Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
14 мая в 23 часа по московскому времени в программе Александра Гениса: шутки в Белом Доме; музыканты-политики; Парамонову – 75; музыка-киногерой: "Большой вальс"

Колумнист "Нью-Йорк Таймс" Дэвид Брукс говорит, что предвыборная кампания может быть двух сортов. В одном случае кандидат представляет себя стране в качестве жениха, во втором – в качестве наемного менеджера. Первого избирателя должны полюбить, со вторым – примириться. Сейчас, сетует Брукс, кампания напоминает безжалостный бой кандидатов – бокс без перчаток. Но каждая кампания предусматривает жестокую борьбу. Чем ожесточеннее схватка, тем у нас больше шансов убедиться в умении претендента вести себя под огнем. Однако, при всей беспощадности предвыборной битвы, от политиков требуется умело обращаться с оружием, пользуясь скорее рапирой, чем дубиной. Часто под этим подразумевается юмор, без которого ни у одного кандидата просто нет шансов на победу.

В. Абаринов. Из всех американских президентов Джордж Вашингтон был, пожалуй, одним из самых серьезных и замкнутых. Чопорный, застегнутый на все пуговицы, он редко улыбался – не хотел показывать окружающим свои вставные челюсти. У него не было конкурентов в борьбе за пост президента, поэтому ему и не требовалось веселить публику. Он был жизнерадостным человеком, но никаких шуток истории не оставил.

Зато Авраам Линкольн отличался отменным чувством юмора. Он обладал комическим даром и владел искусством перевоплощения. Он умел подмечать смешное повсюду и был непревзойденным рассказчиком забавных историй. Враги называли его шутом гороховым, а друзья понимали, что юмор – психологическая защита президента.

В сентябре 1862 года Линкольн открыл заседание кабинета чтением вслух какой-то юморески и когда увидел, что министры слушают его с каменными лицами, воскликнул: "Джентльмены, почему вы не смеетесь? При том страшном напряжении, которое я ощущаю и днем и ночью, если я не буду смеяться, я умру. И вам рекомендую то же лекарство!"

Засим он положил перед собой и прочел документ исторического значения – прокламацию об освобождении рабов.

Об остротах Рональда Рейгана мы говорили уже не раз по разным поводам, но это – неисчерпаемый кладезь. Будучи еще кандидатом в президенты, он услышал, что его соперник президент Картер расскажет в телепрограмме "60 минут" о своих достижениях. "А что же они будут показывать в оставшиеся 59?" – спросил Рейган.

Американский политический юмор трудно переводить – нужно объяснять обстоятельства, по поводу которых сказана шутка, а шутка, которую надо объяснять, перестает быть смешной. Но о скандале с агентами Секретной службы, поссорившимися с проституткой в Колумбии, знают все. По этому случаю – заключительная фраза выступления Барака Обамы на обеде для журналистов:

Я с большим удовольствием бываю на таких обедах. У меня еще есть много чего сказать, но Секретной Службе пора домой – мы ввели для них комендантский час.

В. Абаринов. И напоследок – острота от Билла Клинтона: "Быть президентом – все равно, что работать директором кладбища: куча людей в твоем подчинении, но никто тебя не слушает".

А также 14 мая в 23 часа по московскому времени в программе "Поверх барьеров. Американский час":

Необыкновенные американцы Владимира Морозова

Художница Ригина Грэнн.

Диалог на Бродвее

Музыканты в большой политике

Юбилей Бориса Парамонова: стихи, эссе, скрипты

"Большой вальс": гламурная версия рождения музыки.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG