Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Сообщество тех, кто выступает за честные выборы


Ирина Лагунина: Сегодня мы будем говорить о российских протестах. В беседе участвуют координатор "Белой ленты" по Хабаровскому краю Сергей Луцевич, представитель движения ТИГР, Товарищество инициативных граждан России во Владивостоке Александр Щеглюк, активист Мастерской протестных действий Василий Катуранов и обозреватель газеты The Moscow Times Виктор Давыдов. Сергей Луцевич, Комсомольск-на-Амуре, что происходит у вас в последние дни?

Сергей Луцевич: На 6 мая мы подали уведомление на пикет, ответ на уведомление мы так и не получили до сих пор. Уже по аутсайдерской информации нам сообщили, что пикет нам запретили. Причины мы так же не знаем. Решили выйти все равно, так как пикеты носят уведомительный характер. Но перед тем, как выйти на пикет, ко мне подъехали сотрудники ФСБ, пригласили на беседу, порядка получаса я общался с ними, потом меня передали в оперативно-розыскную часть отделения полиции № 1, там еще полтора часа продержали по надуманным причинам. Ко мне подъехала Галина Перфильева, еще один из активистов движения "Белая лента" в нашем городе, а также адвокат в качестве моего защитника. Ей на площади сотрудники полиции настоятельно рекомендовали уйти, в противном случае грозили задержанием. И людей, которые успели все-таки выйти на площадь, вежливо, мягко разогнали угрозами задержаний. 6 числа нам акцию сорвали. 7 числа и по настоящий день мы выходим на ежедневные прогулки по городу с белыми лентами число участников каждый день растет. Планируем в поддержку всероссийской акции выходить ежедневно, и в ближайшие дни начинаем одиночные пикеты у администрации города в поддержку незаконного задержанных Алексея Навального и Сергея Удальцова.

Ирина Лагунина: Александр Щеглюк, что происходит во Владивостоке в эти дни?

Александр Щеглюк: Мы так же подали уведомление на проведение "Марша миллионов" 6 мая. Обычно у нас происходит согласование в отделе внутренней политики краевой администрации, в этот раз нам наотрез было отказано в согласовании, поэтому мы пошли в городскую администрацию. Видимо, нам там по ошибке согласовали, не ожидая, что это будет, мы сами не ожидали, что получим согласование. Тем не менее, марш собрал около 150 человек, в числе которых основная масса была представителей движения ТИГР, КПРФ, так же анархисты, "Другая Россия", "Яблоко". Марш закончился на Центральной площади возле администрации, где 6 активистов, в том числе организаторы были задержаны, арестованы, был изъят реквизит без выдачи копии протоколов, дорогостоящие вещи, аппаратура. На сегодняшний день полиция не выдает акты, не удается вернуть нашу атрибутику, в том числе бутафорский гроб с надписью "Демократия". Такой перфоменс "Похороны демократии". Еще раз повторю, 6 человек было задержано, мы были доставлены в суд. Сразу же депутат законодательного собрания Хабаровского края Артем Самсонов был признан виновным по статье 19.3 - невыполнение распоряжений полиции, штраф 500 рублей. Штраф небольшой, но самое главное, что действия полиции были незаконными, то, что забрали наш реквизит, ничего не выдали, сейчас мы не можем получить назад наши вещи, собственность – это для нас очень сильный удар. Это означает, что и в следующий раз могут реквизит забирать.
Пришло решение суда на меня за проведение несанкционированных собраний, за предыдущие мероприятия. Постоянно в судах идет давление на активистов протестного движения. После "Марша миллионов" мы проводили одиночные пикеты, сейчас у тематика "Свобода Навальному и Удальцову", до этого у нас были пикеты по местной тематике. У нас на прошлых выборах 4 декабря от Владивостока в большинство представителей законодательного собрания Приморского края прошли оппозиционные политики от КПРФ, и одного из них Светлану Колотову беременную женщину сейчас, основной ее противник от партии "Единая Россия", партии жуликов и воров, Евгений Куш, директор местного мясоперерабатывающего комбината, удалось через суд отметить результаты на нескольких участках, где было большинство у Светланы Колотовой, что позволяет ему по другим участкам большинство. То есть идет работа у "Единой России" таким образом забрать мандаты у оппозиционных политиков в свою пользу, на что мы объявляем бойкот продукции, колбасе и прочей продукции, в судах идет борьба адвокатов, юристов. Сейчас поданы апелляции обжалования этого решения. Создана группа протестная в думе Приморского края, 9 кандидатов от КПРФ, которые выносят решения и не позволяют какие-то законы принимать откровенно преступные, которые разворовывают бюджет края. В октябре у нас будут выборы в городскую думу, на которых мы планируем взять большинство мандатов.

Ирина Лагунина: Василий Катуранов, я передаю слово вам. Вы выходили на Чистые пруды, что вам бросилось в глаза, ваши наблюдения за эти дни?

Василий Катуранов: Люди начали координироваться без лидеров. Когда нас гоняли в ночь с 8 на 9, ОМОН рассеивал нас. Шел дождь, и мы небольшими группами по 20 человек координировались, собирались в разных местах и в итоге нам удалось не останавливать прогулку. Мне кажется, это очень важно, потому что продолжается беспрерывный бродячий протест, который идет больше четырех суток. Бросилась в глаза жестокость ОМОНа на Пушкинской, но сейчас, слава богу, все в порядке.

Ирина Лагунина: Виктор, ваши впечатления от того, что происходит в Москве?

Виктор Давыдов: Это очень странные впечатления, потому что ничего подобного в Москве не было, я никогда не видел. Чистые пруды, где я был вчера, известны среди москвичей как место, популярное среди молодежи, и сначала кажется, что в принципе здесь ничего не происходит, просто люди сидят, гуляют, разговаривают. Но потом глаз начинает замечать, что люди почти все с белыми ленточками, с символикой, с различными значками политическими, причем очень оскорбительными для новоизбранного президента подчас. Затем то, что это не просто молодежь, которая пришла погулять, встретиться. Там совершенно различные люди, разных возрастов, разного социального происхождения. И среди молодежи и студентов я встречаю своего знакомого, сотрудника довольно крупного инвестиционного фонда, который тоже пришел поддержать с белой лентой. Потом глаз начинает различать, что среди толпы различные мелкие группки, которые группируются вокруг нескольких человек, которые ведут семинары на темы организации свободного пространства, расширения базы протесты, чисто технические вопросы кодирования телефонных и электронных сообщений. Потом видны люди, которые организуют все это, и они организуют сами, дружинники, которые следят за порядком и быстро отсеивают пьяных случайных или бомжей. Там же организуется, кто-то собирает деньги, потом они покупают провизию, все это привозится, сервируется. Тут же распространяется литература, кто-то собирает группы агитаторов для того, чтобы отправить в спальные районы Москвы для поддержки движения и того, что там происходит. Может быть самое интересное, что меня поразило – это реакция москвичей. Проезжающие машины постоянно сигналят, толпа отвечает им аплодисментами и криками. И эта поддержка, которая чувствуется даже среди тех, кто не участвует сам в движении, сам не пришел на бульвар, а просто проходит, проезжает мимо, вот это очень сильно воодушевляет.

Ирина Лагунина: Сергей, этот протест, который начался в декабре, протест "За честные выборы", сейчас после инаугурации Владимира Путина, собственно это было видно после 6 числа, превратился в протест не против нечестных выборов, а против власти, которая была выбрана нечестным путем. У вас в регионе это протест против нынешней власти или это протест против только технологий, которыми пользуется эта власть?

Сергей Луцевич: Скажем так, мы никогда не шли против власти как таковой. В данном случае да, это протест против технологий, которыми пользуется нынешняя власть. Дело в том, что с нашей точки зрения много фактов подтверждает это, и сам процесс выборов, не только 4 марта, я говорю только пока о президентских выборах, но и процесс предвыборной кампании говорит о том, что выборы были достаточно нечестными. Даже те люди, которые пришли на избирательные участки и проголосовали за Путина, они не имели доступа ко всей информации, не имели возможности объективно оценить каждого кандидата в отдельности. Все СМИ, та самая рабочая поездка так называемая Путина по стране, все было направлено на то, чтобы задавить конкурентов и выдвинуть вперед единственного кандидата Владимира Путина. Поэтому мы считаем, что нынешняя власть нелегитимна, как президент, так и дума, что показало 4 декабря. Соответственно, в данный момент мы протестуем против власти, так как она, с нашей точки зрения, незаконна.

Ирина Лагунина: Александр, у вас во Владивостоке думские выборы прошли довольно объективно. За что вы теперь будете бороться?

Александр Щеглюк: Выборы прошли объективно благодаря тому, что на каждом участке у нас было по два и более наблюдателя, это в первую очередь декабрьские выборы, на которых "Единая Россия" по Владивостоку получила всего лишь 22%. На мартовских выборах Путину удалось получить 47%, хотя анализ графиков распределения голосов позволяет доказать, что даже с использованием административного ресурса он набирает 40%, остальное благодаря тому, что были созданы закрытые участки для голосования бюджетников, студентов, военных, работников здравоохранения, образования, на которых в условиях коллективной ответственности были люди обязаны голосовать. Так же распределено более 30 тысяч открепительных удостоверений, которые не были розданы на участки, а распределены среди бюджетников для того, чтобы они шли голосовать на определенные участки. Благодаря административному ресурсу и благодаря банальному переписыванию протоколов, больше 10 тысяч голосов было переписано в протоколах, Путин получил 47% по Владивостоку.
Что касается честного или нечестного проведения выборов. Мы все знаем, как работает пропаганда: если десять раз сказать "Путин хороший", то сам себя ловишь на мысли: а что, не такой плохой мужик. На Дальнем Востоке за три месяца 12 года на имидж власти было потрачено 2,1 миллиарда рублей – это на каждого жителя получается по 1400 рублей, столько денег потрачено на имидж власти за первые три месяца, то есть предвыборные. Рекламой было завешано все, кроме Путина никаких другие кандидаты не звучали. Естественно, что по законам пропаганды Путин должен был победить, поэтому называть эти выборы честными язык не повернется ни у одного умного человека, тем более, что оппозиционных кандидатов не было, были сняты Явлинский и прочие. На следующие выборы, которые пройдут, мы выдвигаем своих кандидатов в городскую думу.

Ирина Лагунина: Василий, а для вас смысл этого протеста в чем? Это протест против или вы хотите что-то создать новое?

Василий Катуранов: Я хочу создать что-то новое. Сейчас у нас пока нет никакой единой цели. На Чистых прудах как раз занимаются тем, что люди, которые там стоят, вырабатывают эти цели, сами собираются, устраивают "открытый микрофон", где каждый может выступить и сказать, как они видят дальнейшее развитие. Лично я считаю, что нужно провести реформу судебной власти и избирательной, что ее должны выбирать люди так же, как и президента, председателей судебных участков. Должна быть 31статьяо свободе собраний, должно быть отсутствие цензуры и свобода политзаключенных.

Ирина Лагунина: Виктор, вы в чем видите позитивную сторону того, что происходит, в чем есть такой залог на будущее?

Виктор Давыдов: Хотелось бы верить, что он есть. Я думаю, все-таки это действительно очень серьезная заявка на то, что будет происходить в ближайшие дни, недели и месяцы. Я совершенно согласен с этим, что одна из вещей, которая меня поражает – это вдруг внезапно появившаяся способность самоорганизоваться людей, без каких-то явных и известных лидеров. И если действительно какая-то группа оказывается изолирована ОМОНом, то моментально люди решают, что делать и быстро действуют совершенно совместно. И это ощущение на Чистых прудах очень странное, потому что среди города, который находится несколько дней на военном положении, где людей просто хватают на улицах и в ресторанах, и вдруг свободная территория, где вчера я видел всего лишь двух милиционеров, которые фланировали туда-сюда, прошлись, больше их никто не видел, где можно делать все, что угодно, действительно свободная территория. Это удивительно. И еще – это политизация сознания, которая происходит. Потому что все понимают, что масса проблем, которые существуют в стране, и которые существуют в городе, и которые касаются каждого гражданина, каждого человека, который живет - это решение может быть только политическим, именно смена власти, которую мы считаем нелегитимной.

Ирина Лагунина: Василий, 6 числа казалось, что состав протеста немножко изменился, если раньше это был протест очень интеллектуальный, это был протест, можно сказать, изящной мысли, протест людей, которые осознали себя в жизни, то 6 числа вдруг показалось на какой-то момент, что этот протест начал носить более брутальный характер, что это протест насилия, которое проявилось со стороны демонстрантов в том числе, не только со стороны ОМОНа, не только ОМОН несет ответственность за то, что произошло 6 числа. Но 7 уже опять вернулось ощущение декабря, ощущение умного народа, который хочет иметь такую же умную власть, и власть, которая его достойна. У вас есть это ощущение? И почему это произошло, если это так?

Василий Катуранов: Да, ощущение это было в первый день, когда лагерь стоял мирно на Чистых прудах. Я почувствовал то, что почувствовал на первой Болотной - ощущение полного единения. Это было такое спокойствие, какая-то даже немножечко вязкость в воздухе приятная. С чем это связано? Я думаю, что очень многие из наших лидеров думали, что "Марш миллионов" может стать последним протестом, потому что вывести миллион объективно было невозможно. Но потом они увидели, что люди готовы продолжать сопротивляться. И вспомнили о том, с чего мы начинали – мы же не хотим революции.

Сергей Луцевич: Немного небольшую ремарочку в этот вопрос внести. Даже тот факт, что 6 мая люди, вышедшие на митинг, в ряде случаев ответили агрессией на агрессию в ответ на действия полиции, а уже 7 числа жесткие действия протестующих пошли на спад, говорит о том, что люди изначально не были настроены на какие-то жесткие действия, изначально выходили именно с мирными целями. Выйдя люди с жесткими экстремистскими целями, я думаю, они продолжали бы именно эту политику.

Ирина Лагунина: Александр, вы можете что-то добавить?

Александр Щеглюк: Я не согласен с тем, что на спад движение пошло. С моей точки зрения, те, кто пришел полюбопытствовать, они полюбопытствовали и вернулись к себе на кухни, те, кто хотел действий, те нашли группы, к ним примкнули. В частности, у нас записывались контролерами на выборы, наблюдателями, более ста человек записалось, достаточно много людей нашли себя в движении, стали заявляться другие движения, кто-то за дороги борется, кто-то за садики группы, каждую неделю узнаешь о новых группах. Так что на спад движение не идет, а наоборот люди организовываются.

Виктор Давыдов: Я скажу как очевидец событий 6 числа, потому что мне пришлось оказаться в первом ряду спиной к первой цепи, и мы спиной продавливали цепь. Я могу засвидетельствовать, что общее настроение сначала было очень мирным, даже когда мы подошли к цепи внутренних войск, за которой стояла цепь ОМОНа, то люди были настроены доброжелательно, они шутили с солдатами, и солдаты тоже отвечали. Была очень мирная обстановка. Она стала накаляться, когда цепь ОМОНа по приказу двинулась и сдавила толпу, где и так уже в узком месте было очень трудно стоять, после этого стало невозможно дышать. И вот тогда уже движение толпы с Якиманки и создало эту ситуацию. Потому что двигаться назад было невозможно, пройти на Болотную через узкое горлышко с Малого Каменного моста тоже невозможно, и тут эта двойная цепь внутренних войск и ОМОНа начала жать на толпу, вот тут и началось насилие, которое сначала было боданием с ОМОНом, как это всегда бывает на демонстрациях, потом полетели камни. Реакция толпы была спровоцирована действиями правоохранительных органов, и тогда началась настоящая война, полетела бутылка с "молотовским коктейлем", потащили раненых омоновцев. Потому что этот градус настроения толпы моментально поднялся, подскочил до критического. Поэтому в той ситуации, когда давления нет, все становится хорошо, и люди действительно мирные, они общаются с милиционерами, милиция тоже, пока нет приказа, держится и ведет себя корректно.
XS
SM
MD
LG