Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Как связаны гражданские протесты и экономические оценки россиян?


Ирина Лагунина: Аналитический Центр Юрия Левады регулярно просит россиян оценить свое материальное положение, уровень жизни и экономическую ситуацию в стране. Социологи отмечают, что последний год был в этом смысле необычным. Как отражаются политические события на потребительском поведении граждан, а оно, в свою очередь, на экономической ситуации в стране? Как связаны гражданские протесты и экономические оценки людей? Рассказывает Вероника Боде.

Вероника Боде: По майским данным Левада-Центра, 17% опрошенных говорили о том, что материальное положение их семьи за последний год улучшилось. Почти столько же сообщали, что оно ухудшилось, а по оценкам 64-х % (а это почти две трети порошенных) ситуация не изменилась. Надежд на улучшение материального положения в ближайший год тоже немного. Слово Марине Красильниковой, заведующей отделом доходов и потребления Центра.

Марина Красильникова: Представления людей о своей повседневной жизни последний год характеризуется таким тревожным равновесием. С одной стороны большинство людей сообщают, что материальное положение за последний год не изменилось или даже чуть улучшилось. Примерно такая же структура ответов на вопрос об ожиданиях в изменениях материального положения. Но эти показатели весь год меняются очень мало. И это странно для года предвыборного и выборного года. Все предыдущие выборные циклы мы наблюдали, что в период перед думскими и особенно президентскими выборами происходит процесс мобилизационного воодушевления населения, которое выражается в том числе и в оценках субъективных своего материального достатка, выражается в росте потребительских настроений. Люди преисполняются надежд на лучшее и в том числе это выражаются в том, что они более спокойно, более охотно тратят те деньги, которые у них есть. Мы практически не наблюдали всплеска предновогодних покупок в декабре 11 года и сезонное улучшение настроений весной 2012 года, выразилось в приросте индекса потребительских настроения буквально на 1-2 пункта. Точно так же не растут финансовые настроения и социальные настроения населения не улучшаются.
Как представляется, это связано не столько с сложными материальными обстоятельствами большинства российских семей, кажется, в большей мере это связано с неопределенностью относительно социально-политической ситуацией в стране, с неопределенностью относительно того, насколько надежное представление людей о том, что в будущем их доходы будут расти, какими экономическими преобразованиями в стране могут быть обоснованы такие надежды на будущее улучшение материального положения. И в этой ситуации, конечно, лучше отказаться от потребления и немножко попридержать свои средства. Понимаете, до сих пор половина опрошенных считает, что кризис в России еще продолжается. Это очень тревожная цифра. То есть для значительной части населения те кризисные явления, которые начались в 2008 году, они до конца не преодолены.

Вероника Боде: Скажите, а вы связываете это с протестами, которые прошли в Москве и других крупных городах, с ростом протестной активности населения?

Марина Красильникова: Я бы сказала, что протестные настроения, которые развиваются в Москве и других городах – это выражение того чувства неопределенности и неуверенности в завтрашнем дне, о котором мы говорим и которое мы измеряем динамикой социальных настроений, нашими показателями социальных и потребительских настроений. Вот эта неуверенность в завтрашнем дне и непонимание той стратегии, которой придерживается страна, которую поставила перед собой страна в целом, как раз выражается и в сдержанных в том числе потребительских настроениях. А это уже фактор сдерживания экономического роста. То есть неопределенность социально-политической ситуации становится фактором, ухудшающим экономическую ситуацию.

Вероника Боде: Это наблюдения социолога, экономиста Марины Красильниковой. В чем причины такой ситуации в общественном мнении? На мой вопрос отвечает Тимофей Нестик, старший научный сотрудник академического Института психологии.

Тимофей Нестик: Надо иметь в виду, что вся предвыборная кампания сопровождалась большим количеством информации о том, как плохо идут дела в России и при этом мы не увидели таких политических сил, которые бы внушили веру в оптимистическое будущее. При этом все это развивалось на фоне финансового кризиса в Европе, тревожных новостей. Поэтому в данном случае мы имеем дело с опережающими ожиданиями, с опережающими страхами, которые заставляют искать возможность для удержания существующего положения. И это, кстати, проявилось во многом в выборе, в консервативном выборе. То есть победа нынешнего президента во многом связана с стремлением сохранить достигнутое, а не надеждой на существенное улучшение.
И наконец, есть одна сторона дела. Ведь все это сопровождается достаточно низким уровнем доверия к социальным институтам в стране. То есть когда ситуация ухудшается, но при этом нет надежд на то, что власть, суды и прочие институты общества смогут этой ситуацией управлять. И здесь сходятся два вектора: с одной стороны низкое доверие самой системе в стране, а с другой стороны отсутствие возможности повлиять на свое положение, положение общества. То есть выхода здесь два: с одной стороны это может быть надежда на то, что появится какой-то внешнеэкономический фактор, удерживающий страну, скажем, цены на нефть. А с другой стороны это рост фатализма, рост выученной беспомощности, как говорят психологи. И наши исследования показывают, что это обычно сопровождается яркой картинкой прошлого, некоторым приукрашиванием его, а с другой стороны сокращением горизонта планирования, прогнозированного будущего. И в целом можно говорить о том, что общая оценка социальной ситуации, политической ситуации в стране переносится и на экономику.

Вероника Боде: Это был социальный психолог Тимофей Нестик. По данным Левада-Центра, 15% россиян полагают, что сейчас плохое время для крупных покупок. Большинство опрошенных ждет дальнейшего роста цен и безработицы. Не радуют и данные, касающиеся уже не субъективных оценок граждан, а собственно экономических процессов. Так, например, по свидетельству председателя Центрального Банка России Сергея Игнатьева, отток капитала из страны за первые четыре месяца года составил 42 миллиарда долларов. А агентство Bloomberg приводит мнения инвестиционных банкиров о том, что на отток капиталов может в какой-то степени влиять рост протестной активности в России. Однако научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин не склонен переоценивать значение отдельных политических событий на общем фоне неблагоприятного экономического климата в стране. С экспертом беседовал мой коллега Валентин Барышников.

Евгений Ясин: Инвестиционный климат в России считается неблагоприятным. Это начинается еще со времени 90-х годов, когда здесь были угрозы собственности и правам капитала. Был сравнительно короткий период, когда эта ситуация прояснялась. Потом - устойчивое ощущение нездоровья этого климата. Делать из этого какие-то категорические выводы я сегодня бы не стал: в России есть свои причины для неблагоприятного климата, но и в других странах ситуация ненамного лучше. На Западе всюду ощущение полукризисное, и владельцы капиталов мечутся, ищут, куда бы вложить - а, вообще-то говоря, хороших мест вложения капитала в мире очень мало. Россия к ним не относится. Но я не исключаю, что при неблагоприятном политическом и инвестиционном климате все равно она может стать относительно привлекательной по сравнению с другими странами, где еще более неблагоприятная макроэкономическая ситуация. Например, в Европе.

Валентин Барышников: То есть появившийся сейчас разговор о том, что протесты, вызванные возвращением Путина, приводят к тому, что инвесторы задаются вопросом о политической стабильности в России – это не более, чем разговоры?

Евгений Ясин: Из того, что я сказал, не следует, что это не более, чем разговоры, которые не имеют значения. В течение всего этого периода, начиная с процесса над Ходорковским - кроме где-то периода между 2004-м и 2008-м годами, когда был большой приток доходов в Росси, и были дешевые сравнительно кредиты на Западе, Россия пользовалась славой привлекательного региона. Тем более что "Голдман Сакс" нас наградил, так сказать, званием одной из перспективных стран в части инвестиций, сюда шли капиталы. Разговоры о том, что к нам приходить рискованно, были всегда. Не думаю, что сегодняшние чем-то отличаются от того, что было в 2003 году

Вероника Боде: Это был Евгений Ясин, научный руководитель Высшей школы экономики. О влиянии политической ситуации в России на экономику размышляет Иван Стариков, член бюро федерального политсовета движения «Солидарность», в прошлом - замминистра экономики России.

Иван Стариков: Бизнес замер в ожидании, что же займет верх. Дело в том, что пока в массовом порядке люди, выходящие на улицы, они реально не хотят обрушения экономики ради того, что уличные вожди добьются своих политических целей. Они интуитивно чувствуют, что это опасность. Но если власть не пойдет по пути настоящих реформ, не симулякров и муляжей в виде нового законодательства о партиях, выборах губернаторов, а не предложат конкретный план конституционной реформы, реформы партийного законодательства, не внесет поправки в закон о выборах губернаторов, то это будет означать только одно, что ситуация в экономике будет с двух сторон, с внешней и внутренней ухудшаться. Никто не будет задерживать здесь деньги, они будут все быстрее и быстрее уходить из страны со всеми вытекающими последствиями. Поэтому, как мне кажется, у российской власти есть в этой ситуации только один, но, с моей точки зрения, кардинальный выход – объявить о том, что начинается политическая реформа. Я вижу здесь следующие направления: принятие новой конституции, новых выборов в Государственную думу, понятно, что "Единой России" будет там немного. Соответственно, страна будет иметь нового премьера. Параллельно в этот год провести референдум, принять федеральный конституционный закон о конституционном собрании, его до сих пор нет. Я думаю, что если от Кремля пойдут такие инициативы, а у меня надежды такие есть, потому что там есть люди, которые понимают всю опасность ухудшения экономической ситуации. И тогда вектор нынешнего протеста рассерженных образованных горожан пересечется с вектором той поддержки, которая была у президента, и условно говоря, у "Уралвагонзавода", который увидит, что власть не может выполнять повышенные социальные обязательства, которые были предъявлены и обещаны во время избирательной кампании.

Вероника Боде: Возможно ли в этой ситуации слияние протеста рассерженных горожан и каких-то широких масс россиян в том числе в регионах?

Иван Стариков: Безусловно, это возможно. Я думаю, что если после 12 июня, в День России в Москве выйдет за 200 тысяч человек, готов заключить пари. Потом наступит летнее затишье. Если за это время власть предъявит внятную повестку для страны, подчеркиваю, повестку реальной а не имитационной политической реформы, то это означает, что мы уличные протесты переведем в русло нормальной политической дискуссии. Да, новая дума, наверное, не будет столь покорна и послушна для президента, но в этом нет ничего страшного. Пусть лучше несколько десятков депутатов "Единой России" потеряют свои кресла, чем мы потеряем в итоге страну.

Вероника Боде: Говорил Иван Стариков, член бюро федерального политсовета движения «Солидарность». Подведем итог. Социологи отмечают: несмотря на некоторое улучшение за последний месяц тех субъективных экономических оценок, которые дают россияне, общая тенденция пока остается прежней: эти оценки крайне сдержанны, люди пребывают в состоянии тревожной неопределенности по поводу политической и экономической ситуации в стране.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG