: Елена, что конкретно может и должна предпринять сейчас Российская Федерация для того, чтобы не краснеть перед Страсбургом, чтобы не нарушались права граждан?

Елена Рябинина: В первую очередь, когда с территории России через границу Российской Федерации незаконно вывозят людей, неужели это не нарушение суверенитета? Для начала надо было с этим разобраться. Во-вторых, жесткий запрос в Таджикистан о том, там ли он находится, и очень жесткая проверка границ на авиатранспорте, через которые мог был быть везен Джураев.

Марьяна Торочешникова: И это должна сделать российская сторона.

Елена Рябинина: Первое, самое первое.

Марьяна Торочешникова: На волнах Радио Свобода прозвучала передача "Человек имеет право", со мной в студии сегодня были адвокат Анна Ставицкая и руководитель программы "Право на убежище" Института прав человека Елена Рябинина.

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG