Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почему в Сербии говорят о возвращении партии Слободана Милошевича?


Миша Бркич

Миша Бркич

Ирина Лагунина: В Сербии через полтора месяца после выборов все еще возникают проблемы с формированием нового правительства. У демократов бывшего президента страны Бориса Тадича нет большинства в парламенте, и расклад сил после выборов даёт как демократам, так и националистам из Сербской прогрессивной партии новоизбранного президента Томислава Николича одинаковые шансы составить кабинет министров. Всё теперь зависит от того, какую сторону выберет Социалистическая партия Сербии, бывшая партия Слободана Милошевича, неожиданно набравшая 15% голосов и занявшая 3 место по популярности и количеству мандатов. Возвращаются ли на политическую арену страны старые силы, свергнутые 12 лет назад? Из Белграда – Айя Куге.

Айя Куге: В эти дни в Сербии лишь одна тема: к кому примкнут социалисты, кого они выберут, кого возведут на престол власти? Лидер Социалистической партии Ивица Дачич во время предвыборной кампании, казалось, рассчитывал на то, что снова войдет в коалицию с Демократической партией и сохранит свое прежнее место министра внутренних дел. Однако после выборов Дачич вдруг начал выступать в агрессивном тоне и дал понять, что не прочь стать премьер-министром в кабинете, сформированном совместно с националистами из Сербской прогрессивной партии. Местная пресса эти притязания объясняет тем, что он недавно был в Москве и получил там, якобы, активную поддержку Кремля. И поддержка эта, поговаривают, очень конкретная: Россия в случае избрания Ивицы Дачича премьер-министром Сербии, может дать Белграду кредит - толи в размере 3, толи даже 10 миллиардов долларов - и спасти страну от грозящей экономической катастрофы, какую сейчас переживает Греция. На вопрос журналистов, испытывает ли он нажим со стороны Москвы, Ивица Дачич ответил:

Ивица Дачич: Нажим Москвы? А вы думаете, что нет нажима со стороны Вашингтона? Или что Брюссель не давит? Они все давят! И делают это постоянно. Четыре года назад мне звонил не Путин, а президенты западных государств, чтобы я поддержал правительство Демократической партии Бориса Тадича. А тогда нажим вам не мешал? Проблема состоит в том, что я не поддаюсь нажиму. Я не про-русский и не про-европейский, я - про-сербский человек.

Айя Куге: Демократически ориентированная часть сербского общества в ужасе, глядя на то, как бывший “пионер” Слободана Милошевича, которого уже называют “Маленьким Слобой”, честолюбиво и вызывающе бросает всем в лицо перчатку, чувствуя себя хозяином Сербии. В Белграде полагают, что Ивица Дачич получил поддержку живущих в Москве супруги Слободана Милошевича Мирьяны Маркович и влиятельного в кремлевских кругах брата бывшего сербского лидера Борислава Милошевича. Одна из бывших лидеров Демократической оппозиции Сербии, выступавшая в свое время в первых рядах в борьбе против режима Милошевича, Весна Пешич так объясняет самоуверенность Ивицы Дачича:

Весна Пешич: Я думаю, что он себя так ведет потому, что за ним стоят русские, его начальники - Мира Маркович и брат Слободана Милошевича. Дачич теперь стал маленьким Слобой. Он вообразил, что ни одну правящую коалицию без него составить невозможно и поэтому требует от обеих сторон сделать его главным в Сербии, стать премьер-министром. Поэтому он говорит о международном нажиме, хвастаясь тем, что у него за спиной стоит сила - Россия. Остальных он, подлизываясь к России, называет евро-фанатами, а себя националистом. На самом деле для него Сербия как какая-то русская губерния.

Айя Куге: Наш собеседник – белградский политический обозреватель Миша Бркич. Почему порой складывается впечатление, что после майских выборов Социалистическая партия стала важнейшим политическим фактором в Сербии?

Миша Бркич: Это правильное впечатление, да, социалисты остались незаменимым фактором политической стабильности в Сербии. Вместо того, чтобы пройти через процесс очищения после 2000 года, Ивице Дачичу с помощью умелой политики удалось сохранить партию и даже найти партнера на политической арене, который бы ее отмыл от всех злодеяний, совершенных этой партией в девяностых годах прошлого века. Этот партнер – Борис Тадич, в 2008 году протянувший социалистам руку примирения - ради политического спокойствия и политической стабильности Сербии. Это была его ошибка. Социалисты не прошли люстрацию и в этом, на мой взгляд, ключевая проблема не вылеченного, а лишь подлеченного сербского общества. Никто из социалистов, кроме их лидера Слободана Милошевича, умершего в Гаагском трибунале, не был привлечен к ответственности. Я считаю, что не один только Милошевич виноват в том, что творилось у нас в 90-ые годы. А сегодня мы присутствуем на парадном шествии лиц, знакомых нам с тех времен, когда они нам как призраки скалились в лицо, ни во что нас не ставя. Они прекрасно жили в закрытом и изолированном обществе, а теперь снова пришли диктовать политические и общественные правила игры. Из-за этого я понимаю глубокое разочарование избирателей Демократической партией и Борисом Тадичем.

Айя Куге: Люди в Сербии действительно глубоко разочарованы политической и экономической ситуацией в стране. Однако все-таки кажется странным, что в последнее время все чаще, например, на рынке, можно услышать жалобы о том, что во времена Милошевича жить было легче. Ведь это невероятное утверждение: разве забыты пустые полки магазинов, длинные очереди за сигаретами или растительным маслом, бутылка которой, кстати, во время гиперинфляции стоила 97 миллионов сербских динар. Разве забыли, как за день все цены возрастали на 60%, и люди дрались на центральной площади Белграда из-за буханки гуманитарного хлеба? Как можно утверждать, что тогда было лучше, чем сегодня?

Миша Бркич: Это тот же сидром, который проявляется, когда утверждают, что жизнь и система в бывшей социалистической Югославии были отличными. Я могу еще напомнить, что во времена Милошевича никто не работал, но все получали зарплату и пенсию. Сербы - народ, который медленно запоминает, но быстро забывает. Мы даже тогда не хотели принять истину о том, что это был грабительский режим, который разорил граждан, а многие и до сих пор уверенны, что тогда жизнь была очень хороша. Милошевич и его режим жили на грабежах, а обычные люди с тех времен привыкли жить «в смуте». Кстати, такая система в каком-то смысле отвечает менталитету в Сербии. Кроме этого, характерными для сербского ДНК являются упрямство и уверенность, что весь мир против нас, что мы ведем войну с целым миром, и поэтому ни с кем не надо сотрудничать. Не важно, что теперь этот мир желает нас принять, но мы бы снова хотели всех ненавидеть и снова стать закрытой консервной банкой, в которой нет свежего воздуха.

Айя Куге: Правда, со старыми кадрами времен Милошевича возвращается и атмосфера недоверия ко всему миру. И это факт, что многим сербам все больше по вкусу неуступчивая риторика, обещания «твердой руки» ловкого лидера социалистов Ивицы Дачича. Что это, что привлекает к Дачичу определенную часть населения?

Миша Бркич: Это популизм. Большинство людей в Сербии не знают, что если не работать, то нельзя жить хорошо. Проблема в том, что в Сербии нет никого, кто бы мог повторить опыт словенского премьера. Их премьер-министр Янез Янша подготовил очень пакет болезненных антикризисных мер экономии, столкнулся с невероятным сопротивлением общества, вышел и сказал, что это еще мягкие меры в сравнении с положением, в котором находится государство. Общая забастовка, начавшаяся в Словении, после этого длилась лишь два часа. Все бастующие разошлись, так как глава правительства сказал им правду в глаза: что все они живут за счет иностранных кредитов. Ведь Словения почти семь лет тратила на 1,5 - 2 миллиарда евро больше, чем зарабатывала. Это кто-то должен был сказать. Но у нас это никто не скажет, а плачевную ситуацию больше всего скрывает (и больше всех раздает обещаний) именно Ивица Дачич. Он популист и, в конце концов, будет в состоянии, как и его отец по партии Слободан Милошевич в 90-ые годы, если понадобится, даже печатать деньги и снова создавать невиданную в современном мире инфляцию, - для того чтобы быть популярным и оставаться у власти в Сербии. Это человек, которому его сторонники аплодируют за то, что он грозится посадить всех иностранных работодателей, которые не уважают права рабочих. Ему и в голову не приходит, что нужно, чтобы эти работодатели сначала предстали перед судом, – он бы из сразу сажал. Ему не нужен Международный валютный фонд, он грозится его выгнать из Сербии – ведь Дачичу не нужен контролер, который проверяет, как тратятся государственные средства. Ивица Дачич - лучший ученик Слободана Милошевича по популизму, и это не только мое мнение.

Айя Куге: Напомню, что Ивица Дачич вскоре после падения режима Милошевича тихо отвернулся от своего бывшего наставника. Он даже на могилу его ни разу не пришел. Со временем он реформировал соцпартию и «отмыл» себя с помощью демократов. Есть эксперты, которые прогнозируют рост популярности Дачича именно во время кризиса. Кстати, из-за лидера социалистов сегодня актуальным в сербском обществе стал вопрос: насколько на политическую арену Сербии влияет иностранный фактор? Вот один из заголовков в газетах: «Москва с помощью Дачича осваивает Сербию». Вмешиваются ли иностранные политики в формирование нового правительства Сербии?

Миша Бркич: Если предыдущее правительство обязалось от имени Сербии на европейскую интеграцию, обязалось, что будет придерживаться всех правил и стандартов, записанных в соглашении с Европейским союзом, то, по моему мнению, логично, что ЕС определенным образом влияет на формирование правительства. Я даже в этом случае не употребил бы слово “вмешивается”. С другой стороны, некоторые государства, чьи компании имеют относительно большие инвестиции в Сербии, а это государства от Америки до России, заинтересованы в том, как будет выглядеть новое правительство. Ведь иностранные компании также хотят, чтобы их интересы в Сербии были под защитой. Так что я в определенном смысле активное участие некоторых государств в формировании политической арены в Сербии, в выборе нового правительства. Проблема в том, что сербские политики, которые ведут переговоры о правительстве, не зрелые для такого дела. Они делят кресла, вместо того, чтобы договориться, на основе каких принципов правительство будет работать четыре года. А в такой атмосфере остается слишком много пространства для политических манипуляций на тему, кто это со стороны влияет на формирование правительства. Я считаю, что больше всего на формирование, или не- формирование правительства Сербии влияют неспособные политики нашей страны.

Айя Куге: Мы беседовали с белградским политическим обозревателем Мишей Бркичем.
XS
SM
MD
LG