Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Радикальные последствия королевской охоты на слонов


Ирина Лагунина: В середине мая исполнилось 50 лет со дня бракосочетания короля Испании Хуана Карлоса и королевы Софии. «Золотую свадьбу» королевская чета не справляла: официально – из-за экономического кризиса в стране. Однако в Испании говорят о том, что для отмены торжеств была и иная, более веская причина – кризис в самой королевской семье. Из Мадрида – Виктор Черецкий.

Виктор Черецкий: До недавнего времени считалось, что в высочайшей фамилии никаких трений никогда не возникает. А любые слухи, просочившиеся в прессу, о возможных неурядицах тщательно опровергались. Не ставилась под сомнение и целесообразность монархии. Вернее, этот вопрос не обсуждался публично. С некоторых времен все изменилось. Причина – ряд громких скандалов, пошатнувших имидж короля и членов его семьи. Многие испанцы оказались откровенно разочарованы монархией, а вопрос о ее будущем стал темой постоянного обсуждения в обществе и в средствах информации. При этом число противников королевской власти, по данным официальной статистики, в последнее время неизменно росло. Магда Ферре, общественная деятельница и журналистка левой ориентации.

Магда Ферре: Гражданское общество все больше осознает, что одна из составляющих нашей государственной структуры вконец устарела. Правда, до недавнего времени дискутировать на данную тему было вообще запрещено. Критиковать короля было нельзя, не допускались разговоры о его расходах, о его семье, о его состоянии, его яхтах и так далее. Это полный анахронизм, который плохо вписывался в условия европейской демократии. Монарх не может стоять над законом. В частности, следует разобраться в его финансовых счетах, которые в последние 35 лет не подвергались ревизии. Король у нас не подотчетен никому.

Виктор Черецкий: Разумеется, у короля есть и горячие сторонники. Их главный аргумент – сама фигура главы государства все годы после перехода Испании от авторитарного правления генерала Франко, умершего в 1975 году, к современной демократии способствовала политической стабильности и гражданскому миру. Альфонсо Моралела, член руководства молодежного движения консервативной ориентации «Новые поколения»:

Альфонсо Моралела: Испанцы ценят монархию. Это один из наиболее уважаемых в народе институтов власти. Конечно, в последнее время она несколько утратила свой престиж, но, тем не менее, ее ценят больше, чем политических и профсоюзных деятелей, чем депутатов парламента или даже членов конституционного суда. Единственное, что больше ценится в стране, чем монархия, – это вооруженные силы и средства информации. Кроме того монархия предусмотрена конституцией, за которую в свое время проголосовали деятели всех направлений, включая и левых, и правых.

Виктор Черецкий: Между тем, в спорах вокруг королевской фамилии большинство испанцев волнует не столько политический аспект, сколько чисто человеческий. Поставлен под сомнение идеал, красивая сказка. Больше нет образцовой семьи, хранительницы вековых традиций, где все гармонично – от отношений между супругами и прекрасно воспитанных детей, до манеры одеваться и вести себя с окружающими. Например, еще относительно недавно испанцы любовались и от души радовались свадьбам королевских отпрысков. Казалось, что инфанты Элена и Кристина, а также наследный принц Фелипе, сочетавшиеся браком по любви, безумно счастливы. Однако оказалось, что эти морганатические браки принесли лишь беды испанской короне, способствовали ее дискредитации в глазах общества. Сестра короля инфанта Пилар так резюмировала причины возникших проблем:

Инфанта Пилар: Конечно, надо жениться по любви. Однако будущим супругам следует, как я считаю, иметь хотя бы одинаковое воспитание, поскольку без этого стабильных отношений в семье не построишь. Нужно иметь общие интересы, нужно думать одинаково, понимать друг друга без слов. Брак – это надолго, и если нет взаимопонимания, ничего не получится.

Виктор Черецкий: Старшей дочери короля Элене пришлось расстаться с мужем, в прошлом мелким банковским служащим, Хайме Маричаларом. Высокое социальное положение и герцогский титул, присвоенный после жениться, явно пошли ему во вред. Он, как утверждает пресса, увлекся кокаином и женщинами. Развод не заставил себя ждать. Несколько иная метаморфоза произошла с супругой принца Летисией. Попав в совершенно чуждую для себя обстановку – Летисия воспитывалась в рабочей семье – она быстро утратила в глазах общества обаяние золушки и превратилась, как утверждают наблюдатели, в подобие капризной и жеманной миллиардерши, «принцессы на горошине». Хайме Пеньяфьель, телекомментатор, специализирующийся на жизни высшего общества Испании, описывает эту метаморфозу весьма дипломатично, учитывая, что речь идет о жене наследника престола.

Хайме Пеньяфьель: Выходит, что теперь любая девица может стать королевой Испании. С этим трудно согласиться. Принц Фелипе женился на женщине весьма ловкой, как характеризовал ее сам король. Но ей следовало бы вести себя поскромнее. Ведь желание быть самой умной и самой красивой оборачивается лишь излишней агрессивностью и настраивает против нее общество.

Виктор Черецкий: Между тем, наблюдатели отмечают, что резкое падение авторитета испанской монархии началось в прошлом году, когда достоянием общественности стало дело Иньяки Урдангарина, еще одного королевского зятя - мужа младшей дочери - инфанты Кристины. Он попался на коррупции. Бывший спортсмен-профессионал занялся бизнесом: под организацию спортивных мероприятий и международных семинаров на спортивную тему брал миллионные гонорары, которые теоретически должны были идти на развитие спорта, а на деле шли ему в карман. Высочайший зять не гнушался и откровенным мошенничеством. К примеру, он обещал – за солидный аванс – провести велогонку «Тур де Франс» на Балеарских островах. Местные власти, посчитавшие, что подобное мероприятие может принести их региону дополнительную славу и доходы, поверили Урдангарину и выложили деньги на мероприятие, которое, естественно, даже теоретически не могло состояться. Махинации королевского зятя были столь откровенными и наглыми, что замять их не удалось. Магда Ферре:

Магда Ферре: Это мошенничество и использование своего положения как члена королевской фамилии для личного обогащения. В данном случае следует говорить о болезни нашего общества, о тяжелом коррупционном недуге, которым страдает монархия. Ведь королевский зять мог совершать злоупотребления лишь благодаря своим семейным связям. Это многие сейчас понимают, а посему требование установить республиканский строй в Испании вместо монархического звучит все громче. По большому счету, королевский зять воспользовался давно существующим положением дел – монархия рассматривает государство как свою собственность, которой можно пользоваться без каких-либо ограничений. И подобное положение все до недавнего времени терпели.

Виктор Черецкий: В связи с делом Урдангарина королю вспомнили и его собственный бизнес. По данным американского журнала «Форбс», личное состояние испанского монарха еще в 2003 году – более поздних данных нет - оценивалось в один миллиард 800 тысяч евро. И это - состояние, обретенное в годы царствования, поскольку фамильного капитала Хуан Карлос не имел. Некоторые наблюдатели полагают, что это состояние получено не столько за счет государственной зарплаты, сколько за счет неких неучтенных доходов. Речь идет, к примеру, о тайных «комиссионных», которые королю якобы платят при заключении важных межгосударственных контрактов в области энергоносителей, торговли военной техникой и других сделок. Говорится об особняках в Лондоне, о крупных счетах в швейцарских банках, о капиталах, размещенных на Арабском Востоке, в Латинской Америке и так далее. Муниципальная советница города Морон-де-ла-Фронтера на юге Испании Марина Сегура Гомес потребовала не так давно публикации отчета обо всех королевских доходах:

М.Сегура Гомес: Всем известно, что у королевской семьи были конфискованы в 30-х годах прошлого века все богатства. Когда король взошел на престол, у него не было ни гроша. Тем не менее, как публикует сейчас зарубежная пресса, он обладает третьим по величине личным состоянием среди коронованных особ Европы – после князя Лихтенштейнского и королевы Великобритании. Откуда такое богатство?

Виктор Черецкий: И все же главным событием, которое обусловило нынешний кризис испанской королевской семьи и монархии как системы, стала случайность - неудачная охота в Ботсване. Хуан Карлос отправился в эту страну, чтобы поохотиться на слонов. О его пристрастии к охоте известно давно. Эту забаву король практиковал во многих странах мира, и нередко охота оканчивалась неприятностями: как, например, в 2006 году в Вологодской области, когда король якобы застрелил ручного медведя Митрофана, чем вызвал подлинный скандал и протест защитников природы. Еще раньше аналогичный случай произошел в Румынии. На этот раз в Ботсване монарх, похоже, никого так и не подстрелил. Он всего лишь поскользнулся, упал, сломал бедро и срочно был доставлен в одну из мадридских клиник. Испанцев возмутил сам факт дорогостоящей охоты главы переживающего глубокий экономический кризис государства, где четверть трудоспособного населения не имеет работы. Томас Гомес, лидер мадридских социалистов.

Томас Гомес: Это совсем не то, что ждут испанцы от королевского дома в период экономического кризиса. Главе государство следует раз и навсегда сделать выбор: либо выполнять взятые на себя обязательства перед испанским обществом, либо посвящать себя забавам.

Виктор Черецкий: Особенно возмутила охота испанских «зеленых». Франсиско Эрнандес, представитель одной из экологических организаций в Мадриде.

Франсиско Эрнандес: Это унижение для Испании. Нам стыдно за короля. И дело не только в том, что эта охота организована на фоне растущей в Испании нищеты, когда многим нашим семьям даже не на что купить еду. Нам стыдно, что глава государства решается убивать слонов, когда повсеместно ширится кампания в защиту редких животных. Сегодня короля осуждают за это во всем мире.

Виктор Черецкий: Далее события приняли еще более неожиданный оборот. Пресса сначала удивилась, почему к привезенному в Мадрид с серьезным увечьем супругу не поспешила королева? Она оказалась тоже за границей – у себя на родине в Греции, откуда возвращаться не спешила. Раскопали журналисты и причину подобного поведения, которое, по мнению наблюдателей, явно противоречило имиджу любящей и заботливой супруги. Оказывается, возле 74-летнего короля уже давно - и до охоты, и во время и после - безотлучно находилась другая женщина – 47-летняя немецкая принцесса Коринна цу Сайн-Виттгенштайн. Фотография элегантной блондинки, выполнявшей при монархе, кроме всего прочего, функции личного секретаря и представителя в дипломатических миссиях в арабских странах, облетела всю прессу мира и не могла оказаться незамеченной в Испании. Скандал был обеспечен. Кое-кто из левых политиков, включая депутатов парламента, заговорил об отречении от престола. Король отреагировал мгновенно. Он досрочно выписался из больницы и пошел на шаг, в принципе, несвойственный монархам: покидая больницу, Хуан Карлос воспользовался присутствием телевидения и публично извинился перед своими поданными.

Хуан Карлос: Я благодарю группу врачей и клинику, которые меня лечили, и хочу как можно скорее вернуться к моим обязанностям. Я весьма сожалею обо всем происшедшем. Я ошибался и обещаю, что подобное не повторится.

Виктор Черецкий: Вид искренне расстроенного короля, на костылях, подействовал на многих испанцев. Призывы к отречению от престола и переходу к республике прекратились. Испанцы посчитали, что у монарха все же больше достоинств, чем слабостей. Ну а кто-то даже заявил, что вся эта история пошла на пользу демократии – в Испании снято последнее табу: монархия стала более «прозрачной» и ее отныне можно отрыто критиковать. Вили Толедо, актер и общественный деятель:

Вили Толедо: Я слушаю по радио, по телевидению, читаю в газетах то, что раньше было немыслимым. Похоже, что у нас отменяются старые табу. Теперь, после всех этих скандалов, можно критиковать монархию, можно критиковать Хуана Карлоса. Впервые в истории король попросил прощение по телевидению. Думаю, что это хорошие новости – на пользу демократии.

Виктор Черецкий: Между тем, стало известно, что немка Коринна покинула Испанию, королева вернулась во дворец, а король усердно – с незалеченным бедром - занимается повседневными делами главы государства. Одно из его нововведений – финансовая отчетность королевского двора с публикацией данных о расходах. От зятя-мошенника он полностью открестился и не оказывает ему никакой поддержки. Тем не менее, многие наблюдатели полагают, что кризис монархии в Испании пока не преодолен – требуется время, чтобы все встало на свои места.
XS
SM
MD
LG