Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Какой будет внешняя политика Сербии после президентских выборов.


Здание парламента в Белграде

Здание парламента в Белграде

Беседа с бывшим послом Сербии в Германии Огненом Прибичевичем

Ирина Лагунина: В понедельник в Белграде состоялась торжественная церемония инаугурации нового президента Сербии Томислава Николича. Напомню, что раньше Николич принадлежал к крайним сербским националистам, даже экстремистам, но поменял свою политическую ориентацию и теперь готов направлять Сербию в Европу. Поверили ли ему в Брюсселе? И какая будет теперь внешняя политика Сербии? Из Белграда – Айя Куге.

Айя Куге: Инаугурация Томислава Николича прошла под флагами Сербии и Европейского союза. Церемония началась с сербского гимна, а сразу вслед за ним прозвучал гимн Евросоюза «Ода к радости». И складывалось такое впечатление, что из всех присутствовавших тысячи двухсот гостей главным гостем был комиссар по расширению ЕС Штефан Фюле. Церемония началась именно с его речи поддержки Сербии.

Штефан Фюле: Сербия сейчас - кандидат на вступление в Европейский Союз. И ожидается, что она будет продолжать двигаться навстречу членству в ЕС, Мы ожидаем, что после выборов государственные институты этой страны вернуться к работе и вновь приступят к громадной задаче провести реформы для вступления в Союз. Страна стоит перед множеством вызовов, на которые надо ответить без промедления. В свете экономического и финансового кризиса сербские граждане ждут внятного государственного плана, как сохранить макроэкономическую стабильность и возродить рост экономики и создание новых рабочих мест. Мы слышим и разделяем их беспокойство. Европейский Союз будет всеми силами вас поддерживать. Мы будем стоять вместе с вами, с вашим правительством, и с гражданами Сербии.

Айя Куге: Новый президент Сербии за двадцать дней с момента своего избрания своими непродуманными и недипломатическими заявлениями успел как испортить отношения с соседями по региону, так и вызвать настороженность в мире – от Вашингтона до Брюсселя. Кстати, из-за этого на его инаугурации не присутствовал ни один из лидеров стран бывшей Югославии кроме черногорского президента. Однако во время торжеств Николич всеми силами пытался доказать, что его неправильно поняли.

Томислав Николич: Я буду строить дружеские отношения со всем миром, потому что Сербия не вправе иметь врагов. Европейский путь Сербии – путь в будущее, путь экономического процветания, и я помогу Сербии продолжить этот путь. В интересах Сербии сотрудничество со всеми, и на Востоке, и на Западе – ведь от этого Сербия только выигрывает, а потерять ничего не может. Особенно хочу подчеркнуть, что в регионе я буду проводить политику мира, стабильности и сотрудничества. Сербия и ее дети смотрят в будущее, и поэтому я не допущу, чтобы различия в отношении к отдельным событиям прошлого ставили под угрозу наше общее будущее. Все разногласия в подходах и проблемы мы будем решать мирными и демократическими средствами, прежде всего, через диалог.

Айя Куге: Политическая арена Сербии после майских парламентских и президентских выборов поменялась. Самой сильной парламентской партией стала Прогрессивная партия Томислава Николича, руководящий пост в которой он, вступая на пост президента страны, покинул. А неожиданная победа Николича и на президентских выборах – над демократом Борисом Тадичем - вызвала даже страх в определенных кругах: не поменяется в связи с победой Николича внешняя политика Сербии? Наш собеседник – бывший посол Сербии в Германии Огнен Прибичевич.

Огнен Прибичевич: Это может повлиять на внешнюю политику Сербии, но только частично - по двум причинами. Новый президент будет иметь больший политический вес в том случае, если и правительство будет подобной ориентации. Но в данный момент пока абсолютно не понятно, как будет выглядеть правительство. А вторая причина, по которой я считаю, что значительных перемен все-таки не будет: избиратели своим голосованием определили будущую политику, прежде всего, внешнюю политику Сербии. Практически 93% из них проголосовали за политику включения в Европейский союз, и этот процент - самый высокий в Европе. Я делаю этот вывод на основании того, что 93% партий, которые вошли в парламент Сербии, выступают за европейскую интеграцию. Однако важно добавить, что все же остается в силе политика предыдущего правительства - лозунг «И Европа, и Косово».

Айя Куге: А что это означает?

Огнен Прибичевич: Невозможно, чтобы кто-то выступил против Европейского союза и повел Сербию в другом направлении, когда подавляющее большинство граждан выбрали перспективу вступления в ЕС. С другой стороны, невозможно, чтобы кто-то вдруг предложил гражданам выбор между Евросоюзом и Косово – электорат это не поддерживает.

Айя Куге: Казалось, что для Томислава Николича Косово всегда было важнее всего. Так и теперь, уже будучи президентом он встречался с сербами из Косова и обещал включить их в делегацию по переговорам с Приштиной, раскрыть им, если найдутся, какие-то секретные договоренности, добиться от Европы признания, требуется ли от Сербии (за спиной граждан) признать независимость Косова взамен за вступление в Европейский союз. Но тем временем инаугурация выглядела почти как реклама европейской ориентации и политики Сербии. Почему?

Огнен Прибичевич: Потому что Николич почувствовал потребность подчеркнуть это. По этой причине он и предоставил возможность Фюле выступать первым - именно из-за определенных тонов, которые были слышны в Брюсселе, некоторых сомнений и замечаний в его адрес, например, по поводу Сребреницы, когда он отказался признать совершенный там сербами геноцид мусульманского населения, назвав его лишь страшным преступлением. Николич, вероятно, почувствовал потребность подчеркнуть свой европейский выбор, и из-за этого «присутствие» Европейского союза на инаугурации ощущалось особенно сильно. Но повторяю: такова наша политическая реальность, что все выступают за ЕС, причем так активно, как нигде в Европе. Сербия в этом смысле далеко впереди всех остальных государств. Почему это так – это другой вопрос. Ведь Евросоюз в кризисе, мы в статусе кандидата пока на длинном поводке... Но все равно – наши граждане сделали такой выбор.

Айя Куге: Напомню, наш собеседник - бывший посол Сербии в Германии, политолог Огнен Прибичевич.
Бывший президент Сербии Борис Тадич три года назад громогласно провозгласил: Сербия опирается на четыре столпа - Брюссель, Москва, Пекин, Вашингтон. А Томислав Николич говорит, что у Сербии две двери: в Европу и в Россию.

Огнен Прибичевич: Да, Николич говорит: «и Европейский союз, и Россия» – это точно. Но с другой стороны, у нас нет никаких сомнений в том, что важнейшим членом Евросоюза являются Соединенные штаты Америки. Ведь несмотря на то, что они формально не состоят в ЕС, без них Европейский союз с трудом мог бы существовать. Хотя Николич своими приоритетами ставит Европейский союз и Россию, будет ли это иметь какой-либо вес на практике, зависит от нового правительства. Если это правительство составит Демократическая партия вместе с Социалистической, то влияние президента на внешнюю политику будет незначительным. А вот если бы правительство составила партия Томислава Николича, то мы снова на практике получили бы полу-президентскую, или даже президентскую систему, в которой у него было бы большое влияние.

Айя Куге: Новый президент Сербии Томислав Николич всегда выставлял себя поклонником России, и в частности, Владимира Путина. Первой его зарубежной поездкой после выборов (правда, он тогда еще официально не был президентом Сербии) была поездка в Москву, на съезд Единой России. Граждане Сербии могли видеть с телеэкранов, как Николич потел и дрожал на встрече с Путиным. Каковы, на ваш взгляд, перспективы отношений с Россией, когда президентом Сербии стал политик, который, кажется, влюблен в политику Кремля?

Огнен Прибичевич: Я считаю, что перспективы сотрудничества с Россией хорошие. Если даже оставить в стороне общность истории и культуры, у нас есть масса общих интересов, и в первую очередь – экономических. Есть большие возможности для экономического сотрудничества, однако не стоит забывать, что Сербия небольшая страна и не особо интересна для России, так же, как мы не особо интересны ни для Брюсселя, ни для Вашингтона. Мне кажется, что ключевая проблема состоит в том, что люди в Сербии не понимают, каковы наши реальные возможности. А эти возможности ограничены 30 миллиардами евро - столько Сербия производит. И это действительно очень мало. Сербия на самом деле не понимает, насколько это мало – это седьмая часть того, что производит компания «Мерседес».

Айя Куге: Так как, на ваш взгляд, выглядит сейчас внешнеполитическое положение Сербии?

Огнен Прибичевич: Одно из самых тяжелых в Европе. Это связано с проблемой Косова и будет длиться еще десятилетие. Сербия разделена в своих интересах. По вопросу Косова она сотрудничает с Россией, с Китаем, с некоторыми развивающимися странами, и противопоставляет себя интересам тех стран, с которыми хотела бы быть в союзе – то есть США, Великобритании, Франции, Германии. Весь этот процесс крайне сложный, и я опасаюсь, что это и дальше в большой мере будет обременять внешнеполитическое положение Сербии и даже мешать ее экономическому развитию. Я считаю, что Сербия, прежде всего, должна решить вопрос Косова, чтобы иметь силы и возможности для серьезного экономического развития. Но даже при этом не надо забывать, что Сербия - страна без промышленности, здесь мало что производится, а это очень и очень осложняет ее внешнеполитическое положение.
XS
SM
MD
LG