Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Кафкианская борьба с экстремизмом.


Russia--Viktor Rezunkov, RFERL, 2010

Russia--Viktor Rezunkov, RFERL, 2010

Проходящий в эти дни в Выборгском суде Петербурга процесс над 12-ю активистами бывшей Национал-большевистской партии, а ныне членами «Другой России», вызывает тягостные чувства. Нехорошие.

С одной стороны, конечно, очень плохо, что процесс проходит в те самые дни, когда в Госдуме развернулась широкая кампания по ужесточению наказания за участие в несанкционированных митингах. Как бывало в советские времена (а сейчас они, похоже, возвращаются), когда решения ленинградских судов гармонично вписывались, совпадали с каким-нибудь решением Пленума ЦК КПСС или общенациональным почином. Решили бороться с тунеядцами, так сразу Иосиф Бродский попал под раздачу. Очень удобно!

С другой стороны, сам процесс -- даже если судить по скупым сообщениям пресс-секретаря петербургской организации партии «Другая Россия» Полины Петровой – похож на абсурдистскую прозу, вполне в духе Кафки. Вот выдержки из сообщений о ходе суда: «22.05. В ходе заседания были допрошены пятеро свидетелей обвинения. Все они являются работниками правоохранительных органов. Первым выступил начальник отдела управления обеспечения общественного порядка и взаимодействия с органами исполнительной власти Андрей Федоров. Он заявил, что всех обвиняемых знает как постоянных участников различных акций протеста. При этом он отметил, что после запрета НБП в 2007 году активисты партии использовали атрибутику НБП (флаги, повязки) еще в течение полугода, но затем и вошли в новую организацию — "Другую Россию". После чего символика, признанная судом экстремистской не применялась. Затем по очереди выступили заместитель командира взвода отделения ППС Владимир Никитин и командир полка ППС Юрий Никитин, которые участвовали в охране массовых мероприятий, в том числе и "Стратегии-31". Оба свидетеля не смогли опознать ни одного из обвиняемых. Несмотря на то, что с момента дачи полицейскими показаний следствию прошло чуть более полугода, они не смогли назвать ни одной фамилии подсудимых. Прокурор ходатайствовала об оглашении их показаний, в которых свидетели четко назвали фамилии всех 12-ти “другороссов”. Свидетели пожаловались на плохую память и большой поток проходящих через их руки задерживаемых.

25.05. На заседании была допрошена свидетель обвинения Людмила Пидорич.
По ее словам, она является соседкой одного из обвиняемых Игоря Бойкова по коммунальной квартире и была понятой при обыске, проходившем в комнате оппозиционера в ноябре 2010 года. Согласно данным ей показаниям, о том, что Бойков "лимоновец" ей в 2005 году рассказала соседка Ира, данных которой она не помнит. Также Пидорич пояснила, что протокол обыска она подписала не читая и изъятия книг, брошюр и других печатных материалов она не видела. Затем адвокат Андрея Дмитриева Глеб Лаврентьев заявил ходатайство о прекращении преследования по части обвинения, а именно, по "прослушкам" собраний активистов "Другой России" за истечением срока давности. Лаврентьев пояснил, что инкриминируемое активистам деяние является длящимся преступлением малой тяжести. Согласно закону срок давности по таким делам определяется с момента выявления и длится 2 года. "Выявили" собрания другороссов 21 мая 2010 года. Прокурор выступила против прекращения дела. Судья удалился на 40 минут, после чего вынес постановление об отказе удовлетворить ходатайство».

Наконец, 29 мая стало известно, что сказал главный свидетель по этому делу Сазонов, который «стучал» на активистов в Центр «Э».

«Свидетель обвинения по "Делу 12" Сазонов рассказал, что в НБП никогда не было призывов к насилию, передает корреспондент ЗАКС.Ру из зала суда.
"Ни в коем случае", - сказал он также, отвечая на вопрос о призывах к насилию на акции 31 числа»

За что же судят активистов «Другой России»? Экстремистскую символику после запрета НБП они не применяли, призывов к насилию тоже не было…

А судят их за «организацию публичных мероприятий, которые "направлены на выражение нетерпимости к высшим руководителям действующих органов государственной власти”».

Абсурдность обвинения заставляет согласиться с Гарри Каспаровым, который заявил, что «если вспомнить, что именно сторонники Лимонова всегда становились первыми жертвами новых репрессивных мер, применяемых режимом для подавления инакомыслия, то очевидно, что дело Андрея Дмитриева и его товарищей является тем важнейшим рубежом отстаивания нашей свободы, который гражданское общество не имеет права безропотно уступать».

Тема борьбы с экстремизмом становится все более популярной в России.

В Петербурге 1 июня начинается судебный процесс над активистами НП «Гражданская комиссия по правам человека». По заявлению прокурора требуется признать экстремистскими следующие материалы: «Информационные материалы, состоящие из 20 информационных буклетов и одного ДВД-диска с документальным фильмом, созданных путем
объединения большого числа данных, в том числе исторических, медицинских, судебных, религиозных, а также связанных с многими другими сферами общественной жизни. В значительной степени информация представляет собой изложение фактов, как исторических, так и современных, иллюстрирующих то, какими зачастую разрушительными последствиями оборачиваются многочисленные социальные, фармакологические, диагностические и другие эксперименты, а также непроверенные методы излечения, включая:

- теорию социальной/расовой гигиены, обернувшуюся эвтаназией душевнобольных в Германии 1930-х/1940-х годов и в итоге – Холокостом; жестокие методы «лечения», подобные лоботомии, причинившее необратимо тяжкий вред здоровью большого числа людей;

- применение психиатрических диагнозов для решения политических и «социальных» целей: изобретение диагноза «драпетомания» (тяга к свободе) для чернокожего населения США, которое в 19 веке бежало в северные штаты от рабства, диагноза «вялотекущая шизофрения» для помещения в психиатрические больницы инакомыслящих в 20-м веке в СССР; введение и последующая отмена голосованием на собрании в качестве психиатрического диагноза гомосексуализма; гипердиагностика детей в западных странах диагнозом «синдром дефицита внимания и гиперактивности» в настоящее время;

- высокий уровень преступности в сфере душевного здоровья: сексуальное насилие над пациентами, мошеннические действия со страховками в США, вред здоровья от мер стеснения и др.;

- использование практик по контролю над разумом и использования их в террористических целях, оправдание террора;

- значительное число побочных эффектов у распространенных с западных странах антидепрессантов и психотропных препаратов, оборачивающиеся в качестве побочных эффектов существенным числом самоубийств пациентов, включая детей, а также большим числом актов немотивированной агрессии против общества – расстрелами принимавшими эти препараты лицами детей в школах и университетах США» (Из открытого письма ГКПЧ).

Может быть, скоро в Россию вернется и «карательная психиатрия»?

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG