Ссылки для упрощенного доступа

logo-print
В Генеральной прокуратуре 24 мая прошел круглый стол, посвящённый методам борьбы с коррупцией. Среди предложений – проведение парламентских расследований и антикоррупционная экспертиза всех законопроектов.

В круглом столе "О практике реализации и перспективах развития антикоррупционного законодательства" участвовали члены профильного думского комитета, представители Генеральной прокуратуры, Совета Федерации, Министерства внутренних дел и другие.
Как отметил во вступительном слове Генеральный прокурор России Юрий Чайка, несмотря на то, что правоохранительным органам удалось добиться положительных результатов в борьбе с коррупцией, её уровень всё ещё остаётся высоким. Он также заявил, что схемы совершения коррупционных преступлений постоянно изменяются и работа по корректировке антикоррупционного законодательства прекращаться не должна.

Представители прокуратуры подчеркнули, что в 2011 году было выявлено на 40% больше правонарушений, связанных с коррупцией, чем в 2010 году.

– В структуре преступлений коррупционной направленности, 24% составляют служебные подлоги документов, – говорит Александр Буксман, первый заместитель генпрокурора , – 23% – мошенничество, которое совершается с использованием служебного положения, 17% – растрата, 9% – взяточничество и 6% – злоупотребление полномочиями. Анализ данных по видам экономической деятельности показал, что наибольшее количество преступлений выявлено в сферах государственного управления – почти 7 тысяч, в сфере образования – 5,5 тысяч, также высока доля правонарушений в области здравоохранения и транспорта. Наказание, связанное с лишением свободы, получают 30% осуждённых. Одним из важных факторов, оказывающих непосредственное влияние на состояние борьбы с коррупцией, является формирование у лиц, вовлечённых в противоправную сферу, ощущения неотвратимости наказания...

Александр Буксман отметил, что возмещение ущерба, приченённого коррупционными правонарушениями, – одно из важных направлений деятельности ведомства. По словам заместителя генпрокурора, в прошлом году было предъявлено почти 16 тысяч исков на сумму около одного миллиарда рублей.

Участники круглого стола обсудили законопроекты, которые направлены на снижение уровня коррупции в России. В частности, спикер Госдумы Сергей Нарышкин, учавствовавший в дискуссии, отметил, что к рассмотрению готовится законопроект о соответствии расходов госслужащих их доходам. Он считает, что также необходимо развивать такой инструмент борьбы с коррупцией как парламентские расследования.

Председатель Комитета Государственной думы по безопасности и противодействию коррупции Ирина Яровая предложила проводить все законопроекты через обязательную антикоррупционную экспертизу:

– Мы предлагаем сделать обязательной антикоррупционную экспертизу в составе всех заключений и отзывов по всем законопроектам независимо от субьекта законодательной инициативы. Сейчас этой экспертизе подвергаются только законопроекты, касающиеся социальной сферы и разработанные правительством.

Ирина Яровая отметила, что депутаты должны иметь возможность проводить парламентские расследования по итогам проверок и отчётов Счётной палаты.

По мнению председателя Ассоциации адвокатов России за права человека Евгения Архипова, без политических реформ законодательные меры результатов в борьбе с коррупцией не принесут:

– Подобного рода меры утопичны. Что такое парламентское расследование, когда в парламенте оппозиция представлена не в полном объёме и контролируется фактически правящей партией? Что касается экспертизы законопроектов, то вопрос один: кто будет проводить экспертизу? У нас экспертизы законопроектов и так есть. Существует множество общественных организаций, которые занимаются противодействием коррупции, они проводят экспертизы, в том числе на коррупциогенность. Есть экспертиза Общественной палаты. Если депутаты Государственной думы в том составе, который есть сейчас, будут проводить эту экспертизу, ее эффективность будет нулевая.

– Тогда нужны ли вообще законодательные меры?

– Законодательные меры нужны в комплексе с политической реформой. Можно придумать кучу законов, можно подписывать множество международных деклараций, ратифицировать их, но они не будут работать, потому что отсутствует контроль за исполнением закона. У нас первый механизм контроля – само общество, именно общество дает оценку деятельности государственных органов. Но когда общество не участвует в управлении государством, о какой эффективной борьбе с коррупцией можно говорить? Есть попытки как-то залатать какие-то дыры, но не устранять причины появления коррупционного поведения.

– Какие тогда меры вы бы предложили?

– В первую очередь, демократизацию. Не закручивать гайки, как сейчас с митингами, не ставить крест на политической конкуренции в стране, на деятельности общественных организаций и инициативных групп, которые как раз контролируют государство, чтобы не воровали чиновники. В частности, необходима либерализация законодательства в сфере гражданских организаций. Также необходимо реформирование политической системы в сторону ухода от президентской республики. О противодействии коррупции можно говорить, когда у нас будет сильный парламент, оппозиция и гражданское общество, – считает Евгений Архипов.

По итогам 2011 года Россия заняла 143 место из 183 возможных в мировом рейтинге уровня коррупции. Его составила международная неправительственная организация "Трансперенси Интернешнл". Соседями России по рейтингу стали Белоруссия, Азербайджан, Нигерия, Уганда и Того.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG