Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Власть и оппозиция едины


Один из "самоиронических" лозунгов оппозиции. Митинг на проспекте Сахарова в Москве. 24 декабря 2011 г.

Один из "самоиронических" лозунгов оппозиции. Митинг на проспекте Сахарова в Москве. 24 декабря 2011 г.

То, что российских блогеров раздражает язык, на котором с ними разговаривает власть – феномен понятный, учитывая, что большинство сочувствуют оппозиции. Но язык, на котором с ними пытается разговаривать оппозиция, раздражает сеть ничуть не меньше. Колумнистке портала Слон.ру Анне Потсар, например, не нравится подчеркнутый бюрократизм новости на сайте Алексея Кудрина, где сообщается, что представители оппозиции обсуждают возможное сотрудничество на региональных выборах.

Бюрократический стиль – это, конечно, уникальное достояние русской культуры. Ровесник славянской письменности и крещения Руси. Отшлифованный в XIX веке и зацементировавшийся в веке XX. Только не надо на нем агитировать. Он для этого совершенно не предназначен.
И уж тем более незачем с его помощью адресоваться к тем людям, которые избрали муниципальным депутатом Максима Каца, а на Болотную площадь выходили с плакатами "Я – Божена, снимайте" и "Путин, верни снежную зиму". Сторонники оппозиции, креативный класс, как их ни назови, зарекомендовали себя как люди с хорошим чувством юмора, самоиронией и обыкновением читать качественно отредактированные СМИ. А от "репрессивных уклонов политики" уже давно отвыкли даже постоянные читатели сайта "Единой России". Надо же все-таки переключать коммуникативные регистры.
Алексей Леонидович, может, гекзаметром попробуете? Весомо – ничуть не хуже канцелярита, ритмично и размеренно. И, главное, эпически.

Еще более радикальный пост Игоря Мальцева на портале Сноб.ру намекает, что язык современной российской политики – тот самый, которым одинаково пользуются и власть, и оппозиционеры – отражает их генеалогическое единство. В качестве примера Мальцев берет письмо деятелей культуры в поддержку Pussy Riot. Термином “сергианство”, которым он пользуется, образован от имени патриарха Сергия, проводившего с конца двадцатых годов политику лояльного отношения церкви к советской власти:

Похоже, что фальшивая институция сергианских бюрократов настолько себя зыбко ощущает, что впадает в истерику уже по поводу надписи в сортире. И это понятно: сергианцы, которые захватили власть в русской церкви, полностью потерпели крах в отношениях с открытым обществом, которое было готово принять православную идею, но, увидев это комсомольское мурло, просто отшатнулось.
Но вот что я вижу сегодня утром: проснулась статусная совковая интеллигенция — пишет письма в поддержку фальшивых панков, что устроили фальшивое шоу во вставшем на дыбы советском бассейне "Москва".
Конечно, интеллигенция, десятилетиями создающая фальшивый насквозь контент, который даже невозможно конвертировать на мировом рынке, по сути занимается тем же самым: окормляет серую необразованную паству, сбагривая ей невнятные ценности в устарелой форме.
То, что у "творцов" есть чувство самосохранения, это хорошо — им еще Луначарский его привил, отняв международный контекст. На месте фальшивых певиц может оказаться любой. И от этого текст письма выглядит разумным и правильным. Теперь остается подождать, достучатся ли все фальшивые сущности до одной-единственной, у которой в руках все бабло и ключики.

* * *
В англоязычных блогах обсуждают решение Верховного суда США, который признал законной реформу здравоохранения, проводимую администрацией Обамы. Идея так называемой Obamacare в том, чтобы сделать медицинское страхование обязательным. Американцы, отказывающиеся покупать страховой полис, будут платить штраф. Право государства требовать от своих граждан покупать такой товар, как медицинская страховка, и стало предметом разбирательства в Верховном суде. О положительных следствиях реформы пишет колумнист портала WashingtonPost Эзра Клейн:

Обязательное медицинское страхование расширит клиентскую базу на страховом рынке, что приведет к снижению стоимости полисов и позволит дополнительно застраховать от двенадцати с половиной до двадцати четырех миллионов американцев.
Ничего бы этого случилось, если бы в суде победила точка зрения консерваторов.

Республиканцы относятся к реформе крайне негативно, так как считают, что государство не вправе навязывать гражданам страховые услуги, тем более что речь идет о частных компаниях. Примечательно, что глава Верховного суда Робертс, чей голос в итоге стал решающим, активный сторонник республиканской партии. На это указывает блогер HuffingtonPost Ховард Файнмен:

Очевидным победителем – по крайней мере, сейчас – является Обама. Если бы суд признал незаконным основной механизм его главной реформы, Обаму как политика можно было бы списывать со счетов. Сейчас же глава Верховного суда Робертс, назначенный Джорджем Бушем, по сути, встал на его сторону в президентской гонке.
Но помимо этого решение судей пять против четырех стало примером устойчивости нашей государственной системы. Робертс хотел, чтобы у Верховного суда была репутация надполитического органа, и он этого добился. Суд – ключевая часть нашего государства, основанного на верховенстве права. Именно суд является последней для общества инстанцией истины. Робертс понял и принял это.

Эксперты отмечают, что с точки зрения президентской гонки победа Obamacare может принести дополнительные очки республиканскому кандидату Митту Ромни, поскольку многие американцы не довольны обязательным медицинским страхованием. Ромни уже заявил, что отмена одиозного закона – одна из его главных политических задач. Но в исторической перспективе вся эта история выглядит весьма парадоксальной, отмечает Тим Стэнли в блогах портала Telegraph:

Историкам будет трудно понять, откуда взялась вся эта политическая неразбериха. Обязательное медицинское страхование - результат высокой политики, а не либеральных инициатив снизу. Изначально это была инициатива республиканцев, которую Митт Ромни опробовал в штате Массачусетс. В 2008 году идею позаимствовала Хиллари Клинтон во время своей президентской кампании – чтобы выглядеть более открытым и инновационным политиком, чем ее супруг. Обама открыто критиковал ее проект на протяжении всей предвыборной гонки. Став президентом, он, по некоторым свидетельствам, все еще придерживался другой модели для реформы здравоохранения. Однако когда у Обамы начались трудности с Конгрессом, ему пришлось пойти на уступки демократам из лагеря Клинтон. В тот момент он настаивал, что обязательное страхование не должно превратиться в новый налог. К 2010 году эта идея вполне прижилась, однако ненадолго – из-за активной критики со стороны ультраконсервативной Чайной партии. И теперь единственным способом признать этот проект законным стала квалификация его… в качестве налога. Редкая идея переживала такое количество пертурбаций.
XS
SM
MD
LG