Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Каким россияне видят нового национального лидера


Если не Путин, то кто?

Если не Путин, то кто?

Виктор Резунков: Одной из центральных тем российской прессы в минувшие дни продолжает оставаться тема лидерства в протестном движении России, которое мы наблюдаем в последние месяцы. Многочисленные статьи, посвященные этой теме, мнения блогеров содержат самые противоположные оценки людям, каждый из которых может в перспективе стать новым лидером страны. Результаты развернутого социологического исследования, посвященного представлению россиян о том, каким должен быть следующий «национальный лидер» России, содержит доклад «Общество и власть в условиях политического кризиса», подготовленный Центром стратегических разработок для Комитета гражданских инициатив, созданного экс-министром финансов Алексеем Кудриным. Сегодня мы лишь вскользь коснемся четырех сценариев для России, представленных в этом докладе. В понедельник, 28 мая, в программу «Время гостей» к моему коллеге Михаилу Соколову на Радио Свобода придет один из авторов доклада Михаил Дмитриев. А сегодня мы обсудим публикации, посвященные лидерам протестного движения, как они выглядят в глазах россиян, и попытаемся ответить на вопрос: каким должен быть будущий «национальный лидер»?
В Петербургской студии Радио Свобода в гостях – тележурналист, обозреватель журнала «Огонек» Дмитрий Губин и политолог, политический обозреватель интернет-издания «Газета.Ru» Сергей Шелин.
Я приведу выдержки из публикации в интернет-издании «Slon.ru». Выдержка из доклада, о котором я сказал, посвящена тому, как россияне воспринимают будущего «национального лидера». Здесь приводятся результаты опросов самых разных групп населения в отношении ключевых лидеров – Михаил Прохоров, Дмитрий Рогозин и так далее. Вот что пишет Николай Войнаровский: «Вышедшие вчера из спецприемника Сергей Удальцов и Алексей Навальный, как, впрочем, и все остальные политики новой волны, не могут пока рассчитывать на массовую поддержку. Россияне хотят обновления политической элиты, но новые оппозиционные лидеры их совершенно не устраивают – они то лезут в фонтан, то употребляют в речи уголовные словечки. Они склонны к популизму, национализму и демагогии, но за ними мало реальных дел. Об этом говорится в докладе «Общество и власть в условиях политического кризиса». И на основе интервью и фокус-групп, проведенных в российских городах, представляется мнение россиян о самых заметных оппозиционных политиках, а также выводы об их перспективах, сделанные аналитиками ЦСР. Михаил Прохоров: «У Прохорова есть устойчивая группа поддержки, в основном в среднем классе. Увы, дальнейшее расширение базы поддержки наталкивается на жесткие ограничения. Значительная часть опрошенных как среди среднего класса, так и в других группах категорически не одобряет его. Основная причина – негативное отношение к олигархам. «Представляется, что Прохоров не имеет возможности выйти за пределы сравнительно узкой политической ниши, которую занимает в настоящее время», – таков вердикт ЦСР».
Сергей, вы согласны с такой точкой зрения?

Сергей Шелин: Да, я согласен. Прохоров – это все-таки политик «по назначению», он приглашен в политику. Приглашение, как я понимаю, пока заморожено. Ну, он и отпал из политики. Я бы даже не очень стал бы его рассматривать в ряду перспективных политических фигур. Более интересны те фигуры, которые в этом же докладе названы «политиками второго эшелона», то есть настоящие, активно действующие оппозиционные фигуры – Навальный, Удальцов и так далее.

Виктор Резунков: В Гатчине в эту субботу состоится большое мероприятие, будут заседать представители 12-ти регионов, которые будут обсуждать вариант создания поддержки новой прохоровской партии.

Дмитрий Губин: Мы сейчас обсуждаем конкретные фамилии. «Realpolitik» меня занимает мало, меня занимают глобальные изменения. А если заниматься глобальными изменениями, следует обратиться к автореферату диссертации Льва Яковлевича Лурье, который задался простым вопросом: а что делает людей героями? И вот в советское время, как полагается серьезному исследователю, историку, он создал аппарат с карточками, классифицировал признаки. И пришел к выдающемуся выводу. Уважаемые коллеги, что делает людей героями, какой из показателей, какой из факторов влияет на геройство или на лидерство?

Сергей Шелин: Я не считаю Прохорова героем, и он никогда не был и не будет героем. И он не является, на мой вкус, политическим лидером серьезного калибра.

Дмитрий Губин: Так вот, ответ Льва Лурье просто потрясающий. Диссертация была запрещена. Год рождения. Если мальчик рождался, условно, в 16-ом году, у него были огромные шансы стать молодым военачальником в годы Великой Отечественной войны. Год рождения диктует потребность в лидерах. То поколение, которое стоит у власти и принимает основные решения или формирует то большинство, которое влияет не на текущую политику, а на общую политику, у него есть запрос. Так вот, сегодня, с моей точки зрения, запрос на лидера один – он не должен быть продажным. Сегодня лидер тот, кто отстаивает те или иные идеи абсолютно бескорыстно.
Второе научное исследование, которое может иметь отношение к нашему разговору, - это роман Эдуарда Лимонова «Палач». Там речь идет о том, что молодой человек в Нью-Йорке продает свои садомазохистские услуги всяким дамам скучающим, богатым. И он крайне успешен, выступая в роли палача. Но в романе побеждает не он, а побеждает его приятель – ничтожный польский эмигрант, который всех этих барышень перевербовывает в свою веру, которая состоит в простых принципах. Он христианин, католик, он говорит о нравственности. И эти барышни уходят за ним. Почему? Потому что палач, предоставляющий услуги, предоставлял их очень качественно, но за деньги. А вот тот был абсолютно искренним.
Сегодня есть спрос на лидера, который действует искренне. Вот почему такая гигантская разница между Минаевым, Багировым и Собчак, вот почему такая разница между Прохоровым и Навальным. Потому что за Прохоровым стоят деньги. Даже когда он говорит искренне, а я верю, что он часто говорит искренне, он должен фактор денег учитывать. А за Навальным никаких денег нет. Да, Леша хочет популярности, он всегда ее хотел. Но популярность – это быть узнаваемым, он не хочет на этом заработать, для него политика – не бизнес-проект.

Виктор Резунков: Но Алексей Навальный не публиковал декларации о своих доходах. Кстати, можно посоветовать всем оппозиционным деятелям опубликовать декларации.

Дмитрий Губин: По-моему, хорошая идея для любого человека, претендующего на лидерство.

Сергей Шелин: Действительно, члены нашего правительства и президентской администрации во главе с президентом, они обнародовали свои доходы.
Есть один пункт, Дмитрий, в котором я с вами согласен. Если считать, что политическое поколение – это 15-20 лет, и сейчас у власти стоят те, кому между 50 и 60, грубо говоря, то следующее поколение – это те, кому 30-40. Родившиеся во второй половине 70-х, в начале 80-х годов – это очень перспективное поколение по возрасту.

Дмитрий Губин: Которых достало, что все продается и все покупается.

Виктор Резунков: Вот характеристика Алексея Навального: «Навальный пока не воспринимается как сложившийся политический лидер, хотя многие респонденты дают понять, что в перспективе, по мере накопления опыта, репутации и достижений, он мог бы стать привлекательнее. Узнаваемость Навального за пределами Москвы все еще низка. Поддержка Навального слаба, судя по всему, потому что борьба с коррупцией сама по себе не является достаточно сильным мотивом для позитивного отклика избирателя. Более сильный положительный отклик вызывают решения местного масштаба, связанные с проблемами здравоохранения, образования, безопасности и ЖКХ. Навальный не вызывает сильного позитивного отклика как политический лидер, в том числе, из-за отсутствия успешного опыта масштабной государственной деятельности и значимых позитивных результатов, что важно в глазах респондентов».

Сергей Шелин: На фокус-группах проводили небольшие голосования, и все-таки Навальный набирал больше голосов, как возможный претендент на разные должности.

Виктор Резунков: Он на первом месте.

Сергей Шелин: Да. Следом за ним шел Удальцов, Ройзман и так далее. На разные должности – президента, губернатора, мэра. И притом, что он недостаточно узнаваем, что его критикуют как человека «слишком лощеного, слишком западного», что занятно, потому что он позиционирует себя как националист, и так далее, он сейчас выглядит из кандидатов в общенациональные фигуры из настоящей оппозиции, не типа Прохорова...

Виктор Резунков: Из числа гражданских активистов, скорее.

Сергей Шелин: Совершенно верно. Он на первом месте. Но при этом, как метко замечено исследователями ЦСР, «народ созрел политически», он ждет конкретностей от своих кандидатов. Он ждет, чтобы они предложили ему решения конкретных, насущных проблем, начиная от пенсионного обеспечения и заканчивая строительством дорог и ЖКХ. И Навальный в этом смысле недостаточно силен, потому что он, что называется, «певец одной темы», он борец с коррупцией. И по результатам этого исследования, борьба с коррупцией – этого недостаточно для того, чтобы большую политическую карьеру. Это выглядит слишком неконкретно. А люди хотят, чтобы в больницах лучше лечили, а не просто боролись с коррупцией.

Дмитрий Губин: Список лидеров не закрыт. К Навальному я очень хорошо отношусь, мы с ним вместе работали, мы снимали запрещенную программу «Бойцовский клуб», были двумя телеведущими. И ничто не дает мне основания полагать, что он выполняет какой-то заказ или чей-то бизнес-план. Но список не закрыт, потому что не появился человек, который обратится к нации и скажет: «Россияне, что с вами произошло?! Вы за последние 20 лет Россию превратили в десятисортную державу. Те, кто сейчас возмущен моими словами, скажите, какую книгу вы прочли за последний месяц, какой фильм вы посмотрели, какую идею философскую открыли? Вы, люди, которые покупают дорогущие машины...». Любой человек, который покупает машину стоимостью дороже 50 тысяч в России, - это ничтожество и тля. Потому что сначала переделай свою страну, а вот потом в стране с отличными дорогами, с уважительным сервисом, с хорошим образованием, с отличной медициной ты имеешь право на «Mercedes». Когда появится такой человек, который скажет: «Я хочу строить страну, а не хочу набивать карманы «баблом», чтобы купить себе «Porsche», - у него огромные шансы на то, чтобы быть лидером, плюс еще ряд условий.

Виктор Резунков: Давайте вернемся к списку. Сергей Удальцов: «Это один из немногих политиков, который был отмечен опрошенными россиянами как человек с сильными лидерскими качествами. Однако его эпатажная внешность (лысая бритая голова, впалые глаза, черная куртка) вызывает отрицательную реакцию, ассоциируется с криминалом. А опросы очень четко дают понять – россияне не любят в политиках любые проявления неадекватности (купания в фонтане, голодовки, криминальные словечки в речи) или радикализма (национализм, агрессия)».

Дмитрий Губин: А чего они так Путина-то любят, у которого этих криминальных словечек выше крыши?!

Виктор Резунков: Но если взять почти любого депутата из «Единой России», из Госдумы – это тихий, спокойный, мягкий...

Сергей Шелин: Среди так называемых наших политиков, не оппозиционных, довольно много людей экстравагантного поведения. Есть серая масса, мышиные глазки и все прочее, а с другой стороны, довольно много экстравагантных. Первым этот стиль задал, по-моему, Жириновский, а потом он стал языком нашей политики публичной. И «лидер нации» Владимир Владимирович Путин, конечно, многое почерпнул. Но я думаю, что люди устали от этого. Ведь Путина показывают больше, чем всех остальных политиков вместе взятых. Людей утомляет подчеркнутая экстравагантность: поведение, лексикон, манеры и так далее. И видимо, она отраженным светом отражается на оппозиционерах, когда они так себя ведут. Может быть, для Удальцова органично брить голову или надевать черную куртку, или влезать в фонтан, а мы знаем, при каких обстоятельствах это произошло. Тем не менее, недовольство отражается и на нем.

Дмитрий Губин: Для Удальцова самое главное другое. Дивная история: революционер – сын академика. Я к нему очень хорошо отношусь. Я испытываю симпатию к людям, которые достойно себя ведут в тяжелых обстоятельствах. Удальцов себя ведет достойно. Удальцов не продан, что опять-таки вызывает к нему симпатию. Но у Удальцова два качества взаимосвязаны. Первое. При всем моем хорошем отношении, Платон мне друг, но истина... Он не очень умен. И с этим ничего не попишешь. И второе, производное от первого, - он сталинист. За ним идет идея сталинизма, что, конечно, очень привлекательно. Но привлекательно не потому, что народу так уж нравится Сталин, что они видят кайф в репрессиях. Сталинизм – это колоссальная идея, лучше всего объясненная, описанная в великом романе Саши Терехова «Каменный мост». Этот величайший роман, с моей точки зрения, посвящен объяснению, почему люди так легко умирали с именем Сталина на устах. Там есть гениальная фраза: «Он чувствовал себя наконечником на стреле, которую империя посылает в вечность». Империя – это нечто существующее. Сталин – конечно, это Бог. Если ты веришь в Бога, ты понимаешь, что ты не умрешь. Более того, смерть во имя Бога дарует тебе бессмертие. Вот за Удальцовым эта имперская сила - величие страны гарантирует личное бессмертие – безусловно, стоит. Другое дело, что эта идея того времени.

Виктор Резунков: Дмитрий, здесь я с вами не соглашусь. Я приведу мнение пресс-секретаря Русской православной церкви Всеволода Чаплина. Вот что он говорит по поводу Сергея Удальцова в интервью «Собеседнику»: «Я ведь почти со всеми этими людьми знаком давно и встречался не раз. Единственный, с кем нет желания знакомиться - это Сергей Удальцов. Очевидно, что некая идея, некий план есть только у него. И это страшный план. Тот же, что в свое время, между 1905 и 1917 годами, был продавлен политической волей дедушки Ленина. Хотя такого рода революции рано или поздно пожирают своих отцов».

Сергей Шелин: Однако вернемся к нашим региональным и прочим подрастающим лидерам, о которых говорится в докладе. С одной стороны, они изучали отношение к кандидатам в общенациональные фигуры – к Удальцову, к Навальному, с другой стороны, фокус-группы проводились сразу в нескольких городах, где шла серьезная борьба за пост мэра между официальными и оппозиционными кандидатами. И там, где побеждали оппозиционные кандидаты, как в Астрахани, была борьба с неопределенным исходом. По мнению авторов исследования, по мнению экспертов ЦСР, особенно перспективен именно поднимающийся слой местных лидеров, которые завоевывают себе авторитет на местах, становясь руководителями муниципалитетов, борясь за эти должности, пытаясь что-то делать для людей. Именно в этом кругу, они считают, вырастает новое поколение нашего политического класса. И думаю, что применительно к Петербургу этот вопрос тоже было бы интересно задать. Потому что чувствуется у нас нехватка таких лидеров, которые поднимаются из муниципальных образований, из Законодательного собрания, хотя там есть оппозиционеры, видно определенное движение, но, по-моему, их пока еще мало.

Виктор Резунков: Станислав из Ижевска, пожалуйста.

Слушатель: Если говорить об идеальном национальном лидере, то им должна быть женщина. Так как мужчины по своей природе – воины. И не только лидером, но и руководителями страны, губерний, мэрий должны быть женщины.

Виктор Резунков: Кстати, о женщинах. В докладе отсутствует Ксения Собчак.

Сергей Шелин: Но зато там присутствует Оксана Дмитриева, известный петербургский политик.

Виктор Резунков: Сенатор, член Совета Федерации Константин Добрынин ведет свою колонку на «Фонтанке.Ру». Недавно он написал большую статью «Власть захвачена». Он пишет: «Настоящее событие – это то, что Ксения Анатольевна Собчак, дочь профессора права ленинградского юрфака, захватила власть и стала главной фигурой оппозиции. На это ей потребовалось пять месяцев и 13 чертовых дней. Все остальные постсоветские оппозиционеры делали это значительно дольше. Кто-то 20 лет, а кто-то, как Навальный, пять лет. Последний, кстати, оказался обратным рекордсменом - он практически потерял оппозиционную власть за эти же пять месяцев. Собчаковский прорыв во многом связан с ее личными достоинствами, но не только. Он порожден и тем, что Россия востребует женскую политику, так как женщины воплощают все то, чего в мужской и постсоветской политике кардинально не хватает».

Дмитрий Губин: Это довольно толковая статья, я там согласен практически со всем, кроме того, что есть запрос на женщин. Есть запрос на женщин потому, что российские мужчины настолько ничтожны, омерзительны, продажны, слабы, что будь я женщиной в России, я никогда бы в сторону ни одного русского мужика даже не посмотрел. Русский мужчина – это не мужчина вообще. В этом смысле говорить о «женской» политике можно.
Ксения Собчак, с моей точки зрения, иллюстрирует собой ту идею, о которой я говорил. Она действительно за 5 месяцев совершила фантастический переворот и в общественном сознании, да и в своем собственном. Кто такая Ксения Собчак до этого? Популярная телеведущая «Домов» 1 и 2, человек, который, не стесняясь, говорит, что мужчина, который зарабатывает меньше 20 тысяч евро, ее как мужчина не интересует. И спокойно объясняет почему. Она говорит, что умение зарабатывать такие деньги свидетельствует о неких мужских качествах, и с ней здесь трудно не согласиться. Ее считают гламурной фифой совершенно зря. Ее считают девушкой, которая очень четко вошла в свою нишу и неплохо зарабатывает деньги, и не стесняется этого, что, видимо, разумно. А дальше она показывает, что хотя она это тоже умеет, но принципы для нее важнее. В ней соединились два важных качества Собчака и Нарусовой. От Собчака, от папы она взяла презрение к дуракам, он был откровенно презрителен к дуракам, поэтому дураки его и не перевыбрали на очередной срок, Яковлев победил в Питере. А от мамы, от Нарусовой она взяла умение идти, как танк, не видя никаких стен и преград, в том случае, если она считает, что борется с несправедливостью. И то, что делает в последнее время Ксения Собчак, - это не за деньги, не для того, чтобы она была популярной и все ею восхищались. Она считает, что пришло время действовать, она больше не может терпеть несправедливость, она не может терпеть тот обман, то вранье, то фантастическое путинское... это даже не вранье, это суперцинизм.

Виктор Резунков: Сергей, вы согласны с такой оценкой?

Сергей Шелин: Я не могу быть ценителем телевизионных работ Ксении Анатольевны Собчак, потому что я не смотрю ее передачи, как-то так получилось, ни разу не видел. Но охотно верю, что они превосходны. А что касается ее самой, то, конечно, она не является лидером оппозиционного движения, она является украшением этого оппозиционного движения. Она украшает его своей особой. А почему бы не быть украшением?.. Предсказывать ее дальнейшую карьеру... Не знаю, станет ли она наследницей своего великого отца. Может быть. Пока мы находимся в фазе становления, рождения лидеров. Посмотрим, что будет дальше. Собчак, как я понимаю, очень сильно изменилась за последние месяцы, может быть, впереди у нее еще несколько удивительных трансформаций, которые порадуют наше общество.

Дмитрий Губин: Причем Ксения-то как раз в «realpolitik». У нее огромное количество историй, которые с ней случались, скажем, с попыткой угнать ее бортом главой одного государства немножечко диковатого, и как ее спецслужбы из этого вытаскивали. У нее реальные контакты с людьми, которые делают внутреннюю политику, и в администрации, и в ФСБ, и в ФСО. И у нее там есть поклонники. И если мы думаем, что три перечисленные мною организации являются неким монолитом, которым что Путин сказал, то они и сделают, это не так. А в последнее время это не то что не совсем так, но и совсем не так. Там тоже куча людей, которых очень и очень многое достало. Пример Колокольцева, который всегда старался держаться в стороне от всяких принимаемых решений. Почему они с таким облегчением на продажные суды сваливали аресты оппозиционных деятелей? Только чтобы не быть замазанным. Есть ОМОН, который бьет, который создан по схеме Лукашенко, который набрал деревенских пацанов и сказал: это жирные горожане, и мы их будем бить дубинками по балде, пацаны – вы кровь и соль земли. Там есть и срочники МВД, там есть и полиция, и так далее. Очень многие из тех людей Ксению Собчак поддерживают и ей симпатизируют.

Виктор Резунков: Роза пишет: «Можно было бы прислушаться к такому лидеру, который смог бы убедить население, что он не врет, что он не будет говорить сегодня одно, а завтра – другое. Но таких очень мало. А если и есть, то их уже обгадила власть».
Николай: «Национальный лидер не должен быть назначенцем предыдущего главы государства, а должен становиться властителем дум большинства общества».
Юрий Николаевич: «Я считаю, что Сергей Удальцов является эталоном бескорыстного политика, поэтому он может претендовать на роль политического лидера России. Из Удальцова может вырасти «новый Ленин». Вот не хватает народу Ленина.

Сергей Шелин: Я думаю, что это нетипичная точка зрения. Вряд ли большинство наших сограждан хотят, чтобы Ленин, что называется, восстал из гроба. Думаю, что это не так. Я солидарен с авторами этого доклада, которые пишут, что наш народ становится более политически зрелым, причем взрослеет прямо на глазах, что никто не рассуждает так, что президентом или «национальным лидером» должна быть женщина, а они спрашивают: а что эта женщина (или мужчина) им предложит, что она может сделать? Они смотрят на руководителя, на своего лидера не как на божество, а как не человека, который будет решать какие-то задачи, которые они сами перед ним поставят. Думаю, что это правильный подход. И думаю, что такие чувства будут нарастать, и на это надо больше надеяться, чем на «нового Ленина», он же Удальцов, или на других чудотворцев, или претендентов, кандидатов в чудотворцы.

Виктор Резунков: Владимир из Чебоксар, пожалуйста.

Слушатель: Добрый день. Мне кажется, не все еще лидеры на поверхности. Я очень уважаю Юрия Болдырева из Петербурга. Как вы думаете, какие у него перспективы?

Дмитрий Губин: К Юрию Болдыреву я отношусь с симпатией, к его прошлому, впрочем, с большей симпатией – он все-таки основатель «Яблока». У него есть личная одна проблема – он резонер, и резонерство ему дико мешает. Как оно Явлинского сгубило, так и Болдырева. Может быть, поэтому они в одну партию когда-то и собрались. Но он не продажен, он искренен. Другое дело, что и Явлинский искренен. Насчет его непродажности у меня есть кое-какие сомнения, особенно после того, как он 30 тысяч долларов «забыл» задекларировать. И особенно после того, как в одной телекомпании, на одном из центральных каналов он сказал, что отличается от других своих соперников тем, что он никогда за эфиры не платил. Ну да, лично он – нет, тут я с ним согласен.
Так вот, насчет того, что все лидеры видны. А знаете, как Анатолий Александрович Собчак появился, как появилась Старовойтова? Очень просто. Это люди из Межрегиональной группы, они появились, когда появились прямые эфиры с сессий Верховного Совета. И не за 5 месяцев 13 дней, а за 7 дней и 7 ночей, как у Господа Бога, в стране вдруг появился букет новых лидеров. Болдырев, Собчак, Явлинский – откуда все эти люди? Они оттуда, с открытых дебатов. Если бы сегодня на телевидении существовали прямые дебаты, были бы прямые эфиры, у нас был бы букет людей, которые претендуют на лидерство.

Виктор Резунков: Дмитрий, а я вам сообщу новость дня, которую долго еще будут обсуждать, видимо. «Ведомости» сообщают: «На российском медиарынке появился новый лидер - интернет-портал «Яндекс» в апреле собрал большую аудиторию, чем любой отдельно взятый телеканал». Все, телевидение уже уходит.

Дмитрий Губин: Я согласен. Москва воспринимает Навального как абсолютного лидера. Я напомню результаты голосования на мэра Москвы, когда Собянин назывался, но не был назначен, а Лужкова отправили в отставку. «КоммерсантЪ» устроил электронное голосование: кого бы вы хотели видеть мэром Москвы? В электронном онлайн голосовании с колоссальным отрывом фигурировал именно Навальный. Конечно, Москва интернетизирована. Конечно, московские студенты, а отчасти и питерские ходят с коммуникаторами, они всегда в «Twitter» и так далее. До регионов это не дошло.

Виктор Резунков: Скоро дойдет.

Дмитрий Губин: Кстати, Медведев мог стать лидером. Конечно, вероятность появления нового лидера из числа номенклатуры крайне велика. Если бы Виктор Черкесов умел говорить коротко, образно и жестко, - а это человек номер два по списку КПРФ, я напомню, - он бы, с моей точки зрения, мог претендовать на роль лидера. Потому что сегодня он находится в абсолютной оппозиции к своему бывшему коллеге и начальнику – к Путину. Он мог бы претендовать. В этой системе большое количество людей, дико недовольных тем, что происходит, и которым, что называется, за Державу обидно. И у Медведева было прекрасное начало – Интернет, интернетизация и так далее. Но с ним сыграла злую шутку формула, что хреново, когда гопник выходит в «пацаны», но еще хреновей, когда «мажор» идет в «шестерки» к гопнику.

Виктор Резунков: Я прочитал большое интервью известного ученого, академика Вячеслава Иванова, которое он дал журналу «The New Times». Его спрашивает журналист: «Вы не допускаете, что Путин может пойти на либерализацию режима?». Ответ: «Вот это просто невозможно. Потому что у него патологическая страсть, я думаю, к деньгам. Не к власти - тогда можно было бы просто его сделать «Его Величеством». Он, наверное, об этом думает. Но он труслив. Если бы не боялся, то стал бы императором. Но любит он все-таки символические деньги. Ну, зачем, скажите, ему нужно столько? Это ненормальность, но серьезная ненормальность: он понимает, что бежать ему будет некуда - хотя это был бы наилучший вариант, если бы он сел в самолет и улетел бы, скажем, в Финляндию или Италию. Но дальше начнутся расследования, Интерпол и прочие неприятности… Он бандит. Бандит умеет очень много делать. Сталин был бандитом. Вот, пожалуй, в этом смысле он сопоставим со Сталиным, потому что Сталин был тоже неумный и неспособный человек. Но бандит. А те, с кем он играл в политическую игру, даже Бухарин, который с ним как бы дружил, они его все-таки воспринимали как человека». И Иванов говорит, что у Путина совершенно нет никаких человеческих чувств.

Дмитрий Губин: В ту пору, когда Путин имел рейтинг 3%, но уже понимали, куда его тащат, я стал встречаться с людьми, которые его знали. Это человек, который в своей книжке «От первого лица» не постеснялся признаться, что у него было две женщины, которые ему нравились, а за границу неженатого не пускали. И он сделал предложение обеим. Та, которая ему нравилась больше, ему отказала, а та, которая ему нравилась меньше, ее зовут Людмила Путина. И я все ждал, ну, не может мужчина не написать: «Но, Господи, какое счастье, что я на ней женился! Потому что это счастье моей жизни!». Но он не написал.

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG