Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Владимир Жириновский: "Все, что Медведев сделал за истекшие 4 года, правильно. Вы мне скажите, что он сделал плохое? А Собчак – экстремистка! Ей хочется революции. Чего она вообще вылезла на политическое поле? 30 лет уже, четвертый десяток. Она вредная, она ненужная, она лишняя!"


Владимир Жириновский

Владимир Жириновский

Михаил Соколов: Сегодня в нашей московской студии – Владимир Жириновский, лидер ЛДПР, многократный кандидат на пост президента России.

Владимир Вольфович, вот цитата из вашего выступления: «Навального и Удальцова снова посадить, Яшина тоже, с Пономарева и Гудкова снять депутатские полномочия и тоже посадить» - слышал на круглом столе от вас.

Зачем вы своих политических оппонентов или, может быть, даже союзников в чем-то, раз вы оппозиционер, собираетесь сажать?

Владимир Жириновский: Я даю прогноз в данном случае, и он начинает постепенно осуществляться. Я вот читаю про Навального, там снова восстановили его дело «Кировлес». По Гудкову даже новый министр внутренних дел направил уже какие-то бумаги, были какие-то столкновения, проверки там идут.

Я, конечно, не хочу, чтобы кого-то сажали, тем более по политическим причинам, но у нас была слишком острая история в России. 19 век – посмотрите, что творилось, 20 век. И вот третий век и третий заход, когда есть какой-то риск, чтобы не произошло каких-то мрачных событий. Обязательно пусть будут протесты, митинги, но мы с вами обожглись. Не будем брать 1917 год, но 1991 год – я был свидетелем. Люди с восторгом принимали все лозунги. Горбачев, Ельцин, демократия, газеты – все было отлично! И вдруг нам устраивают – под конец 1991 года ликвидируют государство и что начинают с экономикой делать. У меня было 100 тысяч советских рублей – это 10 машин «Жигули». И что сделал Гайдар? Все уничтожил, полностью!





Михаил Соколов: Но на вас, по-моему, недавно было зарегистрировано 250 машин, и отнюдь не «Жигули».
Я думаю, что вы не должны расстраиваться тем переменам, которые произошли после 1991 года.

Владимир Жириновский: Нет, это партийные деньги, это было около 100 машин, это «УАЗики», самые дешевые, «буханка», Ульяновский автозавод. И они давно уже списаны, мы приобрели их в 1995 году. А когда я говорю о чем-то, я не о себе думаю. Мне, может быть, это принесло какую-то пользу, я уже 25 лет во главе партии. Я думаю о стране. Сегодня выходят недовольные, а это недовольство идет от советского периода.

Михаил Соколов: А по-моему, оно идет от последнего времени.

Владимир Жириновский: И от последнего!

Михаил Соколов: Нефтяные доходы были высокие, а элита то ли не делится то ли властью не делится, одни недовольны экономически, другие недовольные политически. А вы их посадить хотите.

Владимир Жириновский: Я говорю о том, что может быть, это не мое желание.

Михаил Соколов: Так если вы призываете человека посадить, например, политических оппонентов власти. Они придут к власти и решат, что вы пособник, скажем, Путина, советовали ему их посадить, и вас посадят. Это же не очень хорошо.

Владимир Жириновский: Они никогда к власти не придут, поскольку мы обожглись в 1991 году, и сегодня уже невозможно, чтобы кто-то с улицы пришел к власти.

Михаил Соколов: Но Навальный – не с улицы, а из интернета. А Собчак за вами с улицы придет.

Владимир Жириновский: Собчак – это вообще чудовищно! Кто она такая? Она никогда ни к какой власти не придет! Ей нужно было запретить вести эту передачу «Дом-2». Я ее никогда не смотрел...

Михаил Соколов: Почему не смотрели? Веселая передача, молодежи нравится.

Владимир Жириновский: Большинство людей требовали ее запрета, но она сохранилась, и Собчак вообще никакого отношения не имеет.

Михаил Соколов: К чему не имеет? Она в политике, она на митинги ходит, призывает влиять на власть.

Владимир Жириновский: Ну, и пусть ходит.

Михаил Соколов: Люди волнуются, ее сейчас работы лишают.

Владимир Жириновский: И правильно ее лишают, потому что она раздражает всех.

Михаил Соколов: Как правильно? Это запрет на профессию!

Владимир Жириновский: Пускай идет работать на радио или в какую-нибудь редакцию, вон к сестре Прохорова пускай идет в издательство и там выпускает детские книжки.

Михаил Соколов: Так она популярная. Если она на телеэкране, хозяева деньги зарабатывают, рекламы больше.

Владимир Жириновский: Вы хотите меня убедить, что Собчак – хорошая? Для меня она – плохая!

Михаил Соколов: Я хочу вас убедить, что она ваш конкурент теперь.

Владимир Жириновский: Навальный – ради бога. Они же боятся нормальной дискуссии. Пусть приходят сюда, сядем за круглый стол и будем дискутировать. Я знаю их, я с Каспаровым дискутировал, с Лимоновым, они хотят революции.
Их ничего не интересует – ни выборы, ни демократия, им нужно свержение режима, разрушение страны. Такие люди есть и всегда будут.

Михаил Соколов: А разве это плохо? революция – это способ решения проблем. Если их не решает власть, их решает народ.

Владимир Жириновский: Плохо! Смотрите, дорожное движение – сегодня гибнут сотни тысяч в масштабах всей планеты. Экстремисты носятся по дорогам планеты, бешеные скорости, люди гибнут. То же самое – в революции. Пожалуйста, выступайте, говорите, но как только переходите к силовым методам – это опасно.

Мы не должны этого допускать, ибо мы были свидетелями той либеральной революции, которая началась в 1987 году и закончилась, наверное, в 2007-м. 20 лет она почти длилась, и вот только лет 5 более-менее спокойная обстановка. Но тоже начинает бурлить понемножку.

Михаил Соколов: Но выборы нечестные, обманывают, подтасовывают, люди возмущаются.

Владимир Жириновский: Да.

Михаил Соколов: Вы участвовали в президентских выборах.

Владимир Жириновский: Пять раз, да.

Михаил Соколов: Но у вас шансов и во второй тур выйти не было. Уж не знаю, по чьей вине, может быть, по вашей, вы кого-то там на Урале тупыми обозвали, а может быть, на телевидение доступа мало было, не как в 1993 году. В общем, трудно на выборах-то чего-то добиться.

Владимир Жириновский: Смотрите, я и ЛДПР, мы об этом говорим 25 лет. Они об этом стали говорить только с 5 декабря прошлого года. Есть разница?

Михаил Соколов: Объединяйтесь!

Владимир Жириновский: Объединяться надо с друзьями, соратниками, сторонниками. Вот люди объединяются в рамках партий. Сегодня у нас уже 8 партий практически, а если зарегистрируют все, будет 200. И пожалуйста, каждый нашел для себя свою нишу!

Михаил Соколов: Так блокироваться же можно?

Владимир Жириновский: Пусть блокируются слабые! ЛДПР никогда ни с кем блокироваться не будет, это наша принципиальная позиция. Мы идем сами. Мы никому не подставляем подножку, но и ни под кого ложиться не будем, тем более под левых.

Михаил Соколов: Но, значит, не выиграете.

Владимир Жириновский: Выиграем. Ситуация работает на нас. Смотрите, левых испытали – 73 года советской власти. Ельцинская демократия – испытали – почти 10 лет. Сегодняшний режим – я с вами в чем-то согласен, очень много людей недовольны. Остается четвертый вариант – при ЛДПР не было еще режима власти.

Левых не хотим, Ельцин – надоело, сегодняшним недовольны, - давай-ка поддержим ЛДПР! И пожалуйста, это вариант для всей страны.

Михаил Соколов: Нет, они к новым людям сейчас уже обернутся, к Навальному, к Яшину.

Владимир Жириновский: Нет, это временное все. Лимонов был популярен, Каспаров...

Михаил Соколов: Но Лимонов и в вашей партии был.

Владимир Жириновский: Да, мы многим дали дорогу в жизнь. Никакой перспективы у Болотной нет. Это Россия, и если октябрьская революция произошла, потому что была Первая мировая война, погибло 50 миллионов, и если Ельцин – это было свержение советской власти, то сейчас войны нету, и власти советской нету.

Михаил Соколов: Отлично, есть шанс на мирные реформы!

Владимир Жириновский: Да, за это и давайте бороться.

Михаил Соколов: За это и боролись на Болотной, например. Даже Медведев пообещал какие-то реформы.

Владимир Жириновский: Я же не говорю, чтобы они не боролись. Я говорю как прогноз: они к власти никогда не придут.

Михаил Соколов: А может, они с вами объединятся.

Владимир Жириновский: Ради бога, пускай идут под знамена ЛДПР. Мы это и предлагаем. Но журналисты, политологи все время нас опускают, критикуют.

Михаил Соколов: Опять виноваты журналисты?

Владимир Жириновский: Конечно! Вы же в эфире, а не мы. Вы нас зовете, и мы вынуждены использовать радио, телеканалы, прессу. А если вот интернет разовьется окончательно, тогда меня будет слышать вся страна моментально, что бы я ни сказал! Тут же все уйдет в интернет, и все быстренько разберутся, что к чему. Сегодня уже, я уверен, ЛПДР имеет 20 процентов поддержки. Это хороший результат для одной партии.

Михаил Соколов: Вот у нас смс-ка: «Есть ли реальная оппозиция в нашей стране?» Про себя только не говорите.

Владимир Жириновский: Пожалуйста, про себя не буду говорить. Вся история России – огромная оппозиция против действующей власти, начиная с Ивана Грозного, Петр Первый...

Михаил Соколов: Стенька Разин...

Владимир Жириновский: Все! В России постоянно только оппозиция, бунты, революции, кровь и насилие.

Михаил Соколов: Но сейчас же ни крови, ни насилия, и революции нет.

Владимир Жириновский: Слава богу! Но оппозиция сейчас сильнейшая. Просто Болотная представляет собой очень узкую группу. Акунин – я никогда его ничего не читал, Быков Дмитрий – не читал, Шендерович – ничего не читал его...

Михаил Соколов: И «Кукол» не смотрели?

Владимир Жириновский: «Кукол» смотрел, он автор сценария? Ну, они меня там всегда показывали очень плохо, поэтому я...

Михаил Соколов: По-моему, рекламировали.

Владимир Жириновский: Не знаю, я их не просил. То есть они, как и вся интеллигенция России, очень важные, умные, хорошие люди, но они очень большое меньшинство. Они не смогут получить необходимой поддержки, чтобы быть избранными в парламент. В этом плане они будут брюзжать. Но они связаны с иностранным элементом – вот это нас от них отталкивает.

Михаил Соколов: А где же иностранный-то элемент?

Владимир Жириновский: Госдеп США прямо сказал: 50 миллионов долларов на 2012 год – на развитие демократии в России. Куда пойдут эти деньги? На Болотную.

Михаил Соколов: А может, они вашей партии пойдут.

Владимир Жириновский: С удовольствием возьмем. Ни одного цента не предлагали ни разу, никогда не приглашали никуда, с нами не встречались. Поэтому мы здесь чисты.

Михаил Соколов: Но вы, наверное, в очереди к послу Макфолу. Он уже с «Единой Россией» встретился.

Владимир Жириновский: Ради бога, захочет – встретимся. Мы сами ни к кому не набиваемся ни в гости, ни в поездки. Вот меня зовут в Китай, Северная Корея, Тайвань, Латинская Америка...

Михаил Соколов: Ирак уже не зовет, Ливия не зовет...

Владимир Жириновский: Нет, нас звали, допустим, в Сербию, приглашали в Чили, во многие страны, просто некогда, времени не совершенно.

Михаил Соколов: Ну, правильно, выборы были.

Владимир Жириновский: Да и вообще за 25 лет я отказывался от половины приглашений, иначе бы я не находился в России. У меня здесь избирательно!
Но мы видим разрушительные процессы, Запад участвует в создании опасной ситуации в нашей стране, это чувствуется.

Михаил Соколов: Ну, ладно, Россия тоже участвует в создании опасных ситуаций. Вот, например, Сирию поддерживает, диктаторский режим.

Владимир Жириновский: И правильно поддерживает, да. Сербию надо поддерживать, Сирию поддерживать, Корею поддерживать.

Михаил Соколов: Но потом всех контрактов Россия лишится.

Владимир Жириновский: Я предлагал открыть границу с Северной Кореей.

Михаил Соколов: Давайте с Южной начнем.

Владимир Жириновский: Южная – она под американским протекторатом находится.

Михаил Соколов: Трудолюбивый народ, инвестиции...

Владимир Жириновский: Вся Корея нам выгодна. Их миллионов 40... 20 миллионов – Северная и 30 или 40 – Южная. Давайте откроем границы, договоримся, и у нас будет настоящее союзное государство.

Михаил Соколов: А с Китаем тоже открыть границы?

Владимир Жириновский: Нет! Только с Кореей. Ни с Японией, ни с Китаем, а с Кореей. И никакого голода в Северной Корее не будет, а будет железная дорога от Сеула до Гамбурга, и огромное количество контейнеров пойдет по этой большой дороге, и Корея заработает, и Россия, и Европа получит скоростную доставку грузов.

Михаил Соколов: Вы хотели стать министром внутренних дел...

Владимир Жириновский: Я только на два министерства всегда претендовал – Министерство иностранных дел, у меня соответствующее образование, и Министерство внутренних дел. Но как отступные можно было и Министерство образования, но это уже, как говорится, совсем когда ничего мне бы никто не предложил. Но мне никто никогда не предлагал!

Михаил Соколов: А вы бы попросили у Владимира Путина.

Владимир Жириновский: Ничего просить не будем!

Михаил Соколов: Все же политики торгуются?

Владимир Жириновский: Пусть торгуются, мы не торгуемся и ничего не просим.

Михаил Соколов: А смоленского губернатора как вы получили должность?

Владимир Жириновский: Мы давно предлагали, чтобы нам дали возможность в какой-то губернии показать, что мы можем управлять губернией ничем не хуже, чем «Единая Россия», а в чем-то даже лучше. А уж тем более лучше, чем коммунисты.

Михаил Соколов: А почему именно Смоленская область?

Владимир Жириновский: Ну, самая убитая. Кто же нам даст хорошую?

Михаил Соколов: У вас была же Псковская область – и не получилось ничего. Бросил вас Михайлов?

Владимир Жириновский: Тоже убитая, ошиблись. Да, вот везде коррупция.

Сейчас в Красноярске пытается наш кандидат в мэры города какие-то вести переговоры со «Справедливой Россией», с кем-то еще.

Михаил Соколов: Но там Прохоров призывает единого кандидата выдвинуть.

Владимир Жириновский: Мы не будем участвовать. У нас свой кандидат есть, зачем нам единый? Единый кандидат – объединяются слабые. Прохоров – слабый, «Справедливая Россия» - слабые, нам с ними не по пути, они наши противники.

Михаил Соколов: Вы тогда с «Единой Россией» будете объединяться? Она сильная.

Владимир Жириновский: Ни в коем случае! Мы, в том числе, боремся против кандидата от «Единой России», Акбулатова. Мы действуем самостоятельно.

Михаил Соколов: А как можно бороться и в то же время принимать пост губернатора? Это значит, что вы часть этой системы.

Владимир Жириновский: Ну, нет, часть – когда мы имеем какой-то процент определенный.

Михаил Соколов: Вот Белых, например, стал губернатором, но он из партии вышел.

Владимир Жириновский: Да, а у нас не будет выходить из партии.

Михаил Соколов: Островского в «Единую Россию» запишут.

Владимир Жириновский: Никто не запишет, он остается. Островский – наш человек, и никогда он не будет нас предавать, и мы постараемся в Смоленской области что-то сделать лучше, хотя бы предыдущего губернатора.

Михаил Соколов: А как можно сделать лучше на региональном уровне, если все рычаги – у центра, 70 процентов доходов – через Минфин?

Владимир Жириновский: Все то, что положено области, по традиции пока ей дают, чтобы это не разворовывалось, чтобы быстрее принимать меры, чтобы быстрее реагировать на вызовы времени. Чистота и честность! Можно там завести какие-то инвестпроекты. Люди боятся, а когда знают, что губернатор от ЛДПР, начинают интересоваться, потому что они уверены, что там им не будут мешать. То есть дать другой стиль руководства.

Михаил Соколов: То есть будет расцвет малого и среднего бизнеса?

Владимир Жириновский: Обязательно! И все формы образования, и убрать посредников, чтобы было легче жить всем жителям Смоленской области. Чтобы не разворовывали деньги на дорогах, чтобы строили дешевое жилье, чтобы была демократия, никого там зажимать не будут. Все будет в рамках закона, никого полиция не будут сажать, и так далее. Мы попытаемся это показать на примере одной губернии.

Михаил Соколов: Посмотрим, как у вас получится. Ну, вот не взяли вас в правительство, а как вам состав правительства?

Владимир Жириновский: Вы говорите – не взяли. Но какой смысл мне идти кому-то в подчинение?

Михаил Соколов: Но министр внутренних дел только президенту подчиняется.

Владимир Жириновский: Тем не менее!

Михаил Соколов: А люди хотят политиков с опытом государственного управления, по проведенным исследованиям, а у вас только парламентский опыт, вы в исполнительной власти не работали.

Владимир Жириновский: Но во главе партии, это мини-государство. Все высшие посты в Европе занимают в основном лидеры партии. Вот француз...

Михаил Соколов: Так вы же все время доказываете, что Россия не Европа!

Владимир Жириновский: Француз не был никаким губернатором. Оланд, он был лидером партии.

Михаил Соколов: Он мэром был.

Владимир Жириновский: Мэром небольшого городишки.

Михаил Соколов: И вы сходите в мэры.

Владимир Жириновский: Зачем мне сейчас опускаться вниз? Совершенно не нужно мне!

Михаил Соколов: Вот такое отношение к делу у вас...

Владимир Жириновский: Нет, отношение нормальное. Я в состоянии управлять страной и любым министерством, пожалуйста! Но я не хочу кому-то подчиняться. Мы хотим сделать все быстрее и лучше, а не быть просто у кого-то в обойме. Мы сами – обойма!

Михаил Соколов: Вы проголосовали за это правительство?

Владимир Жириновский: Да. Оно лучше, чем предыдущее. Авансом. Если будут какие-то ошибки... Например, ЕГЭ – мы категорически против сохранения.

Михаил Соколов: А Ливанов – сторонник ЕГЭ.

Владимир Жириновский: А мы будем бороться с ним, чтобы не было никакого ЕГЭ. Если бы я был президентом, сегодня бы школьники никакого экзамена не сдавали, все были бы зачислены в вузы с 1 августа этого года. Всеобщее высшее образование! Все, кто хотят. Уже мест больше, чем абитуриентов. Но безжалостно выгонять после первой зимней сессии и второй, весенней, всех, кто оказался не ко двору, не умеют, лентяи. И тогда будет все в порядке.

Михаил Соколов: И денег хватит на это?

Владимир Жириновский: И денег хватит. Так уже сейчас мест больше, чем студентов.

Михаил Соколов: Бюджетных – нет. Общих больше. А бюджетные места, министр Ливанов сказал, сейчас срежем.

Владимир Жириновский: В том числе мы и с этим будем бороться. Наоборот, будем сокращать платные места, чтобы бюджетных было 80 процентов, а платных – 20.

Михаил Соколов: А финансирование сохранить?

Владимир Жириновский: Да! Мы за это.

Михаил Соколов: А как вам назначение Владимира Мединского на пост министра культуры?

Владимир Жириновский: Я с ним знаком, очень рад. Авдеева я не знал, в этом смысле сложнее было, а тут я хорошо знаю. Очень рад, отличный министр будет! И я не понимаю, когда раздаются голоса, что у него какая-то идеология не та. Абсолютно хорошая, нормальная идеология, интеллектуал, очень удачный выбор.

Как и министр связи – молодой человек, который из Татарии перешел на работу в центральное правительство. Вот это два министра, которые ЛДПР полностью устраивают. Они еще ни одного заявления не сделали, которое бы у нас вызвало критику, и их прошлое все нас полностью устраивает.

Михаил Соколов: Ну, правда, у Мединского там, если книжки его почитать, ошибка на ошибке... И очень пиаровские книжки.

Владимир Жириновский: Я читал его книжки, делал замечания, и очень рад, что у нас была дискуссия с ним. Мне его книжки нравятся.

Михаил Соколов: Ну, и что, он вас послушался, внес исправления?

Владимир Жириновский: Да, кое-где он учел, что это, может быть, надо по-другому было сказать, в этом плане я доволен.

Михаил Соколов: А что вам не нравится в этом правительстве? Может, вам председатель правительства не нравится, например?

Владимир Жириновский: Ну, председатель правительства – сверхопытный чиновник, молодой, энергичный. И опора на то, чтобы все решения правительства получали опору на мнение экспертов, это просто отлично!

Михаил Соколов: Ну, вот Дмитрий Медведев был президентом, и что он сделал? Часовые пояса поменял, время подвигал...

Владимир Жириновский: И правильно сделал! Убрать смену часовых поясов!

Михаил Соколов: Как в Китае что ли сделать, один часовой пояс?

Владимир Жириновский: Нет, но вполне можно сделать пять, а у нас было 11. Мы два убрали, давайте уберем еще три, и все. Семь округов – вот давайте будет всего 7 часовых поясов! Дальний Восток с Восточной Сибирью можно объединить вполне.

Михаил Соколов: То есть Дмитрий Медведев – замечательный премьер-министр?

Владимир Жириновский: Я не говорил слово «замечательный». Я сказал, что все, что Медведев сделал за истекшие 4 года, правильно. Демократизация, доступ к СМИ всех партий, многие законы приняты. Допустим, это же его закон, чтобы была быстрая регистрация партий. А вы мне скажите, что он сделал плохое? Вот я не могу вспомнить, что за 4 года он сделал плохое.

Михаил Соколов: Ходорковского не освободил?

Владимир Жириновский: Не надо освобождать его! И еще надо посадить туда человек 15, тогда будет хорошо. Это все жулье! Люди украли наши деньги, а вы говорите – освободить. А сколько погибло людей! У нас погибли миллионы от голода, от холода, от безработицы, от бесправия, переселенцы.

Михаил Соколов: Вячеслав Суслин пишет: «Владимир Вольфович, скажите, пожалуйста, что-нибудь пишете сейчас серьезное? Или некогда?»

Владимир Жириновский: У нас книг очень много, на нашем сайте они все выставлены. Можно сказать, последнее, что мы могли сделать, это другой взгляд на историю. Это актуально сегодня. Мы сейчас готовим изложение истории нашей за три века, тезисно, в чем ошибки там Петра Первого, допустим, Николай Второй, Николай Первый, Ельцин...

Михаил Соколов: Мединский захватил весь рынок.

Владимир Жириновский: А мы будем и с ним спорить, дискуссия будет.

Михаил Соколов: Геннадий из Кисловодска: «Почему у ЛДПР один и тот же лидер столько лет?»

Владимир Жириновский: Геннадий, иди и стань лидером. Вы так говорите, но никто не хочет быть лидером оппозиционной партии. Все хотят быть лидерами правительственной. Видите – был Путин, теперь Медведев... У коммунистов еще есть очередь, потому что там все-таки старая партия, ей 100 лет, у них было 20 миллионов коммунистов. ЛДПР – новая партия, 25 лет, и это тяжелейший труд – быть оппозиционной партией в России!

Михаил Соколов: И регулярно голосовать за проекты правительства...

Владимир Жириновский: Нет, никогда не голосуем!

Михаил Соколов: Вы не голосуете, а фракция голосует!

Владимир Жириновский: Вот повышение зарплаты нам всем нужно, то есть все, что во благо, мы поддерживаем.

Михаил Соколов: Владимир спрашивает: «Жириновский, вы за ВТО?»

Владимир Жириновский: Нет!

Михаил Соколов: И не будете голосовать за ратификацию?

Владимир Жириновский: Нет! И мы не голосовали за ратификацию отношений с Украиной. Что нам содержать Украину? Мы голосовали против заключения договора СНВ-3, и американцы уже его нарушают. Мы много раз голосовали против! Мы против ЕГЭ и сегодня настаиваем, чтобы его не было. Мы против жилищной политики, мы против мигрантов.

Михаил Соколов: Выгонять хотите?

Владимир Жириновский: Не приглашать на работу. Наши, русские будут мести, из Мичуринска, из Ельца, из Борисоглебска, из Московской области. Повесьте объявления – через 2 часа все будет занято! Все вакансии дворников, водителей, сантехников, слесарей – все будет занято!

Михаил Соколов: Мне рассказывали, на военных заводах, которым сейчас стали давать заказы, ищут рабочих в Восточной Европе, потому что специалистов не осталось.

Владимир Жириновский: Но ведь не азиатов туда брать!

Михаил Соколов: И желающих работать на черной работе тоже нет. Это все прошли. Вот Германия с турками прошла, Франция с выходцами из Африки.

Владимир Жириновский: И теперь выгонят всех?

Михаил Соколов: Почему выгоняют? Ну, как-то живут вместе. Придется теперь и России.

Владимир Жириновский: Но у нас готовы, хотят быть дворниками наши люди, россияне, все, кто у нас живут постоянно, коренные. Но дайте зарплату – 30 тысяч. А если дают 15 и 15 прикарманивает работодатель, то это, конечно, не годится.

Михаил Соколов: Кстати говоря, вы боролись за смену власти в Москве, Лужкова нет, теперь Собянин – ну, и что? То же самое осталось?

Владимир Жириновский: Лужков нам не нравился по всем позициям!

Михаил Соколов: Он с вами судился.

Владимир Жириновский: Он испоганил город! Посмотрите, кругом – дома, дома... Город для жилья не приспособлен, изуродован. А сколько мафии, сколько бандитов! Черкизовский рынок один чего стоил!

Михаил Соколов: А Собянин лучше стал?

Владимир Жириновский: Но при нем же нет Черкизовского рынка. И какие-то лотки посносили, и перелом намечается. Большая Москва – давайте все уезжать дальше! Что нам здесь, в центре, находиться?

Михаил Соколов: Вам нравится этот проект?

Владимир Жириновский: Да. Уезжаем все в лес! Свежий воздух, калужская дорога...

Михаил Соколов: У вас, наверное, дача рядом с Коммунаркой?

Владимир Жириновский: Нет, у меня дача в Одинцовском районе.

Михаил Соколов: Вам удобно будет там, дорогу построят.

Владимир Жириновский: Да. Вы зачем здесь находитесь, радиостанция, в центре?

Михаил Соколов: Что вы к нам приходили.

Владимир Жириновский: Мы там все будем приходить к вам! Там будут органы власти.

Михаил Соколов: Ну, тогда и мы туда поедем.

Владимир Жириновский: И мы туда поедем, и нам будет более спокойно жить в большой Москве. А Лужков и Громов этого не хотели, и вот они ушли?

Михаил Соколов: А вы за роспуск Мосгордумы? Все-таки выборы были проведены безобразно.

Владимир Жириновский: Обязательно! Отвратительно, тотальная фальсификация! И вот тогда мы вышли из зала заседаний Госдумы. Где был Навальный? Где был Рыжков? Ничего они не делали, не помогали нам! А мы сопротивлялись.

Михаил Соколов: Так объединитесь сейчас. Референдум можно провести, чтобы Думу распустить. Вот 12-го числа Сережа Пархоменко проводит митинг у Сахаровского центра – начать кампанию за роспуск Мосгордумы.

Владимир Жириновский: Поддержим! Мы за роспуск. И чтобы было депутатом – 110. Почему они 55 сделали? Самый большой город в мире!

Михаил Соколов: Подкупить легче.

Владимир Жириновский: Вот-вот! Элемент коррупции. Так давайте с этим бороться, чтобы никакой коррупции не было в московском парламенте. Мы за это!

Михаил Соколов: Давайте слушателей подключим. Из Пензенской области Григорий Павлович, пожалуйста, ваш вопрос?

Слушатель: Передо мной лежит книга «Грязная политика», там и про вас написано. Почему вы не подаете в суд? Эти книги разошлись в 6 тысяч экземпляров!

Владимир Жириновский: Я не знаю, откуда вы берете это все! Обо мне столько написано, и столько раз в суды ходили. Обязательно в суды подаем, опровергаем! Мою фамилию дергают, как угодно, в любую сторону.

Михаил Соколов: Но судитесь-то вы успешно или нет сейчас?

Владимир Жириновский: Трудно, через суды проходить трудно.

Михаил Соколов: У вас с Мироновым суд сейчас...

Владимир Жириновский: Со всеми! 5-6 судов в год, и это утомительно, очень тяжело. Это все, конечно, огромные силы и огромные деньги отнимает, адвокаты нужны. Я вообще эту статью убрал бы, что можно идти в суд. Пусть требуют опровержения или остается все как есть. Эти суды ничего не дают. Люди нервы свои портят и время теряют, здоровье. Или хотя бы в отношении депутатов – их освободить от гражданско-правовой ответственности за высказывания. У депутатов иммунитет от уголовного преследования, административного, а за их выступления их можно привлечь к суду, и получается иммунитет усеченный.

Михаил Соколов: А как насчет митингов? Вот закон о митингах, поправки «Единой России» с дикими штрафами будет приниматься, видимо, на следующей неделе. Как ЛДПР будет выступать, голосовать?

Владимир Жириновский: Мы уже сказали, что мы голосовать не будем. И мы не голосовали ни в первом, ни во втором чтении. И сейчас будет третье чтение, 6 июня второе, и где-то 9-го третье. Мы не поддерживаем. А вы говорите, что «вы голосуете за».

Михаил Соколов: Ну, бывают исключения.

Владимир Жириновский: Бывают исключения, когда надо, когда хороший закон. И коммунисты голосуют! Процентов 70-80 мы голосуем за все законы, у нас различия по таким законам, как сейчас о митингах, это бывает раз в квартал. То есть 3-4 закона в год мы голосуем против.

Михаил Соколов: Но вот сейчас явно антиконституционный закон.

Владимир Жириновский: Мы не голосуем за него!

Михаил Соколов: Но можно по-другому как-то сопротивляться. Смотрите, на Украине, когда оппозиция хочет заблокировать какой-то закона, они заняли трибуну, подрались хорошенько, глядишь – и добились своего. А в России что оппозиция? Один раз в год выйдет из зала – вот и вся смелость ваша.

Владимир Жириновский: Очень много раз мы пытались какие-то акции провести в парламенте. Я выходил в президиум и что-то делал. Но слабоваты наши, слабоватые, трусливые, поэтому не получается таких акций, как на Украине. Но там уж слишком часто это делают, все блокируют. Но конечно, должны быть более жесткие заявления, действия, я согласен, но мы это делали, остальные-то не делают или с нас берут пример, делают после нас.

Михаил Соколов: Вот сейчас «Справедливая Россия» собирается внести 500 поправок к этому закону о митингах, чтобы затянуть это, показать, какой он действительно неконституционный, как он ограничивает права граждан. Может, вам тоже 500 поправок подготовить?

Владимир Жириновский: Палата своим решением может ограничить количество поправок, выносимых на отдельное голосование, допустим, по 3 от каждой фракции – и все! На это потребуется час. И у нас есть ограничения в регламенте, сколько времени выдается на второе чтение, и время закончилось – все.

Михаил Соколов: Тогда, может, вам с Мироновым выйти на трибуну и не сходить с нее?

Владимир Жириновский: С Мироновым никуда выходить не буду!

Михаил Соколов: Хорошо, с Зюгановым.

Владимир Жириновский: Зюганов не пойдет!

Михаил Соколов: А вы ему предлагали?

Владимир Жириновский: Ну, за 20 лет они с трудом согласились, и то они вышли из зала без его согласия тогда, в октябре 2009 года. То есть мы выходили из зала, а коммунисты, когда его не было, решили проявить самодеятельность. А мироновцы тоже потянулись вслед за нами и на следующий день вернулись в зал.

Михаил Соколов: Ну, попробуйте еще разок-то. Бурные аплодисменты будут, людям понравится.

Владимир Жириновский: Ну, мы это делали много раз уже, так что мы себя проявили с такой вот твердой, последовательной позиции.

Михаил Соколов: Не уговорил, в общем... Владимир Иванович из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Сейчас главная ошибка власти, в том числе и ваша, - вы изъяли такое понятие, как «народовластие».

Михаил Соколов: И как его вернуть?

Владимир Жириновский: Я с вами согласен, но мы являемся частью государственной власти, но не имеем полномочий. Потому что в представительной власти полномочия имеет большинство.

Михаил Соколов: А парламентское расследование? А запросы?

Владимир Жириновский: Парламентское расследование, запросы – все это использовать можно, все это делаем, поэтому это не имеет решающего значения. Я согласен с тем, чтобы большее значение в нашей стране имел бы парламент, чтобы постепенно переходить к парламентской республике. Но это опасно, потому что могут подкупить парламент, и может быть совершен переворот в рамках демократии. Президента никто не подкупит, а депутаты, их 450, есть дать по 3 миллиона долларов половине из них, могут дрогнуть некоторые депутаты. И будет проголосовано какое-нибудь решение, которое будет во вред нашей стране.

Михаил Соколов: То есть тирания лучше?

Владимир Жириновский: Нет, ни в коем случае! Я против любой тирании. Давайте искать способы, чтобы у нас было больше свободы, чтобы большое значение имел парламент, чтобы во главе государства были люди, которые будут заботиться обо всех нас с вами. Я за все свободы, я ничего не отвергаю, за свободную прессу, за независимый суд, за свободные выборы.

Михаил Соколов: А вот на Кавказе видите, какие там свободные выборы – 99 процентов! Сколько вы в кадыровской Чечне получили голосов?

Владимир Жириновский: Меньше процента.

Михаил Соколов: И вы готовы поддерживать, чтобы такие режимы существовали?

Владимир Жириновский: Ни в коем случае!

Михаил Соколов: А деньги какие центр платит, чтобы такие режимы существовали.

Владимир Жириновский: Да, ошибка!

Михаил Соколов: А что с Чечней делать, с Дагестаном?

Владимир Жириновский: Трудно, там же люди. Тут ведь нельзя сказать, что давайте куда-то их в сторону. Ошибка советской власти – нельзя было создавать республики.


Михаил Соколов: Советская власть давно уже ушла, а теперь-то что делать?

Владимир Жириновский: Никаких денег специальных не давать. Давать так, как даем во время регионы. То есть бюджет должен идти только по экономическим, социальным основаниям, никакой политики здесь не должно быть. Никаких лишних денег ни в один регион! И будет лучше.

Михаил Соколов: Вопрос из области внешней политики: «Как вы относитесь к проблеме русскоязычных областей Казахстана?» Есть такая проблема?

Владимир Жириновский: Есть, конечно! На севере Казахстана в основном жило русское население, Сталин отдал эти области по карте. Тогда была ситуация, что казахи и узбеки бились за Ташкент, какой город будет их столицей, и он решил: Ташкент узбекам отдадим, а казахам, чтобы не ворчали, пол-Сибири отрежу. Вот идиотизм! Так же Украине: что-то там шумят – Донбасс им отдайте. А Хрущев: Крым отдайте. Это ошибки коммунистов, и мы их расхлебываем. Поэтому надо постепенно переходить к другому административному делению. 40 губерний по 4 региона – по всей стране нашей.

Михаил Соколов: А с Казахстаном-то что?

Владимир Жириновский: Везде надо защищать русский язык и русских – в Казахстане, на Украине, на Северном Кавказе, везде!

Михаил Соколов: А в Туркмении?

Владимир Жириновский: И в Туркмении.

Михаил Соколов: А вы знаете, что сотни тысяч людей не могут выехать оттуда, потому что им не выдают паспорта?

Владимир Жириновский: Да, издевательство! Справки не дают, документы!

Михаил Соколов: Вот Медведев туда приехал, он же не ставит вопрос положения русскоязычного населения.

Владимир Жириновский: Возможно, ставит, но на закрытых беседах.

Михаил Соколов: На газ обменивает, да?

Владимир Жириновский: Вот это все у нас так. Керосин в свое время нужен был из Баку – мы шли на уступки Азербайджану, в данном случае с газом сделки – мы идем на уступки. Мы, ЛДПР, против этого! Ставить везде интересы русских на первое место, а потом – газ и нефть.

Михаил Соколов: Русских – вы имеете в виду граждан России или этнических русских?

Владимир Жириновский: Имеется в виду, кто проживает за пределами России, их не бросать, всех русских и русскоговорящих, которые хотят быть в тесном союзе с Россией.

Михаил Соколов: То есть те, кто считает себя россиянами, скажем так?

Владимир Жириновский: Да. Ну, в основном это русские мучаются. Татары за рубежом не мучаются, они в Турции живут, и их Россия не интересует. А русские в Туркмении, в Узбекистане, в Казахстане, в Прибалтике...

Михаил Соколов: А что в Прибалтике?

Владимир Жириновский: Ну, неграждане, не голосуют. Материально неплохо живут...

Михаил Соколов: Но и не бегут оттуда, правда, обратите внимание.

Владимир Жириновский: Все уже сбежали в Америку. Все, кто хотел, уехали в Америку.

Михаил Соколов: Так в Америку, а не в Россию!

Владимир Жириновский: А потому что в России нет работы, а в Америку приглашали, они и поехали, инженеры. У меня там приятель, у них был целый институт гражданской авиации, лаборатории, и они все уехали туда!

Михаил Соколов: Получается, что едут не в Россию, в Америку...

Владимир Жириновский: Так туда приглашают, дают хорошую зарплату – 2, 3,5 тысячи долларов! А в России – 2 тысячи.

Михаил Соколов: А в России – коррупция, социальных лифтов нет. Нефть есть, а нормальной жизни нет.

Владимир Жириновский: Да, согласен. Надо улучшать условия жизни, чтобы все русские вернулись обратно в Россию. И мы станем самой могучей, сильной страной в мире. Чисто экономически, без всякой военной силы.

Михаил Соколов: Вот ругают вас, пишут: «Жириновский и его команда продали голоса в городе Галиче, Костромской области. Почему вы покрываете воровство голосов», - Андрей Марков пишет вам.

Владимир Жириновский: Андрей, напишите нам, немедленно накажем! Если кто-то из наших активистов где-то лег под кого-то, кто-то предал, сообщайте нам – будем исключать из партии. Приезжайте в Москву, я вам оплачу проезд, все расскажите, что там в Галиче. Это же 300 километров всего, садитесь на автобус и приезжайте. Ко мне в Думу придете. Мы разберемся и накажем любых наших предателей.

Михаил Соколов: Николай из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Куценко Николай Антонович обращаемся к нам, народный депутат СССР. Российская Федерация является правопреемником СССР, и тихо народных депутатов СССР убрали. Мы ставили вопрос о том, чтобы приравнять народных депутатов СССР к депутатам Думы.

Михаил Соколов: Понятно, социальная защита депутатов.

Владимир Жириновский: Мы готовы поддержать вас, пожалуйста. Я за! Присылайте документы, мы будем вопрос поднимать. У нас как раз Комитет по общественным организациям, такой гуманитарный, и этот вопрос там можно ставить. Согласен, вы имеете такие же права, как депутаты Госдумы. Вы были парламентом всего Советского Союза, и у вас все основания есть, чтобы дать такой статус. Поддержим!

Михаил Соколов: Вопрос: «Является ли Китай потенциальной опасностью для России?»

Владимир Жириновский: Китай никогда не воевал с Россией, но в силу того, что у нас огромная по протяженности граница, и у Китай огромное количество населения, это в условиях обострения обстановки на Дальнем Востоке...

Михаил Соколов: А как же остров Даманский? А как же 1900 год, восстание в Пекине? Разве не воевал? Воевал.

Владимир Жириновский: Но прямой вот агрессии Китая против России не было. Были стычки на границах. Я к этому и подвожу, что опасность есть. Население может быть голодным, может быть экономический кризис, коллапс, какие-то стихийные бедствия. Вот они в корейской войне участвовали, у них обуви не было, они босиком шли!

Михаил Соколов: Но сейчас-то там прогресс, развитие...

Владимир Жириновский: Я говорю о том, насколько это фанатичный народ, что они выиграли у американцев войну, Северная Корея, в 1950 году, в тапочках резиновых!

Михаил Соколов: Ну, они и с японцами насмерть воевали.

Владимир Жириновский: Вот! Это очень сильная нация, их очень много, и в этом смысле мы должны ухо держать востро.

Михаил Соколов: «Зачем Жириновский говорит неправду? Собчак против революции всегда. Она за улучшение политики власти».

Владимир Жириновский: Ну, Собчак экстремистка! Ей хочется революции.

Михаил Соколов: Какая же она экстремистка? Она Путина любит. Может быть, в прямом эфире ей хочется революции, но никак не настоящей.

Владимир Жириновский: А чего она вообще вылезла на это политическое поле?

Михаил Соколов: Завидуете? Молодая, красивая...

Владимир Жириновский: Ничего не молодая и не красивая! Старуха! И уже ничего красивого в ней нету. Какая молодая? 30 лет уже, четвертый десяток. И какая она красивая? Ну, совершенно просто ничего близко нет.

Михаил Соколов: Не в вашем вкусе.

Владимир Жириновский: Нет, просто я не хочу, чтобы через меня шло восхваление этого человека, абсолютно. Она вредная, она ненужная, она лишняя!

Михаил Соколов: Спрашивают, когда вы с Путиным последний раз общались?

Владимир Жириновский: Вот инаугурация была, но там мы не общались, это была общая встреча всех чиновников, и депутатов пригласили. Наверное, после выборов, где-то числа 6-7 марта. Он пригласил меня, Прохорова и Миронова. А Зюганов где-то был в отъезде. Посидели, пообедали и обсудили вопросы, связанные с тем, что уже президент избран. Никто особенно ничего не просил, просто товарищеский обед.

Михаил Соколов: Хорошо кормили?

Владимир Жириновский: Кухня хорошая, конечно. Это все-таки администрация президента. Как раз в той стороне, где Коммунарка. Там у них какой-то объект есть, санаторий такой. Почему и выгодно перевезти туда Государственную Думу – там можно квартиры построить, парламентский центр, библиотеку, бассейн...

Михаил Соколов: И с Путиным обедать.

Владимир Жириновский: Нет, Путин – другое. У него по Рублевке, Ново-Огарево. Мы бы никому не мешали на дороге, мы бы там жили и работали.

Михаил Соколов: Владимир из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Владимир Вольфович, правда ли, как сказала Пугачева, что вы любите париться с молодыми мальчиками? Народ может подумать, что у вас ориентация другая. Чтобы мы знали, за кого мы голосуем.

Владимир Жириновский: Никакой другой ориентации нету. Ни с какими мальчиками никогда и нигде не парился. И баня мне по здоровью не подходит, мне жара противопоказана. Когда нет аргументов, начинают выдумывать. Конечно, я когда-то был в бане, может быть, раз в год я бываю там, с Сандунах где-то был, и люди там есть какие-то. Я же не могу людей выгнать из бани, сказать: «Ребята, уходите, я буду один здесь париться!» Поэтому там кто-то мог быть, кто-то мог видеть, но...

Михаил Соколов: В общем, желтая пресса.

Владимир Жириновский: ...это раз в 10 лет я могу где-то оказаться. И я считаю, что все, кто хотят, пускай ходят в баню и парятся, с кем хотят, со старичками, с мальчиками... У нас бани мужские. В Германии уже есть смешанные, у нас пока нет смешанных, поэтому в мужской бане, естественно, есть и дети, и старшее поколение. Но я хожу редко, раз, наверное, в 10 лет. Так что никто меня нигде не видел, и никто не может об этом говорить.

Это просто ничего не могла сказать Алла Борисовна и вот эту чушь сказала. Ну, бедная женщина, что делать...

Михаил Соколов: Она не бедная.

Владимир Жириновский: Я имею в виду бедная с точки зрения морали и с точки зрения ее будущего.

Михаил Соколов: Но популярная.

Владимир Жириновский: Ну, певица же, пела же много лет.

Михаил Соколов: Вы же тоже поете.

Владимир Жириновский: Попросили. Я сам никогда не имел желания абсолютно.

Михаил Соколов: Спрашивают про Березовского. Еще там на него уголовных два дела завели – за призывы к перевороту.

Владимир Жириновский: Ну, он уже делал эти призыва – перехватить власть, силовой вариант, так что на него хватает материалов, чтобы иметь несколько уголовных дел и исключить возможность его, видимо, возвращения сюда.

Михаил Соколов: Ну, так он дразнит власть, а она на это покупается. Это же смешно!

Владимир Жириновский: Ну, что делать, это борьба. Это вариант борьбы. Так было уже, Герцен в Лондоне сидел, Чернышевский какие-то письма писал...

Михаил Соколов: Вошли в историю.

Владимир Жириновский: Да, вошли в историю все, так и Березовский. Это все фанатики такие вот, неистовые, все им хочется что-то такое доказать. Он математик был, получал 120 рублей и был членом КПСС, а революция его подняла.

Михаил Соколов: Член-корреспондент Академии наук, между прочим.

Владимир Жириновский: Да, членкор Академии наук. Рядовой сотрудник Института математики.

Михаил Соколов: Так, значит, революция хороша – Березовского подняла, вас подняла, Путина подняла, всех подняла!

Владимир Жириновский: Революция – плохо! Любая революция и война – плохо! Только жертвы, горе и страдания. Никаких революций!

Михаил Соколов: А мирная революция? А «оранжевая»? «Бархатная»?

Владимир Жириновский: И мирной не надо, и «оранжевой»! Надо как Александр Третий – 13 лет без войн и революций, и Россия стала подниматься, здороветь, богатеть.

Михаил Соколов: А потом – застой и все рухнуло! И кровавая революция, которую вы не любите.

Владимир Жириновский: Ничего! Это все придумали, это все люди больные делают – любую революцию, любую войну. Больной Гитлер, больной Сталин – вот вам и Вторая мировая война. Не было бы этих двух больных маньяков – было бы все хорошо. То же самое здесь – Ельцин такой неистовый, хочется ему в Кремль, плевать ему на русских, на Россию. Вот он выгнал Горбачева и залез, как медведь, в Кремль. И дальше что? Это все люди больные, у них у всех что-то есть. Почему, я говорю, я Собчак недоволен? Она лезет! Выйди замуж и рожай детей! Нет, она лезет, потому что не хочет замуж выйти и детей.

Михаил Соколов: Потому что с помощью протестов можно добиться перемен в России. Вы парламентским путем пока не добились. Вы же сами жалуетесь.

Владимир Жириновский: Она всего добилась, у нее все есть, богатая!

Михаил Соколов: Вас в правительство не пускают, президентов не стали... Идите на митинг вместе со всеми 12-го июня!

Владимир Жириновский: Да мы проводим каждый раз митинги! Что вы к нам не идете?

Михаил Соколов: Мы к вам ходим регулярно.

Владимир Жириновский: Но они-то к нам не идут. Пускай к нам они придут.

Михаил Соколов: Объединяйтесь!

Владимир Жириновский: Пусть к нам придут 4 ноября, Пушкинская площадь, в 2 часа.

Михаил Соколов: Так далеко еще до 4 ноября.

Владимир Жириновский: Так мы их приглашаем, а они нас не приглашают!

Вы говорите, что вот 12 июня митинг на проспекте Сахарова, но они же не зовут! Что тогда идти?

Михаил Соколов: Если вы придете, вас на трибуну пустят, я вам гарантирую.

Владимир Жириновский: Пускай позовут! Они нас не зовут! Позовут – придем. Ни разу не позвали!

Материалы по теме

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG