Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сербия: почему реальный выбор имеет значение


Ирина Лагунина: В минувшее воскресенье в Сербии прошли президентские и парламентские выборы, а также выборы в местные органы самоуправления. На президентских выборах никто из 12 кандидатов не набрал необходимого абсолютного большинства голосов и поэтому 20 мая будет проведен второй тур. Во второй тур вышли лидер Демократической партии Борис Тадич, который провел в президентском кресле уже два мандата, и покинувший четыре года назад ряды Радикальной партии и переодевшийся в умеренного националиста лидер Сербской прогрессивной партии Томислав Николич. Результат этих двоих кандидатов отличается лишь на половину процента. Партии Николича и Тадича также имеют лучший результат на парламентских выборах, и разница между ними меньше двух процентов.
Какие выводы можно сделать из итогов этих выборов? Рассказывает наш корреспондент в Белграде Айя Куге.

Айя Куге: Соотношение сил на политической арене Сербии не простое. С одной стороны, два больших коалиционных блока с сильными лидерами - ориентированной на Европу Демократической партией и консервативной Сербской прогрессивной партией, а с другой, десятки мелких партий, чаще всего не имеющих свое лицо. По середине – три коалиции, преодолевшие пятипроцентный барьер для входа в парламент. И особый случай – возрастающая по силе Социалистическая партия Сербии, от которой зависит, какая из двух ведущих партий после выборов придет к власти – без социалистов ни одна из них не в состоянии составить правительство.
Итоги прошедших выборов я попросила прокомментировать белградского социолога Сречко Михайловича.
Куда, судя по итогам выборов, движется Сербия? До выборов часто можно было слышать определенное общественное разочарование: вроде все сербские политики похожи, и поэтому настоящего выбора нет.

Сречко Михайлович: Возможности Сербии выбирать направление очень ограничены. Можно сказать, что Сербия находится на колее, с которой невозможно повернуть – стрелки нет. К тому же это очень узкая колея. А в такой ситуации выборы мало что могут изменить. Но все-таки важно, кого Сербия выбирает, то есть, кого она выбрала. От этого зависит стратегические решения, разница в тактике и в методах осуществления определенных целей. То есть разница есть, и избиратели в Сербии это почувствовали, а, может быть, даже поняли. Характерная для нашей страны раздробленность электората выявила эту разнородность взглядов и на настоящее, и на будущее Сербии.

Айя Куге: Несмотря на то, что среди политических партий достигнут почти консенсус по поводу ориентации Сербии на Европу, по крайней мере, на словах, складывается впечатление, что нет никакого единства по поводу того, как реально решать накопившиеся жизненно важные проблемы обычных граждан.

Сречко Михайлович: Это правда. Надо, несомненно, учитывать тот факт, что у Сербии сейчас масса тяжелейших проблем, что мы на грани почти катастрофического кризиса. Но реакция политических элит на эти проблемы разнородна, единого подхода нет. Что из этого может получиться, видно на примере Греции – очень трудно сформировать правительство с таким разбросом мнений. Сербия, впрочем, немного в лучшем положении - формирование правительства, я уверен, произойдет очень скоро.

Айя Куге: Добавлю, что с неожиданной для всех скоростью, уже на третий день после выборов, поступила информация о том, что Демократическая партия уже достигла начальной договоренности с социалистами о совместном формировании кабинета министров. Таким образом, Сербская прогрессивная партия, набравшая даже чуть больше голосов, чем демократы, на старте лишена возможности прихода к власти. На первый взгляд в Сербии после выборов мало что изменится. Так ли это? Или есть новые тенденции?

Сречко Михайлович: На этих выборах проявилось несколько моментов, указывающих на тенденции, которые могли бы быть важными в будущем. Отмечу лишь главные. И в первую очередь, тот факт, что ведущие политические партии потеряли голоса, получили меньше поддержки, чем ранее. Я считаю, что избиратели наказали ведущих политиков из-за грязной кампании и неуспехов их политики в предыдущий период. Мне кажется, что когда в Сербии говорят об актуальной политике, под этим все больше понимают политику всех политических партий, как оппозиционных, так и тех, кто у власти.

Айя Куге: Напомню, мы обсуждаем итоги прошедших в Сербии выборов с белградским социологом Сречко Михайловичем.
Все аналитики, с одной стороны, подчеркивают то, что формально самой сильной на выборах оказалась Сербская прогрессивная партия, а с другой, то, что руководство этой партии достигло успеха, отказавшись от экстремистско-националистической ориентации. Ведь эта партия образовалась четыре года назад из раскола ультранационалистической Сербской радикальной партии, лидер которой Воислав Шешель отвечает пред Международным трибуналом по военным преступлениям в Гааге. А вторая по силе в Сербии в 90-х годах Радикальная партия впервые за двадцать лет своего существования получила меньше пяти процентов голосов и не прошла в парламент. В парламент не прошла также превратившаяся перед выборами в партию клерикально-националистическая организация «Двери».

Сречко Михайлович: Это другой феномен: спад числа сторонников радикалов. Можно, конечно, предположить, что, может быть, это произошло потому, что на политической арене, на той же стороне политического спектра, появилась еще одна подобная партия – “Двери”, которая забрала часть избирателей Радикальной партии. Но даже если это не так, это факт, что такого рода радикализм в Сербии уменьшается, и если быть циничным, то можно сказать, что самой большой успех Прогрессивной партии состоит в том, что радикалы не преодолели 5% барьер.

Айя Куге: Поговорим о еще одном важном явлении. На следующий день после выборов многие сербские газеты вышли с заголовком: “Настоящий победитель выборов - Социалистическая партия Сербии”. Социалисты, которые 5 октября 2000 года в ходе всенародного восстания были сметены с политической арены Сербии вместе со своим лидером Слободаном Милошевичем, теперь получили поддержку четырнадцати процентов избирателей, а это вдвое больше, чем на выборах 2008 года.

Сречко Михайлович: Я бы не назвал это победой на выборах – странно, что все так говорят, хотя Социалистическая партия лишь на третьем месте. Но неважно! Это правда, что социалисты добились успеха на этих выборах, но они имели определенный успех на всех выборах после 2000 года. После катастрофического для них 2000 года, они со временем вернулись на политическую арену, и теперь являются стабильной третьей политической силой в Сербии. И заслуга в этом принадлежит руководству соцпартии, прежде всего, их лидеру Ивице Дачичу.

Айя Куге: Во времена Слободана Милошевича Ивица Дачич был его “пионером” и главой молодых социалистов. После падения режима, он вскоре прагматично отказался от наследия прошлого и шесть лет назад стал лидером реформированной соцпартии, которую большинство кадров, близких к Милошевичу, покинули. После выборов 2008 года Ивица Дачич спас демократов, войдя с ними в правительство. В противоположном случае правительство бы составили радикалы. Дачич получил пост Министра внутренних дел и место вице-премьера Сербии и высокий рейтинг среди тех граждан, кто любит «твердую руку».

Сречко Михайлович: Ему приходилось принимать очень трудные решения – например, когда он решился пойти на политический союз с Демократической партией. Кстати, это было тяжелым политическим решением и для самых демократов. Однако оказалось, что в каком-то смысле это было хорошо для Сербии. Вероятно, любое другое решение привело бы к намного более тяжелой ситуации, чем она есть сегодня. Ивица Дачич эти четыре года находился на очень ответственном посту. Он взялся за работу, которую никто не хотел на себя брать, выполнял свои обязательства успешно, и в ходе предвыборной кампании определенным образом использовал свой пост: чаще проводились облавы и аресты разных криминальных элементов, лиц, уличенных в коррупции, распространителей наркотиков. А это всегда получает большую поддержку граждан Сербии – ведь каждый из нас на своей шее чувствует тяжесть криминала и каждый, кто нам помогает сбросить эту тяжесть, получает поддержку граждан.

Айя Куге: Можно понять положительное отношение многих граждан к лидеру социалистов, однако немало и людей, кто не забыл 90-е годы, не забыл, что представляла собой тогда Социалистическая партия, в которой тот же Ивица Дачич занимал немаловажный пост. Для них восход социалистов – тяжелая моральная обида. А сторонники социалистов также не рады, что руководство их партии идет рука в руку с демократами.

Сречко Михайлович: Конечно, и сегодня, как и четыре года назад, не все социалисты склоняются к политическому союзу с демократами и не все демократы принимают политический союз с социалистами. Но большинство сторонников обеих партий это, очевидно, поддерживают, так как речь идет об успешной политике. Несмотря на то, что эта политика не была в состоянии вывести нас из катастрофы девяностых годов, теперь мы все-таки сделали шаг вперед и на сегодняшних показателях все-таки можно строить надежду, что ситуация изменится. Сербия должна вести более реалистичную, чем ранее, политику, свободную от любых амбиций о какой-то величине страны или нации. Эта идея о величине была успешно построена во времена большой Югославии, это воплотил Тито, и кажется, что мы, сербы, это унаследовали и сегодня все еще воображаем, что мы очень значительные.

Айя Куге: Так на итоги прошедших в Сербии выборов смотрит белградский социолог Сречко Михайлович.
XS
SM
MD
LG