Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Владимир Кара-Мурза - о насилии на Северном Кавказе


По словам правозащитников, власти России ведут себя так будто они не в состоянии эффективно расследовать убийство Натальи Эстемировой

По словам правозащитников, власти России ведут себя так будто они не в состоянии эффективно расследовать убийство Натальи Эстемировой

Правозащитники из Human Rights Watch в пятницу, 13 июля, заявили, что с момента убийства Натальи Эстемировой прошло три года, но убийцы до сих пор не установлены, а положение правозащитников в кавказском регионе становится все более тяжелым. "Россией должно быть проведено эффективное расследование всех убийств, нападений и преследований активистов на Северном Кавказе, - говорится в сообщении организации. - Необходимо, в частности, немедленно прекратить попытки уголовного преследования в отношении руководителя Сводной мобильной группы российских правозащитников в Чечне (СМГ) Игоря Каляпина. СМГ была сформирована после убийства Натальи Эстемировой для оказания правовой поддержки жертвам нарушений прав человека в республике", передает Росбалт.


Владимир Кара-Мурза: Следствие по делу правозащитницы Натальи Эстемировой с момента ее убийства существенно не продвинулось. Напротив, после этого последовала череда других преступлений. Эстемирова, сотрудница правозащитного центра "Мемориал" и лауреат многих известных правозащитных премий, была похищена 15 июля 2009 года в Грозном, в тот же день ее тело нашли в Ингушетии. По мнению властей, к убийству Эстемировой причастны боевики, которым правозащитница якобы мешала своей деятельностью. Представители ряда организаций попросили президента России Владимира Путина взять расследование под свой контроль. Подписи под этим обращением поставили в том числе сотрудники правозащитного центра "Мемориал" в Чеченской республике, движение Союз женщин Чечни, "Мир и права человека", - так говорится в пресс-релизе "Мемориала".
Когда прекратится насилие на Северном Кавказе? Об этом в третью годовщину гибели Натальи Эстемировой говорят ее коллеги и друзья Татьяна Локшина, старший исследователь по России Human Rights Watch, Игорь Каляпин, глава межрегионального Комитета против пыток и Александр Черкасов, председатель Совета Правозащитного центра "Мемориал". Каковы новости последние о ходе расследования убийства Натальи Эстемировой?

Александр Черкасов: Знаете, новостей немного. Спустя год после убийства мы собирали пресс-конференцию – это называлось "Вопросы следствия", спустя два года мы собирали пресс-конференцию и наоборот то, что следствие пыталось выдать за единственно верную версию, то, что Наташу убили боевики, мы опровергали и, как нам кажется, удалось опровергнуть. Известно, что за этот год следствие сделало, хотя и не очень много, в направлении расследования причастности чеченских силовиков. В частности, были взяты анализы для сличения с образцами ДНК, которые остались у Наташи под ногтями, она сопротивлялась, и вроде бы к раскрытию преступления за этот год следствие не приблизилось. С другой стороны всеми нами любимый и всенародно знаменитый Бастрыкин периодически говорит, что вот-вот убийц Наташи поймают, что их ловят где-то в Европе. И намекает прозрачно на остатки всей той же версии о причастности к убийству боевиков. Но дело в том, что, во-первых, убийства продолжаются, и мы говорили сегодня и о тех, кто погиб после этого – о Зареме Садулаевой и Алике Джабраилове, которые были похищены и убиты 10 августа 2009 года. О Зареме Гайсановой, сотруднице датского Совета по беженцам, задержанной в ходе спецоперации, которой руководил Рамзан Кадыров 31 октября 2009 года, и исчезнувшей. Об одном из лидеров ингушской оппозиции Макшарипе Аушеве, который был расстрелян в Кабардино-Балкарии в своей машине 25 октября 2009 года. И последнее громкое убийство общественного активиста на Кавказе – это 15 декабря 2011 года, когда в Махачкале был расстрелян издатель газеты "Черновик" Камалов. Так вот по всем этим преступлениям следствие не продвинулось, преступники не названы и не найдены.

Владимир Кара-Мурза: Чем вы объясняете то, что тормозится расследование целой череды преступлений, о которых сказал Александр?

Татьяна Локшина: С одной стороны, если расследование тормозится, а оно со всей очевидностью тормозится, то есть основания полагать, что, возможно, в преступление были вовлечены, к ним были причастны люди высокопоставленные. И таким образом их не хотят приводить к ответственности. С другой стороны, об этом мы тоже сегодня говорили на пресс-конференции в "Интерфаксе", создается ощущение, что власти вместо того, чтобы расследовать убийство Наташи Эстемировой, прошло уже три года, на самом деле всю свою энергию тратят совсем на другое, а именно на то, чтобы мешать работать тем людям, тем юристам, правозащитникам, активистам, которые пытаются продолжить это дело, которые пытаются помогать жертвам похищений людей в Чечне, жертвам пыток, жертвам внесудебных казней. И поэтому, к сожалению, отнюдь неудивительна та ситуация, с которой столкнулась сегодня сводная мобильная группа правозащитных организаций в Чечне, которую возглавляет Комитет против пыток, здесь в студии присутствует Игорь Каляпин, он об этом расскажет, когда группе непрерывно ставят палки в колеса.

Владимир Кара-Мурза: С какими трудностями сталкиваются правозащитники, работающие в Чечне?

Игорь Каляпин: Я начал бы с того, что с трудностями сталкиваются даже не правозащитники, а с трудностями сталкиваются следователи, расследующие в Чеченской республике уголовные дела, связанные с похищениями и убийствами людей. Таких дел десятки. Наши юристы участвуют в нескольких, на сегодняшний день в 11 таких делах. По всем делам мы видим одно и то же: правоохранительные органы, прежде всего органы МВД Чеченской республики оказывают яростное сопротивление расследованиям, и в тех случаях, нечастых, надо сказать, но тем не менее, такие случаи есть, когда следователи пытаются провести действительно честное эффективное законное расследование, они сталкиваются с тем, что сотрудники некоторых подразделений полиции, именно тех, после общения с которыми люди собственно и исчезают в Чечне, так вот сотрудники этих подразделений на допросы не являются и им за это ничего не бывает. Привести их на допрос к следователю ни одна структура в Чеченской республике не в состоянии. Они не являются на следственные действия, они запугивают потерпевших и их родственников. Они угрожают следователям.
Наши юристы, поскольку мы вынуждены периодически такие преступные факты противодействия расследованиям обнародовать, нас обвиняют в том, что мы враги чеченского народа. Недавно такое обвинение публично сделал Рамзан Кадыров. Мы сталкиваем ведомства лбами – такое заявление недавно сделал руководитель Следственного комитета Чеченской республики, имея в виду наши многочисленные жалобы в суды, в прокуратуру и так далее. Мы занимаемся незаконной оперативно-розыскной деятельностью – так сказал недавно министр внутренних дел Чеченской республики, имея в виду то, что мы пытаемся как представители потерпевших в официальном качестве, прошу заметить, собирать доказательства и по нескольким делам нам это достаточно эффективно удалось сделать. В отношении меня сейчас в очередной раз пытаются возбудить уголовное дело о разглашении данных предварительного следствия. Причем, инициативу на сей раз проявила нижегородская ФСБ, которая вообще не имеет никакого отношения к Северному Кавказу, так же, впрочем, как тайна следствия - это не их объект деятельности, это не их компетенция, согласно закону. Вот, собственно, такой минимальный перечень, джентльменский набор тех приемов, с которыми мы сталкиваемся постоянно, практически ежедневно.

Полный текст программы "Грани времени" появится на сайте в ближайшее время.

Материалы по теме

XS
SM
MD
LG