Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Владимир Кара-Мурза - о победе умеренных националистов в Сербии


Новый президент Сербии Томислав Николич

Новый президент Сербии Томислав Николич

Политической сенсацией завершились президентские выборы в Сербии. Во втором туре, прошедшем в воскресенье 20 мая, вопреки ожиданиям, победил оппозиционер, бывший радикал, лидер Сербской прогрессивной партии Томислав Николич. Он на четыре процента опередил действующего президента Бориса Тадича, которому прочили победу. В своем первом выступлении Николич заявил, что Сербия во главе с ним не откажется от интеграции с Европой.

Владимир Кара-Мурза: Президент России Владимир Путин поздравил Томислава Николича с избранием на пост президента Сербии и пожелал новому главе республики успешной работы на столь высоком и ответственном посту. Лидер оппозиционной Сербской прогрессивной партии Томислав Николич победил на выборах президента Сербии с результатом в 50,21 процента.
Николич уже три раза был главным соперником Бориса Тадича на президентских выборах. До середины 2008 года был заместителем председателя Сербской радикальной партии Воислава Шешеля, которую на Западе называют националистической. Затем он основал собственную Сербскую прогрессивную партию и отказался от радикальной риторики, заняв правоцентристскую позицию.
Николич еще до завершения подсчета голосов объявил о своей победе, заявив, что "достиг вершины своей политической карьеры".
О том, приведет ли победа умеренных националистов в Сербии к новому витку балканского кризиса, мы беседуем с Сергеем Грызуновым, профессором МГИМО, бывшим заведующим бюро Агентства РИА Новости на Балканах, Сергеем Романенко, историком-балкановедом, ведущим научным сотрудником Института экономики Российской академии наук, Геннадием Сысоевым, обозревателем газеты "Коммерсант", а в 90 годы собственным корреспондентом "Нового времени" и "Московских новостей" на Балканах и Олегом Ивановым, корреспондентом газеты "Коммерсант" на Балканах.
Какова обстановка в Сербии после состоявшегося второго тура выборов?

Олег Иванов: Дело в том, что и избиратели, и средства массовой информации, и политические круги сосредоточились на выяснении вопроса, какова же будет правящая коалиция, каким образом будет сформировано правительство и какие партии войдут в него.

Владимир Кара-Мурза: Какие есть прогнозы?

Олег Иванов: Дело в том, что после первого круга почти стопроцентная была уверенность граждан и экспертов в том, что будет сформировано правительство, в которое войдет Демократическая партия, которую приводит Борис Тадич, и Социалистическая партия Сербии во главе с вице-премьером и министром внутренних дел Ивицей Дачичем. У них было бы парламентское большинство и они, собственно, заключили договор коалиционный. Речь шла о том, что скорее всего по результатам выборов, в которых, как считалось, победит Борис Тадич, премьер-министром станет Ивица Дачич. Собственно, сомнений ни у кого не возникало. Но избиратели Сербии сделали такой нерациональный шаг. Можно сказать, что в этот раз Сербия голосовала, не посчитав, не взвесив последствия, а голосовала эмоционально. И мы сравним предвыборную кампанию и те лозунги, те движения, которые делали Борис Тадич и Томислав Николич, мы поймем, что первый взывал скорее к голове, к разуму, а Томислав Николич делал упор на эмоции сербов, и он выиграл. Даже в риторике чаще встречались у Тадича цифры, а у господина Николича чаще звучали слова "сердце", "родина" и так далее.
Дело в том, что находясь здесь, очень видно, что провинция, которая чувствует в последнее время себя несколько обделенной, и в провинции воспринимается все не так, как в Белграде. Так вот, речь шла о том, что выдача, востребованная Гаагским трибуналом Ратко Младича, перед этим, как мы знаем, был выдан Радован Караджич, она вызвала неоднозначную реакцию. Если круги, более близкие к столице, к оплоту демократии сербской, однозначно были с этим согласны, то в провинции во многом данные деятели политические воспринимаются чуть ли не как национальные герои.
Потом очень сложно была принята ситуация вокруг переговоров с Косово. Большинство обычного населения считает, что те уступки, на которые идет контролируемая Демократической партией Бориса Тадича переговорная группа, слишком высоки, что сербы в этих переговорах больше уступают, албанцы сохраняют твердость своих позиций, косовские албанцы, в большей степени получают. И конечно, это накопившееся недовольство, плюс скептическое отношение большинства сербов к тем выгодам, которые они получат от вхождения в Европейский союз, о котором, кстати, не говорится о каком-то конкретном периоде, речь идет, что в этом году в самом лучшем варианте должны быть начаты переговоры о вступлении в ЕС, какой-то конкретной даты не называлось, не обсуждалось. Так вот, с одной стороны евроскептицизм сербов, с другой неопределенное недовольство политикой в отношении Косово и привело к такому результату выборов.
Можно сказать, что ключевым моментом стала фраза Бориса Тадича, когда он после получения статуса кандидата в Европейский союз 1 марта, он сказал: "Теперь мы все знаем, что моя политика, политика Демократической партии, которую я провожу, которая заключается во фразе "и Европейский союз, и Косово", себя оправдала. Эта политика побеждает и имеет перспективы". Так вот, выборы, результат которых мы видим 20 мая, мы видим, что как раз к сожалению или к счастью, но в любом случае эта фраза не была провидческой, та политика как раз себя не оправдала. Косово, а мы знаем, что Белград принял сложное решение о возможностях представителей нынешней косовской администрации выступать на региональных саммитах и международных других конференциях. Кроме того, было принято решение не проводить муниципальные выборы на севере Косово, что значит, что местные органы власти сербские на территориях муниципалитетов не смогли в полной мере продлить свою легитимность путем выборов. В широком смысле в обществе сербском это было принято с недовольством.
Данный результат голосования – это выражение недовольства народа. Тем более, что все понимают: в нынешних условиях риск изменения резкого курса невозможен. Сербы связаны долгами, эксперты говорят о том, что даже в течение этого года по отношению к Международному валютному фонду, Международному банку должны быть изысканы 6 миллиардов евро – это очень крупная сумма, учитывая, что в стране вообще большой внешний долг, около 24 миллиардов, высокая безработица, почти четверть работоспособного населения не трудоустроена. Речь идет о том, что новому президенту Томиславу Николичу все равно придется каким-то образом сотрудничать с Евросоюзом и путь евроинтеграции, он сам об этом говорит, меняться не будет.
Но избиратели позволили себе, можно сказать, выпустить пар. Любопытный еще вот какой момент: если мы посмотрим результат голосования по муниципалитетам, то мы поймем, что Томислав Николич победил в центральной Сербии, если можно так сказать про многонациональное государство, то он победил там, где большинство граждан составляет титульная нация. А Борис Тадич наоборот лучший результат показал в многоэтнической Воеводине, автономной окраине на севере страны. И самый большой результат Тадича с отрывом почти в 20% был достигнут в регионе, который населяет большинство мусульманского населения. Таким образом можно сказать, что обычные рядовые сербы являлись как раз теми избирателями Томислава Николича, которые привели его к победе.

Владимир Кара-Мурза: Чем вы объясняете победу Томислава Николича?


Сергей Грызунов: Мой коллега достаточно четко об этом рассказал. Я думаю, что Кремлю не надо делать традиционные ошибки – относить Тадича к прозападному клану, а Николича к пророссийскому. Оба этих политика, я уверен, будут действовать в том направлении, которое выберут сербы, а это стремление прежде всего к лучшей жизни, связанное скорее с Европой. Дело в том, что сербское общество находится в подавленном состоянии, начиная с 1991 года, когда началась гражданская война на Балканах. Единственным светлым пятном в этих драматических событиях были попытки бывшего премьер-министра Милана Панича, политического оппонента сербского диктатора Слободана Милошевича, спасти страну от катастрофы, но не удалось этого сделать. Вот эта война гражданская на Балканах, которая формально завершилась подписанием дейтонских соглашений в 1995 году, в них активное участие принимала, кстати, и Россия. Однако возвращение к мирной жизни после этого было очень и очень тяжелым. Потом последовали бомбардировки НАТО в 1999 году, с которыми естественно российское руководство и все мы были не согласны. Это была серьезная ошибка. Но эти ошибки были вызваны очень серьезными преступлениями Слободана Милошевича. И Сербия превратилась в страну-изгоя – экономическая блокада, ограничения в передвижении по всему миру для граждан страны, безработица, рост преступности – это невероятно тяжелое бремя, которое пришлось нести первому демократическому президенту страны Зорану Джинджичу, убитому спецслужбами Милошевича в 2003 году.
Тадич, наследник Джинджича, мой товарищ, я его знаю много лет, извините за тавтологию, получил очень непростое наследство. За два срока он так и не смог вернуть страну в состояние стабильности. Плюс к этому его определенная часть сербского общества, прежде всего интеллигенция подозревали в том, что он создал некоторое теневое руководство страны из своих ближайших советников. Я с ним достаточно хорошо знаком и не верю, что Тадич мог делать что-то для своего личного благосостояния за счет своего высокого положения.

Владимир Кара-Мурза: Скажите, почему, по-вашему, Борису Тадичу не удалось вернуть стабильность в страну за два президентских срока?

Сергей Романенко: Вы знаете, я хотел бы немножко продолжить то, что говорил Олег Иванов. Потому что, мне кажется, он назвал только одну из причин победы Николича. То, что мы сейчас имеем в Сербии – это поражение Тадича. И мне представляется, что это событие – поражение и Тадича, и Демократической партии, и в общем и целом демократических сил в Сербии связано и с десятилетним развитием Сербии, начиная с 2000 года, когда казалось, что после ухода Милошевича все будет замечательно. На самом деле многие реформы, о которых говорил Сергей Петрович, Сербия действительно ждет с конца 80 годов, они так и не были проведены. Еще раз хочу сказать, что это связано и с закономерностями развития сербского общества, сербского государства, демократического движения и самой Демократической партии.
Кроме того, я должен сказать, что и сама ситуация располагала к некоторого рода опасениям. Тревожный звонок прозвучал, когда на парламентских выборах победила партия Николича, пусть и с небольшим отрывом, но все-таки победила. И мне представляется, что может быть штаб Тадича и его советники недооценили этот звонок и несколько легкомысленно отнеслись. С другой стороны, не только важно то, о чем говорил Олег – о националистических настроениях, связанных с Косово, с выдачей Гаагскому трибуналу Караджича и Младича, связано еще и с тем, что многие люди, которые поддерживали и поддерживают европейский путь, демократические преобразования, они сильно разочарованы политикой Тадича и они просто не пошли на избирательные участки. Как раз эти 3% может быть и недостало. Поэтому тут ситуация более сложная. Какой-то одной причины поражения Тадича скорее всего нет.

Владимир Кара-Мурза: Чем вы объясняете разочарование сербского общества политикой Бориса Тадича?

Геннадий Сысоев: Причин, действительно Сергей Романенко прав, причин тому много. В принципе прежде всего в Тадиче разочаровалась значительная часть демократического электората. Ключевая проблема Бориса Тадича в том, что он так и не стал реальным наследником Зорана Джиджича, хотя и возглавил Демократическую партию, которая до того, до своего убийства возглавлял Зоран Джинджич. Среди конкретных причин – это высокий уровень коррупции, которую власть допускала. И много коррупционных скандалов, в которые оказались замешаны высокопоставленные чиновники. Естественно сказался и экономический кризис, который охватил не только Сербию, но Сербию охватил в большей мере, чем другие страны из региона. Когда мы говорим о безработице - почти 25%. И нельзя забывать о таком важном факторе, как трансформация последние два-три года противника Бориса Тадича Томислава Николича, который сумел разорвать с Воиславом Шешелем. Ведь он все предыдущие выборы проигрывал Тадичу как второй человек в партии Шешеля. И сейчас выиграл выборы, пусть с небольшим преимуществом, как лидер новой партии, которой не чужда европейская ориентация Сербии.

Владимир Кара-Мурза: Константин Затулин, бывший глава комитета Государственной думы по делам СНГ, ныне директор Института стран СНГ, приветствует выбор сербского народа.

Константин Затулин: Я утверждаю, что, конечно, при всех оговорках и вопросах, которые заставляет задавать политическое прошлое Томислава Николича, он ближе к пониманию национальных интересов сербского народа, нежели его предшественник на этом посту президент Тадич. Президент Тадич по сути был наследником тех, кто свергал Милошевича, тех, кто считал, что надо отказываться от прошлого так называемого югославского, надо отказываться собственно от своих сограждан в Косово. Самое главное – это нравиться Западу и надеяться на то, что Запад поможет. Эти надежды в свое время привели к целому ряду конфликтов внутри самой Сербии, привели к развалу по большому счету прежде существовавшей Югославии. Предшественника Тадича Джинджича, как известно, застрелили, сам Тадич вел себя гораздо более аккуратно, но при этом не скрывал, что вступление в Европейский союз, который на наших глазах переживает трудности, гораздо важнее, чем все препирательства по поводу такой национальной святыни Сербии, как Косово.

Полный текст программы "Грани времени" появится на сайте в ближайшее время.

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG